Столкновение

AU был на грани взрыва. Не метафорически. В буквальном смысле: код рушился, вывороченные обломки времени и пространства взмывали в воздух, а между линиями реальности просвечивала чернота пустоты. Кто-то создал слишком амбициозную альтернативу: AU, в котором каждый персонаж одновременно существовал в трёх временных линиях. Три Санса. Три Папируса. Три концовки. Всё сплетено в единое… и теперь это единое рушилось под собственной тяжестью. Как карточный домик, в центре которого забыли убрать огонь. Еррор прибыл первым. Он стоял на вершине обломков, осматривая распадающееся пространство. Здесь всё — искажённое, трещащее, неправильное. Его пальцы дрожали от нетерпения. Он чувствовал, как этот мир разваливается сам, но всё ещё нуждался в последнем толчке. Он бы дал его. С удовольствием. Но стоило ему поднять руку, как воздух справа дрогнул. — Не делай этого, — сказал знакомый голос. Спокойный, но с нажимом. — Этот AU всё ещё можно стабилизировать. Еррор даже не вздрогнул. Он узнал бы этот голос среди сотни. — Ты неисправим, — пробормотал он, не оборачиваясь. — Что, решил вновь проиграть? Инк подошёл ближе. Уже без крови. Уже на ногах. Но с тем же взглядом, в котором мешались решимость и усталость. — Я не пришёл драться. — Ну конечно. Ты пришёл спасти. Как всегда. — Нет. — Инк остановился рядом, на расстоянии вытянутой руки. — Я пришёл… предложить перемирие. Тишина. Еррор медленно обернулся. Его взгляд был ледяным, но в нём что-то мелькнуло — заинтересованность? Подозрение? — Объяснись. Быстро. — Если мы не стабилизируем ядро AU, взрыв откатит не только этот мир. Он может задеть другие, соседние. Даже те, где ты уже «навёл порядок». Еррор скрипнул зубами. — Шантаж? — Факт. — Инк склонил голову. — Ты можешь мне не верить. Но ты умный. Ты сам чувствуешь, как тут всё дрожит. Еррор чувствовал. Он чувствовал слишком хорошо. Пауза затянулась. Еррор закрыл глазницы, раз — другой, в темпе сбоя. — Хорошо, — выдохнул он, словно через силу. — Один раз. Один мир. И только чтобы он не потянул за собой остальные. Понял? Инк кивнул. Но улыбнулся. Почти искренне. Они действовали быстро. Слаженно, насколько это вообще возможно для тех, кто привык друг другу мешать. Инк стабилизировал кодовые швы, добавляя недостающие элементы — временные якоря, опорные ноды, защитные фильтры. Его кисть двигалась точно, как у художника, восстанавливающего разорванное полотно. Еррор — наоборот — вырезал лишнее. Убирал повторяющиеся фрагменты, перезапускал корневые процессы, зашивал ошибки через свои нити. Там, где Инк строил, он разбирал. И, к своему же удивлению, они не мешали друг другу. — Забавно, — произнёс Инк спустя полчаса. — Мы работаем вместе, и мир ещё не рухнул. — Не обольщайся. Это временно. — Еррор не отводил взгляда от узла кода, но тон стал чуть… мягче? — А если не временно? — Тогда ты заражаешься идиотизмом быстрее, чем я думал. Инк усмехнулся. Он больше не чувствовал прежней злобы от слов Еррора. Они всё чаще звучали как… защита. Щит, за которым тот прячет то, что сам не знает, как выразить. Они работали бок о бок ещё полчаса. Молчание было напряжённым, но не враждебным. Напротив — насыщенным смыслами, которые не выговорены, но понятны. И когда ядро наконец стабилизировалось, а AU перестал дрожать, Еррор отступил на шаг и резко сказал: — Уходи. — Почему? — Потому что если ты останешься ещё хоть на минуту, я забуду, кто ты для меня. Инк замер. Его взгляд дрогнул. — А кто я для тебя? Молчание. Еррор посмотрел на него. Долго. Как на проблему, которую нельзя решить логикой. Как на баг, который не хочется стирать. — Уходи, — повторил он тише. Почти… прося. Инк не стал настаивать. Он просто подошёл ближе. Кисть повисла в его руке. Он провёл пальцем по нити, свисающей с плеча Еррора. Тот вздрогнул, но не отстранился. — Мы оба не знаем, что из этого получится, — сказал Инк. — Но, может быть, это уже не война. А диалог. И исчез. Еррор остался стоять. Один. Но с отпечатком на плече, где только что был чужой палец. И с ощущением, что что-то меняется. Медленно. Необратимо.