Хеллоуин

Холодный октябрьский воздух проникает сквозь неплотно закрытую дверь, неся с собой запах прелых листьев и дыма костров. Алфёдов переступает порог дома Пугода, украшенного к Хэллоуину с таким энтузиазмом, что даже его собственное снежное сердце екает от предвкушения. Тыквы с вырезанными зловещими рожицами, развешанные повсюду паутины из шерсти, призраки из простыней, болтающиеся под потолком – все это создает атмосферу жутковатого веселья. Он знает, что Пугод любит подобные праздники, и, признаться, сам не прочь немного отвлечься от рутины Майншилда. В последнее время работа над новым механизмом фермы ресурсов совсем не клеится, и ему не помешает немного развеяться. Эта мысль мимолетно проносится в голове, но тут же забывается, как только из-за угла выпрыгивает Пугод, закутанный в простыню и издающий душераздирающий вопль. Алфёдов, не ожидавший подобного, вздрагивает и вскрикивает, отшатываясь назад. В панике он не замечает стоящей рядом стены и со всего размаха врезается в затылком. Острая боль пронзает голову, заставляя его зажмуриться. – Алфёдов! Ой, прости, прости, я не хотел! – Пугод моментально сбрасывает простыню, и в его голосе слышится искреннее раскаяние. Он подбегает к Алфёдову и обеспокоенно осматривает его. – Ты как? Все в порядке? – Алфёдов морщится, потирая ушибленный затылок. – Кажется, ничего серьезного, но болит жутко. – Отвечает он, стараясь скрыть досаду. Пугод виновато кусает губу. –Давай я тебе чай сделаю? Он у меня с медом и имбирем, отлично согревает и успокаивает. – Он помогает Алфёдову подняться и усаживает его на ближайший диван. – Сейчас, только чайник поставлю.– Пока Пугод хлопочет на кухне, Алфёдов осматривается. Несмотря на весь хэллоуинский декор, в доме чувствуется тепло и уют. Он всегда ценил это в Пугоде – умение создавать комфорт и хорошее настроение вокруг себя. Внезапно Пугод возвращается из кухни. – Ой, совсем забыл! У меня же стрим через пятнадцать минут! Прости, Алфёдов, я должен подготовиться. Ты не против, если я тебя на пару часиков оставлю? Чай сам нальешь, ладно? – Алфёдов кивает, чувствуя, как боль в затылке постепенно утихает. – Конечно, все в порядке. Иди, занимайся своими делами. А я пока полюбуюсь твоими жуткими украшениями. - Пугод облегченно вздыхает и отходит что-то делать. Алфёдов остается один в гостиной, наполненной призрачным хэллоуинским светом и запахом имбирного чая. Он медленно встает и направляется к чайнику и сделал себе чай. Алфёдов теперь сидел на стуле и пил чай. Через время Пугод подходит к Алфёдову, он чувствует неловкость. Обычно он не проявляет нежности, особенно по отношению к Алфёдову. Но сейчас, видя его растерянный и немного испуганный взгляд, ему хочется как-то загладить свою вину. Собравшись с духом, Пугод слегка касается его волос. – Прости, я не хотел тебя напугать, – говорит он, стараясь придать своему голосу мягкость. – Перестарался с декорациями –. Его прикосновение кажется немного неуклюжим, но искренним. Алфёдов вздрагивает от неожиданности, но не отстраняется. Наоборот, кажется, что это простое движение – поглаживание по голове – производит на него какое-то магическое действие. Он смотрит на Пугода с еще большим удивлением, в котором уже проглядывает что-то вроде… надежды? Или даже благодарности, смешанной с чем-то еще, чего Пугод пока не может разглядеть. – Всё в порядке, – тихо отвечает Алфёдов. – Просто… неожиданно. – В комнате повисает тишина, нарушаемая лишь потрескиванием свечей в тыквах. Пугод чувствует, как его щеки начинают предательски гореть. Он не привык к таким моментам близости. Гораздо проще подшучивать над Алфёдовым или просто игнорировать его. Но сейчас, когда он видит, какое влияние на него оказывает его простое прикосновение, он начинает понимать, что между ними, возможно, есть что-то большее, чем просто приятельские отношения на сервере Майншилд. И это "что-то" его одновременно пугает и привлекает. – Может, тебе еще чаю налить? – предлагает Пугод, стараясь разрядить обстановку. Ему нужно срочно чем-то заняться, чтобы не думать о том, что происходит между ним и Алфёдовым. Тем более, стрим не ждет. Нужно проверить все механизмы. Алфёдов кивает на предложение Пугода и снова устраивается на диване, принимая предложенную кружку с горячим чаем. Он делает маленький глоток, чувствуя, как тепло растекается по телу, помогая немного унять дрожь. В комнате все еще царит полумрак, и свет от тыквенных свечей играет тенями на стенах, создавая причудливые фигуры. Алфёдов наблюдает за Пугодом, который, кажется, совсем забыл о его присутствии, полностью погрузившись в свои предстримовые хлопоты. Пугод мечется по комнате, проверяя провода, что-то подкручивая, что-то поправляя. Он то и дело бормочет себе под нос какие-то непонятные термины, словно читает заклинания. Алфёдов видит, как сосредоточен он на своей работе, и не решается отвлекать. Ему интересно наблюдать за ним в такой обстановке. Обычно Пугод либо подшучивает над ним, либо просто игнорирует, а сейчас он видит его увлеченность и старание. Неожиданно Пугод останавливается и хлопает себя по лбу. – Черт! Совсем забыл про дым-машину! – восклицает он и направляется к дальней полке, заваленной всяким хламом. Он начинает рыться в коробках, вытаскивая оттуда старые провода, какие-то платы и другие непонятные Алфёдову штуки. Алфёдов тихонько попивает чай, наблюдая за этой суетой. Ему немного неловко сидеть здесь и просто смотреть, но он не знает, чем еще можно заняться. К тому же, ему приятно просто находиться рядом с Пугодом, даже если тот его не замечает. В голове все еще крутятся мысли о его прикосновении, о том, как мягко он коснулся его волос. Это было так неожиданно и так… приятно. Он чувствует, как щеки снова начинают гореть, и старается отвлечься, сосредотачиваясь на вкусе чая. Алфёдов ставит кружку на стол, стараясь сделать это как можно тише, чтобы не привлекать внимания Пугода. Тот настолько увлечен поисками дым-машины, что, кажется, совсем забыл о его существовании. "Сейчас или никогда," – думает Алфёдов, осторожно поднимаясь с дивана. Ноги немного дрожат после пережитого испуга, но любопытство берет верх. Он тихонько начинает осматриваться, стараясь не шуметь и не привлекать внимания. Комната Пугода – это настоящая сокровищница для любителя всяких технических штучек. Провода, детали, экраны – все это создает атмосферу творческого хаоса. Алфёдов медленно продвигается вдоль стен, рассматривая различные приспособления. Вот какая-то плата с мигающими лампочками, вот пульт управления с множеством кнопок. Он не понимает, для чего все это нужно, но ему интересно. В одном из углов он замечает старый компьютер, облепленный стикерами и фотографиями. Подходит ближе, чтобы рассмотреть их. На одной из фотографий – Пугод, но совсем молодой, с широкой улыбкой. Алфёдов никогда не видел его таким, ведь тут – словно другой человек. В груди что-то теплеет. Заметив движение краем глаза, Алфёдов вздрагивает и резко оборачивается. – О, ты уже гуляешь по моей берлоге, – говорит Пугод, немного удивленно. – Интересно тут, да? – Пугод пошёл рыться в других вещах. – Ага! Вот она, зараза! – торжествующе восклицает он, вытаскивая из коробки небольшую дым-машину. Алфёдов немного смущается, но решает не отступать. Он кивает на фотографию и тихо произносит: – Тебе тут лет шестнадцать, наверное? – Пугод удивленно вскидывает бровь, подходит ближе и смотрит на снимок. – Да, где-то так, – пожимает он плечами. – Это еще до того, как я стал стримить всякую жуть. – Он забирает дым-машину и направляется к столу, где уже разложены провода и инструменты. – Ладно, не отвлекай, – бросает он через плечо. – У меня тут дела. – Алфёдов чувствует легкое разочарование, но понимает, что Пугод сейчас полностью поглощен подготовкой к стриму. Он решает продолжить изучение комнаты. Раз уж начал, надо довести дело до конца. Он отходит от компьютера и снова начинает осматриваться. Провода, микросхемы, какие-то непонятные устройства… Алфёдов чувствует себя полным профаном во всем этом техническом великолепии. Он тихонько переступает через кучу проводов и натыкается взглядом на что-то мягкое, выглядывающее из-под стопки старых журналов. Наклоняется и вытаскивает на свет божий… плюшевого медвежонка! Старого, потрепанного, с оторванным ухом. Кажется, он видел лучшие времена. Алфёдов удивленно рассматривает игрушку. Неужели у такого брутального стримера, как Пугод, может быть что-то подобное? В голове не укладывается. Алфёдов бережно держит в руках плюшевого медвежонка. Идея кажется ему забавной и немного безумной, но он решает воплотить ее в жизнь. Он оглядывается по сторонам, пытаясь найти нитки и иголку. В комнате царит творческий беспорядок, но, к счастью, на полке рядом с рабочим столом он замечает небольшую коробку с швейными принадлежностями. Открыв ее, он находит все необходимое: катушку ниток подходящего цвета и несколько иголок разного размера. Алфёдов чувствует себя немного неловко, ведь он не уверен, как Пугод отреагирует на его поступок. Но любопытство и желание помочь бедному мишке пересиливают. Он решает уйти в другую комнату, чтобы спокойно заняться шитьем. Он тихонько выходит из комнаты Пугода и направляется в коридор. В конце коридора он замечает дверь, ведущую в, судя по всему, гостевую комнату. Она выглядит более обжитой, чем можно было ожидать. Алфёдов присаживается на краешек кровати и принимается за работу. Иголка хоть и скользит в неумелых пальцах, но Алфёдов старается быть предельно аккуратным. Он пытается пришить оторванное ухо медвежонка, делая маленькие и ровные стежки. Занятие оказывается не таким простым, как казалось, но Алфёдов не сдается. Он сосредоточенно трудится, стараясь вернуть мишке его прежний вид. Комната кажется тихой и спокойной, в отличие от той, где вовсю кипит подготовка к стриму. Алфёдов чувствует себя здесь уютно и расслабленно. Алфёдов заканчивает пришивать ухо плюшевому медвежонку. Получается не идеально, но ухо теперь держится крепко. Он с довольным видом оглядывает свою работу. Медвежонок выглядит хоть и потрепанным, но снова целым. Алфёдов идет от туда, бепт спй и идет с Пугоду. Он бережно кладет игрушку на край стола, стараясь, чтобы она не упала. Он надеется, что Пугод скоро заметит его маленький сюрприз. Закончив с этим делом, Алфёдов думает о чае. Пугод по-прежнему полностью поглощен проводами и аппаратурой. Кажется, он даже не заметил отсутствия Алфёдова. Алфёдов берёт чашку и делает несколько глотков. Чай уже немного остыл, но все еще достаточно теплый, чтобы согреть изнутри. Он наблюдает за Пугодом, который сосредоточенно возится с дым-машиной. Внезапно Пугод отрывается от работы и поворачивается к столу. Его взгляд падает на плюшевого медвежонка. Он удивленно хмурит брови. – Это… что это тут делает? – спрашивает он, глядя на Алфёдова. Алфёдов немного смущается, но решает ответить честно. – Это… я нашел его у тебя под журналами, – говорит он, слегка запинаясь. – У него ухо было оторвано, и я… я пришил его. – Пугод молчит несколько секунд, рассматривая медвежонка. В его глазах читается смесь удивления и… кажется, даже благодарности. – Ты… пришил ему ухо? – переспрашивает он, словно не веря своим ушам. Алфёдов кивает, немного покраснев. Пугод берет медвежонка в руки и внимательно его осматривает. Затем он снова смотрит на Алфёдова. – Спасибо, – тихо произносит он. Пугод задумчиво смотрит на медвежонка, а затем протягивает его Алфёдову. – Держи, – говорит он. – Теперь он твой.– Пока Пугод опять пошёл заниматься своими делами, Алфёдов рад, что не отвлекает его. Он сжимает в руках медвежонка, чувствуя тепло ткани и легкую неровность шва – следы его собственных усилий. Алфёдов рассматривает игрушку, замечая каждую деталь: потертый мех, немного выцветшие глаза-пуговицы, кривовато пришитое ухо. Медвежонок кажется ему каким-то особенным, хранящим в себе частичку Пугода. Алфёдов допивает чай, наслаждаясь последними теплыми глотками. Он встает и, стараясь не шуметь, идет на кухню. Там он споласкивает чашку и ставит ее в сушилку. Кухня кажется пустой и тихой после шумной комнаты Пугода, полной проводов и мигающих лампочек. Вернувшись, Алфёдов видит, что Пугод по-прежнему сосредоточен на своей работе. Он что-то настраивает. Алфёдов подходит к нему и тихо говорит: – Ну, я, наверное, пойду. Спасибо за чай. И… за медвежонка. Пугод вздрагивает от неожиданности и оборачивается. На его лице мелькает тень удивления. – Уже уходишь? – спрашивает он, откладывая паяльник. – Ну, ладно. Спасибо, что помог с медведем. И… приходи еще. – Алфёдов кивает и улыбается. Он чувствует тепло внутри от этих простых слов. Он прощается с Пугодом и выходит из комнаты, направляясь к выходу из дома. На улице его встречает свежий осенний воздух. Алфёдов глубоко вдыхает, чувствуя прилив сил и радости. Он идет по улице, крепко прижимая к себе медвежонка. В голове у него роятся мысли о Пугоде, о его неожиданной доброте и о том, что, возможно, между ними все-таки что-то есть. Алфёдов улыбается своим мыслям. Он идет домой, радостный и с медвежонком в руках. Он обязательно позаботится о нем.