Дождливый вечер

Ночь окутала улицы, тьма, которую освещали лишь фонари, морозный воздух с примесью дождя, что лил с неба будто в последний раз. Юрка бежал домой, с защитой лишь из тонкой ветровки, что вообще не помогала. По пути парень пару раз поскользнулся, чуть не упав в глубокие лужи, что, как показалось Юре, грозились перерости в озера. Через какие-то 20 минут мучений и попыток не утонуть в очередной луже, Юра таки добрался до дома друга. Он чуть дрожащими от холода руками постучал в дверь, которую вскоре открыла мама блондина. — Привет, Юрочка, — доброжелательно сказала она, впуская юношу. — Ты же сырой весь… Илюш, к тебе друг приплыл, принеси полотенце! — добавила она, забирая ветровку Юры. — Здравствуйте… спасибо, не стоит… — бормотал Юра. Он всё никак не мог привыкнуть к такой материнской заботе со стороны мамы Ильи. Женщина лишь отмахнулась и провела Юру в комнату сына. — Иль, высуши его, а то сырой, как кот утопленный… — проговорила она и вышла из комнаты. — Привет, — с улыбкой сказал блондин, кидая Юре полотенце. — В следующий раз в ядерную войну меня к себе позовёшь? Илья, какого хрена, а? — недовольно бурчал Исаковский, вытирая голову и думая, что ему делать с сырой одеждой. — Погоди, может… не знаю, вот когда потоп Всемирный начнётся… Тогда жди звонка, — бормотал Илья, пока рылся в шкафу. — Ага, приплыву, если не утону, — не унимался Юра. Вскоре ему дали сухой свитер и пижамные штаны, его же одежду забрали и повесили на батареи. — Ну всё, сухой, пушистый, — с улыбкой говорил тот, потрепав Юрку по голове. Волосы его и правда сейчас были пушистыми и мягкими. — Иди ты к чёрту, а… — Юрка до сих пор не успокоился, да свитер грел, да и прикосновения Ильи доставляли некий комфорт, но что-то всё равно раздражало до жути. — Что с тобой, м? Ты же и в жару +40 почти ко мне ходил, и в мороз -30. Что-то не так? — Илья сел на край кровати. С Юрой они начали встречаться не так давно, может, месяц назад… Юрка не хотел никому говорить, да и сам, будто остерегался их отношений. Да, он был рад, что может в любой момент обнять, поцеловать парня, и запрета на это нет, но что-то всё равно напрягало. — Юр, ты можешь мне доверять, ты же знаешь это? — — Знаю, — промямлил Юра, садясь рядом. Сначала эти двое молчали, говорить толком было и не о чем, парни любили просто быть рядом. — Мне… как-то… не по себе, после того как мы начали встречаться, знаешь… будто что-то давит… будто… я что-то тебе должен, — продолжал Русый, он избегал взгляда Ильи как только мог. — Почему? Что такое? — Илья и правда переживал за парня, он боялся, что Юра уйдет, правда, просто в один момент уйдет и не вернётся. — Я… всё слишком хорошо, твоя мама ко мне так… так по-доброму, ты… ты вообще идеален, даже со вспыльчивостью бороться начал… — Юра говорил это как-то сдавленно, слова явно давались ему с большим трудом. — Юрк, ну ты чего, а? Ты целиком и полностью заслуживаешь такого отношения. Ты поддерживаешь меня, ты… ты просто любишь и умеешь это показать. Это… я ценю это, правда. — Исаковский наконец посмотрел на Илью, в глазах его была искренность, Юрик не сдержал свой резкий и неожиданный прилив нежности к этому человеку и просто обнял его. — Я люблю тебя, правда, спасибо что… спасибо что рядом, — проговорил Юра и положил голову на его плечо, Тихонов же погладил его по мягким волосам. — Пожалуйста, Юрк.