Последсвия кошмаров

Над ним снова возвышается высокая фигура. Вскоре она подойдет ближе, и все начнется по новой. Как каждую чертову ночь. И когда это неудобство закончится, он снова пойдет в ванную, а на утро увидит Кесс. По-моему, это того стоит. Но сейчас, видя, как эта фигура приближается, тянет свои руки, он все равно хочет закричать. Хочет произносить это невыносимое слово, от которого уже тошнит, в надежде, что все закончится. Его руки везде: шея, плечи, торс. Они спускаются все ниже и вскоре оказываются там, где он больше не может их терпеть. - Эндрю, будь хорошим мальчиком. Ты же не хочешь, чтобы мамочка услышала и расстроилась? – как же он ненавидит этот голос. - Эндрю, ты же знаешь, я всегда могу остановиться. Просто попроси, – как же он ненавидит эту улыбку. - Попроси, и я остановлюсь, – горячее дыхание опаляет его ухо, по телу бегут совсем не приятные мурашки. - Пожалуйста, - но больше всего он ненавидит свой голос, свою безысходность, когда произносит это совершенно бесполезное слово. – Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, – безостановочный шепот, почти как молитва. Но почему-то она никогда не срабатывает. Его все также прижимают к кровати, вдалбливают его маленькое тело в матрас, и заглушают всхлипы подушкой. Невыносимая волна боли все равно пронизывает тело. Очередной крик хочет вырваться наружу, тем самым разрывая все внутри. Это слово никогда не помогает. Не заглушает стоны и мерзкий шепот мужчины прямо над его ухом. Не перекрывает скрип кровати и шелест грязных простыней. Но он все равно отчаянно его произносит. Не останавливаясь. Потому что только оно дает ему надежду: этому есть конец. Может если он попросит достаточное количество раз мужчина действительно уйдет. Хотя бы на ночь, хотя бы сегодня. Он закрывает глаза так плотно, что они начинают болеть. Лишь бы ничего не видеть, лишь бы это все побыстрее закончилось. Вдруг, он как будто выныривает из толщи воды. Все ощущается по-другому. Даже промелькнула мысль, что ему приснился очередной кошмар и вот, он сейчас очнется и окажется далеко от той комнаты, но вот он открывает глаза и перед ним все также нависает монстр. Улыбается своей сумасшедшей улыбкой, похотливо разглядывает. - Эндрю, посмотри на меня, – возможно, Эндрю бы заметил, что голос Дрейка изменился, если бы в голове не звенело, а зрение не расплывалось. Что еще было странно, так это то, что на его руках появились повязки. Повязки с таким успокаивающим весом. В следующую секунду он уже почувствовал прохладный метал ножа и приставил его к горлу Дрейка. Тот дернулся и попытался отклониться, но Эндрю поддался вперёд, и вот уже алая струйка крови бежит по его шее. Странно, что у монстров кровь такая же, как и у всех, такая же, как и у него. Его глаза раньше наблюдали, как точно также красная кровь стекает по предплечьям. У монстров она должна быть черной, сгнившей.  Кровь должна отличатся так же, как отличаются глаза. Глубоко в глазах у них всегда лежат мрачные тени, а карие глаза Дрейка из-за этого кажутся еще темней. Карие…. Эндрю замирает, смотря в глаза напротив. Родные, полные беспокойства, а главное – голубые. Что-то в голове щелкает и лезвие у чужого горла дергается. Руки трясутся, но им удается выкинуть нож куда-то в сторону. - Эндрю, – это уже другой, едва различимый шепот. Нил сидит напротив, чуть ли не сваливаясь с кровати и затаив дыхание. - Эндрю, ты здесь? – глупый вопрос, ведь он сидит прямо перед ним и пытается восстановить дыхание, но знающий человек поймет, что суть тут заключается в другом. Еле заметный кивок головы слегка снимает напряжение с плеч Джостена. Казалось, он совсем не замечает, что его футболка испачкана в крови от пореза на шее. Пореза, который оставил Эндрю. Но вот Миньярд, наоборот, не сводил с него глаз. По сути в этом нет ничего такого, этого бы не случилось, если бы Нил не полез не в свое дело. Но в этот раз что-то внутри затмило эти мысли. От осознания, что он навредил Джостену, подорвал его доверие, заставил его чувствовать себя в опасности, в груди что-то сжимается. Эндрю не должен этого чувствовать, он не должен чувствовать вообще хоть что-нибудь. Но это происходит и опять из-за чертового рыжика. Под эти размышления он направился в душ, чтобы смыть с себя мерзкое ощущение чужих рук. Холодные струи обволакивали его тело, тем самым приводя хоть в какой-то порядок. В его слишком идеальной памяти отчетливо отложились похожие моменты, когда после каждой кошмарной ночи он оказывался в ванной и пытался заглушить боль с помощью лезвия. Сегодня нож опять прошелся по коже, но уже не его. Нил вроде бы все также сидел на краю кровати, но рядом стояла кружка свежесваренного кофе. Безумно сладкого кофе. Какое-то время они сидели в привычном молчании, было слышно только размеренное дыхание напротив. Эндрю медленно протянул руку к уже засохшей ране и невесомо провел по нему кончиками пальцев. Нил внимательно проследил за этим движением. - Все в порядке, - видимо он что-то увидел в глазах Эндрю и ответил на непрозвучавший вопрос. – Я даже не заметил. - Нож мог войти глубже, - за такую беспечность Эндрю наградил его укоризненным взглядом и отдёрнул руку. - Но не вошел, – в ответ губы расплылись в улыбке, но вот Миньярд не разделял его оптимизма. - Тебе повезло. Он поставил кружку с недопитым кофе на комод и развернулся, чтобы подняться к себе на кровать. Больше спать с Нилом в одной постели он не станет. О причинах думать даже не собирается. - Эй, Дрю? – Нил недоуменно взглянул на парня, но был проигнорирован. – Я надеюсь ты не надумал себе чего-то. Я правда в порядке, это не повод спать раздельно. Нил бы и не пытался остановить Эндрю, если бы не знал, что дело в чем-то другом. Они уже привыкли к весу друг друга во время сна и даже после кошмаров засыпали вместе, принося покой и поддержку. Вряд ли Миньярд так быстро пересмотрел приоритеты. Вздохнув Нил предпринял еще одну попытку: - Если хочешь, можешь на ночь убрать повязки. Но только если тебе так будет спокойнее, потому что я и так знаю, что ты мне не навредишь. - Завались, Джостен. – хоть Эндрю и огрызнулся, взвесив все за и против все-таки спустился обратно. Через пару секунд повязки уже находились в плотно закрытом ящике. Эндрю привычно занял место у стены, но Нил не мог не заметить увеличившееся расстояние между ними. Он как бы невзначай положил руку в сторону и едва прикоснулся к холодной ладони парня. Миньярд даже не потрудился открыть глаза, но Нил почувствовал, как тот переплел их пальцы и прижал уже сцепленные руки к груди. Губы сами растянулись в улыбке и закрыв глаза он медленно провалился в сон, ощущая себя в полной безопасности.