Цитируя Уайльда

Как только Локи возвращается в квартиру Тора и дверь за ним захлопывается, он тут же оказывается прижат к внутренней ее стороне. Он все еще раздражен из-за наглого поцелуя Сигюн, который та получила обманом, а потому новый поцелуй становится для него настоящей неожиданностью. Воспользовавшись этим, Тор проникает языком между его разомкнутых губ, вырывая недовольный стон и пуская нежеланную дрожь стекать по спине и плечам в область паха. Тор целует его, крепко обхватив лицо ладонями, и Локи не может удержаться от невольного сравнения. Пусть поцелуй Сигюн и был весьма невинным — он вызвал у Локи лишь недоумение и гнев, тогда как поцелуй Тора нес с собой страх и предвкушение. Локи упирается ладонями Одинсону-младшему в грудь и с силой отталкивает, впрочем, не ожидая, что у него получится. Однако Тор, тяжело дыша, отпускает его, перенося вес на правую руку, которой опирается о дверь рядом с головой Локи. — Меня подводит память или ты обещал, Тор? — зло бросает Локи ему в лицо. — Локи... — с каким-то отчаянием выдыхает тот, отчего Локи начинает только сильнее злиться. — Что, "Локи"? Ты обещал, что не будешь ко мне приставать, — нырнув под его руку, Локи освобождается из плена и снимает кроссовки. — Так что держи свою "принцессу Софию" при себе, — припечатывает он. — Кого? — не понимает Тор. — Ну тебе же нравятся отсылки к фильмам, — ядовито откликается Локи. Он собирается пройти в гостиную, однако Тор внезапно ловит его за плечи и разворачивает лицом к себе. — Локи, пожалуйста, никогда так больше не делай, — запальчиво просит Одинсон-младший, и Локи не понимает, о чем он. — Не знаю, о чем ты, но мои подобные просьбы ты обычно игнорируешь, — он иронично вздергивает бровь. — Так почему я... — Не оставляй телефон, если уходишь, — взгляд Тора настолько пронзительный, что Локи почти жалеет, что посоветовал ему этот галстук. Локи хмурится, все еще не понимая столь бурной реакции. — Тор, я... — он чувствует, что начинает оправдываться, и злится от этого еще сильнее, — был на крыше. Даже из здания не выходил! — Локи сбрасывает с себя ладони Тора и яростно трясет головой. — Да что с тобой, черт возьми?! — Я вернулся, а тебя нет. Что я должен был думать?! — восклицает Тор. — Что я — не твоя комнатная собачка, Тор! — гневно отвечает ему Локи. — Что за дом, одни... — Погоди, ты сказал, что был на крыше? — перебивает его Одинсон-младший, внезапно осознавая. — Но как ты туда попал? Локи поджимает губы и зло выдыхает, после чего отворачивается и идет в гостиную. Тор следует за ним. — Меня пустила Сигюн, — отвечает он. — Не знаю, кто она такая, но надеюсь больше никогда ее не видеть. — Сигюн? — переспрашивает Тор. — Она не назвала фамилию, — огрызается Локи. — Женщина с золотыми волосами и серо-голубыми глазами. Одета была в светло-серое коктейльное платье, — он брезгливо передергивает плечами. — Чем она успела так тебе досадить? — Тор выглядит сбитым с толку и все еще взволнованным. Локи не хочет отвечать, а потому раздраженно закатывает глаза. — Она меня поцеловала, — наконец выдавливает из себя он. — Она что?! — повышает голос Одинсон-младший. — О, знаешь, Тор, я в полном восторге, — о сарказм Локи можно порезаться, точно об опасную бритву. — Мне ведь так нравится, когда меня целуют без моего на то согласия! — повышает он голос в ответ. Тор накрывает лицо ладонью и разминает пальцами переносицу. — Как это произошло? — Она узнала меня по фото в статье, затем сказала, что хочет поделиться каким-то секретом, и попросила наклониться, — зло выдыхает Локи. — А когда я оттолкнул ее, заявила, что этот поцелуй теперь — ее трофей! — он фыркает и проходит к окну. — Локи, — мягко окликает его Тор, — ты ведь можешь курить в кухне. — Мне невыносимо скучно сидеть взаперти, Тор, — обрывает его Локи. — Я просто хотел увидеть небо не через стекло. — Купить тебе игровую приставку? — спрашивает Одинсон-младший. Локи поворачивается к нему в полном недоумении. — Чтобы не было скучно, — поясняет он свой вопрос. — Ага. А еще мольберт, холсты и масло — буду рисовать Манхэттен, стоя у окна, — огрызается Локи. — Что за тупые фантазии, Тор?! — Ты сказал, что тебе скучно, — парирует тот. — Я просто пытаюсь решить этот вопрос. — Разберусь как-нибудь сам, — вздергивает подбородок Локи. — Целуясь с Сигюн? — Тор снова пронзает его взглядом. — Даже если и так, тебя это не касается, — мрачно щурится тот. — Но меня это касается, Локи, — говорит Одинсон-младший, приближаясь. Локи не двигается с места, тем более что отступать ему некуда — позади окно. Наклонившись, Тор нежно целует его в шею рядом с ухом, отчего Локи невольно вздрагивает всем телом. — Ты обещал, Тор, — снова напоминает он. — Не целуйся больше с Сигюн, — говорит Тор, уходя в гардеробную. — Обед привезут в течение часа.

* * *

К тому времени, как привозят доставку из "Ле Бернардин", Тор успевает принять душ, переодеться и выпить кружку кофе. Локи ничего не говорит о том, что Тор ходит по дому в халате вместо того, чтобы переодеться в домашнее, однако излишняя нагота оставляет его в напряжении — тем более после двух поцелуев, которых не должно было быть. Кожа откликается мыслям, загораясь снова, и Локи встяхивает головой, чтобы заставить ее перестать. — Я сделаю для тебя отдельную карту, — говорит Тор, пока они едят. Локи поднимает на него вопросительный взгляд. — Чтобы ты мог выходить на крышу, когда хочешь. Локи хмыкает. — Если я правильно понял Сигюн, доступ на крышу открыт только жильцам и попасть на террасу можно исключительно в сопровождении резидента или с его картой, — он прожигает Одинсона-младшего взглядом. — А я не живу здесь, Тор. — Прямо сейчас ты живешь здесь, Локи, — спокойно возражает Тор, — даже если это всего на несколько дней. Локи поджимает губы и возвращается к рыбе. — Я не сильно разбираюсь в правовых вопросах, — наконец говорит он, — но мы друг другу никто, Тор. Через пару дней я исчезну из твоей жизни, и... Тор хватает его за руку, и вилка застывает в воздухе так и не поднесенной ко рту. — У тебя не получится исчезнуть из моей жизни, Локи, — от интенсивности его взгляда хочется спрятаться, и Локи вновь чувствует пробегающий под кожей холод. — Ты вроде как собирался убедить меня, что не относишься ко мне как к вещи, — холодно бросает Локи. — Уже передумал? — Нет, не передумал, — сквозь зубы выдыхает Одинсон-младший. — И я не собираюсь ограничивать твою свободу, — он отпускает его руку, возвращаясь к своему блюду. — Но исчезнуть из моей жизни тебе не удастся. — Это, интересно, почему же? — зло щурится Локи. — Потому что я не смогу забыть тебя, Локи. Прозвучи эти слова из чьих-нибудь еще уст, Локи, возможно, был бы впечатлен, но только не в этом случае. Зло усмехнувшись, он поднимает на Тора горящий взгляд. — Напомни мне, за сколько дней ты забыл любовь всей своей жизни Джейн Фостер? — и, не дав ему времени ответить, с сарказмом продолжает, снова прищурившись: — Ах да, кажется, за один поцелуй. Тор сжимает ладони в кулаки, что не остается незамеченным. — Злишься? — Локи усмехается. — Ну давай, "испорть мое красивое личико", — он делает пальцами кавычки. — Мы вернемся к тому, с чего начали, ты поцелуешь кого-то еще, переключишься, и каждый из нас пойдет своей дорогой. Тор молча встает из-за стола и выходит из кухни. Локи смотрит в свою тарелку, но есть как-то больше не хочется. Внутри нарастает чувство, что что-то совершенно точно пошло не так, но что именно — так и ускользает от его понимания. Разве Локи сказал неправду? Он поднимается и идет за Тором. — Прости, если я перегнул палку, — говорит он в спину Одинсона-младшего, скрывающегося в гардеробной. — Я не имел в виду, что отношения с Джейн были для тебя несерьезными. Очевидно, не были, раз ты стоял с ней у алтаря в соборе Святого Патрика, — Тор не отвечает, и Локи становится все больше не по себе. — Но я не Джейн, Тор, ты не можешь просто так заменить одного человека другим. Тор медленно выходит из гардеробной — он переоделся в домашний свитшот и мягкие спортивные брюки, волосы все еще влажные и свисают сосульками. — Даже если ты считаешь, что наши с Джейн отношения были чем-то несерьезным, Локи, Джейн любила меня, — он поднимает на Локи глаза, — а ты даже мою заботу воспринимаешь как попытку контроля, — он горько усмехается. — О, поверь, я не пытаюсь заменить одного человека другим. Они возвращаются в кухню и завершают трапезу в молчании.