Тот, кто не умирает

             — Ты, — он поднимает на меня свой взгляд пронзительно-холодный, и я громко сглатываю, — Знаешь, что с тобой будет?          Я замираю на месте, и не могу выдавить из себя ни слова. Что значит это его «Что с тобой будет?». Я умру вот так? В коровнике? Такой тупой смертью? Во сне я думал, что если встречусь с такой опасностью, то буду шутить и смеяться, однако осознание того, что я действительно могу умереть прямо сейчас, не дает мне сказать ничего. Так, приди в себя, идиот. Ну и что, что ты сейчас один на один с вампиром. И что, что если ты сейчас умрешь никто тебя не услышит. И что, что твой труп возможно никто не найдет и не будет даже надгробья…           Почему то внезапно все становится мутным и плывет перед глазами. Как же так? Неужели я больше никогда не увижу утренний свет? Не увижу солнечных зайчиков? Не увижу чистого неба? Не увижу Нила с Эндрю? Не увижу родителей? Я же… Я же еще так молод чтобы умирать! Я только недавно закончил школу и только поступил в универ! Мама, папа, простите, за то что грубо отвечал вам по утрам. Я не специально. Правда.             — Я… Я не хочу умирать!..  — я негромко всхлипнул.            По моим щекам начинают течь холодные дорожки. Я редко плакал. Последний раз был в прошлом году, когда я посмотрел Аркейн. Однако когда ты понимаешь, что тебе осталось жить всего нечего, ты действительно начинаешь задумываться, а так ли много ты сделал в своей жизни? Прожив всего восемнадцать лет я толком не увидел мир. Не сделал ничего великого, и не оставил даже следа. Тут же я пожалел о всех тех часах, что провел за телефоном и компьютером, когда мог пойти погулять с друзьями, ведь в конечном итоге, я их больше не увижу…          Я ничего не вижу и пытаюсь рукавом вытереть слезы. Хотел казаться смелым, а в итоге вон как оно получилось. Но все же сквозь биение своего сердца я слышу какой то шум. Кто то мне что то говорит, но я ничего не понимаю. Внезапно кто-то хватает меня за руки, и я четко вижу перед собой лицо. Юное лицо моего возраста, которое выглядит… В замешательстве?            Первое, что я заметил, были его глаза, глубокие и пронзительные. Они почему то не пугали, не отталкивали, как до этого, наоборот, почему то дарили странное спокойствие. Глаза были очень чистыми, сверкали, словно за их стеклянной поверхностью застыла капля расплавленного золота. В их глубине играли солнечные искры, свет которых пробивался сквозь щели на крыле, мерцающие при каждом движении, будто отголоски пламени, спрятанного в янтарном камне.          На мгновение, мне даже показалось, что передо мной стоит просто человек, со странной теплой осенью в глазах. Длинные ресницы и плавные изгибы бровей придавали взгляду странную, неуловимую мягкость.            — Д-да не собираюсь я тебя убивать! Зачем мне это?! — он выглядит сбитым с толку, а я просто замер в оцепенении. Затем он тяжко вздохнул, взъерошивая свои волосы, — Я имел ввиду, что ты не должен никому говорить о том, что видел меня здесь.            После его слов я еще пару секунд стоял в оцепенении, а затем рассмеялся. Никогда бы не подумал, что увижу такого растерянного вампира. Но заметив его прищур я тут же заткнулся.             — Что смешного? — он приподнял бровь, до сих пор не отпуская запястья.            Я слегка неловко покашлял:            — А вы отпускать меня не собираетесь?..             После моих слов он сразу же отпустил мои руки, а потом ужаснулся, положив руку на грудь:            — Стоп, «вы»? Я тебе что, дед какой-то?! Мне всего 202 года!            — …Сколько? — я округлил глаза. Это когда 202 года стали «всего-то»? А хотя, наверное у вампиров идет другое исчисление.             — Ай блин, — вампир цокнул и почесал затылок, — По вашему двадцать лет.             — А-а, ну тогда все понятно.             — Не ёрничай мне тут.            — А можно я пойду? — я ближе прислонился к двери, но внезапно чужая рука с громким стуком приземлилась рядом с моей головой, отчего я подпрыгнул на месте, и он придвинулся ближе:            — Нет.           Услышав это жесткое «нет» я посмотрел на него с таким предательством в глазах, будто мне только что проспойлерили Игру престолов. Вампир слегка усмехнулся, а затем нахмурился и схватился за бок, пошатнувшись. Я не ожидал этого, и поддержал его неосознанно:            — Э-эй, ты чего?           Но ответа на мой вопрос не последовало. Он что то промычал, и только сейчас я заметил, что его бок кровоточит. И что мне, блять, делать?! Мало того что я наткнулся на вампира, так еще и на раненого! Я, конечно, мог бы просто уйти и оставить его умирать здесь но… Совестно как-то. Я ж не изверг какой-то. Он мне жизнь сохранил, так что можно сказать, что я в какой-то степени у него в долгу. Вот только как я его пронесу, чтобы его никто не заметил?                     Хотя стоп. Сейчас же утро. Он же, ну, вампир… Ай блин. Вот чего-чего, а вампира мне в жизни ой как не хватало. Бросить не могу, но и помочь тоже. Сплошная головная боль. Я тяжко вздыхаю, аккуратно кладу его в стог сена, и разворачиваюсь, чтобы взять хотя бы аптечку, но внезапно чужая рука хватает меня за запястье:            — Ты… Если кому-то скажешь, что я здесь, ты тру-            — Да подожди ты! — я резко выдергиваю руку, отчего тот несколько раз моргает в непонимании, — Никому я не расскажу о тебе. Я за бинтами. У тебя выбора все равно нет. В таком состоянии ты сейчас ничего не сделаешь, так что будь послушным вампиром и сиди молча.           Я выхожу из сарая, вдыхая легкими свежий воздух и быстрым шагом иду в дом. Не знаю, что я им скажу, но медлить нельзя. Зайдя в дом я как мог быстро скинул ботинки, чуть не споткнувшись, и пошел на кухню. Родителей там не было, только бабушка с дедушкой пили чай и смотрели какие то новости, с сурдопереводам снизу.            Когда бабушка меня заметила то стала что то чиркать в блокноте, но я слегка коснулся ее плеча и сразу же выпалил:            — У вас есть бинты?          Бабуля на секунду замерла, и пару раз тянулась к ручке, будто хотела что-то написать, но в итоге встала со стула и пошла к шкафчику на кухне. Через секунду у меня в руках уже были бинты и перекись. Она снова взяла блокнот, нахмурилась и стала что-то писать. У меня нет на это времени. Я слегка опустил книжку рукой:            — Извините, я потом все объясню, — и побежал обратно, не дожидаясь ответа.          Уже через пару секунд я оказался в сарае. Вампир все так же лежал в стоге сена, в окружении коровок, которые лениво глянули на меня, на него, а затем снова отвернулись к своим делам.          Я, не медля ни секунды, подбежал к нему и сел на колени. Он выглядел плохо. На лбу проступил пот, рука все так же лежала на левом боку, а сам он то и дело хмурился.             — Так, извини, — я резко поднял его футболку с кофтой, отчего он тут же распухнул глаза, слегка приподнялся, и схватил меня за запястье, так что я сразу же показал бинты, — Я хочу помочь.          Он застыл на секунду, но затем выдохнул и лег обратно, а я, кивнув непонятно кому, принялся за обработку. 

***

           — Райан, что случилось? — мама резко стукнула чашкой по столу, отчего я поперхнулся супом, — Зачем ты попросил бинты? Миссис Миллер мне все рассказала.             — А, ну я это… Ударился, — пожал плечами я, стараясь не смотреть ей в глаза. Вот так и знал что бабуська ей все расскажет. Ну зачем…            — Райан, посмотри на меня.          Я нехотя поднял взгляд и встретился с мамиными глазами. Они сияли тревогой, словно в их глубине пряталась буря, готовая разразиться в любой момент. Оттенок напоминал весеннюю листву, но сейчас в нем читалась настороженность, будто ветер сомнений пробежался по их поверхности. Взгляд беспокойно смотрит на меня, улавливая малейшие изменения вокруг. Она вздыхает и кладет свою руку на мою, слегка сжимая:            — Ты можешь мне все рассказать. Что случилось?         Я поджал губы. Могу? Все? О нет, поверь, я далеко не все могу тебе рассказать. Уж точно не о таком. Уж точно не о сраном вампире. Даже если скажу, не поверят.             — Я помог вампиру.           Сказав это родители замерли, и даже старики. Отец тяжко выдохнул, сжав переносицу:            — Опять ты со своей мистикой…            — Но я правда-            — Райан, — мама сказала это громче, чем обычно, и нахмурилась, хотя глаза выглядели разочарованными, — Ты настолько не доверяешь нам?            — Нет, я не…            — Иди. Раз не хочешь ничего говорить, — она встала из за стола, и, забрав свою посуду, ушла на кухню.        Отец вздохнул и тоже встал, пойдя за ней, а во взгляде читалось: «Зачем же ты мать расстраиваешь?». Я сжал руки на джинсах. Бабушка тоже выглядела обеспокоенной, слегка улыбнулась и положила мне руку на плечо, подбадривая. Я тоже выдавил из себя улыбку и пошел наверх. Щелкнув выключателем я упал на кровать вниз лицом.          Эх, ну почему все так сложно? Особенно с мамой. Папе-то, если честно, все равно. Главное, что живой. Но вот мама… Ну как я ей объясню, что вылечил вампира? Она даже не поверила, даже не выслушала. Вот о чем я и говорил. Толку спорить? Все равно стоит на своем. Надо будет потом извиниться. А все из за этого вампира! Теперь он мне должен. Я, прикрывая его графскую спину, с родителями пересрался!.. Хотя, он мне не кажется плохим парнем. Вроде нормальный пацан. Со своими приколами конечно, но уж точно не злодей. Я перевернулся на спину, подложив под голову руки. Даже не знаю, рад ли я этому вампиру, или нет. Он, вроде, хороший. Мы даже поговорили с ним немного. 

***

           — Я Райан.           На мой внезапный выкид после первой помощи вампир приподнял бровь, а затем слегка выдохнул:            — Рудольф.             — О, имя прям как у оленя Санта-Клауса, — я щелкнул пальцами.             — Кого-кого? — нахмурился Рудольф.             — А, ну это старый мужик в красной одежде который ходит по чужим домам и дарит детям подарки.             — …Весело.             — А у вас, вампиров, Нового года нет что ли?            — Неа, это только у вас. Мы не отмечаем Новый Год и другие людские праздники, только день рождения.             — Что? Реально? А почему? — я придвинулся ближе с нескрываемым интересом. Ну правда, как же так? А как же халявные подарки от родителей?            — Не принято, — Рудольф пожал плечами и слегка отодвинулся.             — Да ладно, еще скажи, что вы не бессмертные, — усмехнулся я, отпрянув назад и скрестив руки на груди.          Услышав мои слова Рудольф замер, будто только что услышал невероятную нелепицу, а затем слегка хрипло посмеялся.             — Что? Мы бессмертные? Пф-ха-ха, — он прикрыл рот кулаком, — Конечно нет. Просто наша жизнь протекает в другом темпе, чем у вас. Наш процесс взросления где-то в десять раз медленнее, так что многие не успевают застать нашу смерть.             — А чеснок, колы?            — …Как вы вообще представляете нас? Нет, чеснок не работает. Мы не умираем от этого и не бьемся в конвульсиях. С чего вы взяли вообще? Да и к тому же, если бы тебя проткнули колом, я бы посмотрел, умрешь ты от этого, или нет.             — Ну да, тоже верно, — я пожал плечами, — Боюсь даже спросить, пьете ли вы кровь. Я уже во все готов поверить.             — Ага, пьем и высасываем из вас жизненные силы, — усмехнулся Рудольф и придвинулся ближе, обнажая клыки, сверкнув ими, от чего я поежился и слегка отпрянул, но затем он посмеялся, — Да расслабься. Мы уже давно не пьем человеческую кровь. Она слишком калорийная. Получаем пищу из животных, но редко, в основном поставки из больниц.             — Что, реально? А как же смерти, превращение в вампира?            — Люди умирали от заражения и воспаления, — покачал головой Рудольф, — Раньше уровень санитарии был совсем другой, потому наш укус мог быть смертелен, но учитывая нынешнее развитие медицины с тобой все будет в норме. Просто по-лихорадит недельку и все. К этому времени даже укус заживет.          Я встал в ступор. Вот это да. Получается, все что мы знаем о них — неправда. Тогда откуда эти слухи? Почему они больше не входят на поверхность? Почему они раньше не питались животной кровью? У меня столько вопросов!            — А почему вы больше не выходите на люди? Вы же неплохие.             — Не все люди как ты, Райан. Они видят только то, что на поверхности. Да и впридачу к этому, мы не верим вам, людям, — отвернулся он, — Больше не верим…            — Что?            — Ничего, — улыбнулся Рудольф, но как будто он не хотел этого делать, — Тебе сколько лет?            — Восемнадцать. Через месяц будет девятнадцать.             — О-о, так ты уже взрослый.             — Кто бы говорил, — я нахмурился но затем мы оба посмеялись. Он не кажется мне плохим парнем, так почему мы настроены к ним так враждебно?         Я посмотрел на свои наручные часы, и заметив, что уже шесть вечера, я встал и отряхнулся:            — Лады, я пойду. Мама будет волноваться, если не вернусь.          Когда я встал, я заметил легкое беспокойство на лице Рудольфа. Я выдохнул, слегка улыбнувшись:            — Не переживай. Я никому о тебе не расскажу. Спокойной но-… Короче не скучай.           Я аккуратно закрыл дверь, услышав перед этим легкий смешок. 

***

        На следующий день меня разбудило светящее солнце в лицо. Забыл штору закрыть. Я со вздохом встаю с кровати, чищу зубы, умываюсь и подхожу к шкафу. Вещей у меня было немного, особенно если сравнивать с маминым чемоданом под двадцать килограмм, когда мы переезжали. Я напялил первые попавшиеся под руку трико, белую футболку и мое любимое красное худи. Покупал в Москве два года назад и оно до сих пор выглядит хорошо, даже без катышек. Магия, не иначе.          Выйдя из комнаты и зайдя в зал я заметил маму. Она читала какую-то книжку в очках. Отца не было видно, но у мамы я спрашивать не стал. Стыдно как-то с ней разговаривать, да и неловко после вчерашнего. Извинюсь потом. Может речь хотя бы какую-нибудь придумаю. Но что меня волнует сейчас больше всего, так это ебучий вампир в сарае. Что если дед пошел кормить коров, а там кровосися?          Я быстро выхожу из дома, свежий воздух сразу бьет в лицо. Почему-то я чувствую волнение. Частично от того что я не знаю, там ли он до сих пор. Подбежав к дверце коровника я быстро выдыхаю, собираясь с мыслями, и открываю ее.          Спертый воздух снова бьет в лицо, опаляя жаром, но к моему удивлению, я не нахожу никого. Коровки лениво смотрят на меня, махая кисточкой. Некоторые отвернулись дальше жевать сено, а некоторое продолжили смотреть. Странно, но я будто почувствовал какое-то… Разочарование? Он что, уже ушел? Но ведь вчера еще был ранен! Хотя, может, у них есть сверх-регенерация или типо того. Но все же мог хоть сказать о том, что уходит, или оставить записочку! Хоть он и не был желанным гостем, он оказался неплохим. С ним было приятно и интересно говорить. Гораздо легче, чем с некоторыми людьми. Жаль, а я хотел пообщаться с ним подольше… Стоп, жаль? Ну, я имел ввиду-            — Меня потерял? — раздается чужой, слегка насмешливый голос сзади.             — Ахуеть и не выхуеть! — крикнул я, развернувшись, потеряв равновесие, и грохнувшись на свою задницу.         Я вижу лицо Рудольфа перед собой, слыша, как мое сердце бешено стучит. Он выглядит слегка удивленным, но подрагивание уголков губ выдает его. Вот сука! Я возмущаюсь:            — Т-ты че делаешь!             — Испугался? — он наклоняет голову с небольшой ухмылкой.             — Обосрался блять!          На мои емкие слова Рудольф посмеялся и протянул руку. Вот сука. Если бы не его личико, то я бы не простил. Ходить с таким лицом это преступление. Я вздыхаю и протягиваю руку, он тянет меня к себе и внезапно взлетает. Я начинаю махать одной свободной рукой и ногами, потому что другую Рудольф крепко держит.        По началу это пугало, но через время стало волшебно. Это так странно и прикольно одновременно. Я поворачиваюсь к нему с радостью в глазах:            — Нихрена себе! А в летучую мышь превращаться умеешь?            — …Я же не спрашиваю тебя, можешь ли ты превращаться в обезьянку, только потому что ты на нее похож.             — Э-э, логично.             — Вот и я о том же, — пожимает плечами Рудольф и опускает меня на землю, приземляясь сам.             — А, как твоя рана? — я протягиваю руку, но он отстраняется, так что я убираю ее обратно.             — Нормально. У нас, вампиров, регенерация лучше. Хотя, у каждого по разному.             — Так и знал! — я хлопнул в ладоши, — У тебя есть супер-способности!            — Гм, я бы не назвал это так. Это скорее...  То же самое, как у вас бегать, у нас летать.             — Ну ты сравнил, — хмыкнул я, скрестив руки.         Внезапно я слышу стук в дверь, и не успев даже повернуться на звук, Рудольф уже взял меня за шкирку и потянул в тень. Че делает! Сумасшедший, удушишь!             — Райан, ты что так долго? — послышался голос отца, который уже открыл дверь.          А он-то что тут делает?! Я пихаю Рудольфа в бок, но на это он шикает и прикрывает мой рот рукой. Что-то ощущение какого-то дежавю… Отец молчит пару секунд, а затем вздыхает:            — Боже, где его носит… — послышался выдох и стук двери.          Я слегка бью Рудольфа в живот:            — Ты че делаешь? Это мой отец!            — Извини, привычка. Я просто… — нахмурился вампир и взъерошил себе волосы, — А, неважно.             — Нет уж давай, говори. Я не спрашивал тебя о ране, потому что беспокоился, что тебе будет неприятно, но когда ты делаешь такие вещи я не могу закрыть на них глаза. Говори.          Рудольф замер на пару секунд, но затем тяжко вздохнул и слегка нахмурился:            — Меня преследовали охотники на вампиров. Они взяли в плен мою семью, а меня ранили, — он посмотрел в сторону шатающейся палки в крыше, — Тогда был рассвет и я искал место для укрытия. У меня не было особого выбора, так что пришлось залететь сюда.