Умереть в одиночку

За далёким горизонтом показались первые лучи яркого солнца. Они озарили прекрасную картину. Дикие, не тронутые людьми леса, чистое переливающиеся небо, и оглушительные звуки просыпающийся фауны. Горная местность. Сенку Ишигами нашел себя в кратере теплого источника. Его тело ещё наполовину было погружено в целебную воду. Теплый весенний дождь капал на его голые плечи. Наконец-то спустя 3700 лет первый человек очнулся от сна. Парень слегка зажмурил глаза и прикрыл их от солнца. — Как же это волнительно. Выйдя из кратера Сенку огляделся. Он хлюпающими шагами подошёл к краю горного выступа, на котором лежал. Лёгкий холодок повеял с пропасти над которой он стоял. — Странно. Ишигами точно помнил, что был в городе и окаменел в классе собственной школы. Япония всегда славилась своими постоянными землетрясениями, но похоже за прошедшие тысячелетия они обрели совсем другой уровень. Он видел отражения деревьев в лужах у своих ног. Да, цивилизации больше нет. Ни дорог, ни машин, ни достопримечательностей. Все то, на что потратило человечество миллионы лет стёрто и безвозвратно потеряно. Впрочем. Это не важно. Ему всеравно придется развить человечество до прежнего уровня. Нет. Развить и продвинуть вперед всю человеческую науку. Ведь сейчас вся история человечества, начавшаяся 162 тысяч лет назад(не считая окаменения), все труды 107 миллиардов человек — всего лишь электрические заряды в его мозгах. — У меня больше нет времени ждать. Эта задача как раз для меня. Предвкушение заполнило его разум. На лице появилась ухмылка. Сенку сорвал листья с первого кустарника и подвязал их ближайшей лианой. "Одежда первого уровня получена" Вскоре дождь окончился, Сенку шел голыми ногами по колючей траве. Его современные ноги, избалованные качественной обувью, умоляли о пощаде. Но улучшать одежду не входило в его первоначальные планы. Безопасность. Вот что его волновало. Он спускался ниже по горе, в поисках благоприятного для развития места. Это место должно быть совокупностью лучших факторов. Ведь размещение всегда было самой важной частью.

***

Он шел долго. Ноги по голени перемазаны грязью, воздух становился теплее по мере спуска, вместе с этим все больше живности заполняло пространство. Насекомые. Огромное количество насекомых. За тысячелетия этих мелких тварей стало просто несоизмеримое количество. Не то чтобы Сенку ненавидел их, они всегда были важной частью экосистемы и он это знал, но сейчас, уставший, голодный и измученный, он бы отдал все, чтобы навсегда избавится от этих вредителей. Высокие деревья вокруг давили на него морально, с тех пор как он спустился с гор вокруг него были только они. Он помечал пространство ,чтобы не ходить кругами, и он знал, что идёт только вперёд, но сейчас ему казалось, что лес вообще никогда не кончится. Бесконечность. Многие учёные его, да и других эпох боялись этого слова. Оно вызывало ужас. Это то, что человеческий мозг не способен обработать. Что-то непредсказуемое с невозможным концом. Однако Для него это слово означало покой. Долгие вычисления, сам процесс счета успокаивал его. Сенку никогда не интересовало полное число пи. Но он часто вычислял его. Когда было скучно, когда он был слишком взволнован или грустен, чтобы успокоится. Ишигами остановился посередине леса. Совсем недолго, он слышал чей-то голос. А. Это опять он. Человеческая психика очень хрупкая штука, на самом деле. Одно лишь отсутствие прикосновений в течении долгого времени может вызвать серьезные нарушения, ощущение беспокойства, вечного холода и даже депрессии. А долгая изоляция и невозможность услышать даже свой голос, заставляет наш мозг имитировать речь и социальное взаимодействие. Все 3700 лет он считал. Был сосредоточен лишь на одной цели, высчитывать секунды точно по астрономическим часам. Параллельно он думал о многом. Времени было действительно достаточно. Сначала он думал о будущем человечества. Сенку много читал о испытаниях космонавтов. И одним из них было испытание одиночеством и тишиной. Он читал статьи и книги о том, насколько это жестокое испытание, и что все кандидаты после него были крайне замкнуты. Они говорили, что за время изоляции переворошили всю свою жизнь, и о многом думали. Кроме одного. Юрий Гагарин. Единственный, кто выходил из испытания в хорошем расположении духа. Его жизнерадостность и вера в будущее, помогли ему стать первым космонавтом. Конечно, Гагарин был в изоляции несоизмеримо мало, по сравнению с Сенку. Но Ишигами пытался брать с него пример. Однако, в какой то момент, он понял, что думает не о будущем, а о глубоком прошлом. Сама причинно-следственная связь заставляла его подумать о нем. Ведь как предсказать новые открытия планеты, не опираясь на всеобщую историю, конкретные исторические факторы и мелкие мелочи координально меняющие культуры разных стран. Почему? Почему? Почему? Почему? В какой-то момент он понял, что голоса в его голове отличаются. Один был его собственный, он считал секунды и думал о всяком. Второй лишь спрашивал один и тот же вопрос. Кто это. Кто. Это. На ту секунду он чуть не потерял счёт. Ровно через 3674 секунды он пропустил в памяти все книги, что когда либо читал по психологии и понял, что не так. Черт. Принудительная изоляция сильно влияет на психику. И галлюцинации очень тревожный звоночек. Если он не начнет хотя бы имитировать разговоры,то это может привести к психическим заболеваниям вроде пост травматического расстройства или глубокой депрессии. И то и другое лечится таблетками под присмотром врачей. И каким бы гениальным не был Сенку, операцию на собственном сердце он не сделает. Да и таблетки такие с ходу не сделаешь. В общем, бэд энд с самого начала. Не хотелось бы очнутся в новом мире и сразу повесится. Что ж. — Добрый день. Меня зовут Сенку Ишигами, а тебя? — Почему? — Я назову тебя вопрошатель. — Почему? — Хааа... Это будет долго..

***

Спустя какое-то время мозг Сенку научился вести диалог с двух сторон. Это смахивало на раздвоение личности. Но Сенку знал, что всего лишь воображает, незнание следующих реплик собеседника. Это даже успокаивало, ведь он всегда знал, что ответить. Это не было реальным общением, но хоть как то скрашивало его одиночество. В какой-то момент вопрошатель вышел из-под контроля. Сначала начал спрашивать неудобные вопросы. — Почему ты был так жесток со своим "отцом"? Конечно мы оба понимаем, что он никто для нас, но ты мог бы хоть раз обнять его или сказать пару ласковых фраз. Не потому что любишь, просто для приличия. — Что? Затем он начал трогать Сенку. Не физически, конечно. Ишигами все ещё был недвижимым камнем. Камнем, у которого было очень много времени на собственное воображение. Вопрошатель был его фантазией. Тем не менее его мозг решил, что будет хорошей идеей дать этой фантазии больше власти. Вопросы превращались в упрёки. — Ты мог лучше стараться в свое время, тогда не было бы таких проблем сейчас. Как ты думаешь, сколько времени пройдет прежде, чем ты сойдешь с ума? — Я выберусь раньше. — Выберешся ли? Мягкие касания превращались в крепкие захваты. Порой на шее Ишигами. Сколько не думай, что это всего лишь галлюцинации, все равно было больно. Вопрошатель стал его ночным кошмаром. Он часто кричал необъяснимые тезисы и хватал его, погружая свои острые когти прямо в грудь юноши. Сенку не верил в бога, но он молился ему. Нет, не из-за изоляции и долгого самоабьюза. Мы не знаем, как именно устроена наша вселенная. И если пространство и время бесконечны, любое событие гипотетически всегда стопроцентно. А значит, не нулевая вероятность, что в их вселенной есть бог, который услышит его молитвы. А ещё, гипотетически, он мог быть летающими мозгами в космосе, воображающими себе пространство и всю жизнь вселенной. Но это так, лирика.

***

Он выбрался из камня и принял решение полностью игнорировать вопрошателя. Так обычно и избавляются от тульп. Спасибо ему, конечно, за разговоры и сбережение его от серьезных психических заболеваний, но то как он это делал, вызвало у него другие странные замашки. Теплый свет мягко освещал дорогу. Солнце уже садилось. Медленно шагая в какой-то момент он услышал тихое журчание. Вода, рядом есть вода. Отлично, осталось найти укрытие. Обходя деревья, он наконец нашел идеальное. Дерево было с удобными для него ветвями и хорошо накрыто листьями. Достаточно высокое, чтобы его не сожрали дикие звери, не умеющие лазать по деревьям, слишком низкое, чтобы кошачьи захотели на нем остаться. Имело хорошие выступы, чтобы легко было забираться. Такое надо было поискать. Дерзкая улыбка наконец освятила его лицо. Вода. Нужно найти воду. Отметив место, Сенку вышел на поиски жидкости. Без еды он ещё мог бы обойтись, но без воды однозначно крышка. Горло уже на пути к этому месту побаливало, а сейчас сравниться с пустыней Сахара. Он вернулся на то место, где услышал журчание, после чего поспешно выбежал на звук. — Святой Перран Росс, как же повезло. Неглубокая речушка переливалась на закате солнца. В ней не было признаков скорого размножения комаров. Но эти твари не спят. — Мне стоит запастись водой на первые 2 недели лета. Хмм. Нет. В первые дни обустройства ему понадобится слишком много воды, чтобы ее можно было запасти в текущих условиях. Промыв ноги в теплой воде, он взглянул на свое лицо. Две полосы вдоль глаз не давали ему покоя. Что это? Вопрошатель уже был готов закидать его тысячей неуместных предположений. Сенку предпочел проигнорировать его. Затем, вдоволь напившись воды, он пошел в сторону укрытия. Вечер переходил в ночь. Весна была теплая. Даже слишком. Черт. За 3700 лет Земная ось сменила свой градус. Поэтому времена года немного сдвинулись. А он, как дурак, продолжал считать цикл года по старым датам. Период его отсутствия действительно огромен. Ему понадобится время, чтобы привыкнуть к нынешним условиям. Он прикрылся листьями и положил голову на ветку. Глаза уставились в небо. Сейчас оно выглядело чуть по другому, намного ярче и красивее. Некоторые звёзды были не на своих местах. — Интересно, как они все сейчас? Сенку усмехнулся при первой мысли. — Наверное, дурак Тайджу все ещё ждёт, пока сможет освободится, чтобы наконец признаться Юзурихе. Мда, эта парочка иногда утомляла его. Сенку прищурил глаза, вспомнив об отце. В сердце защемило. "А что с ним сейчас?" — крутилось в его голове. Если он окаменел вместе с землянами, то его МКС наверняка уже упала с орбиты Земли. А тело... Окаменяющий свет был круглым на горизонте. Он точно это видел. А значит, чтобы обойти всю Землю ему стоит быть радиусом с диаметр планеты, естественно, если эпицентр был в какой-либо её точке. А значит, есть вероятность того, что МКС пролетала в этот момент рядом с эпицентром. В этом случае они окаменели вместе с землянами. Но они могли не попасть. И стрелять могли не с Земли. Да и свет мог быть не шарообразным, а огибающим. Слишком много вариантов. Есть 3 версии. Окаменение — это вирус. Окаменение — это оружие людей. Окаменение — это оружие пришельцев. Абсурдно? Да, но для лучшего анализа нужно больше данных. Сейчас думать нужно не об этом. Но ему не спалось. Бессонница. Это тоже плохой звоночек. Либо просто стресс, либо смесь с чем то диагностическим. Руки нужно чем то занять. Решил начать с каменных орудий.

***

Утро встретило его не очень хорошо. Он проснулся от странного чувства, будто кто-то наблюдает за ним. Сенку медленно открыл глаза — на соседней ветке сидела обезьяна. И, кажется, она была в ужасе от Ишигами. Да. Он действительно выглядел абсолютно несуразно для них. Хилые конечности. Отсутствие хвоста. А главное, полностью голая кожа. Для них он был ошибкой природы, каким-то уродом. Голой обезьяной. — Ах, да. За все это время вы и во снах не могли представить таких животных. Что ж, пришло время показать себя. Сенку спустился с дерева. Животные лишь тихо наблюдали за ним. Он вышел рано утром на поиски того, что сможет обеспечить ему доступ к воде, и к дальнейшему выживанию.

***

Эфирные масла. Отличные помощники в борьбе с насекомыми. Лаванда, мята, базилик. Все это нужно было поискать, да и запастись на всякий случай. Эфирные масла никогда не бывают лишними. Утреннее звучание птиц в совокупности с прекрасной погодой, делали его настроение все лучше и лучше. Он изучал ближайшую местность. С утра у него болел живот от голода, но, после лесных ягод, сахар в крови поднялся, и самочувствие стало получше. Ему стоит сделать удочку. Рука. Сильная и такая знакомая. Вокруг всегда стояли каменные статуи, некоторые он узнавал, других же не видел никогда. Но прямо сейчас он был уверен, что эта рука принадлежит его лучшему другу. Сенку живо спустился на землю и голыми руками начал откапывать Тайджу. Спустя час раскопок, дорогой друг наконец стоял во весь рост, прямо перед ним. Глаза Сенку пощипывало. Он никогда не знал, что будет так рад видеть это тупое выражение лица. Вопрошатель шептал обвинения. Наконец парень обхватил друга наспех сделанными веревками и потащил на свою базу. Сейчас это сложно было назвать базой. Но там в любом случае безопаснее, чем наполовину в земле. Ведь ещё не ясно, можно ли восстановить отломанные куски камня обратно в целую руку. — Твою ж мать, какого хрена ты таким кабанищем вырос! Сенку уже минут сорок тащил каменную статую. По лицу стекал пот. Руки и ноги дрожали от прикладываемых усилий. Чёртовы веревки рвались уже в третий раз, как бы крепко он их не скручивал. - Хаа. Сенку упал на траву обессилев окончательно. Под ним была мягкая трава. Безоблачное небо и тихие песни птиц давали ему надежду, что рано или поздно он таки дотащит его до базы. Ишигами был без понятия почему он проснулся, но раз он сделал это в источниках, то будет резонно положить туда и Тайджу. А для этого ему нужно соорудить что-то вроде тележки. Если Сенку потащит друга без нее, то вероятно, он помрёт по дороге на гору. Парень огляделся. Рядом не было признаков любопытных обезьян. Ну, конечно, у них есть и своя жизнь, помимо наблюдения за странным уродцем. Его взгляд блуждал по лесу. Вокруг были статуи, как всегда. — Хм? Если задуматься, он видел довольно много статуй людей из школы. Какова вероятность, что они остались в том же самом месте? Во время окаменения расстояние между Сенку и Тайджу было около семисот метров, не больше. Сейчас между ними было около 3 км (если не считать высоту горы). Их сильно разбросало. Но тогда остаётся вопрос, почему других не раскидало также? Ишигами погрузился в вычисления. — Нет, здесь слишком много учеников, чтобы это было случайностью. Похоже, унесло так далеко только Сенку. Почему? Думать об этом сейчас было пустой тратой времени. Это могло быть вызвано чем угодно. От случайного потопа и дальнейшего отплытия с своего первоначального места, до выходок местных обезьян. Если здесь никого особо не унесло, значит и Юзуриха тоже должна быть неподалёку. Он оставил Тайджу на месте и пошел бродить среди статуй. Учителя, одноклассники, участники его учебной группы, он узнавал многих. Он бродил и бродил, пока теплящаяся надежда не начала угасать. Высокие деревья окружали его. Он сидел на корточках, пытаясь отдышаться. Последние несколько минут он бегал по лесу как идиот. — Не плевать ли на нее уже? Возможно, она давно скрошилась в пыль. И следа наверняка не осталось. Гнетущие мысли заполняли его голову. Нет. Конечно нет. Она не могла. Проклятые слезы подступали к уголкам глаз. Это не рационально. Лить слезы нельзя. Возможно её тоже просто откинуло слишком далеко. Кажется, его тревожность вышла на новый уровень. Он не помнил, когда в последний раз плакал только из-за своих переживаний. Три тысячи семьсот лет он держался из-за всех сил, возможно, он не лил слез, только потому что физически не мог. — Юзуриха, я знаю. Я знаю, ты ещё жива. Наверняка просто спряталась в очередной раз. Детский смех заполнил его уши. Перед глазами возникали старые воспоминания. Лёгкая улыбка скользнула по его лицу. Тайджу и Юзуриха любили поиграть в прятки с ним. Конечно, он раздражался, когда его втягивали в такие детские игры. Обычно случалось так, что Юзуриха таинственным образом пропадала, а Тайджу никак не мог ее найти. И Сенку верил первые три раза. Хотя позже он догадался, что это всего лишь игра, он все равно продолжал бегать по дворам и выискивать Юзуриху. Сейчас он уже не помнит, какими отмазками оправдывал свое детское поведение. Но сейчас, Сенку смотрит на это как на счастливые моменты его детства. — Да, хорошие были времена. Губы слегка дрожали. Слезы стекали по его щекам. Нельзя. Кто он такой, чтобы записывать свою подругу в список навсегда утерянных. "Вперёд. Всегда смотреть только вперёд. Прямиком в светлое будущее!" — мягкая улыбка в воспоминаниях Ишигами всплыла в сознании. — Верно, вперёд, только вперёд. Он резко поднял взор на верхушки деревьев. Размыленное зрение не давало четкой картинки, но где то вдалеке, он увидел пару статуй заросших прямо в дерево. Возможно... Да, она должно быть вросла в какое-то дерево. Спотыкаясь о собственные дрожащие ноги, Сенку помчался по лесу, уже с высоко поднятой головой. Он подолгу разглядывал каждое дерево в надежде увидеть девушку. Вскоре перед ним открылась поляна. Его взгляд сразу же устремился прямо на нее. Статуя в сердцевине огромного дерева. Она цела. Первая мысль пролетевшая в голове парня. Уже через полчаса Сенку приволок Юзуриху к Тайджу. — Хаа, неплохая команда собралась, да? Я выкину вас обоих в горячие источники и только попробуйте побездельничать больше, чем необходимо. Нам ещё цивилизацию восстанавливать. Парень был действительно рад их видеть. И где-то в глубине души надеялся, что они его слышат. Дорога обратно в лагерь была отвратительной. Он, конечно, рад был найти своих друзей. Но ещё радостней он был бы, если бы они вместе не весили как пожарная машина.

***

Сенку сидел на берегу реки. В его руках была самодельная удочка. Дневные переживания медленно уплывали вместе с речным потоком. Закат как всегда растекался красивыми красками по воде. Поймав последнюю рыбку, он принялся за готовку. Сказать по правде, первые дни он старался заполнять свой желудок водой, чтобы не отвлекаться от более важных задач, и сейчас он был зверски голоден.

***

Огонь. С ним пришлось повозиться. Конечно, после его марафона, сил на разжигание костра осталось совсем немного. Пришлось улучшать верёвку. Но это того стоило, запах жареной рыбы заполнил его нос. Он не был фанатом подобных блюд. Во время своих экспедиций, он мог днями есть только консервы со шпротами в качестве белка. И это его жутко бесило. Он жадно набросился на ещё горячую рыбу. Рот обжигало, но это было лучше, чем продолжать сидеть и мучить себя подобным запахом. За 3719 лет это была лучшая еда в его жизни. С деревьев на огонь смотрели удивленные обезьяны.

***

Вскоре он отправился... Домой? Он хотел, чтобы это было так. Адреналин спал и потянуло на меланхолию. Если подумать, весь мир теперь его дом. И одновременно, нигде в мире не было для него места. Такое неприятное чувство. Становиться невероятно больно понимать, что некуда больше идти. Никто тебя не ждёт. Он взглянул на свое жилище. Оно всё ещё было похоже на обычное дерево. Предстояла куча работы. Затем, положив свои скромные запасы копчёной рыбы, Ишигами осмотрел друзей. Никаких признаков переломов во время транспортировки он не увидел. — Это хорошо. Парень взял в руки самодельный топор. Нужно успеть сделать тачку до темноты. И парочку других прибамбасов. А завтра, после поднятия на гору, ему наконец стоит заняться обустройством дома. Хотя бы первые этапы сделать.

***

Ночь сменила день. Новый день — новая работа. С каких пор он начал так думать? Честно, ему было трудно вставать по утрам. Но почти каждый раз, он говорил себе с раннего утра: —Наука не ждёт. И это помогало проснуться. Кажется монотонное изобретение базовых вещей утомляло его. Раньше, он всегда старался брать только интересные для себя, загадочные и неизвестные явления в качестве проектов. А сейчас, в ближайшие годы, он просто будет восстанавливать уже существующие вещи. Да... Был бы у него выбор. Сенку погрузил друзей на тачку. И принялся ровнять дорогу, параллельно, убирая крупные камни. Затем он натянул достаточно толстую верёвку на несколько деревьев спереди. После таких сильных нагрузок, как моральных, так и физических все его тело ломило и казалось, будто скоро он развалится и раствориться в воздухе. Рычаги — вот что ему нужно. Конечно, установка такого длиннющего рычага займет время. Зато усилия будут минимальные. Взбираясь на ветки Сенку все так же чувствовал на себе взгляды животных. Они изучали его. И не пытались сожрать, только по тому, что вообще были без понятия что он такое. Но, кажется, эта недолгая передышка в борьбе за выживание быстро истечёт. У него уже есть топор и пара ножей, но он сильно сомневается, что представляет хоть какую-то угрозу для зверей на сегодняшний день. — Стрелы? Промахнусь. Меч? Тоже мимо. Сенку прекрасно было известно, что абсолютно любая обезьяна была сильнее, быстрее и проворнее его, но в интеллекте они уступали. Большого ума для того, чтобы поймать слабого, почти безоружного человека, иметь не надо. И если он срочно не придумает чем защищаться, то это плохо кончиться. Он провозился с конструкцией до самого вечера. Сенку громко вытряхнул руки и выплюнул скопившуюся слюну. Наконец она была готова. Парень очень-очень надеялся на ловкость своих рук и что его веревка не порвётся в середине пути. С болью в пояснице Ишигами начал тянуть. Его тележка поднималась все выше. Небо над головой стало оранжевого цвета. Пора спешить. Вскоре он и тачка были наверху. Сенку положил друзей в теплую воду. Пот стекал с его лица. — Надо же, у Тайджу такие длинные ресницы. Были. Сейчас же они крошкой падали в воду. Парень полностью повернулся к одноклассникам. Семьдесят восемь. Семьдесят девять. Восемьдесят. Уже восемьдесят секунд Сенку пялился на своих друзей. Внезапно он захотел запомнить в них все. Будучи маленьким ребенком, Ишигами всегда был слишком увлечен, чтобы запоминать внешность других людей. В его воспоминаниях многие люди не имели лиц. А некоторые даже силуэта. Нет, он помнил их в целом, узнавал когда встречал где-нибудь. Но рассказать о внешности других он просто не мог. Не помнил. — Скоро ли они проснуться? — А проснуться ли вообще? Глупая улыбка вопрошателя снова появилась перед ним. Сенку раздражало, что у его тульпы вообще была внешность. Он ее даже не придумывал. По крайней мере осознано. Сенку раздражённо отвернулся. С каких пор он так отчётливо видит вопрошателя? Если так подумать. Ишигами надеялся, что с освобождением из камня, шум окружавшей природы затмит голос тульпы, и он сможет легко его забыть. Но, похоже, его галлюцинация просто перешла в более визуальную форму. Поскольку в камне он ни черта не видел, то и у вопрошателя был только голос. А сейчас он маячит где-то на периферийном зрении, и приходится каждый раз проверять вопрошатель ли это, или какая-нибудь черная обезьяна, решившая напасть со спины. — Хаа. Молю, просыпаетесь быстрее..

***

Времени на передышку у него не было. Впереди было море задач. Запастись на предстоящую зиму. Сделать эффективное оружие. Выстроить надёжную базу. И главное — узнать формулу оживляющей воды. Он не мог просто взять и оставить друзей в источнике с надеждой, что они скоро оживут. Бог знает, сколько он сам пролежал там, чтобы выбраться самостоятельно. Нет времени ждать.