Пока смерть не разлучит нас

Склеп встретил Баффи привычной смесью сырости, затхлости и запаха старой крови. Он был хаотичен, как и жизнь его обитателя, с разбросанными по полу старыми журналами, мятой одеждой и полупустыми бутылками с кровью, лениво скатившимися в угол. Но для Баффи это место теперь наполнилось другими воспоминаниями, более поздними, более сложными. Не все из них были плохими. В будущем этот склеп стал для нее убежищем, местом для тренировок, местом для отчаянных разговоров, местом… Она оборвала себя на полуслове, чувствуя, как щеки залились краской. Не время думать об этом. Сейчас у нее другая задача. Спайк сидел на своем изношенном диване, куря сигарету, уставившись в стену. Он не повернулся, когда она вошла, вероятно, приняв ее за очередную случайную жертву или, что более вероятно, совсем не ожидая ее визита. Атмосфера была наэлектризованной, пропитанной невысказанными словами и недоверием. Баффи решила сюда сходить, после незаконченного разговора, чтобы прояснить все. - Истребительница. Пришла добить? – спросил он, не оборачиваясь. Его голос был пропитан привычным сарказмом, но Баффи уловила в нем нотки напряжения. Баффи не ответила сразу. Она осматривала склеп, ее взгляд задерживался на постели в углу – старом, продавленном матрасе, прикрытом грязным одеялом. Там, где когда-то они… Там, где их жизни переплелись в клубок боли, ненависти и, в конечном счете, самопожертвования. Она резко отвела глаза, отгоняя навязчивые воспоминания. Сейчас это не имело значения. Важно было будущее, которое она должна была изменить. - Нет. Я пришла поговорить, – ответила она твердо, стараясь, чтобы ее голос звучал уверенно. Он наконец повернулся, медленно и лениво, словно это стоило ему огромных усилий. Его светлые брови были нахмурены, а глаза внимательно изучали ее лицо. Он словно пытался увидеть сквозь нее, проникнуть в ее мысли. - Ты выглядишь так, будто видишь призраков, – заметил он, выпуская струю дыма. Баффи вздохнула. - Потому что вижу. Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь потрескиванием сигареты в руках Спайка. Он ждал, что она объяснит. А она не знала, с чего начать. Она не могла рассказать ему всё – не сейчас. Это было слишком сложно, слишком невероятно. Да и была ли она готова доверить ему настолько свою жизнь? Но она не могла и молчать. Слишком многое стояло на кону. - Ты еще не знаешь меня, – начала она, делая шаг вперед. – Но я знаю тебя. И я знаю, что ты способен на большее. Спайк замер. Сигарета застыла между его пальцами, дым медленно поднимался вверх, очерчивая его лицо в призрачном свете. Он больше не казался расслабленным и безразличным. В его глазах мелькнуло удивление, смешанное с недоверием. - Ох, вот как? И что же я, по-твоему, могу? – спросил он саркастично, но в его голосе проскользнула едва заметная дрожь. Она сделала еще один шаг ближе, оказавшись почти вплотную к нему. Она чувствовала его взгляд, прожигающий ее насквозь. - Ты можешь выбрать, – ответила она просто, но твердо. Он смеялся, но звук получился нервным, резким, словно лопнувшая струна. - Выбрать что? Между кровью А+ и B-? Я гедонист, Истребительница, а не дегустатор вин. - Между тем, чтобы быть чудовищем… и тем, чтобы стать тем, кого я уже видела, – перебила его Баффи, ее голос звучал тихо, но в нем чувствовалась стальная решимость. Он вскочил с дивана, внезапно злой, его глаза сверкали красным. Сигарета упала на пол, вальяжно рассыпаясь серым пеплом. - Что за бред ты несешь? Кто ты такая? Ты не Баффи. Баффи не смотрит на меня так! - Как? – спросила Баффи, не отступая. - Как будто я важен! – выплюнул Спайк, словно это было самое ужасное оскорбление, которое он мог себе представить. Тишина. Только тяжелое дыхание Спайка нарушало ее. Он ждал, что она насмеётся над ним, ударит, отвернётся. Он привык к этому. Он привык быть ничем, существом, достойным лишь презрения. Но она просто стояла. И смотрела. В ее глазах не было ни насмешки, ни презрения, только… что-то, чего он никогда раньше не видел. Что-то похожее на сочувствие. - Ты важен, – тихо сказала Баффи. Его лицо менялось. Гнев постепенно уходил, уступая место растерянности, недоверию. Он словно потерял опору, не зная, как реагировать на ее слова. - Что с тобой случилось? – спросил он тихо, его голос звучал непривычно неуверенно. Она не могла сказать ему правду. Она знала, что это слишком много для него. Сейчас. Но она могла дать ему достаточно, чтобы посеять зерно сомнения, зерно надежды. - Я увидела будущее, – ответила она, избегая его взгляда. – И в нём… ты сделал выбор. Ты изменился. Он покачал головой, не веря ей ни единому слову. Но… Но что-то в ее голосе, в ее глазах, заставило его усомниться в своей уверенности. Он хотел верить. Он отчаянно хотел верить, что в нем есть что-то большее, чем просто кровожадный вампир. - И что? Я стал героем? Сражался за добро и свет? – спросил он саркастично, но в его голосе появилась надежда. - Ты сражался за меня, – ответила Баффи, глядя ему прямо в глаза. Он отвернулся, не выдержав ее взгляда. Она видела, как его руки дрожат, как он судорожно сжимает кулаки. - Ты врешь, – пробормотал он, словно уговаривая себя поверить в свои слова. - Нет. Она повернулась к выходу. Больше она не могла сказать. Сейчас было достаточно. Она посеяла семя, и теперь оставалось лишь ждать, что из него вырастет. - Я не прошу тебя верить, – сказала она, стоя в дверях склепа. – Но если захочешь узнать больше… найди меня. И она ушла, оставив Спайка одного в его склепе, в его темноте, в его сомнениях. Она оставила его с сигаретным дымом и новым вопросом в его голове, который сверлил его мозг, не давая покоя: А что, если она права? Баффи вышла из склепа, чувствуя себя опустошенной. Она выложила все, что могла, не раскрывая всей правды. Она знала, что это было рискованно, но у нее не было другого выбора. Она должна была попытаться изменить ход событий, даже если это означало довериться тому, кто когда-то был ее врагом. Когда она ступила на улицу, что-то шевельнулось в темноте. Ей почудилось, что она видит свое собственное лицо – но искаженное, злое, словно отражение в кривом зеркале. - Ты думаешь, всё так просто? – прошептал голос, словно эхо из ее кошмаров. – Он никогда не изменится. Баффи не обернулась. Она знала, кто это. Точнее, что это. Первое Зло. Оно играло с ней, манипулировало ее страхами, пыталось сломить ее волю. Она не позволит этому случиться. Она вышла из тени склепа и направилась к освещенной улице. Ее руки были сжаты в кулаки, ее взгляд был полон решимости. Она знала, что впереди ее ждет тяжелая борьба. Но она была готова. Она была Истребительницей. И она не сдастся.

***

Спайк остался в склепе, окруженный темнотой и молчанием. Слова Баффи эхом отдавались в его голове, не давая ему покоя. "Ты способен на большее… Ты можешь выбрать… Ты сражался за меня…" Бред какой-то, подумал он. Глупость. Истребительница сошла с ума после возвращения из мертвых. Она видела то, чего не было, слышала голоса, говорила бессвязные вещи. Но почему-то он не мог просто отмахнуться от ее слов. Что-то в ее голосе, в ее взгляде, заставило его сомневаться. Он чувствовал, что она говорит правду. Или, по крайней мере, верит в то, что говорит. Он снова достал сигарету и закурил, пытаясь успокоить нервы. Дым не приносил облегчения. Он просто усиливал чувство тревоги, которое постепенно охватывало его. Он смотрел на свои руки, на свои когти, на свои окровавленные зубы. Он был монстром. Убийцей. Он существовал лишь для того, чтобы пить кровь и сеять хаос. Он не способен на любовь, на сострадание, на самопожертвование. Так было всегда. Так будет всегда. Но что, если… Что, если Баффи права? Что, если в нем есть что-то большее, чем просто зверь? Что, если он способен на что-то хорошее? Эта мысль была пугающей, но в то же время… Она была притягательной. Он всегда чувствовал себя одиноким, отчужденным от мира, не принадлежащим ни к чему. Но если он мог измениться, если он мог стать чем-то большим… Он выкинул сигарету на пол, растоптав ее каблуком своего ботинка. Он должен был выяснить правду. Он должен был узнать, что с ней случилось, что она увидела, что заставило ее поверить в него. Он должен был найти Баффи. Спайк поднялся с дивана и вышел из склепа, направляясь в ночь. Он не знал, что его ждет впереди. Но он знал, что не сможет успокоиться, пока не узнает правду.

***

После разговора с Баффи, Спайк провел несколько дней, наблюдая за ней. Он следил за ней из тени, стараясь оставаться незамеченным. Он видел, как она работает в библиотеке, помогая ученикам и разбирая книги. Он видел, как она тренируется, с яростью и одержимостью. Он видел, как она избегает своих друзей, особенно Дон, словно боясь сблизиться с ней. Он не понимал, что происходит. Но он чувствовал, что Баффи что-то скрывает. Что-то большое, что-то страшное. Его смущало ее поведение. Та Баффи, которую он знал, была сильной, уверенной в себе, но в то же время – доступной, готовой к общению. Эта Баффи была замкнутой, нервной, словно ожидала удара в спину. Он также заметил, что за ней кто-то следит. Тень, которая всегда была рядом, в углах, в темноте. Он не мог разобрать, кто это, но чувствовал, что это что-то зловещее, что-то опасное. Однажды ночью он увидел, как Баффи патрулирует город. Она была беспощадна, убивая демонов и вампиров с холодной эффективностью. Он никогда раньше не видел ее такой жестокой. Когда она возвращалась домой, он подстерег ее у ее дома. Он должен был поговорить с ней. - Истребительница, – сказал он, выйдя из тени. Баффи вздрогнула и повернулась к нему, готовая к бою. Когда она узнала его, ее лицо смягчилось. - Спайк. Что ты здесь делаешь? - Я хочу знать правду, – ответил он, глядя ей прямо в глаза. – Что с тобой случилось? Что ты увидела? Баффи вздохнула. - Я не могу тебе сказать, – ответила она. – Это слишком опасно. - Опасно для кого? Для меня? - Для всех. - Тогда позволь мне помочь тебе, – предложил Спайк. – Я могу защитить тебя. Баффи покачала головой. - Ты не понимаешь, во что ввязываешься. - Попробуй объяснить мне, – настаивал Спайк. – Дай мне шанс понять. Баффи молчала, словно борясь с собой. Наконец, она сказала: - Хорошо. Но ты должен поклясться, что никому не расскажешь. Никогда. Спайк кивнул. - Клянусь. Баффи сделала глубокий вдох и выдохнула. - Я из будущего, Спайк. Из будущего, где идет война. Война против Первого Зла. Спайк нахмурился. - Первое Зло? Что это такое? - Это древнее зло, которое существовало всегда. Оно не имеет физической формы, но может принимать любой облик. Оно манипулирует людьми, играет с их страхами, пытается уничтожить все живое. - И что я имею к этому всему? - В будущем ты был на нашей стороне. Ты сражался против Первого Зла. Ты пожертвовал собой, чтобы спасти мир. Спайк был ошеломлен. Он не мог поверить в то, что слышал. Он – герой? Он – тот, кто спасает мир? Это было слишком невероятно. - Ты врешь, – сказал он. - Я не вру, – ответила Баффи. – Я видела это своими глазами. Я жила этим. - Но почему я? Почему я должен помогать тебе? - Потому что ты можешь выбрать, – ответила Баффи. – Ты можешь выбрать, кем ты хочешь быть. Монстром или героем. Спайк молчал. Он не знал, что ответить. Он чувствовал, что его мир переворачивается с ног на голову. - Я подумаю, – сказал он. - Хорошо, – ответила Баффи. – Но помни, времени у нас мало. Первое Зло уже здесь. И оно наблюдает за нами. Баффи развернулась и вошла в свой дом, оставив Спайка одного на улице. Он посмотрел на темные окна дома Баффи, а потом взглянул на темное небо, где ему снова почудилась мимолетная тень. Он чувствовал, что за ним наблюдают. За ним, за Баффи, за всем миром.

***

После разговора со Спайком, Баффи чувствовала себя немного лучше. Она знала, что рискнула, рассказав ему правду. Но она чувствовала, что может ему доверять. Или, по крайней мере, надеяться на это. Но она также понимала, что раскрывать всю правду было бы слишком опасно. Она не могла рассказать ему о своих чувствах к нему в будущем. Она не могла рассказать ему о том, как он умер, спасая ее. Это было слишком много для него. Сейчас. Она понимала, что рискует, не говоря ему всего. Но она должна была защитить его. От себя самой, от своих воспоминаний, от своих чувств. Следующие несколько дней прошли в напряженном ожидании. Баффи работала в библиотеке, тренировалась в склепе и патрулировала город, стараясь оставаться настороже. Она знала, что Первое Зло может ударить в любой момент. Она также видела Спайка. Он следил за ней, наблюдая за ней из тени. Иногда он даже помогал ей на патруле, убивая демонов и вампиров. Но он всегда держался на расстоянии, словно боясь сблизиться с ней. Баффи понимала, что ему нужно время, чтобы переварить все, что она ему рассказала. Она должна была дать ему время. Однажды вечером, когда Баффи возвращалась домой с патруля, она увидела Спайка, стоящего у ее дома. - Я подумал, – сказал он. Баффи посмотрела на него, ожидая, что он скажет дальше. - Я помогу тебе, – сказал Спайк. – Я буду сражаться против Первого Зла. Баффи улыбнулась. - Я знала, что ты сделаешь правильный выбор. - Не думай, что я делаю это ради тебя, – сказал Спайк. – Я делаю это ради себя. Я хочу узнать, на что я способен. - Этого достаточно, – ответила Баффи. - Но я хочу знать больше, – сказал Спайк. – Я хочу знать, что произойдет в будущем. Я хочу знать, почему я должен умереть, спасая тебя. Баффи вздохнула. Она знала, что этот момент настанет. - Я расскажу тебе все, – сказала она. – Но ты должен быть готов услышать правду. Баффи повела Спайка в свой дом. Они сели в гостиной, и Баффи начала рассказывать ему о будущем. Она рассказала ему о войне против Первого Зла, о его жертве, о своих чувствах к нему. Когда она закончила свой рассказ, в комнате повисла тишина. Спайк смотрел на нее, не говоря ни слова. - Ты веришь мне? – спросила Баффи. Спайк кивнул. - Я верю тебе. Но я не понимаю. Почему ты… Почему ты заботишься обо мне? Баффи покраснела. - Потому что… Потому что я люблю тебя, – сказала она. Спайк был ошеломлен. - Ты любишь меня? Но… Я же монстр. - Я знаю, – ответила Баффи. – Но я вижу в тебе что-то большее. Я вижу в тебе человека. Спайк подошел к Баффи и взял ее за руку. - Я не знаю, что сказать, – пробормотал он. - Не нужно ничего говорить, – ответила Баффи. – Просто будь рядом со мной. Спайк посмотрел Баффи в глаза. - Я буду рядом с тобой, – сказал он. – До конца. Их губы встретились в поцелуе. Это был поцелуй надежды, поцелуй любви, поцелуй, который должен был изменить их судьбу. Тем временем, в темном уголке города, Первое Зло наблюдало за ними. Оно знало, что Баффи и Спайк стали ближе. Оно знало, что они представляют для него угрозу. Оно должно было остановить их. Любой ценой. - Они думают, что смогут меня победить, – прошептал голос, словно эхо из самых глубоких кошмаров. – Но они ошибаются. Они всего лишь пешки в моей игре. Первое Зло улыбнулось. Это была страшная, злобная улыбка, которая предвещала лишь смерть и разрушение. - Скоро они узнают, что такое настоящий ужас, – прошептал голос. – И я буду наслаждаться их страданиями. Тень сгустилась, поглощая Первое Зло. Оно готовилось к своему последнему удару. Война началась. И мир уже никогда не будет прежним.