Повесть о Конце Миров: Перерождение

После тяжёлого боя между Геральтом и Морриган, арена изменилась. На этот раз — грозовая вершина горы, скалистая и безжалостная. Молнии разрывали небо, ветер ревел, как дикий зверь. Идеальное место для одного из самых могущественных богов Японии — Сусаноо-но-Микото, бога бури, моря и меча. На трибунах возник шум — Сусаноо спустился с неба, в сверкающих доспехах самурая, с колоссальным катаной за спиной. Его глаза горели вспышками молний, и каждый его шаг отдавался гулом по земле. С противоположной стороны появился Логан — Росомаха. Его походка была спокойной, но взгляд — мрачный и сосредоточенный. На нём была чёрная кожаная куртка, и когти уже выдвинуты. Он не нуждался в пафосе. Он был оружием. Брунгильда и Константин наблюдали со стороны, понимая, насколько этот бой важен. Люди снова сравняли счёт, и теперь нужно удержать баланс. — Думаешь, у Росомахи есть шанс? — спросил Константин, закуривая сигарету. — Он жил долго, он страдал... но он выжил. Иногда этого достаточно, чтобы победить даже бога, — ответила Брунгильда.

***

Сусаноо-но-Микото первым сделал шаг вперёд. Его катана вылетела из ножен, озарённая вспышкой молнии. Бог молча смотрел на Логана, но в его взгляде читалось уважение. — Я слышал о тебе, человек. Тот, кто не умирает. Посмотрим, как ты выдержишь ярость бури, — спокойно произнёс Сусаноо, и земля под ним начала вибрировать от божественной силы. Логан сжал кулаки. Его когти с металлическим звуком выдвинулись, и он прошипел: — А я слышал, как ты разнёс своего отца в пьяной ярости. Значит, у нас больше общего, чем кажется. Он метнулся вперёд, молниеносно. Сусаноо парировал катаной, и волна ветра от удара отбросила камни с арены. На трибунах — шум. Дэдпул выскочил на ограждение: — Вот это я понимаю! Самурайский бог против канадского берсерка! Где попкорн?! Брунгильда в напряжении сжала подлокотники. Ней стояла рядом и прошептала: — Если Логан победит… это изменит всё. Люди поверят, что даже бессмертные боги не непобедимы. Константин, наблюдая, только пробормотал: — Ну давай, зверюга. Покажи, на что способен твой гнев.

***

Флешбек: Сусаноо-но-Микото Гром гремел над древней Японией. Молодой Сусаноо стоял на вершине утёса, глядя на бушующее море. Он только что был изгнан с Небес, его сестра Аматэрасу отвернулась от него. Он чувствовал в себе ярость, которая не знала границ. — Почему… я всегда — разрушитель? — говорил он себе, вглядываясь в горизонт. — Почему мою силу боятся, а не уважают? В тот момент он дал клятву: он станет богом, которого будут помнить не только как мятежника, но как воина, защитника и бунтаря, что не подчиняется судьбе. И теперь, участвуя в турнире, он видел возможность доказать свою ценность — не только как бога, но как воина чести. Флешбек: Логан (Росомаха) Тёмная лаборатория. Крики. Металл пронизывает кости. Программа «Оружие Икс» ломала его разум и тело. Но он выжил. Он всегда выживал. Сквозь боль он вспомнил её — Джин, её тёплый голос, мягкую руку, которой она касалась его лица. — Ты не чудовище, Логан… Ты человек. Но каждый раз, когда он терял близких, ярость брала вверх. Он превратился в берсерка, машину для убийств. И всё же в глубине его сердца оставалась искра — надежда. Он знал, что может быть больше, чем оружие. Теперь, выйдя на арену против бога, Логан чувствовал, что это — его шанс. Не просто драться. А доказать, что душа человека может превзойти даже бессмертного. Атмосфера на арене была напряжённой, словно само время затаило дыхание. Сусаноо двигался с грацией и яростью бури. Его катана сияла, как молния, он с лёгкостью отражал удары и наносил резкие выпады, будто сам ветер направлял его клинки. Каждое его движение было отточено веками битв — не просто мастерство, а воплощение стихийной ярости. Логан отвечал звериной скоростью и безжалостной мощью. Его когти вспыхивали в воздухе, металл встречал металл. Он увертывался от ударов, скользил по земле, врезался в Сусаноо грудью, как танк в стену. Кровь капала, но он продолжал идти, рыча: — Я дрался с демонами… и богами. Ты — просто ещё один на моём пути! Сусаноо усмехнулся: — Смело. Но шторм не спрашивает разрешения, чтобы уничтожить. Взрыв магии и стали снова наполнил арену. Каждый из них — воин, прошедший сквозь боль, и теперь они сталкивались не ради славы, а ради своей правды. Во время короткой паузы между ударами, когда их дыхание вырывалось клубами пара в напряжённом воздухе, Сусаноо и Логан смотрят друг на друга. В их глазах — не ярость, а понимание. Сусаноо, стирая кровь с губ, произнёс: — Ты несёшь на себе груз всех тех, кого не смог спасти. Я вижу это… Я чувствую боль в каждом твоём ударе. Логан, хрипло усмехнувшись: — А ты… ты сражаешься, будто хочешь исчезнуть в этом бою. Что ты теряешь, бог? Сусаноо опустил меч, на мгновение задумавшись: — Я бог бури… но моё сердце давно опустело. Я потерял брата, страну, себя. Если я упаду здесь — пусть это будет достойная смерть. Логан сжал кулаки, его голос стал тише: — Я тоже давно умер. Несколько раз. Но каждый раз кто-то тянул меня обратно… И теперь я сражаюсь не ради себя — ради тех, кто верит, что даже монстр может быть героем. Мгновение тишины. Сусаноо поднял меч и с уважением кивнул: — Тогда давай закончим это, не как зверь и бог… а как два воина. Логан медленно выдвигает когти: — До последней капли крови. Сцена погружается в шторм клинков и металла.

***

Под грохот молнии и порыв ветра, Сусаноо но Микото и Логан сошлись в последний раз. Их силуэты сливались с бурей, каждый удар сопровождался эхом судьбы. Сусаноо пошёл в решающую атаку, но в этот момент Логан опустил голову, словно вспомнив что-то древнее и важное. Его голос стал глубоким и спокойным, как у воина с кодексом: — “Бусидо учит — победа без чести пуста. Но сегодня я дерусь не ради чести. Я дерусь ради надежды.” И прежде чем бог успел среагировать, когти Логана вспыхнули на фоне молнии, и он провёл один-единственный точный удар — по броне Сусаноо, расколов её. Сусаноо упал на колени, тяжело дыша, но не с гневом — с уважением. Он посмотрел в глаза Логану и произнёс: — “Ты… достоин. Пусть это будет уроком нам, богам.” Он закрыл глаза, меч вонзился в землю рядом с ним. А Логан, тяжело дыша, поднялся, когти втянулись, и о н прошептал: — “Один шаг ближе.” Толпа людей взорвалась криками, а Брунгильда сжала кулак с облегчением. Счёт: 7 — 6 в пользу человечества.