Маскарад теней

В огромном зале, утопающем в полумраке, звучала приглушённая музыка, а воздух был пропитан ароматом вина и тонких духов. Ежегодная "секретная вечеринка" компании бурлила жизнью: фигуры в белых масках скользили по паркету, скрывая свои расовые черты под изысканными нарядами. Алфедов, вампир с нежной, почти ангельской внешностью, стоял у барной стойки, лениво потягивая слабый алкоголь. Его маска зайца с длинными ушами слегка съехала набок, а чёрные глаза равнодушно скользили по толпе. Пять веков жизни научили его одному: всё проходит, а он остаётся. Вечеринка, как и всё остальное, казалась ему пустой тратой времени. До его плеча вдруг дотронулась тёплая рука. Алфедов обернулся, встретившись взглядом с фигурой в маске Они — красной, с оскаленной улыбкой, как в японских легендах. Сквозь прорези маски сияли изумрудные глаза, яркие, почти светящиеся в тусклом свете зала. — Что грустим в одиночестве, зайчонок? — голос незнакомца был низким, с лёгкой насмешкой. Алфедов буркнул что-то невнятное, отмахнувшись, и жестом попросил бармена налить ещё. Но фигура в маске не отступила. Незнакомец опёрся локтями о стойку, начав рассказывать байки — то смешные, то странные, но неизменно увлекательные. Алфедов, сам того не замечая, втянулся в разговор. Впервые за вечер скука отступила, и он даже позволил себе улыбнуться, скрытую под маской. В какой-то момент зал стал душным. Алфедов, чувствуя, как жар разливается по телу, а голова слегка кружится, пробрался к балкону. Опираясь на перила, он пытался вдохнуть прохладный ночной воздух, но тело горело всё сильнее, а разум затуманивался. К нему подошёл тот же незнакомец, маска Они слегка покачивалась в такт шагам. — Что с тобой? — спросил он, в голосе сквозило беспокойство. — Не знаю… плохо. — выдохнул Алфедов, тяжело дыша. И тут его обволок резкий аромат — сладкий, ягодный, почти одуряющий. Вампир замер, чувствуя, как инстинкты берут верх. Он шагнул к незнакомцу, крепко обхватил его руками и, не сдерживаясь, впился клыками в плечо через ткань одежды. Кровь — густая, пряная, с ноткой чего-то запретного — хлынула на язык, и Алфедов застонал от удовольствия. Заменители, которыми он питался веками, были пресной тенью в сравнении с этим вкусом. Незнакомец лишь хмыкнул, шепнув: — Нашёл. Алфедов отстранился, облизнув губы, его чёрные глаза пылали голодом. Он больше не контролировал себя — хотел этого странного гостя, хотел завладеть им целиком. Незнакомец, будто уловив его мысли, взял инициативу в свои руки. Они покинули вечеринку, дойдя до ближайшего отеля. Едва дверь номера захлопнулась, Алфедов набросился на него, целуя шею, срывая маску Они с лица любовника. И замер. Перед ним стоял Джаст — демон с серой кожей, рогами и длинным хвостом, новый директор компании. Его изумрудные глаза искрились насмешкой. Алфедов отшатнулся, но Джаст, улыбнувшись, стянул маску зайца с его лица и притянул к себе, впиваясь в губы вампира страстным поцелуем. Сопротивление Алфедова растаяло, и он поддался, отдаваясь желанию. --- Ночь пылала страстью, воздух в номере отеля был пропитан жаром их тел и едва уловимым ароматом ягод, исходящим от Джаста. Демон, с его серой кожей, блестящей в тусклом свете лампы, склонился над Алфедовым, чья бледная, почти светящаяся кожа контрастировала с тёмными простынями. Шершавый, длинный язык Джаста медленно скользнул по шее вампира, оставляя влажный след, а затем спустился к ключицам, дразняще обводя их контуры. Алфедов выдохнул, его чёрные глаза затуманились от желания, а острые клыки блеснули, когда он приоткрыл рот, не в силах сдержать тихий стон. Сильные руки Джаста, ладонями, прошлись по бокам вампира, сжимая его стройную талию, а затем скользнули выше, к груди. Пальцы демона нашли соски Алфедова, уже твёрдые от возбуждения, и начали медленно, но настойчиво играть с ними — то сжимая, то слегка оттягивая, пока по телу вампира не пробежали первые волны дрожи. Джаст усилил ощущения магией: лёгкие разряды тока, тёплые и покалывающие, исходили от его кончиков пальцев, заставляя Алфедова выгибаться навстречу, а его дыхание становилось прерывистым, почти хриплым. — Тебе нравится, зайчонок? — прошептал Джаст, его голос был низким, с лёгкой хрипотцой, а изумрудные глаза сверкали сквозь полумрак. Алфедов не ответил — лишь кивнул, кусая губу, чтобы не застонать громче. Но Джаст не собирался останавливаться. Его длинный, гибкий хвост, скользнул по внутренней стороне бедра вампира, дразняще касаясь чувствительной кожи, а затем обвился вокруг его талии, притягивая ближе. Демон опустился ниже, его язык прошёлся по плоскому животу Алфедова, оставляя за собой цепочку влажных поцелуев, пока не остановился у края брюк. Одним движением Джаст сорвал их, обнажая вампира полностью, и тот задрожал от предвкушения. Джаст взял его в руку, медленно проводя пальцами по всей длине члена, дразня и наблюдая, как Алфедов сжимает простыни, пытаясь удержать контроль. Но контроль давно покинул его — кровь демона, что он попробовал ранее, смешанная с природными афродизиаками, превратила его разум в бурлящий котёл желания. Джаст наклонился, обхватив губами головку, и начал медленно, с наслаждением посасывать, пока его язык обводил каждый контур. Алфедов выгнулся, его пальцы вцепились в рога демона, а из горла вырвался низкий, протяжный стон. — Джаст… — выдохнул он, голос дрожал от напряжения. Демон лишь хмыкнул, отстраняясь, чтобы поднять взгляд на своего любовника. Затем он перевернул Алфедова на живот, заставляя того встать на колени. Хвост Джаста скользнул между ягодиц вампира, дразня вход, пока демон доставал смазку — тёплую, скользкую, с лёгким приятным ароматом. Он щедро нанёс её на пальцы и медленно ввёл один внутрь Алфедова, растягивая его с нежной, но настойчивой заботой. Вампир закусил подушку, его тело напряглось, а затем расслабилось, когда Джаст добавил второй палец, двигая ими в ритме, который заставлял Алфедова дрожать и тихо постанывать. Когда Джаст наконец вошёл в него, это было медленно, почти мучительно — каждый сантиметр ощущался остро, глубоко, заполняя вампира целиком. Демон наклонился, прижимаясь грудью к спине Алфедова, и начал двигаться, сначала плавно, позволяя тому привыкнуть, а затем всё быстрее, глубже. Хвост Джаста обвивался вокруг бёдер вампира, направляя его движения, пока тот не начал сам подмахивать, отдаваясь ритму. Каждый толчок отзывался жаром внизу живота Алфедова, его стоны становились громче, смешиваясь с хриплым дыханием Джаста. Демон провёл рукой по груди вампира, снова находя соски и сжимая их, пока магия усиливала ощущения, доводя Алфедова до грани. Он оседлал Джаста, развернувшись лицом к нему, и начал двигаться сам, чувствуя, как член бьёт по простате. Джаст обхватил его бёдра, помогая, а затем потянул к себе, впиваясь в шею острыми зубами, оставляя багровые засосы. Алфедов вскрикнул, его тело содрогнулось от оргазма, волны наслаждения прокатились от низа живота до кончиков пальцев, заставляя его задыхаться. Джаст, с лёгкой улыбкой, перехватил инициативу, укладывая вампира на спину. Он вошёл снова, теперь быстрее. Их тела сплелись в жарком петтинге, руки скользили по потной коже, а губы находили друг друга в жадных, влажных поцелуях. Ночь растворилась в предрассветной дымке, оставив их обоих в сладкой истоме, с переплетёнными конечностями и учащённым дыханием. Утро ударило по голове, как молот. Алфедов открыл глаза, щурясь от яркого света. Вместо мягкой постели отеля он лежал на больничной койке, окружённый пищащими аппаратами. Запах антисептика резал ноздри. В палату вошла медсестра, а за ней — врач. — Ну здравствуй, — сказал доктор, проверяя показатели. — Ты вышел из десятилетней комы. Помнишь аварию? Алфедов только промычал, пытаясь осознать происходящее. Реабилитация началась с интенсивной терапии, затем перешла к восстановлению. Спустя месяц он уже мог говорить и читать, хотя движения оставались скованными. В один из дней в палату постучали. Вошёл врач, а за ним — Джаст. Алфедов замер, не веря глазам. Демон выглядел так же: серая кожа, рога, изумрудные глаза. Он присел рядом, взяв руку вампира в свою. — Наконец ты вернулся... — прошептал Джаст, целуя его ладонь. — Как ты… тут? — выдавил Алфедов. — Я пришёл к тебе во сне, — улыбнулся Джаст. — Интересный у тебя разум. И правдивый. Он рассказал правду. Никаких маскарадов не было — это выдумка подсознания Алфедова. Но Джаст действительно стал директором недавно. А авария… Она случилась десять лет назад, когда они с Алфедовым, уже будучи парой, ехали вместе. Вампир вспомнил всё: их любовь, их ночи, их ссоры и примирения. Джаст не отходил от него все эти годы, надеясь, что он очнётся. Прошёл ещё год. Алфедов, восстановившись, вернулся к работе, но теперь не один. Джаст, больше не скрывая их связь, держал его руку на каждом собрании, а вечера они проводили вместе, гуляя по ночному городу. Однажды, стоя на мосту над рекой, Алфедов прижался к демону, вдыхая его ягодный аромат — тот самый, что манил его даже во сне. — Я думал, что потерял всё. — тихо сказал он. Джаст обнял его, обвив хвостом талию вампира. — Ты — моё всё, — ответил демон. — И теперь мы вместе. Навсегда. Лунный свет отражался в воде, а они стояли, сплетённые в объятиях, зная, что никакие сны и комы больше не разлучат их.