Взлом в Пальметто

      Нила обдаёт холодной дрожью, когда экран его ноутбука гаснет, а после вспыхивает синим.              Вот он сидит в кафетерии, подгружая на жёсткий диск данные по своей очередной фейковой личности и мечтая о том, что осядет в этом маленьком городке по меньшей мере на пару месяцев, а вот его планы рушатся, как грёбаная дженга, у которой внаглую вытащили блок из самого основания.              — Твою мать, — стонет Нил, не веря в то, что это действительно происходит. На него оглядывается светловолосая официантка, явно примеряясь, не выгнать ли его прямо сейчас за излишнюю говорливость — она уже полчаса косится на него, демонстративно осуждая всем своим видом за то, что он в одиночку занимает с ноутбуком стол на пятерых.              Нил прожигает её ответным взглядом до тех пор, пока она не отворачивается, фыркнув что-то едва слышно себе под нос.              Серьёзно, чёрт возьми? Тут на два десятка посадочных мест всего три человека, включая её саму, так что пусть засунет своё недовольство себе в задницу.              Нил зажимает горячие клавиши в попытке перезагрузить систему в безопасном режиме, но клавиатура будто бы совсем перестаёт работать. Он нервничает с каждой минутой всё больше, потому что в технике разбирается не настолько хорошо, чтобы быть уверенным в том, что хранящаяся в её начинке информация осталась в безопасности.              Своровать в своей компании данные, которые могут либо принести ему миллионы хрустящих банкнот со стариной Бенджамином, либо засадить за решётку? Это Нил сделает запросто! А вот как он будет разбираться с проблемами, когда у его хранилища золотой жилы полетит материнская плата — или что там вообще ещё может полететь? — это другой разговор.              Пожалуйста, пусть это будут просто сдохшие внутренности, а не то, о чём он думает.              Нил глухо матерится себе под нос, уже в третий раз перезагружая ноутбук, когда официантка ставит перед ним тарелку с панкейками. Они щедро политы кленовым сиропом так, что почти утопают в нём.              Интересно, она плюнула в них перед подачей?              — У нас завтраки до двенадцати, — говорит официантка с лёгким неодобрением, словно это не она сама принесла ему в семь вечера блюдо из утреннего меню.              — Круто, — незаинтересованно произносит Нил, переворачивая ноутбук, чтобы достать батарею и вставить её обратно. Девушка остаётся на месте, будто бы и не собираясь уходить, и он поднимает на неё взгляд, стараясь не выглядеть слишком раздражённым.              Ему ещё в этом городе жить всё-таки. Если он, конечно, сумеет скачать документы и залечь на дно.              Элисон — это имя красуется на бейджике с любовно подставленным над буквой «и» сердечком — смотрит на ноутбук, и Нилу хочется захлопнуть его, чтобы она не видела синий экран, вспыхнувший опять после уже десятой, кажется, перезагрузки.              — Нужна помощь?              — А ты местный компьютерный гений что ли? — огрызается всё же Нил, и на лице Элисон отражается снова то самое неуловимое презрение, словно она местная принцесса, а не официантка в сраной придорожной забегаловке на окраине.              — Уж явно гениальнее тебя буду, — фыркает она. — По крайней мере, я не стучу по крышке в попытке оживить навернувшийся лэптоп.              Зараза. Видела всё-таки. Совсем им тут в мелких городках делать нечего — только дай на кого-нибудь попялиться и позабавляться над неудачами. Остаётся только надеяться, что он не окажется на заглавных страницах местной жёлтой прессы как единственная новость за последнюю дюжину лет.              Нил показательно смахивает со стола вилку, и та со звоном падает на пол. Это обязательно привлекло бы внимание посетителей кафешки, если бы они ещё тут оставались — последняя бабулька в чепчике бодренько покинула помещение ещё минуту назад, доев свой бурито, безжалостно нарезанный для её выпадающей челюсти.              — Выполни свою работу, окей? — пренебрежительно произносит Нил и с досадой достаёт телефон, когда официантка, одарив его убийственным взглядом, уходит.              Должно быть, у местных совсем развлечений нет.              Он уже успевает загуглить сервисы в этом захолустье, когда Элисон возвращается и небрежно кидает перед ним сразу три вилки. Видимо, чтобы ему надоело их кидать? Или для глаз? В этот раз ходить вокруг да около она не собирается, поэтому тут же решительно заявляет:              — Мой друг сможет помочь тебе. К нему весь город ходит.              Нил скептически кривится, продолжая листать пункты на карте. Закрыто, не работает, переехали, снова закрыто…              — Мне не нужна помощь любителя, — отмахивается он, не отрываясь от экрана смартфона. Карта Пальметто до тошноты мелкая — центральный парк, в облагороженности которого возникают сомнения, десяток мелких кварталов невзрачных домов и лесополоса, внезапно разделяющая город на две неровные половины. Нил готов поспорить, что детей тут запугивают городскими легендами о слендермене, блуждающим среди деревьев, дабы уберечь тупое потомство от естественного отбора.              Не факт, что это их сдерживает от выходок.              — Ты не найдёшь никого, кто разбирается в технике лучше Эндрю.              Нил блокирует телефон, возвращая внимание Элисон, которая проявляет удивительную, пожалуй, даже раздражающую упёртость, по-прежнему оставаясь рядом.              — Это ноутбук, а не тостер, Элисон, — произносит он выразительно. Нилу нравится, что она не может обратиться к нему в ответ по имени, потому что не знает ни одного из них. — Я пойду к профессионалам, а не к твоему слесарю или кто он там.              — Тут три тысячи человек на весь город, детка, откуда тут профессионалы? — не теряется Элисон, небрежно разглаживая свой кружевной фартук. Она ведёт себя нахально, но ей это действительно идёт, и Нил едва заметно прищуривается, откидываясь на спинку стула.              Она же не просто так к нему цепляется?              — Если я не найду сервис здесь, я просто поеду в другой город, — забрасывает удочку на пробу.              — Ага, и они сдерут с тебя втридорога, — фыркает Элисон в ответ, не раздумывая ни секунды. Почти заготовленно.              — А твой друг сдерёт дороже лишь в два раза?              — В полтора, возможно, — не спорит она с хитрой усмешкой.              Нил невольно смеётся, хотя ситуация, честно говоря — пиздец. У него остаётся налички совсем мало, без поддельных документов и со сломанным ноутбуком шансов нарыть где-то ещё средств — сущий минимум, и выходит, что единственный вариант — повестись на предложение этой нахалки, которая внаглую пользуется его бедой, чтобы подкинуть своему дружку работёнки. Хорошие деньги от наивного болвана из большого города на улице не валяются.              — Ладно, — сдаётся Нил, качая головой. У него всё равно нет другого пути — сам он сможет разве что снести весь жёсткий диск под ноль, а это равноценно прыжку под несущийся автобус. — Диктуй, как связаться с твоим другом.              — Он не берёт незнакомые номера, — отвечает Элисон и извлекает из переднего кармана фартука розовую ручку, чтоб аккуратным мелким почерком записать на салфетке адрес. — Приходи к нему, скажи, что от меня, он разберётся.              Нил скептически вздыхает, но уже даже и не спорит — кажется, просить эту упёртую дамочку позвонить самой и вовсе бесполезно. Остаётся только надеяться, что загадочный гений по имени Эндрю не снесёт ему ненароком всю систему, лишив его счастливого будущего.              Когда Элисон уходит, едва слышно мурлыкая себе под нос мотив мелодии, играющей из колонок под потолком, Нил возвращает взгляд на экран предательского ноутбука, решившего подставить его так крупно.              «Как дела, Натаниэль?» — светится надпись в центре, и Нил с беспомощной яростью закрывает крышку, ощущая жар от затапливающего его гнева.              Его опасения подтверждаются — нанятый боссом хакер всё же находит способ выйти на него даже после анонимной покупки ноутбука в другом штате.              Это раздражает настолько же, насколько и восхищает.              ***              Адрес с салфетки оказывается на другом конце города. Нил расправляется с панкейками и возвращается в машину, чтобы кинуть несчастный ноутбук на заднее сиденье. Эту тачку он берёт с рук за сущие копейки, она проржавевшая насквозь и даже не переоформлена на него, но именно это Нилу и требуется.              Он думает, что ему придётся сгнить прямо за продавленным водительским сиденьем, если у него не получится обойти взлом.              Нила невозможно бесит тот факт, что этот грёбаный шут с хакерскими навыками не зачищает его данные. Он выходит на него уже в третий раз за те два месяца, что Нил находится в бегах, но каждый раз только дразнится, будто бы проверяя на прочность. Если он находит его даже сейчас, то ему ничего не стоит извлечь базу данных из системы, но хакер этого не делает — он только забавляется, будто бы наслаждаясь паникой своей жертвы и жалкими попытками вырваться из закодированной ловушки.              Нил почти уверен в том, что этому человеку дают задание не вернуть похищенную информацию, а вернуть Натаниэля — конечно, для того, чтобы расквитаться с ним особо жестоким способом.              В гробу Нил видал все эти цыганские фокусы с электроникой. Он с куда бóльшим удовольствием предпочёл бы вернуться в прекрасный век, когда письма с угрозами можно было отправлять не иначе как посыльными или голубями.              Хлипкий одноэтажный дом, которому лучше бы не попадать в ураган, чтобы случайно не унестись в волшебную страну, находится в конце улицы рядом с лесом. Машина с каким-то предсмертным тарахтением останавливается на обочине, Нил забирает ноутбук и с некоторыми сомнениями направляется прямо к парадной двери по жухлому газону.              Он всё ещё уверен в том, что вряд ли ему смогут здесь помочь, но теперь хотя бы становится ясно, что дело не в почивших платах. Кто знает, может, этот Эндрю действительно не так плох и сумеет сделать что-то дельное? Нил не считает себя глупым, но кто угодно окажется лучше него в хакерских приблудах — он всё-таки достаточно адекватен, чтобы признать это перед собой.              Стук в дверь разносится по пустой улице, из-за чего Нил рефлекторно оглядывается. Вечером дома́ здесь ощущаются совсем незаселёнными, и кажется, будто бы весь город вымер. Не хватает разве что зловещего тумана — и вот она, локация для очередной культовой компьютерной игрушки готова.              Дверь не открывается, и Нил начинает думать, что Элисон подсунула ему адрес заброшенного дома за бесчеловечный заказ панкейков на ужин — она выглядела способной на такую подставу. Знаете этих девушек, которые при знакомстве со случайными парнями в кофейнях диктуют им номера психдиспансеров? Она точно из таких.              Он уже собирается уйти, даже разворачивается обратно к машине, как слышит за спиной несчастный скрип двери и тормозит, оглядываясь.              Эндрю — если это он, конечно, — смотрится его ровесником, хотя успешно может оказаться и чуть старше. В противовес светлым волосам и бледной коже его глаза в сумерках кажутся почти медовыми — они ловят отблеск от ближайшего фонаря, который вспыхивает, когда солнце почти заходит за горизонт и в городе становится достаточно темно.              Взгляд абсолютно нечитаемый, потому Нил не может разобрать в нём ни раздражения от внезапного вечернего гостя, ни чего-то ещё. Он уже открывает рот, чтобы представиться, как Эндрю его перебивает:              — Нормальные люди уходят, если им не открывают в течение минуты. Необязательно долбить в дверь все десять.              О, теперь понятно, почему этот парень подружился с той официанткой. Им палец в рот не клади — ясно, почему у него чинят технику только те, кто живёт в Пальметто. Остальные клиенты наверняка разбегаются сразу же от этой сказочной дружелюбности.              — Я как раз собираюсь уходить, — фыркает Нил из чувства противоречия, хотя на собственной вредности взлом ноутбука точно не обойти. Он даже пару шагов делает по направлению к машине, но притормаживает, сражаясь с собственным характером.              Грёбаная безысходность! Как избавиться от желания послать к чертям всех, кто с первых же секунд встречи проявляет откровенное недружелюбие?              — Ты вроде собирался уходить? — иронично напоминает ему Эндрю, и это почти прямая провокация — этот парень явно чётко ощущает его навязчивое желание уйти отсюда вкупе с невозможностью сделать это из-за личных потребностей.              Нил медленно выдыхает и оборачивается. Даже подобие добродушного взгляда строит — не слишком искреннее и не особо правдоподобное, но этого достаточно, чтобы его не послали прямо с порога.              — Элисон дала твой адрес, — произносит Нил и чуть приподнимает ноутбук в чехле, демонстрируя, что не просто так решил ютиться под его дверью, как какой-то нищий голодранец. — Сказала, что ты можешь помочь.              Эндрю смотрит на чехол неодобрительно, словно он сантехник, которого попросили разобраться в ещё одной технике. Это же так работает?              — Номер мой она не могла дать?              Нил не кидает в чужое лицо ноутбук только из-за того, что от информационного содержимого последнего зависят ближайшие лет эдак пятьдесят — в лучшем случае — его жизни.              — Тебе лучше знать, она твоя же подружка, — рефлекторно отзывается он, но тут же тормозит себя. Ему определённо нужно выдохнуть и выстроить диалог адекватно, потому что сейчас их общение как-то выбивается из стандартных бесед между клиентом и представителем услуг. Ещё бы выпить, конечно, но это уже в будущем, когда он сможет расслабиться и не думать о том, что ему наступают на пятки. — С моим ноутбуком что-то произошло, и мне действительно нужна помощь. В вашей… местности есть некоторые сложности с сервисным обслуживанием.              Нил считает, что справился, и даже не испытывает мук совести от едва не исполненного порыва назвать этот городок жалкой дырой.              Вряд ли Эндрю не осведомлён, где именно живёт.              Медовый взгляд проходится по нему как-то изучающе, и Нил почти уверен в том, что чувствует лёгкий интерес со стороны — разве что пока не может определить, направлен он в сторону проблемы с ноутбуком или же, напротив, в сторону непосредственного владельца той самой проблемы. Нилу первый вариант выгоден, а второй льстит, так что минусов он в любом случае не видит и встречает взгляд спокойно и прямо. Его же не собираются связать там проводами или чего-то вроде этого?              Впрочем, минусов всё ещё нет.              — Проходи, — сдаётся Эндрю и делает шаг назад, отступая в темноту дома. Нил даже на секунду успевает напрячься, потому что мало ли в таких маленьких городишках маньяков, но расслабляется практически сразу же — Эндрю щелкает выключателем, приглашая его на порог. — Только не говори, что ты пролил на ноутбук карамельный латте или что-то вроде этого.              Нил отвлекается от разглядывания обстановки — среднестатистический дом со стареньким ремонтом, ничего особенного, — и скептически косится на Эндрю.              — Карамельный латте?              — Лавандовый раф? — задумчиво предполагает Эндрю, и его тон вроде бы даже ровный, но Нил нутром чувствует — издевается. — Что там в больших городах пьют?              Колкость приходится демонстративно проигнорировать, зато становится ясно, что неозвученная «жалкая дыра» была распознана компьютерным гением вполне себе прозрачно. Все провинциалы такие злопамятные?              Эндрю проходит куда-то вглубь дома и останавливается на кухне, окна из которой выходят на двор, на котором даже нет ничего подозрительного — Нил, конечно, обращает внимание на это. Он вообще становится излишне бдительным с момента своего побега, когда вдруг решает, что отсутствие семьи и желание жить на широкую ногу неплохо так соотносятся с базой данных на миллионы долларов, удачно оказавшейся у него в прямой доступности.              Виноват ли он в том, что любит деньги? Ничуть.              — Думаю, меня взломали. Я не особо разбираюсь в этом, — признаётся Нил, и на самом деле это честный ответ. Настолько честный, насколько он может позволить себе в подобной ситуации.              — Попался на фишинг? — деловым тоном спрашивает Эндрю, и Нил фыркает.              — Предпочитаю говядину.              Эндрю лукаво усмехается и кивает на стол, предлагая выставить ноутбук напоказ. Нил даже не оправдывается, потому что считает это довольно глупым — да, он не разбирается во всей этой дряни настолько, чтобы определить источник поломки или обойти взлом, но базовая информационная безопасность у него выжжена где-то на подкорках. Не переходить по подозрительным ссылкам, не вводить номера карт, не качать сомнительные файлы — он не дурак, окей?              — Почему ты решил, что это именно взлом? — Эндрю с деловым видом открывает ноутбук, усаживаясь на табуретку перед столом.              Нил почти ждёт, что ноутбук организует ему подставу и включится в чужих руках, потому что загружаться он начинает вполне себе уверенно, заполняя комнату приглушённым гудением. Знаете, как это бывает, да? Когда ничего не работает, пока дело в руки не берёт специалист, который смотрит потом ещё этим своим снисходительным взглядом, мол, для того, чтобы всё заработало, нужно было всего-то нажать на кнопочку включения, а не хныкать о начале хакерской атаки.              В этот раз эффект присутствия, впрочем, не срабатывает, потому что Нил видит уже знакомый синий экран. Без лишних надписей в этот раз, впрочем.              — Потому что со мной поздоровались, — мрачно произносит он.              — Обычно тебя этим не балуют? — хмыкает Эндрю и зажимает какую-то комбинацию клавиш в попытке то ли запустить систему в безопасном режиме, то ли сделать что-то ещё в этом роде.              Нил ставит минус балл за дерзость этому сервисному центру.              — Обычно я предпочитаю переходить сразу к делу.              — Люблю такой подход, — кидает на него насмешливый взгляд снизу вверх Эндрю, и свой потерянный балл, честно говоря, отрабатывает уже прямо в этот момент.              Присесть Нилу не предлагает, поэтому он остаётся стоять, наблюдая за довольно-таки неспешной работой Эндрю. Тот выглядит вполне себе уверенно, переворачивая ноутбук задней крышкой вверх и принимаясь раскучивать мелкие винтики, но подозрения к чужим действиям это не приуменьшает. Он же соберёт обратно потом всё? Лишних деталек не останется?              — Что-нибудь уже понятно? — задаёт Нил вопрос спустя несколько минут, когда начинка ноутбука оказывается раскрытой. Без слёз не взглянешь — выглядит красиво, конечно, но нихера не понятно, а не понимать что-либо Нил не любит.              Эндрю кидает на него скептический взгляд — такой, что кто угодно себя дураком почувствует.              — Мне нужно время для диагностики.              Нил нетерпеливо отмахивается, намекая, чтобы Эндрю не отвлекался на него и занимался своим делом, но тот почему-то не продолжает и продолжает смотреть на него.              — Что? Нужны деньги вперёд? — с сомнением спрашивает Нил. Денег-то ему не жалко, учитывая то, что в будущем он планирует получить с краденного в миллионы раз больше, но хотелось бы, как минимум, убедиться для начала, что его драгоценная информация осталась в сохранности. А то он не только миллионы не получит, а ещё и без штанов останется.              Без штанов, без имени, без будущего и с толпой головорезов, наступающих на пятки.              — Нет, — отрицает Эндрю предложение получить оплату вперёд. — Ты же не думаешь, что я прямо сейчас так сразу скажу тебе, в чём проблема?              — А ты не скажешь? — Нил недовольно смотрит на Эндрю, будто тот только что лично его предал. Разве что только руки на груди не складывает.              — Был уверен, что радиатор отошёл, но всё в порядке. Приходи завтра к вечеру, к этому времени уже разберусь.              В какой-нибудь другой ситуации Нил бы из штанов прыгал от радости, если бы кто-то вроде этого парня озвучил ему подобное предложение, — бесполезно отрицать, что Эндрю оказался целиком и полностью его типажом, — но сейчас Нилу не до интрижек, сейчас Нил хочет только свои деньги, документы на новое фальшивое имя и совсем немного эмоционального спокойствия.              Или это он уже слишком разогнался?              — Я же сказал, что это взлом, внутри всё в порядке, — раздражённо огрызается Нил, хотя про внутренности ноутбука, конечно, уверен не был. Он купил его где-то месяц назад, чтобы не таскаться со своим старым рабочим, потому что опасался, что его могут каким-то магическим образом отследить, но и подумать не мог, что его обнаружат именно с новым. — Нельзя как-нибудь побыстрее?              Эндрю лениво усмехается.              — Можно.              Глаза Нила загораются.              — Отлично. За сколько управишься?              — Полчаса плюс-минус, может, быстрее, — чуть прищуривается Эндрю и прежде, чем Нил успевает обрадоваться, припечатывает: — Просто снесу тебе всю систему и поставлю новую. Полное форматирование как новая жизнь, это никому ещё вреда не приносило.              — Нет, спасибо, — тут же мрачнеет Нил, сдерживаясь от навязчивого желания кинуться к ноутбуку и забрать его прямо так — в разобранном и теперь уже откровенно нерабочем виде. — Мне и старая жизнь нравится.              Врёт безбожно.              — Что ты тогда забыл в Пальметто?              Нил неопределённо пожимает плечами. Не может же он сказать, что ему просто нужен был максимально спокойный и непримечательный городок где-нибудь в глухой глубинке, куда люди из Эвермора добраться не то что не сумеют — даже не подумают. Нил выбирает Пальметто совершенно случайно, он не держит сюда путь изначально. Просто в какой-то момент переезжает границу Джорджии и вдруг вспоминает рассказы Кевина о его родном городе в Южной Каролине. По отзывам любого коренного жителя — кошмарно тухлое и неприлично скучное место. То, что Нилу и нужно, да?                     — У пальметтских детей первые слова — не «мама» и «папа», а «сваливаю отсюда нахуй», — хмыкает Кевин, выдыхая сигаретный дым куда-то в сторону. Они уходят на обеденном перерыве в курилку, чтобы подготовиться психологически к грядущей стратсессии, на которой концентрация духоты от руководства компании будет превышать привычную в два раза из-за расширения холдинга. Говорить о делах Эвермора не хочется, поэтому они разговаривают о своём детстве, о родных городах, о семье — о чём угодно, в общем, но только не о работе.              — Всё настолько плохо? — усмехается Нил, прокручивая в пальцах неприкуренную сигарету — он пытается бросить, но в курилке ему жизненно необходимо занимать чем-то руки, чтобы не поддаться на провокации курящих коллег. Он бы предпочёл этими пальцами пересчитывать деньги, конечно, но пока что приходится довольствоваться малым. — Я из Балтимора, и там тоже не огонь, конечно, но и из хорошего тоже есть что вспомнить.              День отъезда, например.              — Ты хотел бы жить в городе, который полностью оторван от реального мира? — спрашивает Кевин и хмыкает, когда Нил категорично качает головой. В его планах вообще-то путешествия по всему миру и отсутствие финансовой зависимости. — Вот и я не хотел. Там остаются только те, кому этот вакуум нравится. Знаешь, Пальметто будто заморожен в своей непроницаемой оболочке, его даже на картах нет. Там все друг друга знают, но для всего мира этого города не существует.              Нил думает в тот момент, что в этом городе было бы неплохо скрываться преступникам, но эта мысль столь мимолётна, что так и не звучит вслух. Ему незачем об этом думать — он законопослушный гражданин с хорошей работой в крупной организации, которая является филиалом ещё более серьёзной корпорации, о которой обычно говорят с придыханием и вполголоса. Впереди объединение с материнской компанией, а это значит лишь то, что Нил только ещё больше укрепит свою позицию.              Кто знает, куда это всё его приведёт?..              ***              Провести ночь Нилу приходится прямо в машине, потому что ночевать ему всё равно негде. Перед тем, как уйти, он усердно пытается добиться от Эндрю ответа, сколько именно ему придётся денег заплатить, но тот отбивается пространными ответами, так что Нилу приходится вынужденно заморозить оставшиеся наличные средства, чтобы денег ему уж точно хватило.              В теории он мог бы связаться с Кевином, чтобы попросить занять денег, но перед тем, как натворить всё это дерьмо и дать дёру из Эвермора, они договорились, что с того момента, как все данные окажутся на их личных устройствах, им больше нельзя будет контактировать, чтобы не подвергнуть друг друга риску разоблачения.              — Зараза, — ворчит Нил, растирая затёкшую из-за неудобного положения шею. Обычно он спит на заднем сидении, но этой ночью отрубается прямо за рулём, потому что до последнего прожигает окна Эндрю пристальным взглядом. Сталкерские вайбы его ничуть не смущают — только это его вообще-то успокаивает сейчас. Учитывая то, что он оставил абсолютно незнакомому человеку ноутбук с базой данных, которая в чужих руках оказаться вообще не должна была, это меньшее, что Нил мог сделать.              Вчера у Нила получается уговорить Эндрю справиться к обеду, хотя при первом аккуратном предложении разобраться с проблемой пораньше тот лишь фыркает и говорит, что не привык вставать слишком рано, хотя Нил почку готов поставить на то, что работать с ноутбуком Эндрю будет ночью.              Часть тревожных мыслей убирает понимание того, что силами Кевина база данных загружена была на собственное устройство в зашифрованном виде, так что Нил просто надеется, что Эндрю не слишком гениален для того, чтобы так с ходу заняться дешифровкой того, что даже Кевин Дэй шифровал своими талантливыми ручками не меньше пары суток.              Время на почти разрядившемся телефоне показывает десятый час утра, и Нил сонно трёт глаза, а после принимается копаться в бардачке в поисках хотя бы чего-то съедобного. Думать о том, что будет, если данные не восстановят, с самого утра не хочется, так что он думает о неприлично калорийных панкейках, которые прямо сейчас отлично уложились бы в завтраковые нормы и не вызвали бы особого возмущения от той блондиночки.              Он даже уже почти заводит машину, когда замечает, что дверь дома Эндрю распахивается. Тот в его сторону даже не смотрит, зато натягивает капюшон на голову, морщась от солнца, а после надевает тёмные очки.              — Не понял, — напрягается Нил, усаживаясь поудобнее на сиденье. — И куда это мы собрались?              Эндрю направляется вперёд по тротуару вдоль неухоженных газонов, и Нил выжидает какое-то время, чтобы после впопыхах застегнуть на себе мятую рубашку, выйти из машины и неторопливо отправиться за ним. Он был бы рад отправиться прямо на машине, но в этом вообще-то есть некоторые сложности — из-за слабой заселённости города автотранспорта здесь не так много, так что привлекать к себе лишнее внимание Нилу совершенно не хочется.              И вообще, он не преследует этого парня, а просто знакомится с новой местностью.              Почему бы и нет. Не зря же всё-таки выбрал именно Пальметто для того, чтобы залечь на дно — нужно первым делом проверить, что тут действительно настолько тухло, насколько затирал ему Кевин.              Спустя пару кварталов Эндрю, наконец, доходит до своего пункта назначения — им оказывается местная больница, которая выглядит так, что лично Нилу, например, попадать в неё совершенно не хочется. Он выжидает какое-то время на улице, присаживаясь на скамейку и с демонстративной увлечённостью перевязывая шнурки, а после заходит в клинику, оглядываясь по сторонам.              Нилу очень хочется верить, что Эндрю не заболел вдруг острой смертельной болезнью, из-за которой не успеет починить его ноутбук. Было бы обидно, как минимум.              Как максимум, Нилу пришлось бы влезать через окно в чужой дом, а только незаконным проникновением он ещё не занимался. Он даже дорогу только на зелёный сигнал светофора переходит, между прочим, а хищение конфиденциальной информации в компании, с которой у него подписано с трудовым договором ещё и соглашение о неразглашении — это так, мелочи.              — Могу чем-то вам помочь? — дружелюбно улыбается ему от регистрационной стойки симпатичная рыжеволосая девушка, и Нил оглядывается, думая, как бы так спросить у неё, не пробегал ли тут мелкий широкоплечий блондин с хмурым взглядом. Комбо просто потрясающее — взгляд не мог не зацепиться.              — Я переезжаю в Пальметто, проходил мимо и решил сразу заглянуть, — неискренне улыбается Нил. — Я немного ипохондрик и, возможно, буду часто к вам забегать.              Боже, какой же пиздабол. Он в последний раз в больнице был года четыре назад, когда подхватил какую-то инфекцию, но отказался уходить на больничный из-за просроченной страховки — так вот его прямо из офиса на скорой увозили, когда он сознание на собрании потерял. И то, если бы не потерял — сопротивлялся бы до последнего, чтобы не разориться на стационарном лечении.              — Переезжаете... в Пальметто? — переспрашивает девушка, и её брови с сомнением надламываются. Возможно, прямо сейчас она мысленно оформляет ему запись на ближайший приём в психиатрическом отделении. С подпиской на учёт, само собой, потому что таких безумцев без строгого присмотра оставлять категорически нельзя — могут быть слишком уж опасны для общества.              — Ага, — с фальшивым энтузиазмом соглашается Нил. — Чудесный городок, спокойный. Влюбился с первого взгляда.              — Добро пожаловать, — получает он в ответ приветствие с ещё более натянутой улыбкой.              Нил на секунду задумывается, почему люди вроде этой девушки остаются здесь, а не уезжают прочь — она выглядит достаточно сообразительной для того, чтобы отказаться от затеи сгнить в этой дыре, но, тем не менее, почему-то всё ещё остаётся здесь жить. Что её держит?              — Кейтлин, скинь мне на почту список сегодняшних пациентов, хорошо? — звучит из-за спины Нила, и он рефлекторно оборачивается и тут же замирает.              — Хорошо, доктор Миньярд, — звучит моментальный ответ, и мелодичный голос практически искрит от дружелюбности и обожания.              Удерживающий фактор конкретного человека он определяет, конечно, но волновать это его перестаёт в ту же секунду, как он фокусирует взгляд на Эндрю, который кидает мельком на Нила абсолютно незаинтересованный взгляд и скрывается за дверью кабинета.              Что за хрень?              Нет, серьёзно, это что такое было? Он одновременно светило медицины и компьютерный гений или как? Откуда у Эндрю столько свободного времени, чтобы объединять чудеса врачевания и задротить над компьютерными штуками? И разве он не?..              Должно быть, вчера показалось.              Нил оборачивается обратно к Кейтлин, которая влюблённым взглядом смотрит на закрывшуюся дверь.              — Он довольно молодой для доктора, — с нескрываемым скепсисом произносит он, за что получает неожиданно острый взгляд.              — Зато он будет поталантливее врачей, у которых стаж его возраст в два раза превышает.              Нил пытается подсчитать излишне сложные для него числа, но быстро сдаётся. Он гуманитарий, окей?              — Что же он тогда со своими скрытыми талантами забыл в Пальметто?              Кейтлин с прищуром смотрит на него, но не озвучивает обратный вопрос. Нил вообще-то талантливым себя не считает — он даже базу украл только благодаря Дэю, который вписал его в эту аферу, — но приятно, когда тебя окружают сплошь и рядом одни гении.              — Он получал образование в Колумбии, но вернулся. Здесь совсем плохо с медициной, а Аарон слишком любит этот город, чтобы так просто оставить его. Он не...              — Аарон?              Какой ещё Аарон?              — Аарон Миньярд, — озадаченно произносит Кейтлин и машинально кидает взгляд на дверь кабинета. Нил тоже косится на табличку и считывает имя врача — оказывается, что и правда Аарон. Двойное имя?              — Я думал, что он Эндрю, — даже не скрывает свою проинформированность Нил, которому надоедает врать. Ну правда, какой из него ипохондрик, он больницы за километр обходит и даже порога бы не переступил, пока его туда насильно не занесли бы.              В глазах Кейтлин проявляется понимание, хотя Нилу пока что понятнее, честно говоря, не становится.              — Эндрю — его брат, — мягко улыбается она и в ответ на недоумённый взгляд поясняет: — Они близнецы.              — Близнецы?..              Нилу приходится потратить некоторое время на то, чтобы осмыслить, что он на протяжении двадцати минут преследовал совершенно не того человека, пока его компьютерный гений оставался всё в том же доме и, возможно, прямо сейчас уже взламывал его зашифрованную базу данных исключительно из своего личного интереса.              Ему хочется верить, что Эндрю такое не интересует и вообще он профессионал, который не лезет в личные дела своих клиентов, но чутьё Нила редко подводит, и сейчас оно прямо-таки орёт, что эта хитрая искринка в медовом взгляде там совершенно неспроста.              Ладно, раз их двое, значит, возможно, скрытые намёки, которые он улавливал в его интонациях, ему не показались. Нил не особо задумывается о том, почему его это вообще волнует, но думать об этом куда приятнее, чем о том, что Эндрю разоблачит его тайные планы и начнёт шантажировать со своей стороны, сдаст в полицию или того хуже — продаст Эвермору.              — Почему они оба остались в Пальметто? — Нил опирается о стойку, доверительно склоняясь к Кейтлин — вроде бы она выглядит достаточно общительной для того, чтобы растрепать ему историю этой семьи.              — Спроси у них, — непринуждённо улыбается Кейтлин.              Ладно, вот тут действительно показалось — вот кто-кто, а она точно умеет вовремя придержать язык за зубами.              Нилу стоит поучиться у неё.              ***              — Замечал, что процессы виснут в последнюю неделю?              Это первый вопрос, который задаёт Эндрю после того, как пропускает его в дом, но главный процесс, который виснет прямо сейчас — сам Нил. Причина тому довольно очевидная — Эндрю меняет вчерашнюю футболку на майку без рукавов, на его плече небрежно накинуто полотенце, а влажные волосы даже на расстоянии нескольких шагов завлекательно пахнут каким-то вкусным шампунем.              Во-первых, Нил не был в нормальном душе уже больше месяца, довольствуясь быстрым споласкиванием из шланга в дешёвых мотелях, поэтому да, он завидует.              Во-вторых...              — Кажется, было что-то такое, да, — отзывается Нил рассеянно, следуя за Эндрю на кухню и не отрывая взгляд от его спины.              Во-вторых, если Эндрю собирался произвести на него впечатление своим видом, то у него отлично это получилось. А вот если не собирался, то заранее выполнил программу максимум.              Вообще, говоря начистоту, Нил целиком и полностью уверен, что Эндрю знает, что делает — и речь сейчас не только о компьютерах.              — Ты поймал сетевого червя недели полторы назад, так что он успел основательно натворить бед в файловых данных, — оборачивается Эндрю, и Нил внезапно вспоминает, что пришёл сюда не для того, чтобы таращиться на мышцы под тканью майки.              Можно же совмещать, в самом деле, чего это он.              — Подожди, данные пострадали?.. — Нил хмурится и кидает взгляд на закрытый ноутбук на столе. Рядом с ним ещё один, на котором бегут какие-то цифры в небольшом окне — Нил ничерта в этом не разбирается, поэтому понятия не имеет, хорошо это или плохо.              — Только поверхностные, он успел основательно в них покопаться и изменить содержимое. Его полезная нагрузка не была нацелена на полное уничтожение, чтобы не позволить антивирусу себя обнаружить, но напакостить этот засранец действительно старался.              — И насколько успешно он старался?              Эндрю ловит непонимающий взгляд Нила, который пытается сообразить, насколько поверхностными могут быть его зашифрованные файлы на жёстком диске. Он так и чувствует, как Миньярд забавляется над его непониманием, но после нескольких секунд решает сжалиться над ним.              — Ничего критичного. — Эндрю чуть склоняет голову, как-то задумчиво разглядывая Нила, и его губы едва заметно дёргаются в улыбке. — Глядя на тебя, можно подумать, что не только твой ноутбук стал жертвой.              Нил растерянно моргает и едва вздохом не давится, когда Эндрю непринуждённо поднимает руку и расстёгивает верхнюю пуговицу на его рубашке.              Не показалось, мать его, не показалось.              — Прошу прощения? — сдавленно спрашивает Нил, внезапно теряя связность мыслей, а Эндрю ухмыляется так лукаво, словно какой-то кинематографичный демон, задумавший что-то нехорошее.              — Пуговицы, — с непоколебимым спокойствием расстёгивает следующую Эндрю. — Сетевой червь на твоём устройстве отработал таким же способом.              Довёл жёсткий диск до не менее жёсткой гейской паники? Нил же правильно улавливает ход мыслей?              Эндрю не дожидается следующего вопроса и тянется было пальцами к третьей пуговице, но останавливается и делает шаг назад. Его многозначительный кивок куда-то на грудь Нила так и говорит — мол, давай-давай, дальше сам, — и Нил вынужденно опускает взгляд, чтобы обнаружить, что остальные пуговицы застёгнуты наискось.              Господи.              Должно быть, он застегнул их второпях так в тот момент, когда выскакивал из машины за близнецом Эндрю, который всего лишь направлялся на работу к себе в клинику.              — Спасибо, — сконфуженно произносит Нил и молится, чтобы кровь не прилила к лицу, хотя, судя по горящим щекам, именно это и происходит.              — По сути сетевой червь работает приблизительно так же: в отличие от вируса, который проникает в содержимое файлов с помощью кода, червь — это отдельный файл, и в данном случае он прошёлся по верхам системы и немного попутал содержимое файлов, так и не добравшись до самого… — мимолётный взгляд по обнажённой коже, открывшейся из-за того, что Нил расстёгивает все пуговицы, чтобы застегнуть их теперь уже правильно, — …ценного.              — Ага, — несчастно соглашается на всякий случай Нил, хотя половину слов пропускает мимо ушей, всё ещё переживая последствия своего конфуза. Он косится на ноутбук на кухонном столе. — Так у тебя получилось исправить то, что он натворил?              — Получилось, — довольно хмыкает Эндрю. — Только всё оказалось не так просто — система оказалась заражена трояном.              Он открывает ноутбук, и Нил видит, как тот вполне себе стремительно прогружается и высвечивает окно для ввода пароля. Эндрю кивает, позволяя подойти поближе и ввести его, и уже спустя минуту Нила затапливает искренним облегчением — он видит в углу рабочего стола нужную папку. Уже только один её вид заставляет его почувствовать себя лучше. Хочется, конечно, ещё и зайти на почту и прогрузить полученные от его хорошей знакомой электронные документы на фальшивое имя, которые он не успевает скачать вчера, но с этим пока придётся немного подождать.              — Выглядит всё вроде бы хорошо. Тебе удалось избавиться от трояна?              Нил понятия не имеет, что делают трояны, но догадывается, что в их существовании на его личном устройстве, должно быть, ничего хорошего нет.              — Да, но это не отменяет того, что какое-то время у злоумышленников был активный удалённый доступ к твоей системе.              Нил холодеет, хотя догадывался об этом и ранее. Таинственный ублюдок не только взломал его ноутбук, но и отслеживал его — повезло, что Нил не решил дешифровать данные раньше положенного. Нужно было вообще держать их на выключенном устройстве и не пользоваться им от греха подальше.              — Они могли скачать что-то и получить доступ к моей личной информации? — напряжённо интересуется Нил и, чуть повернув голову, на секунду встречается взглядом с Эндрю, который смотрит на Нила всё это время. Задумчиво, будто бы изучающе.              Притормозить бы с откровениями, но ему нужно убедиться в том, что теперь всё хорошо.              — Тебе повезло, потому что это был бэкдор, — произносит Эндрю. Он стоит за его плечом и в ответ на непонимающее молчание Нила касается кончиками пальцев его спины через рубашку и медленно скользит ниже по ткани. — Троян-бэкдор открывает доступ лишь к тем областям, которые остаются на виду. Злоумышленник может скачивать файлы, может украсть логины или пароли, может отслеживать любые события, но, — пальцы упираются в ремень, — без доступа администратора проникнуть дальше не может.              Нил сглатывает.              — А если бы мне не повезло? — спрашивает он, разглядывая экран ноутбука, но прислушиваясь только к голосу за спиной.              — Тогда это был бы руткит, и он не стал бы спрашивать разрешения, — усмехается Эндрю и убирает ладонь с поясницы Нила, возвращая ему возможность дышать. — Но тебе повезло.              Пиздец как повезло, Нил согласен.              — Откуда он вообще… — он неловко откашливается, потому что голос отчего-то звучит сипло. — Откуда он взялся?              — Родители защитой пользоваться не учили? — веселится Эндрю, обходя стол и останавливаясь по другую его сторону. В отличие от предыдущего вечера, сейчас из окна бьёт солнце, подсвечивая светлые волосы, и Нил честно старается не слишком залипать на этом ангельском образе.              — У меня стоит антивирус, — пытается оскорбиться Нил, но выходит не особо искренне.              Эндрю пожимает плечами.              — Этого мало. Пользуйся лицензионным программным обеспечением, не лезь на незащищённые сайты и, ради бога, не качай всякое дерьмо. — Он встречает недовольный взгляд в ответ и иронически улыбается. — Это я ещё молчу про непроверенные вай-фай сети и чужие цифровые носители.              — А вай-фай тебе чем не угодил? — не выдерживает Нил, который про все правила безопасности вообще-то знает, но вот подключаться к бесплатному вай-фаю в любом удобном месте особенно любит. Раздача мобильных сетей скоростью загрузки может посоперничать с интернетом из двухтысячных, а он себе не враг так-то.              — Общественные сети в проходных местах — один в один портовые шлюхи. Во-первых, через них проходит столько людей, что взломать их и настроить получение информации от подключенных устройств — проще простого.              Нил поспорил бы насчёт простоты, но не спорит, чтобы на всякий случай не опозориться и не выдать себя.              — А во-вторых?              Эндрю опирается руками о край стола и чуть наклоняется ближе. Их всё ещё разделяет стол, но Нил всё равно чувствует момент — чужой насмешливый взгляд отзывается приятными мурашками по спине.              — А во-вторых, ты сам при подключении к публичной точке доступа соглашаешься передавать свои данные владельцу сети, это обязательное условие по умолчанию. Ты ни за что не догадаешься, настоящая это сеть или поддельная, потому что даже в том же аэропорту не составит труда создать абсолютную копию доверительной точки доступа.              Нил вспоминает Аарона Миньярда, и думает, что социальная инженерия в кибербезопасности отлично накладывается и на окружающие их реалии.              — Главное медицинский халат не надевай, — чуть ворчливо произносит Нил, выключая свой ноутбук, чтобы закрыть его и спрятать в чехол.              Эндрю тихо смеётся, и это первая эмоция без острых углов, которую Нил от него видит.              И его ведёт.              — Уже познакомился с моим близнецом? — задаёт он довольно риторический вопрос и хмыкает: — Не бойся, атака злого двойника тут не грозит, мы с Аароном не настолько хорошо ладим, чтобы действовать заодно. Если бы ты хоть раз пообщался с ним, тогда понял бы, что мы абсолютно разные.              Нил пытается вспомнить интонации Аарона Миньярда, и почему-то думает, что, вопреки достаточно вежливому тону второго брата, Эндрю он симпатизирует куда больше.              Дело же не только в том, что он чувствует свои шансы?              — Но что, если мне катастрофически нужен бесплатный вай-фай, а других вариантов, кроме общественного, у меня нет? — спрашивает Нил, силой заставляя себя вернуться с отвлечённых мыслей обратно к основной теме.              Эндрю непринуждённо пожимает плечами.              — Не используй точки доступа с сомнительными названиями типа FreeWiFiCafe, как минимум.              Нил кисло улыбается, потому что девяносто процентов точек, которые он когда-либо использовал, были именно с такими названиями, и если он и к ним перестанет подключаться теперь из-за страха оказаться взломанным, то точно станет параноиком.              — Может, антивирус какой-то? — предполагает он, но Эндрю с усмешкой качает головой.              — Не поможет, если ты уже подключишься к поддельной точке. Это не вирус, скорее фишинг — расчёт по большей части на человеческий фактор. Тут могу разве что посоветовать отрубить автоматическое подключение устройства, не скачивать конфиденциальные файлы в момент подключения и, конечно, после работы с точкой доступа сразу же удалять её из списка сохранённых доступов на устройстве.              — Звучит просто, — тоскливо произносит Нил.              Просто? Конечно, блять. Звучит маниакально и так, что Нил теперь даже дышать рядом с ноутбуком будет опасаться, чтобы программы для взлома воздушно-капельным путём не прилетели.              Ему не терпится поскорее проверить почту, чтобы получить фальшивые документы на имя Нила Джостена, а заодно сразу везде поменять пароли на какие-нибудь посложнее — желательно раза в три, а не с простым текстом пешей отправки своего бывшего руководителя на все четыре стороны.              Нил просит озвучить сумму, и Эндрю озвучивает — цифра приличная и это сразу высасывает практически все оставшиеся в обороте средства, но Нил к такому готов, поэтому даже торговаться не собирается и сразу же отсчитывает деньги из изрядно похудевшей пачки купюр.              — Куда ты теперь? — спрашивает Эндрю, и Нил неопределённо пожимает плечами.              — К твоей языкастой подружке, у них там вкусные панкейки, — озвучивает он не самые далеко смотрящие вперёд планы. Возможно, там он сможет найти местную газетку и посмотреть, не сдаёт ли кто-нибудь из одиноких бабулек комнату в доме — этот вариант будет куда дешевле и безопаснее, чем номер в мотеле или же попытка снять временное жильё через онлайн-сервис.              Эндрю засовывает полученные банкноты в карман, не пересчитывая, и вообще не выглядит как человек, который рад полученному состоянию. Разве для людей из подобных городков это не гигантские деньги?..              — Ты же знаешь, что она не моя подружка?              Они пересекаются взглядами. Снова.              — Знаю.              ***              На целую неделю всё становится действительно тихо.              Нилу вынужденно приходится всё-таки заселиться в мотель на первое время, пока он ищет себе комнату у местных жителей, оказавшихся на удивление закрытыми. Провинциальным дружелюбием тут и не пахнет — самой доброжелательной из всех встреченных людей в Пальметто становится встреченная в больнице Кейтлин, с которой они умудряются случайно пересечься ещё дважды: один раз в супермаркете, а второй раз — сейчас, за бессовестным ужином легендарными панкейками.              — У Миньярдов была свободная комната, кстати, — произносит она задумчиво. Её рыжие волосы забраны в высокий хвост, и сейчас, когда на ней нет медицинского халата, они выглядит почти по-родственному однотипно. На схожие черты лица ведётся даже Элисон, которая тут же в уже привычном нахальном стиле рекомендует спрятать своего внезапного брата туда, откуда его и вытащила.              И всё это — из-за каких-то вечерних панкейков? Жители Пальметто действительно сумасшедшие.              — У Эндрю? — цепляется за знакомую фамилию Нил, и Кейтлин хитро улыбается, отпивая кофе из чашки.              — И Аарона, да, — соглашается она, хотя определённо успевает сделать какие-то свои выводы. — У них довольно большой дом, в пустующей части раньше жил их кузен, но он уже давно уехал в Германию и возвращаться в ближайшее время точно не собирается.              Хотя бы один адекватный человек в этой семейке.              — Ты думаешь, прокатит? — с сомнением спрашивает Нил, которому уже откровенно надоедает мотель, престарелая хозяйка которого готова претендовать на роль в фильме ужасов — причём в какой-нибудь сюжетной сцене, в которой милую старушку-одуванчика затаскивает в подвал кровожадный монстр, она была бы как раз тем самым чудовищем.              — Доктор Миньярд — золотой человек, — с искренней верой в свои слова произносит Кейтлин. — Я попрошу его, и он наверняка согласится.              Нил вспоминает Аарона, который с утра пораньше косится на солнце со столь бесконечным презрением, словно то сожгло всю его семью, а теперь он готовится к жесточайшей мести.              Кейтлин так безнадёжно влюблена, боже.              — Попробуй, — хмыкает Нил, на сто процентов будучи уверенным в том, что ничего у неё не получится, но Кейтлин улавливает это недоверие в глазах и достаёт телефон.              — А вот и спрошу! — с вызовом восклицает она, и Нил смеётся, возвращаясь к экрану ноутбука. В этот раз он подключается к мобильной сети, понимая, что недоверие к любым точкам доступа, включающим в названии слово «бесплатный», теперь навсегда укоренилось в его сознании. За неделю жизни в мотеле он убеждается, что при подключении через вай-фай мобильное подключение нещадно тормозит, зато находит любопытный лайфхак — через провод телефон возможно подключить в формате модема, и это значительно спасает ситуацию. — Привет, Аарон. Можешь говорить?              Голос у Кейтлин такой смущённо-влюблённый, что Нил невольно хмыкает, но никак это не комментирует. Этот парень невозможный идиот, если игнорирует её симпатию.              Через знакомого Нил выводит часть средств со своего счёта, оформленного на другое имя, и, пока Кейтлин щебечет о чём-то отвлечённом, переводит себе часть денег на электронный кошелёк. Тот жрёт сумасшедшую комиссию и оформлен через какой-то сомнительный сервис, но там не нужно указывать свои данные, так что такой вариант его вполне себе устраивает.              Мысль о том, что в скором времени ему нужно будет взять пару-тройку онлайн-проектов для того, чтобы ему было, на что жить, неприятно кусается в голове. Ему вообще-то нравится бездельничать и, возможно, он даже начинает входить во вкус с этой странной и сумбурной жизнью в бегах.              Звук входящего уведомления привлекает внимание, и Нил открывает в мессенджере сообщение от незнакомого профиля.              — Это кто ещё? — бормочет он и косится с подозрением на превью аватара, на котором изображено что-то тёмное и размытое.              «Скинул тебе парочку годных вариантов, смотри тут»              Нил смотрит на гиперссылку и думает, что его так просто не наебать, но потом наводит курсор на неё и видит в названии знакомый адрес внутреннего приложения мессенджера. Это не слишком страшно, да и вроде бы безопасно — он точно знает, что по клику на такие ссылки максимум, что ему может грозить — открытие внутреннего окна. Однажды ему так скинули скример с дикпиком внутри, но максимальный урон, который тогда ему достался — устойчивое чувство кринжа.              Нил кликает по ссылке, не зная, что именно ожидает увидеть, и с некоторым недоумением смотрит на высветившееся полотно иероглифов. Это вроде бы японский, но азиатские языки не входят в список его фаворитов, поэтому он, конечно, не разбирает ни слова и уже было хочет скопировать текст, чтобы закинуть его в переводчик, как видит в нижнем углу несколько кнопок для выбора языка и бездумно кликает по английскому.              Вместо смены языка разворачивается браузер.              — Да, да, конечно. Раз Эндрю не будет против, тогда пришлю Нила к вам домой. Увидимся завтра с утра, доктор Миньярд!              Нил косится на Кейтлин, привлечённый знакомым именем, и чуть приподнимает брови, когда та сбрасывает вызов и с сияющей улыбкой смотрит на него.              — Только не говори, что у тебя получилось, — с недоверием тянет он, и Кейтлин с деланной скромностью пожимает плечами.              — Тогда мне придётся промолчать.              Нил вспоминает Эндрю — его карамельный взгляд, тепло его пальцев через рубашку, широкие бледные плечи и эти двусмысленные полунамёки, — и думает, что попал.              Пока только не понял, это больше хорошо или плохо.              — Аарон всегда делает всё, что ты попросишь? — хмыкает Нил, возвращая взгляд обратно на монитор.              — Да, — по-лисьи хитро соглашается Кейтлин и говорит что-то ещё, но Нил уже не слышит её.              Всё его внимание сфокусировано на белой браузерной странице, которая находится перед ним вместо ожидаемой веб-страницы, прогруженной на выбранном им языке.              В индикаторе загрузки находится один скачанный файл, и Нил от греха подальше удаляет его сразу же, как только видит незнакомое расширение.              Переведённое минутой позже полотно оказывается какой-то рандомной текстовой инструкцией по сборке смесителя.              ***              Выселение из мотеля Нил воспринимает практически за праздник — хозяйка этого адского пристанища провожает его жутким взглядом, и сдержать себя от желания показать ей на прощание средний палец практически невозможно.              Нил, конечно, всё равно сдерживается, а то мало ли.              — Твоя комната будет здесь, правил особо нет, но буду рад, если ты не будешь водить сюда толпы друзей, — абсолютно незаинтересованно произносит Аарон, показывая ему комнату. — Верхняя полка в холодильнике на кухне будет твоя, так что можешь пользоваться.              «Вы с братом не достаёте?» — хочется задать вопрос, но Нил сдерживает тупые шутки.              Вблизи становится ясно, что отличий между близнецами больше, чем кажется на первый взгляд. Возможно, со стороны они действительно выглядели одинаковыми, но сейчас Нил понимает, что их невозможно спутать, если знать их вживую — разные голоса, разные манеры поведения и даже взгляды тоже разные.              Аарон не смотрит на него таким взглядом, словно собирается залезть ему под кожу.              — Я похож на человека, у которого есть друзья? — хмыкает Нил.              — Не похож, — звучит честный ответ. — Но Кейтлин назвала тебя своим другом.              Эта сладкая наивность до безумия очаровательна, и Нила искренне забавляет то, как Аарон верит буквально всему, что скажет его помощница. А что, если бы он был преступником, решившим скрыться в этом богом забытом городке в глуши?              — Получается, её я могу водить? — иронично спрашивает Нил, проходя в комнату и оглядываясь. Окна большие, но задёрнуты плотными шторами — если их отдёрнуть в сторону, то комната наверняка будет казаться светлее и просторнее. Нос щекочет от пыли, и Нил уже с неохотой представляет, сколько ему часов придётся потратить на уборку.              Аарон отвечает спустя долгую паузу.              — Можешь.              Ага, конечно же может. Нил готов поспорить, что эта парочка будет счастлива увидеться в более неформальной обстановке.              — Получается, теперь у меня есть два друга в Пальметто, — щурится насмешливо Нил, и ему забавно от того, с каким каменным выражением лица встречает его взгляд Аарон. — Не спросишь, кто второй?              — Не интересует, — отмахивается Аарон и уходит, избавив Нила от риска быть выгнанным из дома в первые же пять минут после шутки о том, что второй его друг дал ему жилплощадь.              Нил с довольным вздохом падает на кровать и растягивается в полный рост, радуясь тому, что ему наконец-таки не нужно спать на жёстких мотельных койках, на которых до него спал неизвестно кто.              Луч солнца светит в лицо через узкую щель между шторами, и Нил прикрывает глаза, лениво размышляя, сколько ему времени потребуется на то, чтобы о нём как следует забыли. Если хакер не выйдет на его местоположение, то уже спустя полгода можно будет спокойно дешифровать базу данных, продать выгруженную информацию правильным людям и отправиться куда-нибудь в жаркие страны, чтобы бесцельно лежать на солнышке у океана на каком-нибудь частном пляже.              Не придётся думать о том, где взять деньги, где переночевать, где принять душ…              Мысль о появившейся уже сейчас возможности принять душ приятная, но его так сильно клонит в сон в долгожданной безопасности, что Нил лишь переворачивается на бок и подминает под себя пыльную подушку.              Отрубает его в считанные минуты.                     Просыпаться без ноющих мышц непривычно, но открывает глаза Нил уже тогда, когда за окном становится совсем темно. Он сонно смотрит на время на телефоне, который буквально держится на последних процентах, ставит его на зарядку и первым делом тащится в душ. Ванная комната прилегает к спальне, так что ему даже выходить в коридор сейчас не нужно — ему буквально можно провести все эти шесть месяцев в четырёх стенах и выходить разве что ради еды.              Какая-то мечта интроверта.              В отличие от мотеля, в котором водонагреватели явно находятся на последнем издыхании, вода в доме Миньярдов обжигающе горячая, так что Нил с уже забытым удовольствием закрывает глаза под обжигающими струями воды, которые покалывают кожу от высокой температуры. Желание жить, устранённое сбитым режимом сна, снова возвращается к нему, и Нил выходит из душа в приподнятом настроении, на ходу вытирая мокрые волосы от воды.              Он тратит на сон добрую половину дня, так что есть хочется просто невероятно, и Нил достаёт из дорожной сумки пару пачек со снеками и кидает одну на кровать, а со второй отправляется на экскурсию в направлении кухни. Его сердце не выдержит вида пустой полки — нужно будет кинуть туда хотя бы что-то до того времени, пока он не сгоняет в магазин для того, чтобы закупиться на первое время.              Уже знакомая кухня встречает его тишиной, и Нил, не включая свет, открывает холодильник и видит на верхней полке йогурт. Смотрит на него несколько секунд, а после, недолго думая, забирает его и бесцеремонно ищет ложку в ящике со столовыми приборами.              Ему же сказали, что всё, оказавшееся на верхней полке, его? Сказали. Значит, это добродушный подгон от хозяев дома в честь новоселья. Кто он такой, чтобы отказываться от приветственных даров?              Нил опирается о край столешницы, задумчиво разглядывая пустующий в этот раз стол, и открывает йогурт. В доме совсем тихо, и ему отчего-то кажется, что Эндрю в этот раз нет, хотя Нил был почти уверен в том, что тот выйдет его поприветствовать. Возможно, он уходил куда-то по делам и ещё не вернулся? Должна же у него быть хотя бы какая-то нормальная работа помимо полуфлирта с собственными клиентами на дому?              Нил не то чтобы против, вот, он даже в этот дом заселился, чтобы флиртовать удобнее было.              Он скидывает полотенце с подсыхающих волос на обнажённые плечи, выскребая с донышка остатки йогурта и раздумывая о том, есть ли тут где-нибудь круглосуточные магазины, когда в проходе на кухню застывает чужая фигура. В темноте разглядеть сразу, кто это, сложно, но Нил безошибочно узнаёт одного из близнецов, а в следующую секунду свет резко вспыхивает.              Эндрю смотрит на него так, словно Нил без спроса вломился в его дом, но вопросов не задаёт — те, кажется, застревают на его языке, когда он обнаруживает, что из одежды на его новом сожителе остаются только лёгкие спортивные штаны.              Нил тоже молчит и лишь вопросительно изгибает бровь, засовывая в рот ложку.              — Ты… — Эндрю явно выбирает, какой из возникших вопросов стоит задать первым, — …ешь мой йогурт?              Вот ведь жмот.              — Он стоял на моей полке, — оправдывается Нил, хотя особых мук совести на этот счёт не испытывает.              — Твоей полке? — с какими-то странными интонациями переспрашивает Эндрю. Так и хочется мягко намекнуть, что глаза у Нила выше, но он вообще-то не против, так что обходится без этого.              — Аарон сказал, что я могу пользоваться верхней полкой, так что… — Нил пожимает плечами и наконец-таки встречается взглядом с Эндрю, по глазам которого абсолютно не понять, о чём именно тот сейчас думает, но понимания в них определённо мало. — Подожди, — рассеянно произносит вдруг Нил, когда в голову приходит интересная мысль. — Только не говори, что ты…              — Не в курсе о том, что мой брат пустил тебя к нам жить? — предполагает Эндрю, и сарказма в его тоне столько, что Нил едва ложкой не давится, резко выпрямляясь. — Да, именно так.              Нил страдальчески вздыхает.              — Моя машина стоит на обочине возле твоего дома, тебя это не смутило?              — Да кто смотрит на твою развалюху, — фыркает Эндрю и обвинительно смотрит на Нила. — Ты вообще в курсе, что нужно знакомиться со всеми жителями дома, прежде чем начинать ходить здесь полуголым?              — Я оденусь, — тут же предлагает Нил.              — Не надо.              Скрыть смешок не удаётся, и Нил с нарочитой ленцой опирается обратно на столешницу, ставя пустую упаковку с йогуртом рядом с собой. Честное слово, он не красуется, но ему нравится, как в этот раз Эндрю уже нарочито старается смотреть исключительно ему в глаза.              — Я знаком с тобой и знаком с твоим братом. Надеюсь, что здесь больше никто, кроме вас, не живёт, а то это было действительно неловко, — произносит он ехидно, и Эндрю снисходительно смотрит на него.              — Странно утверждать, что мы знакомы, когда я даже не знаю твоего имени.              Нил на секунду теряется.              Секунду, он действительно не представлялся? Он прогоняет в памяти их разговоры, но понимает, что имени действительно не называл — их общение в целом складывалось довольно свободно, пусть и немного нетипично для первого знакомства. Из-за того, что Эндрю сразу начал общаться так, словно они уже давно были знакомы, Нилу и в голову не пришло озвучить своё имя, а телефонами они так и не обменялись, чтобы озвучить друг другу имена для сохранения в контактной книжке.              Нил отталкивается от столешницы и делает шаг в направлении Эндрю, который замирает в пороге. Взгляд его не то чтобы настороженный, но скорее предостерегающий — он контролирует каждое его движение.              — Нил Джостен.              Эндрю Миньярд несколько секунд не двигается, а после делает для себя какие-то выводы и медленно пожимает руку в ответ.              — Приятно познакомиться.              ***              Жить с Миньярдами Нилу нравится. Жить в Пальметто — внезапно тоже, но он делает ставку на то, что на это немало влияет именно первый факт.              Бо́льшую часть времени Аарон проводит на работе, поэтому про его существование Нил забывает довольно быстро. С ним устаканивается устойчивый нейтралитет: иногда они сталкиваются в коридоре дома, иногда на кухне, дважды за последний месяц пересекаются в магазине и ещё несколько раз — в клинике. В больницу Нил приходит исключительно ради Кейтлин, с которой они неожиданно находят общий язык на фоне симпатии к Миньярдам, и благодаря тому, что их внимание падает на разных близнецов, зарождение дружбы между ними возникает уже при первых же встречах.              С Эндрю ситуация совершенно иная.              Эндрю Миньярд — это комфортное молчание, неопределённые взгляды искоса и лёгкое напряжение, которое возникает между ними. Нил точно уверен, что улавливает правильные сигналы, ошибки тут быть не может, но первая же попытка сблизиться встречает глухую стену без дверей.              Эндрю не подпускает его ближе, но и не отталкивает — просто держит на близком расстоянии. Он не расспрашивает его о прошлом и не задаёт лишних вопросов, но каждый раз поддерживает диалог, когда Нил затрагивает что-то из своей жизни. Эндрю ни разу не задаёт неправильного вопроса, на который Нилу пришлось бы судорожно придумывать лживый ответ, чтобы не раскрыть свою настоящую личность.              Нилу комфортна полуправда, которую он может позволить себе озвучить вслух, потому что ему уже давно надоедает врать.              Пиздец приходит совершенно внезапно — уже где-то на второй месяц жизни в Пальметто.              Нил в тот момент как раз занимается переводом на испанский какой-то занудной технической инструкции для заводского агрегата по изготовлению стелек для обуви, и пиздеца, понятное дело, не ожидает. Он вообще ничего не ожидает, потому что валяется на кровати над ноутбуком, занимаясь сёрфингом по испанским сайтам в попытке найти единое название какой-то мудрёной части машинного оборудования, но его отвлекает входящее сообщение с десктопной версии мессенджера. Он смотрит на превью выскочившего уведомления и видит знакомую размытую аватарку — тот самый пользователь, чат с которым он удалил месяц назад после получения странного текста на японском.              «Выглядишь сосредоточенным»              Нила спровоцировать легко, поэтому он ведётся и тут переходит в диалог, чтобы посмотреть, что в этот раз придумал этот придурок. Это же его хакер, да?              «Выглядишь как долбоёб» — недовольно печатает Нил в ответ и уже порывается закрыть диалог и вернуться к работе, как ему приходит ещё одно сообщения.              Фотография.              Нил едва ли ноутбук не отшвыривает, когда раскрывает её, но его хватает на то, чтобы резко сжать кулаки и выдохнуть весь воздух из лёгких в попытке успокоиться.              Нет, фотография хорошая и даже совершенно не страшная — вообще-то он получается на ней отлично, и даже сведённые на переносице брови ему тоже идут. По фотографии сразу видно, что Нил занимается ответственным делом и тратит на него все сто десять процентов своей концентрации.              Фотография сделана с веб-камеры ноутбука.              — Твою мать, — шипит Нил себе под нос, осознавая величину пиздеца. Когда он скачал тот странный файл из этого чата? Месяц назад?              Чёрт возьми, нужно было в тот же день попросить Эндрю проверить ноутбук!              Нил вскакивает в кровати и роется в лежащей на стуле сумке. За время жизни в этом доме он уже успевает выложить все вещи в шкаф и хорошо обосноваться, но всякие мелочи, теперь уже ненужные, остаются лежать в багаже, с которым он таскался эти месяцы.              Нил ищет изоленту или что-то вроде этого, но не находит — зато находит лейкопластырь, которым тут же агрессивно заклеивает глазок камеры.              С губ срывается очередное ругательство от понимания, что этот грёбаный извращенец мог наблюдать за ним весь этот месяц — молчал, таился, словно сраная крыса, и никак не давал о себе знать, чтобы усыпить бдительность Нила.              Нил раздражённо откидывает подушку на пол в попытке успокоиться, но подушки ему тут мало — он куда с бо́льшим удовольствием избил бы здесь боксёрскую грушу или даже чьё-то лицо.              Не складывается лишь одна деталь в этой мозаике — почему этот взломщик до сих пор не сдал его Эвермору или полиции? Может ли быть дело в том, что ему недоступна локация, поэтому определить местоположение Нила невозможно?              Нил из комнаты практически вылетает, проходит через коридор в другую половину дома и уверенно стучит в дверь комнаты Эндрю. Он бывал здесь уже несколько раз — много техники, несколько мониторов, какие-то непонятные детали, валяющиеся по углам, — и даже на кровати у него однажды валялся, пока Эндрю писал какую-то программу, а Нил, борясь со сном, лениво расспрашивал у него, где он этому научился.                     — Мы с другом мечтали стать компьютерными гениями и свалить отсюда куда подальше, — произносит Эндрю спокойно под мерное клацанье клавиш. Нил переворачивается на бок, подпирая голову рукой и разглядывая подсвеченный монитором чужой профиль. Красивый.              — С первой частью всё прошло успешно, насколько я понимаю, — хмыкает Нил, не отрывая взгляда от густых светлых ресниц. У него даже меж ребрами что-то колет, когда он понимает, что Эндрю его к себе упорно не подпускает. — Почему не уехали?              — Он уехал, — рассеянно пожимает плечами Эндрю, и его пальцы, летающие по клавишам, чуть притормаживают, когда мысли фокусируются на давних воспоминаниях. — Я захотел остаться.              — Почему?              Нил действительно не понимает. В Пальметто нет будущего, здесь каждый день — словно день сурка, здесь одни и те же люди, здесь однотипные дома и похожие друг на друга улицы. Нилу нравится здесь, но прожить здесь всю жизнь он не смог бы, потому что для комфортной жизни ему нужно было чувствовать дыхание города вокруг себя.              Пальметто задержал дыхание десятки лет назад.              — Здесь меня никто не видит, — отвечает Эндрю задумчиво, чуть поворачивая голову, чтобы взглянуть на Нила, и тот не в силах отвести глаза.              — Только потому что ты не позволяешь на себя смотреть.                     Эндрю не открывает, и Нил резко разворачивается обратно к своей комнате, чтобы написать ему с телефона — теперь у него уже есть его номер. Иногда Эндрю уходит куда-то по делам, и Нил задаёт вопрос всего лишь однажды, но получает неопределённый ответ о том, что работу никто не отменял.              — Скоро будешь дома? — спрашивает Нил первым же делом вместо того, чтобы начать с приветствия. На ноутбук даже не смотрит, потому что чувствует подступающую ярость сразу же, как только видит заклеенную камеру. Будь у него возможность, ещё бы и микрофон залепил, чтобы уж точно перестраховаться и быть уверенным в том, что он остаётся в безопасности.              Эндрю отвечает спустя затяжную паузу.              — Что-то случилось?              Нил страдальчески морщится, не желая вообще озвучивать это вслух. Его жизнь с появлением этого хакера превращается в какую-то клоунаду, и он подозревает, что это только начало.              — Меня взломали.              Эндрю издаёт в трубке тихий смешок.              — От тебя столько проблем. Снова не включается ноутбук?              О, да лучше бы он действительно не включался.              — Мне прислали снимок. С моей вебки, — несчастно признаётся Нил и почти ждёт, что Эндрю над ним посмеётся, но этого, к счастью, не происходит.              — Выходит, что ты всё-таки словил руткит, — делает закономерный вывод Эндрю, и в голове всплывают смутные воспоминания об их давнем разговора про типы троянов. — Скажи, что ты хотя бы был одет.              Ага, ясно, рано радовался. Всё-таки издевается.              — Что мне теперь делать? — тоскливо спрашивает Нил, и Эндрю тихо смеётся над этими мученическими интонациями в голосе. Нила вроде бы должно это раздражать, но чужой смех, напротив, почему-то успокаивает.              — Я в Колумбии, мне нужно было съездить на одну встречу по работе, вернусь поздно вечером, — произносит Эндрю. — Ты можешь взять у меня флешку в комнате, распаковать архив и запустить с неё установочный файл.              — Если он не убьёт удалённо этого хакера, я не понимаю, зачем всё это, — ворчит Нил, но послушно плетётся обратно к комнате Эндрю. В этот раз он уже не стучится, а сразу распахивает дверь и рассеянно оглядывается. — У тебя здесь не меньше десятка флешек и это только те, которые на виду.              Эндрю усмехается.              — Это ты ещё на второй стол не посмотрел. Но тебе нужна та, которая из верхнего ящика в тумбе. Синяя такая, с полупрозрачным корпусом.              Нил косится на второй стол, который действительно завален всяким техническим хламом, в котором даже копаться не хочется, и лезет в верхний ящик. Там находится ещё целая куча флеш-носителей, но вот нужный попадается на глаза почти сразу же.              — Нашёл.              — Отлично. Запусти установщик, и он проанализирует тебе всю систему и выведет на экран трояны. Удали их — там есть риск, что команды начнут подвисать, но не обращай внимания.              Голос Эндрю успокаивающий, ровный, спокойный, словно ничего страшного не произошло. Нил, конечно, не троян, но тоже подвисает и смотрит перед собой, сидя на стуле рядом с тумбой. Из-за спокойствия Эндрю кажется, будто бы всё под контролем, хотя, если хакер уже успел обнаружить по локации его местонахождение, всё не просто плохо — остаётся только считать минуты до того времени, как в дом ворвётся полиция или того хуже — люди Эвермора.              — Спасибо, — тихо произносит Нил, и Эндрю отключается, не прощаясь. Он делает шаг назад каждый раз, когда появляется хоть мимолётный шанс стать ближе, и это бесит до невозможности.              Нил какое-то время смотрит бездумно на ящик с флешками, а после резко захлопывает его — тумба издаёт жалобный треск, но выдерживает. Он встаёт, чтобы выйти из комнаты, но оглядывается, осознавая, что впервые оказывается здесь один, без Эндрю.              Любопытство сражается с нормами приличия, но в конечном итоге побеждает, и Нил проходится вдоль стены, разглядывая фотографии на полках. Они покрыты слоем пыли — Эндрю не выглядит особым фанатом уборки, — но это не мешает распознать детские фотографии близнецов и их общий снимок с молодой красивой женщиной. Аарону и Эндрю тут нет и года, но взгляд женщины, которая держит их на руках, равнодушен и холоден, и у Нила перед глазами почему-то всплывает образ собственной матери, воспоминания о которой с каждым годом становятся всё более и более мутными.              Одна рамка перевёрнута снимком вниз, и Нил поднимает её, чтобы поставить на место, потому что думает, что упала случайно, но его сердце ухает куда-то в пятки в следующую же секунду.              Кевин Дэй на фотографии широко улыбается, ставя рожки закатывающему глаза Эндрю. Им тут лет по четырнадцать от силы, но ошибки быть не может — Нил с лёгкостью узнаёт каждого из них.              Странное предчувствие того, что это только вершина айсберга, обдаёт его ледяной волной.              

Н: «Что ты можешь рассказать мне об Эндрю Миньярде?»

      К: «Мы вроде договаривались использовать этот канал для критических ситуаций»       

Н: «Это экстра-критическая ситуация. Так что насчёт Эндрю?»

      К: «Не связывайся с ним»       

Н: «Обоснуй»

      К: «Я знаю его с пелёнок»       

Н: «Аргумент»

      

Н: «Но хочу услышать что-то более убедительное»

      К: «Эндрю — внештатный сотрудник службы безопасности Эвермора»              К: «Достаточно убедительно?»              ***              Решение, которое принимает Нил, кажется ему настолько безумным, что он сам не верит, что в действительности делает это.              — Спасибо, я почистил всё от шпионских игрушек этого ублюдка, — подмигивает он Эндрю, кидая флешку через кухню чётко в чужую ладонь. Вчера вечером они так и не видятся, потому что Эндрю приезжает уже поздно ночью, но вот сегодня утром сталкиваются на кухне.              Нил сидит с ногами на табуретке и пьёт кофе, когда Эндрю оказывается на пороге. Если последний выглядит немного сонно, то Нил со своим сместившимся режимом бодрствует уже последние несколько часов и смотрится достаточно непринуждённо и расслабленно.              Иронично довольно, на самом деле, учитывая обстоятельства.              — Постарайся больше не качать сомнительные файлы, — косится на него Эндрю и лезет в холодильник, чтобы достать молоко. Нил проходится взглядом по его спине с прищуром и почему-то ощущает странное воодушевление от всей этой ситуации, когда он больше ничего не может сделать, и ему приходится выбирать между бегством и смирением.              Нил впервые выбирает второе.              — С чего ты взял, что я что-то качал? — спрашивает Нил и очень сильно старается, чтобы это не звучало с наездом, потому что ответ на свой вопрос знает.              — Откуда-то троян взялся же.              Эндрю знает об этом, потому что это именно он взламывает его последние несколько месяцев.              Он знает об этом, потому что это он присылает ему этот файл.              Знает, потому что с самого начала открывает эту охоту за ним по велению Эвермора.              Нил злится вчера после короткой переписки с Кевином, даже швыряет кружку со стола, чтобы после старательно и методично начать сметать все осколки, чтобы Эндрю — любитель ходить босиком — не поймал себе стеклянную микрозанозу в пятку. Эндрю и сам заноза, так что это была бы слишком высокая концентрация заноз в окружении Нила Джостена.              Нил злится, но его агрессия быстро сходит на нет, потому что… Эндрю ведь не сдаёт его? Не сдаёт в течение всего этого месяца, а значит и не собирается делать это в ближайшее время.              Становится понятной и его первая реакция на появление объекта преследования на пороге собственного дома, и реакция на озвученное имя — то имя, которое не Натаниэль, — и все его попытки отдалиться в ответ на действия Нила.              Штормит, да? Хочется, но колется? Сам себе эмоциональные качели устроил, хакер под прикрытием?              — Буду аккуратнее, — обещает Нил, пряча усмешку за кружкой с кофе, и ловит на себе взгляд Эндрю, который явно чувствует, что что-то не так, но всё ещё не может понять, что именно.              Догадается рано или поздно. Эндрю умный, ему не составит труда догадаться — особенно учитывая то, что и скрываться Нил особо не собирается.              Ведь он даже не запускает на своём компьютере эту волшебную программу по удалению троянов.              Зачем, когда теперь он знает злоумышленника в лицо?                     Они сидят какое-то время на кухне, болтая на какие-то абсолютно отвлечённые темы, а после расходятся по своим комнатам, чтобы уделить время работе. Работа Нила — занудные переводы, проект по которым уже почти-почти готов сдать, а вот работа Эндрю — Натаниэль.              Нил не прекращает думать об этом ни на секунду, пока сидит за ноутбуком, с камеры которого снимает лейкопластырь этой ночью. Он знает, что Эндрю проверит, остался ли у него ещё доступ, как и знает, что обнаружит, что ничего не изменилось.              Не сработала программа?              Глупый Натаниэль Веснински забыл нажать на кнопку запуска?              Возможно, этот установщик вообще не должен был ничего удалять, а только запустил на устройство ещё больше вирусов?              Нил откидывается на спинку стула и чуть запрокидывает голову, подставляя лицо под закатные солнечные лучи. Миньярды постоянно держат шторы закрытыми, словно они какие-то вампиры, но Нил любит свет — в этой комнате он находится на своей территории, поэтому распахивает шторы в первый же день после заселения. Окна выходят на запад, поэтому каждый вечер в хорошую погоду всё здесь озаряется ало-золотистыми лучами, которые путаются в его волосах и оттеняют глаза.              Нил с ленцой скребёт ногтями по коже на шее, а после вдруг чувствует томительный азарт и кидает взгляд в камеру ноутбука.              Его рука спускается ниже, медленно скользит по домашней футболке и выходит из кадра куда-то вниз — туда, куда хакерскими фокусами не заглянуть. Нил касается кончиком языка уголка губ, прогоняя раздражающую сухость, и сдерживает усмешку, которая лезет на его губы.              Смотри, Миньярд, смотри.              Даже если это не Эндрю, даже если это какой-то рандомный хакер, решивший позабавиться, даже если это случайное совпадение — в этом нет ничего запретного и предосудительного. Нил ведь всего лишь в своей комнате наедине с собой?              Но вот если это действительно Эндрю…              Нил закусывает губу, его дыхание становится чуть более сбитым. Он упирается лопатками в спинку мягкого кресла, желая усилить тактильные ощущения, сжимает свободную руку на сбитой футболке и кидает очередной взгляд прямо в камеру ноутбука — минутами ранее он даже не замечает, как машинально прикрывает глаза. Экран ноутбука гаснет, но он не уходит в спящий режим — лишь выкручивает яркость на минимум, — и Нил замечает в отражении, что в закатных лучах он почти светится, а прилившая к лицу кровь оттеняет скулы.              Взгляд возвращается к камере.              Нил знает, что Эндрю смотрит на него, и он цепляется за эту мысль, когда позволяет хриплому полустону сорваться с приоткрытых губ.              ***              То, что это именно Эндрю, становится окончательно очевидно, когда следующим днём тот вдруг неожиданно начинает избегать взгляда Нила.              Это настолько забавно, что Нилу приходится скрывать довольную улыбку, потому что его собственные планы по ментальному взлому одного неуступчивого хакера начинают реализовываться с пугающей скоростью. Эндрю больше не пишет ему с фейкового профиля и в целом никак не даёт понять, что его удалённый доступ к взломанному ноутбуку остаётся активным, но Нил догадывается, что тот всё ещё подключается к нему.              Нил повторяет свои провокации ещё дважды за следующую неделю, и азарт всё ещё берёт верх над стыдом.              — Чем занимаешься? — спрашивает он одним вечером Эндрю. Они сидят у Нила в комнате, потому что он просит Миньярда помочь ему с установкой антивируса помощнее, делая акцент на том, что ему нужно заняться переводами каких-то серьёзных юридических договоров.              Эндрю не отказывает ему, а после как-то случайно остаётся на кровати Нила, пока сам хозяин комнаты сидит в том самом кресле. Обычно он ставит ноутбук перед собой на стол, но в этот раз у него гость, поэтому игнорировать его невежливо, и он разворачивает кресло к нему лицом, расслабленно закидывая ноги на кровать рядом.              Вечерние лучи солнца снова путаются в волосах Нила, и он то и дело ловит на себе взгляды сидящего в тени Эндрю.              Сравниваешь с кадрами с камеры? Сравнивай.              — Работаю, — отзывается Эндрю размыто. Нил практически уверен в том, что каждый раз, когда Эндрю не вдаётся в подробности, его работа касается или Эвермора, или его, Натаниэля. — А ты?              — Работаю, — из вредности зеркалит ответ, хотя буквально каждый раз, когда они начинают говорить про его проекты, это выливается в лишние полтора часа недовольств структурами предложений или облизывания испанских идиом.              — Над чем? — предлагает продолжить Эндрю, но Нил чуть щурится, ловя его взгляд.              — Секрет. Не могу разглашать, слишком уж конфиденциальная информация.              Эндрю фыркает, но удочка оказывается заброшена, и Нил, продолжая переводить скучные предложения, практически чувствует в щелканье клавиш чужого ноутбука, как тот подключается к нему.              Любопытство до добра не доведёт, Эндрю Миньярд.              Нил занимается ещё какое-то время своими делами, и между ними повисает то самое привычное комфортное молчание. Ему искренне интересно, действительно ли Эндрю подключается к его ноутбуку, но проверить это прямыми вопросами — значит, выдать себя, а Нил получает особенное удовольствие от того, что имеет хоть какой-то минимальный контроль над человеком, который анонимно кошмарил его в последние месяцы.              Идея приходит внезапно, и Нил чуть закусывает губу, чтобы не улыбнуться, а пульс его приятно ускоряется от подскочившего адреналина. В этом нет ничего такого, но это укладывается для него в достаточную сумму, которую он мог бы потратить на что-то более полезное.              Нил не жалеет.              Не жалеет, когда покупает билет на утренний автобус от Пальметто до аэропорта Колумбии.              Не жалеет, когда оплачивает онлайн на имя Нила Джостена невозвратный билет в один конец на самолёт из Колумбии в Нью-Йорк.              Не жалеет, потому что взгляд, который кидает на него Эндрю в тот момент, когда оплата на экране ноутбука проходит, впервые так легко прочитать.              — Что? — спрашивает Нил, смотря в чужие глаза. Будто бы совершенно нейтральный вопрос, будто бы всего лишь ответная реакция на этот долгий пронзительный взгляд.              Эндрю ищет слова и находит их не сразу.              — Твоя машина… — он рассеянно трёт шею, кидая взгляд в экран своего ноутбука и снова на Нила. — Ты забрал её из ремонта?              — Старушке пришёл конец, но мастера работают над её воскрешением, — произносит Нил и усмехается. — Я буду скучать по панкейкам у Элисон.              Эндрю не хмурится, не улыбается в ответ, и даже привычной ироничной усмешки в его глазах нет.              — Ты можешь вызвать такси и доехать до неё.              — Не могу, — негромко отвечает Нил, и его голос звучит почти мягко. Они оба говорят не о такси, не о машине и даже не о грёбаных панкейках, какими бы вкусными они ни были.              Отличие лишь в том, что из них двоих только Нил знает об этом.              Как и о том, что никуда он пока что не собирается уезжать.              Сердце у Нила стучит где-то в горле, когда он откладывает на стол ноутбук и подкатывается на кресле ближе к краю кровати. Между ними лишь пара футов, но за спиной Эндрю стена, на коленях — ноутбук, а шансы на очередной побег стремятся к нулю.              — Ты не рассказал мне про программы-вымогатели, — произносит Нил вкрадчиво, и Эндрю рассеянно скользит взглядом по скулам, по губам, по шее, словно пытаясь напоследок запомнить. Нил смотрит лишь в глаза, потому что знает, что уже запоминает лицо Эндрю наизусть.              Не хватает только тактильных ощущений для полномерной фиксации в памяти.              — Что за программы-вымогатели? — напряжённо спрашивает он, и Нил позволяет усмешке мелькнуть на своих губах.              Не притворяйся, Эндрю. Кому, как не тебе, знать, что это такое.              — Вероятно, программы, которые что-то вымогают? — практически невинно предполагает он и склоняется чуть ближе. — Слышал что-то про это. Расскажи.              Нил почти с удовольствием наблюдает за тем, как плечи Эндрю чуть напрягаются, а после он сглатывает и мельком кидает взгляд в сторону двери, пути отступления к которой перекрыты Нилом. Отвечать приходится вынужденно.              — Они используют асимметричное шифрование с помощью ключей криптографии. Злоумышленники делают ключ доступным для жертвы только после оплаты выкупа, иначе…              — Иначе данные будут потеряны навсегда, — заканчивает Нил, потому что знает об этом не понаслышке. Именно благодаря этой целевой атаке они с Кевином несколько месяцев назад завладели огромной базой данных. — И как же обезопасить себя?              Взгляд Эндрю меняется, потому что он наконец-таки понимает.              — Не быть идиотами без резервных копий данных, — глухо отвечает он и дёргается было в сторону двери, но Нил резко отталкивает его обратно на кровать, удерживая прямым проницательным взглядом.              — Нам повезло, что у Эвермора этих резервных копий не было, да? — криво улыбается Нил, и Эндрю кидает на него острый взгляд.              Им больше нет смысла притворяться.              — Копии были. До того, как я удалил их, чтобы вы с Кевином могли сделать свою часть работы.              Нил смеётся и отстраняется, качая головой. С ума сойти. В Эверморе и понятия не имели, что главный источник их проблем по-прежнему оставался с ними в одной команде.              Приезжая в Пальметто, Нил и понятия не имел, что главный организатор их аферы будет делить с ним жилплощадь и совмещать охоту на Натаниэля Веснински со спасением Нила Джостена от загадочного взломщика.              — Ты сумасшедший, Эндрю Миньярд, — произносит Нил с каким-то скрытым восхищением и встречается с ним взглядом. — Ты же тот самый человек, который должен через полгода отдать мне ключ для дешифровки. Ты написал всё это дерьмо и гонял меня больше двух месяцев из штата в штат?              — Меня не должны были раскрыть, поэтому мне приходилось сливать информацию по твоему местоположению, — произносит Эндрю и добавляет чуть мягче: — Тебе ничего не грозило, ты успел бы сбежать.              Нил фыркает.              — Я оказался в безопасности только в тот момент, когда меня случайно занесло в Пальметто, и ты не мог больше сдавать меня, чтобы не разоблачить себя, — обвинительно произносит он.              Эндрю не спорит — это означает только то, что он действительно не ожидал, что в какой-то момент Натаниэль Веснински вдруг постучится в его дверь.              — Самое тупое, что ты пришёл ко мне из-за того, что попался в мою же ловушку, — усмехается Эндрю, и Нил сначала недоумённо вздёргивает брови, а после вдруг осознаёт, с чего вдруг началось.              Да быть такого не может.              — Подожди, то есть все твои клиенты… — ошарашенно проговаривает Нил, и Эндрю чуть пожимает плечами, не чувствуя за собой вину.              — Атака злого двойника, — произносит он и усмехается в ответ на осуждающий взгляд Нила. — Элисон сама предложила установить поддельную точку доступа в её забегаловке. Скомпрометированная сеть заражает чужие устройства, Элисон пригоняет клиентов ко мне, выручку делим пополам. Кто же знал, что в капкан попадётся сам Натаниэль Веснински, — добавляет он выразительно, словно обвиняя Нила в том, что он вообще додумался заехать к ним в город. Эндрю задумчиво прищуривается, замолкая на несколько минут, а после аккуратно спрашивает: — Давно знаешь?              Их взгляды встречаются.              Этот вопрос звучит неспроста.              Нил откидывается на спинку кресла и чуть отталкивается от края кровати, отъезжая от неё в алые лучи закатного солнца, которое уже почти-почти садится за горизонт. Ровно точно так же, как в те несколько вечеров, когда он играл в провокатора, зная, что Эндрю Миньярд смотрит за ним, потому что это часть его работы и он просто не может не смотреть.              — Ты хотел спросить, знал ли я о том, что это ты, когда ты следил за мной через взломанную камеру? — он лукаво улыбается, следя за Эндрю через ресницы. — Знал.              Медовые глаза не отрываются от его лица.              — Даже не знаю, кому из нас должно быть более стыдно.              Нил улыбается в ответ, потому что и на этот вопрос тоже знает ответ.              Никому из них.