Твои слёзы - лучший деликатес

Не все дни выдаются хорошими, каким бы весёлым ты себя не показывал, скрываться под маской вечно никогда не будет возможным. Даже если не специально, засовывая свои чувства куда-нибудь поглубже ты запускаешь медленную, но опасную бомбу, которая будет скапливать весь твой негатив внутри, возможно выходя за пределы, раздуваясь как шарик, натягиваясь до грани, пока в конце концов не лопнет. С самым громким хлопком что с болью ударит по ушам, расплескает всю "жидкость" вокруг, заставив тебя ещё несколько часов хоть мокрым, пока всё не засохнет и не начнётся с начала. Именно это сейчас ощущал Киллер. Ощущал как его грудь разрывается на части, до боли давит на стенки рёбер. Паника охватывала его полностью, с начала заставляя дыхание учащаться, а через пару секунд уже выть на всё помещение, захлёбываться в собственных слезах и лихорадочно шастать в прикроватной тумбочке, в поисках того, что сейчас ему было крайне необходимо. Глухой лязг стали и тихий мат раздались по комнате, когда руки добрались до лезвий. Среди коллекции в темноте не совсем было понятно были они бритвенными или из разобранного триммера, это не имело сейчас значения. Как только лезвие подняли с пола, его тут же приставили к коже. Сильное давление, резкое движение, и вот кожу уже рассекли, пробираясь сквозь слои эпидермиса и дермы в один миг. Гиподерма, а проще говоря жир сразу же скрылся под хлынувшей кровью из вены, стремительно пачкая пол. Капли с шумом падали на бетон под ногами, а боль пронеслась режущим экстазом по всему телу. Это именно то, что сейчас было так нужно. И было бы славно, если бы он "наслаждался" этим один, только вот о таком с соседями можно было лишь мечтать. Сладкий вкус негатива уже давно привлёк его короля, что сейчас смаковал чужие эмоции. Он не торопился, позволял с начала Киллеру сделать основную часть "работы", лишь только сейчас медленными шагами подошёл к закрытой двери комнаты. Её открыли с медленным скрипом, позволяя Киллеру с начала проматериться под нос. Конечно, визит Найтмера был очевиден, от чего на него толком и не обратили внимания, сейчас было куда интереснее лихорадочно наносить новые, немного более глубокие или наоборот порезы, пока руку с лезвием не схватили с особой силой, кажется даже до скорых синяков «Достаточно» пронеслось над головой. Мерзкий, скрежущий голос пробирал до глубины души, которая сейчас была и так в крайне нестабильном состоянии. Но именно в том, что бы принести гостю желаемое удовлетворение. Сопротивляться сил не было, да и толка в этом тоже, Киллер не поднял взгляда, он смотрел на стекающую кровь всё так же громко рыдая, желая остаться одному, но кто он такой что бы его желания учитывали? Правильно, никто. Лишь пешка с которой могли делать что угодно, и сейчас его вторую руку так же схватили, только уже более нежно. Кошмар поднёс её к своему лицу, вдохнул металлический крови, проводя языком по одной из открытых ран, по самой глубокой, кончиком языка смакуя и обхватывая порез губами не на долго, что бы проглотить кровь с последующим, тихим смешком. —ты до жути вкусный, ты знаешь об этом?— конечно вопрос был без ответа. Найтмер прекрасно знал что его подопечный не в том состоянии что бы разговаривать, он навряд ли из себя даже слово адекватно вытянет, не остановившись сто раз на всхлипы, так что это была откровенная издёвка, пусть и не без правды в словах. —у..уйд..ди..— единственное, что из себя смог выдавить парень, захлёбываясь и бесконечно всхлипывая, только вот вместо оказания ему личного пространства, на него наоборот навалились, прижались всем телом, вдавливая в стенку, легким движением забирая лезвие из руки. Любые прикосновения сейчас были до жути противными, и Найтмер прекрасно знал это. Знал и хотел больше, хотел чувствовать максимально отчаяние, ощущая как от такой смеси эмоций повышается настроение на столько, что он становился игривым. Заплаканное личико столь жалко выглядящего сейчас Киллера даже не здраво возбуждало, вынуждая уткнуться носом в чужую шею и мерзко облизнуть её, проходясь от клютчиц до уха, оставляя за собой долгую линию слюны. Одно из щупалец не спеша обвило изрезанную руку около кисти, с силой сжимая её что бы остановить кровотечение. Несомненно, Кошмар хотел крови, но ещё больше он хочет доломать измученную игрушку, а её потеря сознания помешало бы этому. —Знал бы ты, какие эмоции ты во мне пробуждаешь, Киллер. Такие, какие явно не достойны куска дерьма на подобии тебя. Но черт, какие же они сладкие— с каждым словом голос становился лишь противнее. Натянутым, до жути довольным, пуская по телу Киллера мурашки —э.. это признан...ние в любви? — шикнул подопечный, кажется уже медленно успокаиваясь. Как же тут нормально пострадать, когда тебе так яро мешают? Но эти слова вызвали лишь смешок после пары секунд молчания и повлекли за собой сильный удар в бок. Найтмер не жалел силы, выбивая воздух из груди и тихий хрип. Тело снова задолжало, казалась будто бы Киллер с большей силой расплакался, его физиономии не было видно и совсем скоро за дрожанием последовал смех. С начала тихий, а после неудержимый, лихорадочный хохот что заставил откашливаться до боли в груди, давясь слюнями. Такая реакция вызвала недоумение на лице мужчины, он отстранился, с начала пытаясь понять что вообще с этим делать, ведь получил совсем не то, что хотел. Хотя и не сказать, что он был разочарован, не смотря на смех отчаяние, сломленость так и веяли от чужого тела. Это был скорее смех от осознания своего положения, от окончательного треска и так уже сломанной психики —кхаха, и это всё, на что ты способен?.. Ты же так любишь мен..ня пиздить, так давай сильнее И его послушались. Уже с каменным лицом Найтмер отлип от Киллера, встал, с силой ударяя по животу, а после и по лицу, заставляя обратно поднять голову согнувшегося. Ему даже отдышаться не дали, как последовал удар в надплечье, заставляя Киллера упасть на пол и на его и так не очень приятно выглядящее лицо наступили тяжёлой обувью. —мразота мелкая, всё удовольствие портишь своим дряным языком.— на секунду Найтмер задумался. Пристально смотрел на лицо лежащего, пока в голову не пришла идея, вызвавшая улыбку. Но эта улыбка явно не предвещала ничего хорошего. — а знаешь, это идея. Но думаю с начала использовать твой рот по назначению, ты же не возражаешь?— Конечно, ответа никто не ждал, кончиком обуви чужой рот открыли, проталкивая её внутрь, не позволяя ничего сказать в знак протеста, лишь возмущённо промычать. Встав на одно колено, Кошмар убрал ногу от лица подопечного, поставив колени по бокам от головы. Пальцы ловко расстегнули ширинку и пуговицу штанов, вытаскивая член, пока садился на ключицы Киллера, что явно не был доволен разворачивающейся ситуацией. Дышать было тяжело, он то и дело хрипел от боли, пытался придти в себя что б держать хоть какой-то контроль над ситуацией, и как только взгляд сфокусировался, из губ сразу же вышел громкий мат. —блять, больной. Держи эту палочку у себя в штанах — щупальце, что перетягивало руку не сковывало движение, так что парень попытался столкнуть с себя Найтмера, на что получил лишь звонкую пощёчину, и его руки прижали уже над головой, не оставляя ни одного способа выбраться, почти вызывая отчаяние. —не того ты больным называешь. — хмыкнув, Кошмар провёл пару раз рукой по своему члену и пару раз шлёпнул им же по щеке, ногами удерживая голову в нужном положении, что бы не отвернулся. —ну же, псина грязная, где вся твоя привычная пошлость? Сам при любом удобном случае кидаешься на меня как в последний раз, а сейчас строишь из себя недотрогу. Как жалко. И как бы не хотелось съязвить, оскорбить или в конце концов послать нахер, Киллеру пришлось открыть рот, ведь Найтмер широко раскрыл его пальцами, стоило первому только слегка приоткрыть его. Головка члена уже пробралась рот под пристальным взглядом. Каждое движение было под тщательным присмотром, ведь правила и так были прекрасно ясны. Об использовании зубов при минете даже думать нельзя, иначе их будут один за другим вырывать максимально болезненно, в добавок и кровью давиться. Стоило парню расслабить свою челюсть, так почти сразу же в рот протолкнули весь член, упираясь головкой в сжатую глотку, которую пришлось расслабить ради своего же блага, ведь через секунду последовал второй толчок. Найтмер прижался пахом ко рту, почти полностью перекрывая дыхание, так как кожа прилегала к носу, заставляя его прикусить губу и тихо промычать. Ощущение сжатого горла вокруг полового органа было почти болезненным и для самого кошмара, только это лишь больше его разогрело. Через пару секунд он начал делать толчки, позволяя вздохнуть лишь немного между ними, пока мошонка ударялась об подбородок каждый раз. Действия сопровождались слезами на лице Киллера и от него же характерными звуками сдерживания рвотного позыва, что для верхнего звучали уж очень возбуждающе, "провоцируя" его двигаться чаще но вместе с тем и жёстче. —только попробуй блевануть, будешь всё это с пола слизывать— пригрозив, Кошмар вернул взгляд на заплаканное, столь жалко выглядящее сейчас лицо убийцы и от этого взгляда что-то щёлкнуло в голове, заставляя начать вбиваться в чужое лицо. Правда для этого пришлось облокотиться вперёд, руками об пол, почти положив свое тело на личико. Киллер мычал, руки, ноги то и дело ёрзали, пытаясь справиться с этим давлением пока его рот буквально насиловали. Привкус немытого органа и так был не самым приятным, так ещё и кислый вкус поджелудочной заставил рефлекторно сглотнуть поступившую жидкость в рот, правда уже через секунду второй сильный позыв он не смог сдержать. Рвота быстро наполнила ротовую полость, вместе с тем и вышла за пределы губ, заставляя мужчину проматериться, и лишь на долю секунду остановиться, прежде чем возобновить темп, вдалбливая всю массу обратно —тварь ебанная..даже отсосать нормально не можешь.. или думал что это тебе поможет?— с язвительным смешком и громким выдохом, Найтмер зажмурился, наплевал на ощущение мокрой жидкости у члена, стараясь как можно быстрее довести себя до оргазма. В прочем, с этим ему помогли регулярные сокращения глотки. С последним, особо глубоким толчком он задержался лишь на несколько секунд, прежде чем выйти из чужого рта и быстро отсесть, лишь бы не запачкаться сильнее. Эта "свобода", стала Киллеру спасением, ранее давясь, сейчас он быстро повернулся на живот, опёрся на локти, выблевал всё, что накопилось, так же судорожно откашливаясь с новым потоком слёз из-за больного, разодранного горла. Но не прошло и пол минуты, как его руки дёрнули вперёд, а лицо придавили к полу, прямо в смесь рвоты и спермы. —ты ведь точно слышал что я говорил, псина. Так чего тянешь?— эта картина почти не вызывала у Найтмера отвращения, он наоборот забавлялся, наблюдал за этим с хищным оскалом, ожидая повиновения, ещё не успевшего придти в себя приспешника. —т..ты.. конче..ный..— шмыгая, Килл лишь на секунду поднял взгляд, будто бы с надеждой что это шутка, что ему не нужно этого делать, быстро разочаровавшись. Пусть и гордость его давно была подавлена, стёрта, будто её не существовало, но отвращение какое-никакое осталось. Впрочем, до этого никому не было дела. Морщась, закрывая глаза что бы хоть как то обмануть себя, парень провёл языком по жидкостям, даже проглотил, снова ощутив рвотный позыв. На этот раз успешно сдержанный. Он бы и дальше медлил, пока не почувствовал более сильное давление чужой руки на свою голову. Пришлось слизывать, втягивать всё это в себя вместе с мерзкими звуками хлюпаньями, периодических рвотных позывов и шмыганиями. —умница, хороший мальчик. Ты же можешь быть послушным, когда хочешь, не правда ли?— даже как то по доброму улыбнувшись когда Киллер закончил, Найтмер отпустил его. Убрал щупальца и задумался, не отрывая взгляда от пострадавшего, что сейчас лишь подавленно лежал на полу, молясь что бы на этом всё закончилось. На мгновение даже так и показалось, пока по щеке не прошёлся звонкий шлепок, заставляющий очнуться и вздрогнуть —вставай. На ноги.— за секунду голос сменился с мягкого на грубый и властный, подсознательно уже вызывающий отвращение. По крайней мере на данный момент. Ослушаться короля негатива было себе дороже, Киллер медленно приподнялся на дрожащих ногах и облокотился об стенку. Остальной мир как будто вернулся на место, заставляя почувствовать холод мокрой ткани, точнее свитера, пропитанного кровью. Конечно места с малым её количеством высохли, но на других участках она прилипла противными сгустками, прилегая к коже. Может радостно, а может и нет что терпеть это долго не пришлось, ведь через пару секунд его свитер задрали, грубо и резко сняли ворот, оставив одежду держаться лишь на руках и шее, что не давало закрыть тело. —твоё клеймо выглядит слишком маленьким и скучным не думаешь? Его почти не заметно на фоне других шрамов.— Найтмер говорил это задумчиво, размышлял с точки зрения "искусства", поднимая лезвие с пола. —ощущение что ты не угомонишься, даже когда во всё тело его вырежешь.— шикнув, парень сразу поджал губы и отвёл взгляд, ощутив как холодный металл прилегает к кожи груди —в следующий раз зашью тебе рот. Буду отрезать нитки только что бы ты отсосал мне и зашивать заново после этого.— под тихий смешок от своих раздумий, кошмар принялся медленно, мучительно вырезать буквы своего довольно длинного имени по всей груди. Резал, почти доходя до жировой прослойки, ведь кожа была очень тонкой. Жёлтые кругляшки проглядывали сквозь слой дермы, даже задевая парочку вен, совсем тонких, из которых кровотечение пусть и обильное, но совсем скоро остановится. Киллер шипел, мычал, пусть и старался почти не двигать грудной клеткой. Одно дело когда ты режешь на эмоциях, быстро, резко, почти ничего не осознаешь и почти ничего не чувствуешь, а другое дело "смаковать" каждый порез, каждую линию, что оставляли на теле. По ощущениям это длилось вечно, минуту точно пока Найтмер не отстранился, одобрительно рассматривая свою работу словно художник. На этом он решил оставить измученного в покое. Своё он получил. —так то лучше. Ты знаешь правила, Киллер. После завтра жду себя как новенького. — и с этими словами, его быстро оставили одного. Снова в этой тишине, со своими мыслями, с жуткой апатией после психа, всего в крови с больным телом. Как же Паршиво.