Плачь и смейся, я рядом с тобой

Прошла примерно неделя как я учился в этой школе. Я очень активно общался с Айеро, но сегодня он не пришел в школу. Рэй, который имел с ним связь через телефон, сказал мне что Фрэнк заболел. Торо учился в параллельном классе, из-за этого мне не кем было сидеть на уроке. В столовой я слишком долго просидел, так что не услышал звонка на урок. Опоздав, я извинился перед учителем и мне нужно было выбрать куда сесть. Проблема была в том что места были заняты и осталось место с Маккрэкином, с которым я не горел желанием сидеть. Но пришлось. Сидя всю историю за партой с Робертом, он начинал бесить меня. Я пытался погрузиться в мысли с рисованием. Доставая с пенала листочки, на которых еще были места для рисования, я взял тот котором я что-то не дорисовал. Но это было не так важно сейчас и приступив к рисованию я обернул лист с другой стороной на которой был нарисован Маккрэкин. Блять. Он заметил сразу же. — Не плохо рисуешь. Это я? Мое лицо покраснело. Да я всего его один раз то рисовал. А может быть и не раз. Это не было важно. — Отвали. Я устал уже от всего. — я сразу убрал все листы обратно в пенал и пытался больше даже не глядеть на этого инвалида. — А чего ты так? Может мне понравилось. Вообще пока нет Фрэнка, пойдем погуляем? А то знаю тебя, не хочешь терять свою репутацию общаясь с изгоями. — Ладно давай.. — мне уже нечего терять. Может быть стану наркоманом, может меня убьют. Меня до ужаса пугали его голубые глаза, так что лучше делать что он предлогал. Уроки окончены. Пока Рэй дожидался меня после уроков, я быстрее ушел из класса и пошел за Бертом который куда-то нас вел. — А куда мы идем? Мне бы хотелось знать хотя бы где меня убьют. — Джи ты реально столько про меня надумал, либо это такой стеб надо мной? Мы просто встретимся с Джеффой и Куинном. — Берт улыбнулся хватая меня за плечо видя нас дальше, создавая доверие между нами. — Я слышал что ты хочешь со своей компанией сделать что-то ужасное в школе. Это правда? — Какую тебе чушь говорят, это бред. Ничего мы не делаем и не хотим сделать. Лишь умереть от половых болезней к 27 годам. А то и от рака легких. — сказав это Берт закурил свою красную мальбу. Предлагая мне, я взял. Мы молча курили и уже сейчас я делал это правильнее, чем раньше. Меня до сих пор мучал вопрос касаемо того что между ними с Фрэнком. — А что у тебя с Фрэнком? Почему вы оба так негативно относитесь друг к другу? — после этих слов я почувствовал палец Роберта на губах, затыкая меня. — Когда домой будем возвращаться я скажу. Либо нет. Но к Фрэнку я негативно не отношусь. Там целая песня. — Хорошо.. — мы доходя до места пубертатных подростков, о котором по приезду меня тут Фрэнк все рассказал мне. Мы встретили Джеффу и Куинна. Джеффу я сразу узнал по татуировкам о которых говорил Айеро. Куинн отличался от всей этой компании, так как выглядел трезвее всех. Берт решил меня с ними знакомить. Но тут Джеффа осмотревшись меня сказал: — Берт это тот парень о котором ты говорил? Тот приежий, твой новый сосед с которым теперь общается Фрэнки? — Ага Джефф, ты реально прав. Фрэнк заболел так что он теперь за мной хвостиком ходит. Потом в разговор влекся Куинн. — Мне кажется он нас боится. Тебя же Джерард зовут? — он был чертовски прав. Я просто был не своей тарелке. Мне казалось что меня убьют и мои органы продадут на черном рынке. Все же надо было сказать пару слов. — После слухов про вас, я начал вас сильно бояться. — после моих слов Джеффа и Берт расхохотались, взявшись друг друга за плечи. Я не понимал что происходит. — Ну ты слышал? Слышал какую ему хуйню засрал про нас Фрэнки?? — чуть ли не задыхаясь говорил Джефф. — Да! Айеро дичь про нас говорит же! Я же вам не лгал! — говорил Маккрэкин Ховарду и Оллману. — Джер ну ты правда не бойся нас. Я про всех могу рассказать некоторые факты. Например я максимально из плохого делаю сейчас это ворую магазах. Клептомания это ужасно. — А я люблю выпить. Но умеренных количествах. — Джефф перебил Куинна — А так я любитель зеленого чая, другие чаи горькие. — Ну, а ты как можешь вспомнить Джи, Я - самый злой никогда не трезвый наркоман в мире. Боже я это никогда не отрицаю, но это мое качество которое я ненавижу сам. — Берт смотрел теперь на меня в ожидании реакции на эту компанию. В самом деле я ничего негативного не обнаружил у них, так как это не похожи на какие-то масштабные проблемы с законом. И было видно что никто из них не довольствовался этими качествами. Даже во все они не хотели страдать такими зависимостями. — Фрэнк мне говорил иные вещи про вас. Мне казалось будто бы все имеете уголовки. И я не знаю.. Но вы все адекватные?.. — Да Фрэнки Айеро после своей девушки такого мнения о нас всех, и пытается сделать нас изгоями среди всего города. — зевая сказал Джефф смотря на меня спокойным взглядом. А я сильно смутился, у Фрэнка была девушка?. — А у Фрэнка была девушка? — спросил я. — Д- — Не успев ответить Джеффа, Берт того толкнул и ответил за него. — Была. И мы со всеми договорились не говорить об этом случае. Потому что то было то забыто. — Берт пошел в мою сторону и положил руку на мое плечо. — Ох же дело. — сказал Куинн смотря на свои часы. — Мне нужно домой. У меня секция вечером будет. — Тогда давайте разойдемся тут же. Нам уже всем пора. Время 5:23. — Ховард встал в сторону Оллмана. — Нам в другую же сторону. Так что вместе пойдем. Берт завтра короче встретимся и ответь мне в сообщениях, когда за ПК будешь сидеть. — До завтра ребят. — Берт помахал рукой тем. И они скрылись сразу же за углом дома. — Ну чтож, нам с тобой по пути. — сказал я. — Да, погнали. — ответил Берт, и засунув руки в карманы пошел рядом со мной к месту нашего проживания. Он расспрашивал меня о моем прошлом доме. А мне и рассказывать особо нечего, вспоминать как над тобой издевалась вся школа не особо приятное занятие. Но все же поделиться хоть с кем-то кроме брата надо. Парень слушал меня с интересом, и мне даже показалось, с сочувствием. Он задавал вопросы, а я отвечал. И каждый раз реагировал с таким лицом, будто я рассказывал как встретил инопланетян. Мы дошли до нашей улицы. Вдруг Берт быстро развернулся ко мне лицом и протараторил: — Не хочешь зайти? Посмотришь как я живу. Я согласился. Мне и в правду стало интересно как живет семья Маккрэкенов.  Внутри дом выглядел жутко. Он был похож на средневековый замок: падающая штукатурка со стен и потолка и кривой пол в некоторых местах. Только факелов на стенах не хватает. Вдруг на нас выбежали 3 ребенка: 2 девочки 6 и 4 лет, и мальчик 9 лет. — Привет козявки! — радостно произнес Берт беря на руки девочку 4 лет, а остальных детей крепко сжал в свободной руке. — Эй, мы не козявки! — с обидой в голосе ответил мальчишка. — Нет, вы козявки: маленькие, вредные, и вас хочется съесть, но нельзя. — сказав это с улыбкой Берт потрепал мальчика по волосам. — Джерард, знакомься. Это Кэти, Мелани и Джозеф. Есть ещё самая младшая Рейчел, но она спит в это время. Ей 2 года. Козявки, вы тоже знакомьтесь. Это Джерард, прошу любить и жаловать. — произнеся мое имя Берт указал на меня. — Привет Джерард! - хором произнесли дети. — Привет. - поздоровался я в ответ с дружелюбной улыбкой. Я люблю детей. Они самые невинные существа на планете. В них столько жизни, любви и энергии, что хватит всей планете. Они видят чудо во всем, они не знают ещё что такое физика и могут описать все лишь своими искренними эмоциями. За это я их и люблю - за искренность.  — Дети, немедленно слезли с брата. — громко произнесла женщина с кровавым ножом в руках, появившись из тени соседей комнаты, в которой еле как можно было разглядеть свет.  Я не на шутку испугался. Ведь как вы знаете ножей я очень боюсь. А тут передо мной стоит женщина с кровавым орудием убийства и смотрит мне прямо в душу. От неё пахло мясом. Видимо всего лишь готовит, а не вырезает сердца у маленьких детей. — А ты еще кто такой? — более спокойно, чем к маленьким детишкам, обратилась ко мне женщина. — Я Джерард Уэй, ваш новый сосед. Моя семья переехала сюда недавно. — ответил я неуверенно мямля.  — А, Уэй.. — произнесла она, — Берт рассказал о тебе, надеюсь что мы не сильно вас беспокоим. — последнюю фразу женщина произнесла со строгостью оглядев всех своих детей, включая Берта.  Все те со стыдом опустили глаза на кривой пол, кроме Берта. Он продолжал смотреть на мать, а мать на него, будто олень на горящие фары автомобиля. Берт будто хотел испепелить ее глазами, и мать с тихим цоканьем отвела взгляд и продолжила говорить: — Сколько раз я говорила вести себя тихо? Забыли что Санта приносит подарки только тем, кто хорошо себя ведёт весь год?  — Да наша фамилия уже как 13 лет у него не в списке. — сквозь зубы сказал Берт, и взяв меня за рукав потащил на верхний этаж. Женщина продолжала что-то недовольно  бубнить нам в след, но мы ее уже не слышали за дверью комнаты. Ой, что за запах? В помещении пахло чем-то сладким, будто дешевыми ментоловыми конфетами. Я осмотрелся. В комнате стояла кровать, и именно от нее исходил сладкий аромат. В углу виднелась плесень, на стенах плакаты с Мейхом и Тайпов, а также стикеры и рисунки, явно нарисованными детскими руками. Рядом с кроватью рабочий стол с ТАРАКАНАМИ В БАНКЕ! С ЖИВЫМИ ТАРАКАНАМИ! Берт заметил мой шок и начал оправдываться: — Я их не ем если что, я не сумасшедший. Ну ладно, признаюсь, ем. — со смущением произнес он. — Они вкусные кстати. А если обвалять в паприке, обмакнуть в кетчуп и лимонным гаражом запить, тогда вообще на вкус как чипсы.  Я скривил лицо от отвращения, и даже собирался убежать из этого странного места. Но вдруг отдернул ладонь от ручки двери когда услышал громкий детский крик. Берт открыл дверь, и стали четче слышны громкие хлысты ремня по воздуху и плач навзрыд. Парень рванул как ошпаренный к лестнице, пролетев ее как супермен и свернул в сторону страшных звуков. Я не осмелился пойти за ним. Меня охватил страх. Я закрыл дверь и сполз по ней на пол, закрыв уши ладонями. Я не представляю как Берт живет в таком аду. Дом разваливается на части, вечные крики детей и страх быть убитым на месте. Я бы наверное сошел с ума и лежал в психбольнице в надзорной палате, где не слышно ничего кроме биения сердца. Неужели лишь наркотики для него выход к спокойствию?  Я решил успокоить свой интерес рассмотрев стол Берта. Краем глаза заметил красных блокнот в твердом переплете. Открыв его я узрел корявых почерк, что уже видел в тетради Берта. Наверное, это его личный дневник. Ох, нехорошо читать чужие дневники, но блин, он так и не рассказал мне про то что случилось между ним и Фрэнком. Может, если я найду ответ на мой вопрос в дневнике, то ничего страшного? Надеюсь.  Я начал листать страницы и нашел дату, что меня зацепила. 15 сентября, это день когда мы переехали сюда. Я начал читать содержимое очень внимательно: «Сегодня в дом по соседству от нас поселилась семья из другого города. Там есть парень по имени Джерард. Он меня привлек. Он не был похож на других приезжих. Он напоминает мне вампира, но не тех страшных и морщинистых как в ужастиках. Джерард изящен, чист и невинен. Хочу подружиться с ним. Я ради этого готов бросить наркоту, лишь бы быть рядом с ним.» На следующей странице было продолжение: «Чертов Фрэнк, пришел и все испортил. Как всегда. Он вообще не дает мне и шанса познакомиться хоть с кем-то, кто не знает меня как конченного наркомана. Я все равно попытаюсь доказать Джеру что я не такой, каким меня описывает Айэро и его дружки.» Вдруг я услышал шаги, и быстро убрал дневник к себе в штаны. Берт открыл дверь и с грохотом закрыл ее. — Хах.. Джерард все в порядке. Мать просто сейчас не в самом трезвом виде сейчас. Кстати не хочешь научиться по этим деревьем лазать? — после слов Берта, я успел согласиться на все что угодно лишь бы надеяться чтобы Маккрэкин был безопасности. И я замечаю как на его лице немного стекает кровь. Чуть не теря сознание от страха, я достаю из кармана джинс свой бардовый клекчатый платок и вытераю кровь с его лица. Мне было до ужаса страшно и жаль его. — Да.. давай. — тот после моих слов взял меня за руку и открыв окно, тот залез на дерево как делал той ночью. И помогая мне перебраться, мы начали сидеть на дереве. Ветерок дул мои волосы так же как и у Берта. Мне хотелось только молчать, так как говорить о случившимся мне казалось очень стыдливо. Он и так понимал что я увидел то что не должен. И тут он заговорил: — Знаешь я иногда представляю что могу скоро повеситься на этом дереве. У меня даже рисунок есть. Хоть я и не мастер рисовать как ты. — Берт достал из своих широких черных штанов листок скомканный и немного порванный. Развернув я увидел сердце повешенное на дереве. Это выглядело очень интересно и даже оригинально. — Это было связано с одной историей, которую я потом рано либо поздно раскажу тебе. — Хорошо, если хочешь ты можешь не говорить. Мне и так знать ничего плохого на сон не хочется. — я легонько зевнул, мне и вправду хотелось спать. Хоть сейчас и не ночь. — Кстати ты видел мою татуировку на боку? — я мотал головой — Могу показать сейчас. Берт встал и немного приспустил шорты и завернул футболку. Я увидел каракулю на его боку, мне даже захотелось ее потрогать. Такое ощущение что он нарисовал рисунок на листочке в школе и отнес его в тату салон с просьбой "Быстро набейте куда-нибудь на тело эту дичь! Главное не на видное место!" — Ну как тебе? — после вопроса Маккрэкин перестал показывать свою татуировку и подправил футболку. — Это очень крутая тату. Честно, если бы я не боялся иголок, то сделал бы татуировку. Хотя-бы одну. — Может быть тебе этого не надо. Довольствуйся пока своим красивым чистым тельцем. — он погладил меня по волосам. У меня прошли мурашки по коже. Раньше меня так гладила лишь мама, а сейчас парень, о котором я слышал лишь плохое. Мне так спокойно с ним. Мы продолжили сидеть на дереве. Был виден закат, и теплый ветерок продолжал мне дуть в волосы. Я боялся что из меня выпадет дневник Берта. Так что мне желательно было сейчас идти домой. — Берт, мне уже домой надо идти. Там моя мама уже волнует. — после моих слов Берт перестал мне улыбаться и он молча встал. Взяв меня за руку он помог перелезть мне на дерево возле моего окна. Я когда уходил в школу, открыл окно на проветривание. Поэтому спокойно войдя в окно я уже был на кровати. А Берт оставался на дереве. — Ты можешь зайти. Сейчас как раз ужин, ты спокойно можешь с нами поесть. — приглашая Берта я хотел чтобы тот чувствовал себя безопасности хотя бы сейчас. — Я бы с радостью, но мой отец сейчас из дома вернется. Да и за своими козявками надо следить. Ну ты понимаешь. — он почесал затылок и улыбнулся мне снова. — До завтра Джи, спокойной ночи. — Спокойной ночи Берт. Надеюсь тебя не побьют.. Но Роберт это не услышал так как ловко и быстро добрался до своего окна. Я быстро закрыл окно и наконец-то достал дневник Маккрэкина. Только собрался открыть на моменте на котором остановился, как услышал голос матери за дверью: — Джерард, ты дома? — Да, я дома. — громко ответил я чтобы было слышно. — Ужин почти готов. Спускайся и помоги накрыть на стол. — Иду. Я отложил дневник Берта в ящик стола и направился к кухне. Мать хлопотала у плиты, а отец с Майки расставляли тарелки. Я поставил стаканы и столовые приборы к каждой из них. Позже тарелки были наполнены горячей пастой. Аромат песто заполнил весь дом. Семья принялась уплетать сей шедевр. Я ел медленнее всех. Я мне все еще было стыдно за кражу дневника, даже есть было стыдно. Мать заметила моё беспокойство и обратилась ко мне: — Джи, что-то не так? — Нет, всё хорошо, не беспокойся. — ответил я на вопрос с фальшивой улыбкой. Я не хотел чтобы мама переживала за меня.  — Как дела в новой школе? Нашел друзей? — спросил отец сидящий напротив меня. — Нашел, много. — сказал я не скрывая.  Родителей это волновало, ведь в прошлой школе друзей у меня не было. Они боялись что я стану социофобом, закроюсь в себе и никогда не смогу найти свою любовь. — Это хорошо. — произнес отец с улыбкой. — Кстати, как там Берт? Вы подружились? — Можно и так сказать. — неуверенно ответил я. — И как он тебе? — отец посмотрел мне прямо в глаза, словно пытаясь прочитать мои мысли.  Сзади на полке лежал рулон с фольгой. Может быстро встать и сделать шапку от чтения мыслей? Не стоит, они подумают что я сумасшедший. — Он.. - долго мялся я. Я не знаю что про него сказать родителям, чтобы они не подумали про него плохо. — Он очень.. необычный. — да, идеальный ответ. Молодец Джерард, возьми с полки фольгу.  — Интересно. — ответил на мою фразу отец, и вновь принялся за свою порцию пасты. И мне надо поесть, это явно вкуснее тараканов. Вряд ли семья Маккрэкенов так собирается за столом, разговаривают, интересуются жизнью друг друга. Мне очень жаль Берта, он не заслуживает такую семью как у него. Он должен был жить в моей семье, где тебя любят и готовы выслушать. А меня бы отправили жить к Маккрэкенам. Я заслужил этого, чтобы меня били и я жрал тараканов. Я украл личную вещь человека, который впустил меня к себе в дом, готов защищать слабых и себя, который не боится ничего.  Я поблагодарил за ужин и поднялся к себе в комнату. Там меня ждал дневник и.. и куча уроков. Нет времени на чужие тайны, нужно скорее сделать уроки, чтобы не получить плохих оценок завтра. Я почти не слушаю учителей, так что занимаюсь исключительно с собой дома.  Так спокойнее.  Когда ненавистные примеры по алгебре были решены, я наконец-то смог переодеться в пижаму, лечь на кровать и взять дневник Берта в свои руки. Я продолжил читать: «Мне так хочется общаться с Джерардом. Я вижу его таким маленьким и беззащитным в этом мире, что хочется взять в руки и понести с собой туда, где ни мне ни ему ничего не угрожает. Где нет тупого Фрэнка, который будет ему указывать с кем общаться а с кем нет. Не будет моей истеричной матери, что будет пиздить если ты якобы слишком громко ходишь по комнате. Где не будет наркоты и алкоголя, чтобы я находил счастье и покой не в них, а в Джи. Он сможет изобразить весь мир на бумаге, он такой молодец, хоть что-то умеет. Я не умею ничего, только пугать приезжих своей зависимостью. Еще раз спасибо Айэро, будь ты проклят. И вообще я хочу бросить все это, не хочу больше употреблять. Ради Джерарда я готов бросить все что угодно, обещаю» Все составляющие этого дневника было обо мне и о попытках Берта не употреблять. Это было неожиданно что Маккрэкен и в правду не употреблял так долго. У меня в голове была мысль: «Завтра надо вернуть дневник ему.» Мне было до ужаса стыдно. Я положил дневник к себе ящик и решил лечь спать. Завтра новый день и совсем другое настроение будет меня преследовать. Когда я уже заснул не смотря на свой поток мыслей, я почувствовал будто бы на меня кто-то залез, я первую очередь подумал что это Майки. Когда мы жили в своем маленьком доме, он из-за страха ночью всегда будил меня чтобы я его успокоил. — Майки, это ты? — но почувствовав, что человек на моей кровати гораздо крупнее чем мой брат, я испугался. И тут я услышал знакомый голос. — Джерард. Где. Мой. Дневник.? — Сказал тихо Берт, зная что может разбудить остальных живущих в этом доме. Что за.. Как Маккрэкен вошел сюда? У меня же было закрыто окно, но я почувствовал, что холодный ветерок дул мне ноги. У меня было масса вопросов, но я решил пока их всех не задавать. — Что, зачем? Как ты ворвался в мой дом? — это все что пока я смог сказать. Но под лунный свет я наконец-то увидел кое-как лицо Роберта. Он был сильно издерган и было ощущение, будто бы он сейчас заплачет. — Ты же читал его, да? Я тебе так доверял, а ты так подло.. — злым и дрожащим голосом бормотал Маккрэкен. — Джерард, мне очень плохо, и это был мой единственный выход нежели употреблять. Пожалуйста, верни мне его. Я не знаю как тебе еще объяснить. Вдруг я услышал всхлип Роберта. Он плакал. После этого я почувствовал себя монстром, я заставил своего друга плакать. Я попытался обнять его и тот крепко взял меня в объятии. Будто бы готов был это сделать первым. Мы сидели на моей кровати. Я тактильно пытался поддержать его, не имея даже слез на глазах мне тоже стало очень грустно. Грязные сальные волосы Берта пахли сигаретами. Для меня они пахли, но не воняли. Потом разорвав с ним эти объятия и встал и достал его дневник, забрав еще с собой свои зарисовки Маккрэкена, который я рисовал на уроке. Когда я снова сел на кровать, Маккрэкин тихо продолжал плакать закрывая глаза руками. Похлопав его по плечу, я вручил ему должное. Тот взял, но все равно был в опущенном состоянии. — Ты все знаешь? — ели как спросил он. — Что именно? Я лишь знаю что ты сейчас держишься от наркотиков. — недоумении сказал я. — Хорошо. Ладно. После последних слов, тот вылез из окна. Я взял его за плечо не дав забраться, покрайней мере на дерево. Он посмотрел на меня с удивлением. — Берт, что с тобой вообще? Ты сам не свой, — на мой вопрос я не получил ответа и Маккрэкин вырвался и забрался на дерево и скрылся за ним перебираясь на свое окно. Я закрыл окно. Лежа на кровати я еще долго не смог уснуть. Мне было плохо от себя самого. Я не мог поверить что так подло поступил, и это ещё мягко сказано. Если бы я был младшим в семье, а Майки старше меня, то я бы сейчас прибежал к нему в комнату и сильно заревел. На моих глазах начали появляется слезы, я начал плакать.