О чем молчишь?

- О чем задумался, малыш? Лицо Тэ было настолько близко, что Чонгук ощущал губами его дыхание. Казалось, ещё чуть и он точно поцелует. Тэхён всегда приближался неприлично близко, чем смущал нежного Гуки, он знал это и делал нарочно. Ему нравилось наблюдать как Гуки стеснительно отводил глаза, чуть наклоняя голову, алел щечками и очень волнительно сглатывал слюну. Именно в этот момент Тэхёну до дрожи хотелось его поцеловать во впадинку между ключицами. Именно там Гуки был самым неуязвимым перед ним... - Гуки, - Тэхён мягко коснулся подбородка и повернул лицо на себя, - ты чего-то боишься? Скажи мне, прошу! Я обещаю обо всем позаботиться.. Или ты не уверен во мне? -Тэ, я не боюсь! И в тебе уверен! Я не уверен.. - В себе?.. - Нет, в себе я уверен! Я твердо решил, что мы навсегда! Но родители, ты же знаешь, мой отец он крайне категоричен. Он не примет никогда.. Чонгук опустил глаза, скрывая предательскую слабость. Горечь душила неумолимо и жёстко. Любому ребенку важно знать и видеть любовь тех, кто пустил его в эту жизнь. Он считал, что это очень естественно - понимать своих детей, сам-то он всегда поддерживал отца и уважал его мнение. Отец... Это же отец! Он не мог быть глупым, ограниченным и злым... Но жизнь внесла свои коррективы осенним вечером, когда Чонгук услышал вопли разъяренного отца по поводу легализации однополых браков. Мир в одно мгновение рухнул. Привычная картина благополучия и счастья, того счастья, что созидает многими годами самое светлое, безупречное, чистое, разбилась о рутину реальности. И сейчас Чонгук, нет, не боялся. Он был уверен в своих чувствах. В чувствах Тэхёна. Он искренне переживал неизвестность будущего. Можно ли это назвать страхом? Чонгук так не думал. Не думал, но и не знал как сказать Тэхёну о том, что его тревожит, не обидев того мыслью, что как будто не верит в возможности Тэхёна? Эта дилемма не давала покоя уже несколько ночей. - Послушай, Гуки, ты сейчас очень взволнован и не понимаешь некоторых вещей, ты видишь через призму отвержения и несогласия. Твой папа совсем не злой и не глупый. Он просто обыкновенный человек и мыслит обычными категориями. Его уклад вмещает понятие принятых традиций и совершенно естественных понятий. Тэхён говорил мягко, укутывая бархатистой уютностью голоса. В его манере угадывался аристократизм и вежливость высокой знати, как будто Тэхён вовсе не из простой семьи, где ручной труд был основным доходом. В нем была мудрость королей, копившаяся веками в родословных фолиантах. - Чонгук, послушай внимательно, - Тэхён всегда обращался к нему полным именем, когда хотел подчеркнуть важность сказанного, - чтобы ни случилось, пусть хоть весь мир перевернется, я не оставлю тебя одного никогда! Верь мне! И Чонгук верит. Верит неистово, всем сердцем! После случая на льду, когда непослушный Гуки, ребенком провалился по пояс под лёд, а незнакомый мальчик, не раздумывая, ринулся его вытаскивать, рискуя самому провалиться рядом. Он не забыл. Тэхён взглядом удерживал перепугавшегося Гуки от открытой истерии. Он что-то говорил ему, но Чонгук запомнил глаза - очень добрые и безумно смелые. И сейчас взгляд тот же самый.. Только глаза ещё красивее. - Мои родители не были рады, - Тэхён погрустнел лицом, но голос не изменил, - но сумели понять. Сестра долго плакала. Скрывала, но я замечал следы слез, думаю, это из-за меня. Но потом и она приняла меня таким. А брат, с которым я играл все его детство и который доверял мне больше, чем маме с папой, отвернулся. Совсем. Сказал, что я предатель и заблокировал меня везде. Просто вычеркнул из своей жизни. Тэхён взял паузу и, кажется, Чонгук даже расслышал еле заметный вздох. Тэхён никогда не жаловался. Не рассказывал о том, как тяжело далось ему и его близким признание о сексуальности. Не говорил и о друзьях. Они тоже приняли в штыки? Это предстояло выяснить. Чонгук вдруг осознал, что за всегда, казалось бы, весёлым характером, некоторой взбалмошностью, ослепительной улыбкой скрывалась боль. И он решил, что не имеет права своими детскими переживаниями добавлять горечи Тэхёну. Он решил, во что бы то ни стало, быть сильным и защищать любимого человека от всех неурядиц.. И обязательно носить на руках. Хоть иногда.. - Да, просто вычеркнул, как будто и нет у него брата, - продолжал Тэхён, теперь уже он, опустивший лицо. - Но, знаешь! - он неожиданно воодушевился и вскинул голову и замер... На него смотрели самые красивые глаза на свете. Чонгук в этот момент почувствовал острую необходимость обнять Тэхёна, так чтобы сокрыть его в своих руках от всех тревог и разочарований. Он ощутил щемящую нежность и мужественность одновременно по отношению к молодому мужчине, что был напротив и раскрывался весь, не боясь обнажиться душой и стать предельно уязвимым. Он увидел безграничное доверие и смелость человека, что был изгоем в обществе многие годы, но не растерявшим милосердие и веру в людей. Чонгук захотел обнять и вобрать его всего так крепко, чтобы никакая сила во вселенной не смогла их разлучить. Не отрывая взгляда, притянул и накрыл губы Тэхёна своими. По-настоящему, смело и напористо. Наслаждаясь податливостью и лаская в ответ. Вбирая теплую негу, поглощая всей душой... - Потому что мой... - шептал в губы. - Весь. Без остатка... - вторило следом от горячего дыхания любимого. - И я не боюсь, - продолжалось признание. - Я знаю... - Тэхён вплавлялся взаимно с полной отдачей и доверием. Теперь он знал, что за этим поцелуем стоит уже не малыш Гуки, а его сильный и храбрый мужчина. Тогда, на озере, когда маленький Гуки отчаянно боролся со слезами и старательно боролся со страхом, Тэхёни сказал простое, но самое нужное: "Не бойся, я не отпущу!" И сейчас это "не отпущу!" он увидел в своем любимом. Теперь он знал. Навсегда.