В первую очередь ты человек.

Сережа набирает воду в стаканчик из кулера. Дима стоит рядом с ним и, оборачиваясь на Арса, спрашивает. — Арс, ну что, вы решили уже, когда выезжать будете? — негромко спрашивает Позов, зная, что за стенкой идёт браинштурм, поэтому не хочется мешать тут своими диалогами. — Да ещё не определились. Я думаю, что мы с Шастом поговорим и выберем время, чтобы всем было удобно. — отвечает Арсений, что-то печатая у себя в телефоне. Ребята как раз таки и шли туда, где идёт браинштурм, но так как Сережа немного опоздал, как всегда, между прочим, Арс с Димой вышли в коридор поговорить, а Антон остался со Стасом и другими членами команды в той комнате. Кстати, возможно, у вас есть вопрос о каком времени идёт речь у ребят? И куда они собрались выезжать? Ребята около трёх дней назад подумали, что было неплохо вместе съездить куда-нибудь на природу вчетвером. Стас не мог поехать, потому что отчёты по проектам, а эти четверо выбрали себе выходной и могли бы как раз съездить и там его, собственно, провести.

***

— Итак, ребята. На сегодня, я думаю, можно закончить. Увидимся с вами на следующей неделе, всем хороших выходных. — заключает Стас, вставая с кресла. — Тебе тоже, Стас. До встречи. — говорит Антон, потягивая спину, сидя на диване. Три часа диалогов о работе — зачастую утомляют. Все ребята уже потихоньку собирались разъезжаться. В один момент Серёжа нарушает тишину. — Шаст, вы с Арсом договоритесь же по поводу поездки? У Поза машина занята будет, моя на покраске. Арс сказал, что поговорит с тобой по поводу того, на чьей машине поедем. — снова завелся разговор по поводу поездки. Шаст, честно говоря, напрочь об этом забыл. — Ой, точно… Про поездку совсем из головы вылетело. Давайте на моей? Вести по очереди будем, если что. Главное, права с собой возьмите. Мы дома с ним поговорим. А, кстати, где он вообще? — отвечает Антон, оглядываясь по сторонам, в надежде найти глазами парня. — Не знаю, мы выходили вчетвером все. Может, отошёл куда-то. — предлагает свою теорию Серёжа. — Ладно, пацаны. Я поеду. Такси уже ждёт. Дома будете — напишите, что по итогу решили. — прощается с ними Дима и хлопает входной дверью. Спустя ещё около двух минут, Арсений виднеется в проходе. — Ну, наконец-то, где ходишь-то? Такси сейчас приедет. — возмущается Шастун, переводя взгляд с телефона на Арса. — Пришёл я, не кипятись. В туалет отходил. — объяснил Арс, подходя к Антону и целуя в шею. Сережа наигранно скривил лицо. — Ну, фу! Тут-то лобызаться зачем, Арс?! — саркастично возмущается Серёжа, делая шаг к двери. — Пошлите уже, такси приехало. Уеду без вас. Парни спокойно выходят из здания и идут к машине.

***

— Арсюш, я предлагаю на моей ехать. Что думаешь? — спрашивает Шастун, двигаясь к Арсению поближе. — Думаю, что так и сделаем. — отвечает Арс, мягко улыбаясь. Вот только про одну интересную деталь Антон забыл. Дело в том, что Антон, несмотря на свой возраст, всю жизнь получает дискомфорт при долгих выездах за пределы дома или в целом, когда находится не дома. Что же это могло быть? Примерно лет с семнадцати Антон начал замечать за собой странную штуку. Был как-то раз, очень давно, как раз в том возрасте, случай…

***

Антон гулял со своим другом недалеко от парка. Они как раз хотели там погулять, и уже направлялись туда. Антон, перед выходом из дома, почему-то не подумал, что ему понадобится сходить в туалет и спокойно выпил кружку кофе, а все мы знаем, что от кофе быстрее хочется в туалет. И вот, Антон идущий с Димой далеко от своего дома, чувствует дискомфорт в низу живота. Он не особо обращает внимания на рождающуюся потребность, хотя отчётливо чувствует то, что ему стоило бы сходить по нужде. Странно, что он не заметил этого раньше, ведь сейчас потребность достаточно сильная, не то, чтобы она скоро станет критической, но Шастун оценил бы её на пять с половиной баллов из десяти. Он хочет сказать своему другу о том, что им стоит зайти в какую-то кафешку или тц, потому что потребность ждать не будет. Только Антон собирается рассказать об этом другу, как вдруг с ног до головы его окатывает сильнейшее стеснение. Чёрт, что это такое? В груди комок жуткого стеснения, нерешимости и страха. Он просто не может открыть рот и сказать три слова… Что происходит? Да, Антон никогда не при ком не говорил о своих потребностях, потому что это слишком интимное и личное для него. Но ведь Дима — его друг. Они, кстати, дружат и по сей день. Ком в горле сглатывается с трудом. Он просто, будто бы, остолбенел. Нет ни одного слова, которое он мог бы сейчас произнести. Но почему? Антон побледнел, ладошки начали потеть, а сердце будто танцует чечётку у него в клетке ребер, что, кстати, ощущается не очень приятно. Желание отлить будто тоже становится сильнее.

***

По сей день эта ситуация ему иногда вспоминается. Сейчас Антону 27 лет и он до сих пор с этим ничего не сделал. Да, он до сих не может кому-то сказать, что ему надо отойти в туалет. Кстати, в общественных местах он этого тоже не делает. Ну, точнее, только если уж очень сильно нужно будет, а так — только дома. Что сказать о том, как он это делает дома? При Арсении он себя до сих пор иногда силой заставляет расслабиться. Арсений — его парень. Он видел Шаста и в одежде, и без. И в каких только позах только он его не видел, но про желание сходить в туалет Антон никогда не признается.

***

Арсений включает фильм, на протяжении которого они с Антоном лежат вместе и смотрят захватывающую картинку и сюжет. В какой-то момент Антон понимает, что надо в туалет. Но как? Он не может сейчас уйти, во-первых потому что как-то некрасиво оставлять тут Арса одного, во-вторых, он просто не может сказать даже «мне надо отойти» или «я сейчас вернусь». Даже если он скажет завуалированное «мне надо отойти», то Арсений поймёт куда и зачем Шасту надо отойти. При одной мысли, что Арсений или кто-то ещё поймёт, куда отойдет Шаст, его бросает в дрожь, а сердце уходит в пятки, настолько ему некомфортно от этого. Хотя подумать только — такое обычное житейское дело. Что остаётся делать? Терпеть до конца фильма. Как только субтитры появляются на экране, Арсений выключает телевизор. Спустя пару минут Антон решил сказать, что пойдёт на кухню сделать чай. И он не соврал. Он пошёл на кухню и поставил чайник. Пока он кипятился, Антон быстро проскочил в туалет. И такими перебежками он всегда занимался, лишь бы Арс не видел. Ну или кто-то ещё…

***

И вот сейчас, когда им придётся ехать за город, Антон не представляет, как ему придётся ходить в туалет там… Если он дома-то не может, то про компанию друзей и незнакомое место вообще можно молчать… Они договариваются поехать завтра в 12:00 на машине Антона. Пока что думать о чём-то нет смысла. Антон что-то придумает, когда они будут на месте.

***

11:30. Арсений с Антоном выезжают за друзьями. За рулём Антон, но так как в целом им ехать пять часов, то они будут меняться в зависимости от того, кто когда будет уставать. Арсений заранее взял права. Антон почему-то совсем забыл продумать план, как ему поступить со своей проблемой в признании нужды. Сейчас ничего не грозит, потому что в туалет он сходил ещё утром, проснувшись специально раньше Арсения, чтоб тот ничего не видел и не слышал. Но что может быть потом? Когда все будут ехать в машине. Когда остановки будут общие. Когда один, двое или, возможно, даже сразу трое отправятся в туалет, а один Антон будет сидеть и ждать их. Это странно. На улице жарко, поэтому пить будут все и будет как-то подозрительно, если лишь один Антон ни разу не отлучится облегчиться за время поездки. Пять часов — это время поездки, не считая перерывов (остановок). Если считать ещё такие привалы то, возможно, будет даже больше шести часов. Точно будет странно. И вот, когда Антон с Арсением выехали за Серёжей и Димой, Антон вдруг вспомнил о том, что проблема всё ещё есть и нужно будет что-то придумать, потому что им он не скажет о нужде и, уж тем более, не пойдет в туалет вместе с ними. Антон поворачивает вправо и сигналит ребятам, мол, всё, мы приехали. Парни подходят к машине и Дима делает движение рукой, показывая, чтобы Шаст опустил окно. — Здарова, Шаст. — поздоровался Дима. — Арс, привет. — добавил сразу же. — Здарова, Поз. — отвечает Шаст, показывая взглядом на то, что задние двери уже открыты. Дима кивает и говорит Серёже, чтобы открывал. Они садятся в машину. — Ну что, готовы ехать? — спрашивает Серёжа, поправляя ремень безопасности. — Готовы, вроде как. — немного потупив взгляд в зеркало, смотря на Поза, отвечает Шастун. Готов ли он? Он сам не знает. Эта проблема с туалетом его бесит, но он не может ничего поделать. Из-за неё он и сам не знает, зачем подписался на эту поездку. Арсений покачал головой в знак отрицания или не соглашения, мол, нет, не готов. Антон, с непониманием переводя взгляд на него, толкает слегка в бок и взглядом пытливо пытается узнать, что уже случилось. — Пока не пристегнёшься — ехать не позволю. Тош, это твоя безопасность. — отвечает Арсений. Точно! И как Шастун об этом мог забыть? Нужно поменьше сейчас беспокоиться о своей главной проблеме, которая действительно действует на его безопасность. Шастун тут же пристегнулся и посмотрел на Арса, показывая выполненное поручение, на что Арсений одобрительно кивнул и мягко улыбнулся Антону.

***

Поехали. Они в дороге уже с полчаса как. Пока что всё более, чем хорошо. Никакой потребности нет, ребята болтают и смеются. Что может быть лучше? По предварительным данным остановка ещё через час примерно должна быть, поэтому все ребята убеждены в том, что есть место, где можно купить поесть или попить, заправиться, ну и сходить в уборную. — Ребят, я в наушниках, если что — толкайте. Хочу немного отдохнуть. — предупредил Антон, на что ребята кивнули и продолжили болтать. Антон слушал какой-то подкаст и сидел с закрытыми глазами, погружаясь в полусонное состояние, так как спокойное движение машины заставляло его расслабиться и засыпать. Вырубился Антон так же незаметно и быстро, как пролетело ещё полчаса. Арсений что-то читал в телефоне. Дима за рулём (они с Шастом поменялись ещё когда только они с Серёжей залазили в машину), Сережа смотрит на дорогу, а Антон дал храпока и уютненько сопел на заднем сидении. Антон мог и сам вести машину, но был каким-то не сосредоточенным для того, чтобы ехать именно сейчас. А не сосредоточеным он был из-за своих мыслей. Ещё около получаса пролетело со скоростью света. Антон всё ещё спал, но начинал потихоньку просыпаться из-за начавшегося разговора. Так хорошо он этот разговор слышал, потому что наушник выпал из уха, когда они наехали на какую-то кочку. Слышал он уже не обрывками, а полноценный диалог Димы и Арса, потому что проснулся почти окончательно. — Дим, когда ближайшая заправка? — интересуется Арс, смотря на время на телефон. — Арс, ну ещё долго вроде ждать. Не меньше получаса, по картам смотрю. — отвечает Позов, поворачивая руль. — Что происходит? — спрашивает только что проснувшийся Антон, не открывая толком глаз. — В туалет хочу. — осведомляет его Арсений. Антон резко открывает глаза и думает, что ему послышалось. В мыслях «только не это. Лишь бы только Арс пошёл и ко мне не было вопросов» — проносится молниеносно. — Ч-чего? — переспрашивает Антон, которого хватает волнение. — Что «чего»? — тоже переспрашивает Арс. — Говорю же — в туалет мне надо, а Дима говорит, что до заправки полчаса. Поэтому я негодую, почему ближайшие заправки так далеко? Полтора часа от города — это мощно — А…ну, да. Далековато, конечно… — соглашается Антон.

***

Для Арсения эти полчаса длились долго. Когда заправка начала виднеться, Арсений, наконец, был спокоен, что не придётся ещё долго терпеть. Подъезжая к заправке, Дима снова начал диалог. — Так, сейчай кто куда? Шаст, нам лучше заправиться. Арс в туалет, я тоже. Серёж, ты тут будешь? — заговорил Дима, делая поворот, чтобы заехать к заправке и припарковаться. — Не, я воды пойду куплю. — ответ Серёжа, открывая дверь машины. Все вышли из машины, а Антон, как и предполагалось, остался из ждать в машине. Антон смотрел в окно. Видел, что Арс и Дима ушли во внутрь, чтобы сходить в туалет. Серёжа двинулся в магазин напротив. Заранее придумать оправдание, чтобы не было доёбов с вопросами, якобы, почему Антон не пошёл с ними? Нет, оправдываться он не хочет, в случае чего просто скажет, что не хочет ничего. Так, за раздумьями, прошло чуть больше семи минут. Серёжа вернулся с магазина с полторашкой обычной воды. Ещё через пару минут вернулся Арсений, а Дима пошёл к топливораздаточной колонке, чтобы заправить машину. Когда все дела были завершены, решалось поедут они дальше или ещё немного посидят в машине в тендере и отдохнут некоторое время. Решили, что сразу поедут, пока ещё есть силы, что-либо делать, потому что ехать ещё больше четырёх часов. Проходит около пятнадцати минут, как они отъехали от заправки. Антон за всю дорогу почти ничего не пил, чтобы как можно позже появилось желание отлить. Сейчас наступил момент, когда появилась жажда, которую хочется утолить. Шастун за всю дорогу выпил только пару глотков воды до того, как уснул. — Серёж, подай воду из рюкзака, пожалуйста. — попросил Антон рядом сидящего друга. Матвиенко без вопросов подаёт полуторалитровую бутылку воды Шасту. Он лишь благодарно кивает. Шастун, без зазрения совести, выхлебал четверть бутылки. Да, действительно было настолько жарко. Антон подумал, что ему не захочется в туалет из-за такого маленького количества выпитой жидкости, поэтому он убрал бутылку в сторону и и также спокойно, как и до этого, начал засыпать.

***

Сейчас он просыпается спустя около часа после того момента. Он заметил, что ход машины начал замедляться. Вопросов задавать не стал, так как снова услышал диалог парней. — Да бля, я не знал, что так влипну. Другого выхода нет… — говорит Серёжа, слегка наклоняясь вперёд, к сиденьям Арса и Дима. — Ну в этом ты прав, но я тормознуться тут никак не могу. Мы ведь все видим, что это шоссе и проезжая часть, на встречке может кто-нибудь вылететь или ещё что похуже. — не споря, отвечает Дима, внимательно наблюдая за дорогой. — Поз, нужно что-то срочно придумать. Ты сейчас будешь говорить, что не надо было столько воды херачить, но если серьёзно, то обезвоживание ничуть не круче. Я реально говорю, надо остановиться. Пожалуйста. — переходя на более жалобный голос, просит Сергей. — Серёг, всё будет! Ну потерпи немного. Скоро расслабишься. Я сейчас попытаюсь что-то сделать, ты главное не кричи сильно, а то парней разбудишь. Сквозь сон слыша весь их диалог, Антон начал открывать глаза. — Можно не беспокоиться, уже разбудили. Что у вас здесь происходит? — спрашивает Антон, слегка позевая. — О, доброе утро, Шаст. Теперь Серёга ноет, что отлить надо. — отвечает Поз, смотря в зеркало заднего вида. В моменте Антон прислушивается к своим ощущениям: пока что никаких позывов не чувствует. Оно и к лучшему. Серёжа же наоборот. Спустя минут пятнадцать, когда Матвиенко уже готов на месте обоссаться, Дима заявляет о том, что прямо по курсу кафешка. Машина останавливается, Серёжа, не думая, пошёл во внутрь. Арсений тоже вышел из машины — подышать свежим воздухом. Дима пошёл за Серёжей вовнутрь, желая взять что-нибудь перекусить. Антон снова остался сидеть в машине. Через пару минут он открывает дверь машины и выходит на улицу. Когда есть возможность немного размять спину и ноги — нужно этим пользоваться. С учётом того, что Шаст двухметровый — этим действительно нужно пользоваться. Арсений оборачивается, когда слышит хлопок двери. — С парнями пойдешь? — спрашивает Арсений, подходя немного ближе к Антону. — Не, — начал говорить Шаст, копошась в кармане сумки, — я покурить отойду. — найдя в сумке сигареты, ответил Антон. Он знал, как Арсений не любит запах сигарет, поэтому он отошёл от машины и поджёг сигарету. Сделав несколько тяжек, к нему пришло осознание того, что все парни уже сходили в туалет. На первой остановке — Арс и Дима, сейчас — Серёжа. Антон очень боялся, что ему зададут вопрос, почему он не делал как все. Через пару минут, когда уже сигареты дотлела, Антон понимает, что жара всё ещё больше поднимается и уже стоит садиться обратно в машину. Он выдыхает последний клуб дыма и тушит сигарету. Серёжа и Дима уже вернулись. Решено ехать дальше.

***

Ещё около полутора часа они ехали спокойно, до место назначения оставалось около часа, может даже чуть больше. Антон, спустя полчаса после того, как отъехали от кафе, выпил ещё около четверти от того, что осталось в бутылке с водой. Жажда больше не одолевала, поэтому все спокойно ехали, но за рулём уже был Арс, потому что Дима сильно устал и хотел отдохнуть. Антон снова спал, но его настигло пробуждающее чувство. Шаст начинал просыпаться это очень знакомого чувства. Когда он полностью открыл глаза, он заметил, что в низу живота не приятно тянет. Давящее чувство, осевшей на дно мочевого пузыря, жидкости. Его страх осуществился: появилась нужда. Была ли эта нужда сильной? Вовсе нет. Скорее, это можно назвать «началом приличной нужды». Он может терпеть ещё очень долго. Ему хотелось не очень слабо, но и даже не средне. Для личного комфорта он бы уже давно сходил, но не в его безвыходной ситуации. Сказать об этом друзьям? Ни за что! А своему парню — тем более. Ему началась вспоминаться ситуация с парком и Димой 10 лет назад. Когда его сковала неуверенность, а также судорожный страх и липкое стеснение. Он тогда не смог, никогда не мог и сейчас тоже не сможет. Он понимал, что его ситуация очень и очень неплохая сейчас, но дальше всё будет усугубляться. Ещё через десять минут ему стало казаться, что мочевой пузырь начинает сокращаться, а объём жидкости — увеличиваться. Желание возвысилось, казалось, вдвое и, всё же, всё ещё не так плохо. Ещё через десять минут ситуация повторилась и всё стало ухудшаться с каждой минутой. Пометка «очень приличное желание» была достигнута и даже больше, за неё перевалило. Ему хотелось свести ноги вместе или принять более удобное положение. При парнях он этого сделать просто физически не мог, было слишком стыдно и слишком очевидна была бы причина такого его поведения. Антон не мог допустить, чтобы они поняли всё. Ему нужно узнать, сколько ещё ехать до места назначения, чтобы он мог понимать, сколько ему ещё терпеть. Спросить он тоже не мог, потому что они бы поняли, что ему нужна остановка, но почему она ему нужна — вариантов ответа было бы несколько. Время шло, а в его естественном сосуде оставалось всё меньше места. У Антона в голове решается правосудие. Он думает, решаться ли спросить, сколько осталось времени до конца поездки, либо же продолжать терпеть (что уже не казалось до конца возможным) и ехать смирно. Первый вариант всё же победил. — Ребят, а кто-то знает, долго нам ещё? — спросил Антон, пытаясь побороться со своим смущением. — Минут сорок ещё до конца, это если останавливаться не будем. — отвечает Арсений, смотря на горящие циферки в навигаторе, — да тут, в целом-то, останавливаться негде. Едем по прямой до домиков. Не удовлетворившись ответом, Антон опускает взгляд в телефон, тем самым пытаясь отвлечься от назревающей проблемы. Спустя минут десять, ход машины плавно замедляется. На дороге авария, судя по всему, придётся объезжать. Мочевой пузырь Антона снова сокращается, жидкости становится всё больше. Отметка «критично» уже совсем рядом. — Что там произошло? Чего стоим? — с нотками беспокойства в голосе, спрашивает Антон. — Да бля, фура с легковушкой всмятку столкнулись. Судя по всему, нам тут придётся стоять, я не знаю, где здесь можно объехать. — отвечает Арсений. — Вот блять… — комментирует Антон. Вот ещё этого не хватало! А как же его потребность? Что сейчас делать? Этого никто не предвидел! Дима и Серёжа спят, Арсений занят тем, что ведёт машину, а Антон занят мыслями о том, как дотерпеть, если попросить остановку он не может из-за своего жуткого стеснения и страха. — Да ничего страшного, сейчас посмотрю, как объехать. — констатирует Арсений. — Ну, конечно, ничего страшного! А я, блин, что должен делать? Очень вовремя, как всегда! — начал эмоционировать Антон. — Ну, Тош, чего ты? Бывает и такое. Сейчас поедем по другой дороге, возможно, приедем чуть позже назначенного времени. — Арсений всегда пытается сгладить все неровные углы, но вот только сейчас Антону не до этого. — Позже? Прекрасно! А если нельзя позже, а надо как можно быстрее? — Антон стал совсем забывать о своём стеснении. — Да что случилось, Тош? Устал сильно? Подожди немного, скоро придем и будем отдыхать. — пытается поддержать его Арсений. — Да не устал я. — отнекивается Антон, ведь он правда не устал, ему просто надо отлить и всё будет по-прежнему нормально. — А что тогда? Всё ведь хорошо, а если нехорошо, то скажи. Разберёмся, что делать. — предлагает Арсений, заворачивая направо, чтобы выйти не на встречную полосу. — Да я… В порядке я, всё нормально. — отвечает Антон, пытаюсь перетерпеть новую волну позывов. — Когда всё нормально, ты не эмоционируешь так. Говори, что у тебя произошло? — просит Арсений, мы так в зеркало заднего вида прямо в глаза Антона. — Нет, всё… — сжав кулаки, пережидая новую волну желания отлить, на полуслове замолкает Антон. — всё нормально. — Антон, мать твою, я же вижу, что ты не в порядке! Я не могу мысли твои прочитать. Скажи нормально, что произошло. — Арсений резко поднимает голос, от чего Антон слегка вздрагивает. — прости, Тош. Правда, расскажи, что у тебя случилось. Я не хотел кричать, просто я сам понять же этого не могу. — Арс, я не могу… Мне очень стыдно и страшно об этом говорить. — признаётся Антон. — Тош, если ты не скажешь, то мы не сможем ничего предпринять. Потом разберёмся, стыдно или нет, сейчас просто скажи, что тебя беспокоит. — просит Арс, переходя на ещё более нежный тон. Антон, быстро дыша и резко зажмурившись, через все свои загоны, стыд и страх выдаёт: — В туалет очень хочется. — зрачки Антона расширяются, а голос становится сиплым. — Ну и? Это всё? — уточняет Арсений. Антон в ответ лишь глухо стонет и пытается вымолвить что-то вроде «Ага». — Тош, ну что ж ты раньше не сказал? Ты поэтому спрашивал, сколько ещё ехать до назначения? — Антон в ответ снова невнятно угукает. — Потерпеть никак? — Арсений смотрит на Антона и понимает, что ответ один — нет. — Антош, остановиться мы не сможем, тут нельзя. Нужно потерпеть до того, как мы приедем. — Арс, я не могу. — отвечает Антон. От разгоревшегося спора, Дима проснулся. — Да что ж вы разорались? Что у вас тут? — спрашивает Дима. — Реально, поспать не дают! — наигранно обиделся Серёжа. — Блять, ребят, не задавайте лишних вопросов, а то и без этого хуёво. — с новой эмоционально отвечает Шастун. Серёжа снова задаёт вопрос, по типу «Что случилось?». — Арс, можем остановиться, пожалуйста, где-нибудь? — поскуливает Антон. — Антош, ну неужели всё настолько плохо? Останавливаться тут нельзя. Видишь какой поток машин? — отвечает Арсений. — Арс, если мы не остановимся, то химчистку оплачиваешь сам. Я сейчас реально обоссусь, я не шучу. Мочевой пузырь сейчас взорвётся нахуй. — говорит Антон, сам не веря в то, что впервые за 27 лет своей жизни может признаваться в настолько интимном для него вопросе. — И мне сейчас ни капли не стыдно. Пока я на адреналине и могу говорить об этом откровенно и открыто, сейчас заявляю о том, что могу обоссаться своей же машине. Арсюш, ну пожалуйста, отъедь куда-нибудь, я уже реально не могу. — Реально, Арс, тормозни. Ему реально плохо. Тох, немного подожди, сейчас остановимся.- у Димы в плане поддержки всегда всё хорошо, но видимо, не сейчас. Арсений понял, что Антон реально может не выдержать. Ребятам от этого не было бы противно, они скорее переживали за состояние Антона, ведь им не всё равно на его психику и физическое здоровье. Спустя пару минут Арсений всё же съехал в сторону. Они остановились на обочине. Антон, уже еле держась, вылетел из машины пулей. Спустя 30 секунд, Антон смог расслабиться и освободить свой мочевой пузырь от натиска такого количества жидкости. Когда Антон закончил, ему стало стыдно возвращаться к парням. Словно 10 лет назад, когда он гулял с Димой, его сковал страх и стыд, боязнь осуждения. Через все свои отрицательные эмоции, Антон всё же возвращается в машину. Лицо постепенно начинает приобретать красный оттенок — стыд. Он справится ни на кого из них не смотреть, в воздухе и так напряжная тишина. — Антош, ты в порядке? — спокойным голосом спрашивает Арсений, лично для него не произошло чего-то сверхъестественного. — Блять… Простите, пацаны. Мне очень стыдно из-за этой ситуации. — извиняется Антон, смотря куда-то в пол. — За что тебе стыдно? За то, что ты захотел сходить в туалет? — уточняет Серёжа. — Шаст, здесь все свои, не переживай по этому поводу. Такое бывает со всеми. В следующий раз, если понадобится остановка, просто говори об этом пораньше. В первую очередь ты — человек. — Правда, Тох. Всё хорошо. Это обычная жизненная ситуация, в которой ты не виноват. Захотеть поссать — может каждый. — поддержал Серёжу Дима. — Антош, можешь ничегошеньки не говорить, если некомфортно, а мы просто забудем эту ситуацию и не будем поднимать эту тему. — Спасибо, пацаны.