– Я не справился?

В таком тихом мире было страшно. Никогда прежде его не встречала тишина и разруха. Единственная фобия Ло — остаться одному. Здесь он как раз-таки погрузился в полное одиночество. А потом нашёл Лайетану, организацию, которая приняла его за непонятного эльфа и пыталась убить. Позже познакомился с Асой Браун, Малецки, Олли, Скримером. Спас Вальдхара от концентрированного времени, выходил того. В общем, окружил себя общением. Правда, чувство, что никому нет до него дела, будто он всё ещё один, не покидало. В голове всё ещё были воспоминания о встрече с Райей, Окетрой и Джодахом. Именно их Ло-шка называл домом. И домой хотелось безумно. Снова побывать в крепких объятиях ангела смерти, который благодаря своему росту может запросто оторвать его от земли. Услышать, как Окетра волнуется, и быть поцелованным ею в лоб. Взять Прайм за руки, а потом уткнуться ей в плечо, ощутить ненавязчивый аромат знакомого парфюма. И главное говорить, говорить, говорить. Рассказать абсолютно всё, что произошло с ним и Джоном в обычном Архее, и что он преодолел в одиночку. Это, наверное, так глупо, когда осознаёшь, что без гениального двойника ничего не получится. Лололошка думал над этим в перерыве от миссий организации и собственных дел. Когда залечивал ухудшающиеся последствия телепортаций. Ему не впервой использовать силу искры, имея при себе опасный для всех мироходцев скинтонит. В междумирье сыграла с ним злую шутку его забывчивость. Целых два довольно больших антискинта тогда сильно потрепали его физическое и психическое здоровье. Пришлось даже в другом мире отдыхать некоторое время. Хорошо, что всё обошлось. Жаль только, что урок он из этого не вынес. Ох... Сан-Фран был бы недоволен. Ныряльщик всегда ругал клетчатого за ношение скинтонита в рюкзаке, потому что волновался. А здесь совершенно некому волноваться за него. Да и за парочку раз ничего ведь не случится, правда? Последние несколько... месяцев? Счёт времени был потерян, однако парень пробыл здесь долго до того, как его, наконец, нашли друзья. Из нужды Лололошка часто пользовался искрой. Для перемещений между временными ветками по приказу организации, спасения выживших из параллельной реальности и других не менее важных дел. Тёмный камень, который всё это время находился в костюме, быстро ослаблял орган межпространственного перемещения. После каждой телепортации появлялись весьма неприятные симптомы: головокружение, тошнота, боль в теле, потемнение в глазах. И чем больше таких перемещений, тем сильнее болезненные ощущения. Наверное, помогала не унывать вера в свои силы, в то, что он не просто мироходец, а Первый. Реально верил, что сможет перемещаться по мирам без серьёзных последствий для организма. В какой-то момент всё же нужно было остановиться. Ведь какая бы сильная ни была искра, использование скинтонита никогда не проходит бесследно. Когда Джон пришёл за ним, просто появился посреди бункера спустя столько времени, Лололошка изначально подумал, что это очередная галлюцинация. Удивился, хотел поскорее отвязаться от "навязчивого образа", который пришёл не вовремя. – Джон? Обычно ты приходишь, когда мне совсем плохо. Сейчас я чувствую себя отлично! — недоумевает Первый. Насчёт этого "отлично" он соврал. Недавние переходы в миры по наставлению организации высосали из него все силы. Ему нужно было время на восстановление. JDH тяжело вздыхает и закатывает глаза. Подходит ближе и хватает Ло за воротник кофты, трясёт слегка. Эта несвойственная нервозность наталкивала на мысль о том, что близнец настоящий. — Я не твоя галлюцинация, идиот. Мы наконец нашли тебя и способ уйти из будущего без серьёзных последствий для времени, — выпускает ткань из рук. Его слегка удивляет, в каком состоянии пребывал Ло, что даже не смог отличить настоящего человека от иллюзии. Клетчатый только рот открыть может. У него в голове будто что-то взорвалось, мысли в один миг спутались. — Что?.. — только и смог вымолвить. — Лололошка, я пришёл за тобой не для того, чтобы разъяснять всё по два раза. Удивляться будешь, когда мы вернёмся домой, а сейчас прошу, соберись. — Сделал небольшую паузу, будто решался на что-то. — Ты в порядке? — чуть тише. — Ох, хорошо, я узнаю тебя настоящего. — Уголки его губ приподнимаются, но шок никуда не уходит. — Не сказал бы, что всё в порядке. Кажется, я слишком часто использовал искру, при этом имея в скафандре антискинт... — нервный смешок слетает с губ. Прекрасно осознаёт всю опасность, однако рассказывает, как что-то повседневное. — Скафандр? Подожди, антипрокс? У нас не так много времени, чтоб ты полностью мог восстановиться... Чёрт. — В план совсем не входило то, что вспышка Ло могла пострадать. — Насколько всё плохо? Сперва нам нужно будет пройти через вневременную пустошь и только потом переместиться к остальным. — Гений так устал, что в речи не было слышно характерных фразочек. Сразу стало понятно, что Джон много работал над его возвращением. — Не знаю, хватит ли меня на два перехода, — заволновался. Идеи, как решить проблему, не приходили в голову, от чего пальцы нервно сжимали ткань штанов. Молчание в ответ длилось не дольше минуты. У параллельного мыслительный процесс происходит очень быстро, к нему пришла одна идея, как безопасно вернуться. — Слушай свою гениальную версию внимательно! — улыбнулся. Видимо, привычная манера общения имеет место быть. Наверняка это способ успокоиться. — Во временную пустошь тебе нужно переместиться самому и побежать в том же направлении, что и я. Не отклоняясь ни на миллиметр. Ты же не хочешь вновь пропасть? Нам необходимо вернуться в старый архей и слиться воедино. Если мои догадки верны, то состояние твоей вспышки в слиянии будет более стабильным. — Вот только он кусает губу, набирает в лёгкие воздух, дабы сказать что-то ещё. — Мы не знаем, как именно слияние влияет на наши организмы, и это может быть опасно для нас обоих. Готов ли ты пойти на риски? — с излишней серьёзностью задаёт пугающий вопрос. — Если мы хотим вернуться, то, полагаю, выбора у меня нет, — опускает голову, оглядывает пыльный пол. Сердце стучит быстрее, чем пять минут назад. Не хотелось бы испытать на себе все последствия их оплошности. Близнец в белом проходится беглым взглядом по комнате. В глаза бросаются яркая спецодежда и мигающие приборы. — Но почему у нас мало времени? — встаёт с нагретой кровати, чтоб надеть скафандр. — Да потому что никто из нас не знает, как поведёт себя время и в целом вселенная на проблему в виде меня. Вдруг мы сольёмся прямо сейчас и больше не сможем быть отдельными личностями. Я объясню подробнее, когда мы вернёмся, — пообещал Харрис, поправляя пальцем очки. Тем временем Лололошка стоял полностью собранный. Ему тяжело уходить из мира, ни с кем не попрощавшись, но по-другому никак. Вряд ли у них появится возможность уйти на день позже. Харрис исчезает, оставляя за собой жёлтое свечение, что быстро проходит. Мироходец садится на пол и пытается сосредоточиться, вспоминает тёмную пустыню и Джона. Представлял, как время становится пространством. Небольшие искорки того же жёлтого цвета не успевают распространить по помещению, растворяются в воздухе. — Ты такой медленный, симпапусик, — усмехается. — Вставай, не время раскисать, — подаёт свою руку. За ладонь хватаются, ибо голова кружится настолько, что подняться самому не получается. В мыслях Первый успокаивает себя, говоря, что осталось потерпеть совсем немного. Вот сейчас они добегут до старого Архея, и он встретится со своими друзьями. Получается, правда, не очень. Дышать становится тяжело, а из-за неожиданно появившейся боли в коленях чуть не сбивает с ног. Взгляд устремлён только на JDH, который не отпускает его руку. Это помогает немного отвлечься. В какой-то момент костюм перестал тратить свой заряд. Значит, они бегут в правильном направлении. Хотя кто бы сомневался? Это же сам Джон Дейви Харрис просчитал их маршрут и придумал план возвращения. Голубоглазый даже не заметил, как безжизненная пустыня сменилась на хоть и ночной, но зелёный, вполне наполненный жизнью лес. — У нас получилось..! — почти шёпотом проговаривает и снимает шлем. Вдыхает полной грудью прохладный, свежий воздух. Давно он не слышал запахи природы. — Снимай свой костюмчик. Больше он тебе не понадобится, — поднимает свои очки на лоб и потирает переносицу. Здесь они могут не торопиться, просто ему не хочется выслушивать претензии от Джодаха. — Надеюсь, мне станет лучше, когда мы сольёмся, — оставляя скафандр прямо на земле. Больше-то некуда девать это чудо технологий. Чтобы стать одним человеком, много усилий прикладывать не пришлось. Ло почувствовал себя лучше, а вот Джон наоборот. — Не могу представить, насколько тебе было плохо, принцесса! — нервно смеётся. — Но ты же справишься? — взволнованно. Если тот не сможет воспользоваться ОМП, то вина останется при нём до конца жизни. — Тебе нужно беспокоиться о себе, а не обо мне, — тактично напоминает. Частички пустотной магии появляются сразу, как руки начинают выполнять какие-то неизвестные для Первого движения. Он подумать не мог, что для перемещения понадобится и магия, и искра. — Прошу, сосредоточь внимание на своей вспышке, а не на страхе, — в слиянии, к счастью или к сожалению, им приходится ощущать друг друга в полной мере. Лололошка же успевает бросить короткое "извини" перед тем, как почувствовать сильную боль в груди. Она как молния пронзила его, стремительно распространилась дальше. Точно тысячи иголок втыкаются по всему телу. — Джон! — испуганно кричит Ло. — Мне больно! — в моменте перед глазами вновь расплывается картинка, а потом и вовсе исчезает во тьме. — Я не вижу, мне плохо, Джон!!! — пытается докричаться до двойника, а тот то ли специально игнорирует, то ли не слышит. К горлу подступал ком. Он дышит часто и глубоко, а кислорода не хватает. Появляется сильное желание вдохнуть снова и снова, а потом жжение в лёгких. Хотелось впиться ногтями себе в ноги, сделать хоть что-нибудь, что могло бы облегчить адские муки. На мгновение мироходец уловил некую связь с искрой, понял, откуда именно начал распространяться дискомфорт. А потом стало ещё больнее. Так, что он закричал и сорвал голос. Он не слышал, отвечал ли ему параллельный в это время. Боль исчезла после перемещения. Тёмный лес сменился бетонными стенами с обоями в цветочек. Джон остался стоять. Лололошка рухнул на пол, сжимая плотную ткань кофты в области грудной клетки обеими руками. Парень видел, но каждый предмет имел бледно-лимонный оттенок. Окружала их знакомая комната, в которой Харрис бывал ежедневно. Встретил прибывших крылатый блондин. Джодах не находил себе места, потому что план невыносимого гения казался ему ненадёжным. С другой стороны, придумать иное у них не вышло. Он не доверял Джону, но Лололошке... Этому маленькому невозможному мироходцу готов был достать звёзды с неба. Да, их знакомство прошло не лучшим образом. Его увидели как злодея, лишающего других сил. Зато сколько они пережили вместе, в скольких мирах знакомились заново. Ави сбился со счёта, сколько раз смог завоевать доверие возлюбленного. В памяти до сих пор оставались некоторые моменты. Вот он дарит Ло "небольшой подарок" в виде благословения посреди разрушенной Поэны. Или их встреча в Алотерре, перед тем как Ло уйдёт в следующий мир... Крылатый совсем не привык волноваться за свою вторую половинку. Когда тот ушёл вслед за двойником, а потом не вернулся, внутри всё рухнуло. Девушки с трудом смогли остудить гнев помощника Смотрящего. Никому не нужна была драка. Отношения с JDH испортились окончательно. Пернатый ожидал увидеть радостного Ло-шку, а не вот такого, который отходит от "аттракциона", лёжа на полу. Никто моргнуть не успел, как тот присел рядом. Нежно дотронулся до щеки, желая успокоить, приласкать. — Лололошка? Ты слышишь меня? — не выдерживая, гребёт Первого в объятия. — Джон! Что ты с ним сделал?! — сквозь зубы цедит. — Почему сразу я? Нужно спросить у этого дитя, с какого перепуга он решил, что бессмертный, — не прерывал зрительный контакт, ибо до жути боялся взглянуть на брата. — Что это..? — его останавливает от дальнейших вопросов почти воздушное прикосновение холодных рук к шее. — Лололошка? — зовёт повторно. Шатен морщится от громких звуков. Пытается отдышаться. — Джодах? Мне так больно. — Через прикрытые веки просачиваются слезинки. — Было так больно, — шмыгает носом. Утирает капли, чтоб наконец открыть глаза. Яркий свет заставляет жмуриться. Перед собой видит знакомое лицо, переполненное ужасом. Белки глаз мироходца стали отчётливо жёлтыми, а голубая радужка выцвела, стала безжизненно серой. Осознание пугает обоих из команды спасателей. Похоже, их гений ошибся в своих расчётах, и Лололошке не хватило сил. — Как... как ты себя чувствуешь? — только и может спросить Джон. Это его ошибка. Это из-за него перед ним не сильнейший междумирец, а лишь жалкий даск. Вопрос заставляет ронять слёзы активнее. Клетчатый уже не может сдержать их. — Безобразно пусто, — через всхлипы отвечает. Скрывает своё лицо в мягких одеяниях бога. Жмётся ближе, ища утешение. Большие ладони останавливаются на спине. Позволяет выплеснуть негативные эмоции, пока разбирается в своих. В комнате воцарилась тишина, прерываемая только приглушённым плачем. Джодах сжимает ослабленное тело в объятиях. Губами макушки касается. Он не может смириться с увиденным. Они столько опасных ситуаций пережили. Его любимый смог спасти множество миров, одолел столько злодеев, помог слишком большому количеству существ. А в данный момент лежит, потеряв свои силы от "какого-то камня"? Спешит придержать голову, когда чувствует, как быстро обмякает тело в собственных руках. — Я не справился? — последний вопрос, который смог задать Ло. Потерял сознание. — Да... — шепчет, смотря на такого же печального двойника. Как глупо он потерял всё