Не исчезать

Очередное выступление. Жара, духота, измотанность. Перед глазами всё плывет, сердце чуть ли не выпрыгивает, забивается в тахикардии. Метроном в наушниках еле слышен сквозь собственный пульс, но Джисон держит лицо и старается не сбиваться, делая движение за движением, но уже начиная паниковать. «Держи себя в руках, держи себя в руках!» — повторяет в мыслях, как сквозь сомкнутые зубы. Дышать — больно, будто сердце в горле застряло, и не уходит, перекрывает воздух. Ещё шаг, взгляд в сторону. Осталось немного, скоро это закончится, это выступление. Нужно только встать в конечную позу. Секунда и… Нога соскальзывает, мышцы не держат — Джисон падает на пол, упираясь ладонями и ударяясь коленями. Испуг, а за ним паника. «Встать. Как можно быстрее» — скачет в голове за долю секунды, но взять тело под контроль получается не сразу, а лишь через пару секунд. Взять под контроль и встать на дрожащие ноги, опустив блестящие от непролитых слёз глаза в пол, тяжело дыша. Наконец гаснет свет, метроном в ушах больше не играет. Можно уходить. Боже, это закончилось. Следовать за участниками за сцену и сесть на ближайший диван, стул, кресло — неважно, главное делать вид, что всё в порядке. Что не облажался. Перед всеми. «А что ты получить ожидал? Похвалу и признание?» — насмехается внутренний голос, а на глаза наворачиваются слёзы. Да, ожидал, хотел всем сердцем, но облажался, как маленький ребёнок. «Хотел как лучше, а получилось как всегда» — горькая усмешка, «как можно быть таким никчёмным?» — ещё одна, но теперь отнюдь не смешно, даже отдаленно. Резко в груди колит, под рёбрами, заставляя сгорбиться, заодно спрятать налитые слезами глаза. Не хочется думать, помнить, существовать вовсе. Стыдно перед участниками, фанатами — прежде всего перед собой. Столько практиковаться… Ради чего? Вот этого? «Боже, да лучше бы я исчез» — и пустота в голове. Дыхание сбивается, становится совсем поверхностным. Джисон пытается вдохнуть, но воздух будто не поступает в лёгкие. «Чёрт, только не снова» — но уже поздно. Воздух плотный, но обжигающе холодный, пытаться вдохнуть — почти болезненно. Тело сковывает страх, захватывая мышцы под кожей, животный. Умирать не хочется, нет. Джисон передумал, не хочет больше исчезать, не сейчас, не так… — Джисон, ты как? — слышится осторожный вопрос откуда-то сверху, но при этом так близко, прорываясь сквозь учащенный пульс и затруднённое дыхание. Джисон медленно, с каким-то недоверием и страхом поднимает глаза. — Минхо… — успевает лишь выдохнуть Джисон, распознав в размытом в слезах взгляде главного танцора. Минхо тут же меняется в лице, поняв, что ситуация серьёзнее, чем он думал изначально, пускай Джисон и не замечает этого. Парень хватает Джисона за руку и резко тянет на себя, заключая в объятия, крепкие-крепкие. — Тсс, всё в порядке, — шепчет Хо, — я рядом. На секунду способность дышать будто бы совсем пропадает, но тут же сменяется горьковато-железным привкусом во рту. Джисон обнимает Минхо в ответ, цепляясь пальцами, сминая рубашку — сейчас это неважно — утыкается лицом в плечо и наконец вдыхает воздух, обогащая лёгкие. Пусть и дрожащим движением, неуверенным и неуклюжим. — Прости, мне очень стыдно, — дрожащим голосом выдыхает Джисон. — За что это? — Хо моргает недоуменно, чуть отодвигаясь, чтобы посмотреть Джисону в глаза. — За то… — голос обрывается, встретить взгляд Минхо не получается. — За то, что я облажался, упал в самом конце. Минхо выгибает бровь вопросительно, а затем цокает раздражённо, закатывая глаза. «Вот и всё. Минхо зол на меня» — успевает промчаться в мыслях, заставляя пол из-под ног уйти. — Неважно уже, главное чтобы ты себя хорошо чувствовал, — в типичной для себя «цундерской» манере отвечает Хо. Джисон поднимает взгляд на лицо Минхо, моргая неверяще — слёз и панической атаки будто бы не было. — Участники пошли переодеваться, нам ещё на интервью для радио ехать, — перебивает Минхо, как только Джисон пытается открыть рот чтобы что-то сказать. Взгляд Джисона смягчается. Он кивает и почему-то грустнеет. — Но я побуду с тобой, пока тебе не станет лучше, — говорит Хо так, будто делает одолжение, но на самом деле совсем не против. Джисон поджимает губы и просто утыкается лбом в грудь Минхо, давая волю слезам — теперь это смесь благодарности и какой-то… Подавленности. Главное, что Минхо рядом. Без него Джисон бы давно исчез.