IIII
----------------- 《Я ведь не сделал ничего плохого, ничего. Я просто был – был да всплыл, хах...》 Слёзы текли без остановки, пока чёрные обрубки волос летели на пол, а комнату заполнили всхлипы, иногда сменяясь на истеричный хохот. Он знал, что ещё не поздно, но прекрасно понимал, что он слишком слаб для всего это. Уж лучше он будет медленно подыхать самостоятельно, чем подыхать под ножом хирурга. Он уже раз доверил себя, навечно оставив себе гигантские шрамы на торсе и гигантские проблемы с пищей. Дыхание медленно восстанавливается лишь благодаря полупустой баночке валерьянки. Он не хочет, но мысленно вновь возвращается к дням очередной проверки крови и к этим сообщениям на экране. Врачебная ошибка: • Он вернулся. Шансы мизерные: слишком поздно ты решился. • Рак. Крови. Он уже пережил один и откупился от него желудком, глупо надеясь на те 30% жизни без его возвращения. В этой ситуации уже не отдашь что-то из органов, лишь свою жизнь. Вся эта боль в суставах, мигрени и постоянная температура были лишь намёками на «сиквел» болезни. - Поздновато я, конечно, с тобой познакомился, хах. Хотя, даже если бы я узнал раньше — ничего бы не принял. Не вижу смысла и повода для очередного сражения. Гастрэктомия сильно меня потрепала, вон, жру теперь, что твои друзья-коллеги говорят. — прикрыв глаза и облокотив голову на дверцу шкафа, парень обнял себя за ноги. — Что тогда, что сейчас не хочу слышать очередные смазливые слова и пожелания, фальшивые улыбки и скорбь. Не хочу ни от кого, кроме тебя. Мы мало знакомы, но всё же. Мне действительно было с тобой уютно, ты вёл себя, как моя мать, когда я был мелким: заботился, поддерживал, кормил. - Знаешь, какая между нами разница, а, Ричи? - Хах, и какая? - Я не притворяюсь и действительно испытываю к тебе трепетное чувство и особое отношение. Я не смогу назвать это обычной любовью. Эта платоническая. — присев на колени перед другом, Ло просто стал смотреть тому в глаза. Он не ждал чего-то, просто захотел, чтобы он узнал. - Платоническая? Хах, значит, у этой истории нет хорошего финала, да? Я удивляюсь одному: почему ты всегда такой холодный? Даже сейчас. Ты это сказал, чтобы я не видел её в тебе. — уткнувшись лбом в плечо, парень замолчал. Он не знал, как выразить свои чувства, отчего организм выбрал тактику защитного механизма. Пальцы вновь и вновь то сжимали, то разжимали выдернутые чёрные локоны, валявшиеся вокруг них. Слегка толкнув Ричарда в плечи, Ло с не свойственной нежностью взял лицо парнишки в руки. Именно сейчас его вечно холодные руки стали казаться самым тёплым предметом на всей Земле. Его неживое сердце впервые пропустило удар, а затем ещё и ещё. Он понял, что это оно — первая и последняя любовь в его жизни, его спутник, его всё. Других вариантов просто не дано. Губы лишь накрыли чужие. Ло не старался углубить поцелуй или сделать что-то ещё, только давал время подумать и ждал партнёра. Где-то внутри проносится всего одно слово — Прошу. Руки Ричарда всё ещё тряслись, но, положив их на грудь любимого, ему было непривычно чувствовать быстрое биение сердца. Впервые он кого-то так близко подпустил к себе. Слишком привязался и в слепой вере в истинные чувства всё же отдал ключ от хрупкого сердца. Поцелуй. Смазанный. Что оставит влажные следы на губах у двоих. Но такой нужный... ----------------
