Счастье рядом

— Ты серьёзно собираешься пропустить наш ежегодный палаточный поход в горы из-за этого придурка? – ярко выказывал своё негодование Юнги, разговаривая со своим лучшим другом. — Во-первых, перестань называть его придурком. Он мой парень, — уже в который раз поправлял его Чимин, — а, во-вторых, я тебе говорил, что у мамы Хёну день рождения. Она, итак, меня не сильно любит, а если я даже не приеду её поздравить, — парень показал руками удушье собственной шеи и состроил напуганную гримасу. — А что я скажу Тэхёну? — Юнги не сдавался. — По-моему больше всего заботит это именно тебя, — Чимин на пару секунд прервался от своего занятия, он упаковывал дорожную сумку вещами первой необходимости на эти выходные, и указал пальцем на друга, — мы сходим потом. Лето только началось. Чего ты так завёлся? — Сначала из-за этой корявой модели, — Пак направил на него недовольный взгляд, — ты пропускаешь ежегодный поход с палатками на природу с лучшими друзьями, — он выделил последние слова интонацией, — а что потом? Пропустишь мой день рождения в пользу его праздников? Перестанешь приходить ко мне на ночь фильмов? Что? — Мин посмотрел на то, как его друг смеётся. — Ничего, звучишь ревнивый ребёнок. О, или так и есть? — и подмигнул ему, — расслабься, Юнги, сходим мы в поход. Просто это правда важно для Хёну. И для меня. Я пытаюсь добиться любви его родителей. — Он мне не нравится, и тебя недостоин, — Мин закатил глаза и сел на диван, скрещивая руки перед собой. — Ага, я знаю. — А ещё ты не обязан заслуживать любовь родителей близкого человека, — на это младший просто промолчал, сосредотачиваясь на вещах. Юнги и Чимин дружат с детства. Иногда складывается такое чувство будто они знали друг друга всю жизнь, но познакомились они только в начальной школе, когда мальчик, на три года старше Пака, помог маленькому первокласснику обработать собственные содранные коленки в погоне за друзьями. Чимин слишком ярко помнит этот момент даже сейчас. Он сидит на скамейке, на его коленках содрана кожа и даже капает кровь, смотреть тошно, а взрослый в его глазах четвероклассник нежно придерживал его ногу, аккуратно стирая всю грязь и кровь ваткой, а потом, обработав раны, наклеил два пластыря. Когда маленький раненый первоклассник смотрел на Юнги, он чувствовал тепло и нежность, ему хотелось дружить с этим мальчиком, ходить за ним, заставить его заметить себя. Но тот просто улыбнулся, попрощался и ушёл. Чимин был упёртым, а потому он пытался всеми способами задружиться со взрослым мальчиком, заинтересовать его, доказать, что дружба с ним просто необходима самому Юнги. И каким-то образом у него это получилось. Мин всегда говорит, что он его просто пожалел, но Чимин знает, что он не устоял перед его обаянием. За долгие годы дружбы их отношения становились всё крепче и доверительней. Юнги был мудрым взрослым, к которому всегда бежал Пак. Он просил совета во время стычек со сверстниками, во время первых серьёзных ссор с родителями и когда понял, что привлекает его только собственный пол, а не прекрасные представительницы противоположного. Мин не совсем знал, как отреагировать на это, но пытался помочь другу, показать, что его отношение к нему никак не изменилось и всегда был рядом. Единственная серьёзная вещь, которой Пак Чимин так и не поделился с лучшим другом – это его влюблённость в него. Тайна, которую он тащил за собой, так как не хотел испортить их отношения, зная ориентацию друга. Только спустя несколько лет он поделился этим со своим другом Тэхёном, взяв с него обещание, никогда никому об этом не рассказывать. — Я могила, — сказал тогда Тэхён. — И никаких шутливых намёков Юнги, — грозно прошептал Чимин. — Конечно! За кого ты меня принимаешь? — Ким поднял руки, защищаясь. — Идёте? — в этот момент Мин вышел из магазина, направляясь к машине и позвав с собой друзей. Чимин хоть и испытывал влечение к другу, держал это чувство внутри себя, не позволяя ему вырваться и всё испортить. Он встречался с разными парнями, и все они категорически не нравились старшему. — И что же не так с Муджином? — всплеснул руками Пак. — У него видок, как будто он ночью наркотиками барыжит, посмотри на его лицо, — говорил Юнги, держа в руках сигарету и направляя презрительный взгляд в сторону нового парня своего друга. — Да ладно тебе! — заводился тот, — слушай, у тебя может какие-то проблемы, что я встречаюсь с парнями? — Что? — отвернувшись и непонимающе уставившись на Пака, спросил Юнги. — С кем не начну встречаться всё не так. Кривой, косой, бедный, богатый, злой, нюня и так далее. Я сам решу, с кем буду встречаться, — он толкнул старшего в грудь ладонью и пошёл к предмету их обсуждения, натягивая улыбку. — Да он просто…, — проговорил самому себе Мин, уставившись на парочку. Тэхён всегда был тем, кто выслушивал гневные речи Чимина в адрес Юнги, согласно кивая и иногда поддакивая, но исход таких бесед всегда был один. — Он тебя ревнует просто, — спокойно сказал Тэ. — Что за бред? — и всегда этот непонимающий взгляд, Ким просто закатил глаза. — Его просто бесит, что он себе не может позволить целовать тебя и тискать, а другие могут. Вот его и разрывает при виде или упоминании твоих парней, — с видом эксперта в области психологии проговорил друг, положив в рот виноградину. — Очень смешно, — Чимин не смеялся. — Посмотрим.        Каждый раз было одно и тоже. Так происходило и в этот раз. Чимин работал фотографом. Сотрудничал с различными брендами, снимал моделей для различных рекламных компаний или показов. Он был знатоком своего дела, его камера любила каждую модель, попадающую в объектив его техники. Так произошло и с Хёну. Это была реклама для бренда нижнего белья. Красивый, сильный парень. Густые тёмные волосы, непривычные веснушки по всему лицу, серёжки, болтающиеся в ушах, ростом его природа тоже не обделила, и очень-очень красивые мышцы. Мощные руки, крепкие ноги и твёрдый пресс, по которому так и хочется пробежаться пальцами, чтобы… — Всё в порядке, Чимин? — спросил его Хёну на очередной съёмке бренда, когда фотограф, закусив губу, завис на модели перед собой, — ты как будто задумался…о чём-то хорошем, — добавил парень, опустив взгляд на губы Пака. — А, нет, я…то есть, да. Я…нет, — а потом неловко рассмеялся, — прости, я немножко устал. Давай передохнём пару минут. Я пока посмотрю, что мы отсняли. — Хаха, как скажешь, — Хёну подмигнул ему, вогнав Чимина в краску. Парень не заставил себя долго ждать, и, заметив интерес фотографа, позвал его на свидание, а потом ещё одно, и ещё. А потом предложил ему встречаться, ведь от попытки построить что-то прекрасное ничего не произойдёт. Чимин согласился и на следующий день с радостью помчался к Тэхёну, где друзья собрались для просмотра фильма. Те заметили его необычайно приподнятое и счастливое настроение, а по поводу вчерашнего свидания он сухо отозвался как "всё было прекрасно". Поэтому Ким с большим интересом потащил друга на диван, вытаскивая все подробности и узнавая о начале отношений друга с моделью. И пока Юнги цокал через каждую секунду рассказа Чимина и закатывал глаза так, что они грозились застрять где-то по середине, Тэ поглядывал на него с усмешкой, специально подбрасывая дрова в личный огонь старшего. — Я так рад за вас! Вы просто отличная пара! — он обнял Пака, пытаясь его, видимо, раздавить. — Да ты его даже толком не знаешь, — недовольно заметил Мин. — И что? Я видел его, когда встречал Чимина после работы, а ещё на фотках. — Не думаешь, что это слишком рано, — продолжал гнуть собственную линию Юнги, — может стоило получше узнать его? Может он окажется полным придурком, а ты тратишь на него своё время. — Расслабься Юнги-я. Он мне нравится, и я надеюсь, что у нас всё получится. — Ага.        Будучи бизнесменом Мин Юнги часто был в разъездах по работе. Чимин всегда был на связи с другом во время их расставаний. Если старший был не занят, он тратил свободные минуты на разговор с лучшим другом, отправлял ему фотографии из поездок и получал кучу смешных селфи Чимина. Когда у младшего появлялся парень, Мин по непонятной причине злился и демонстрировал это игнорированием друга во время своих командировок. Это его задевало, но он не говорил об этом и никак не демонстрировал. Юнги тащил пакет с соджу и упаковки с различными закусками в квартиру к другу. Он открыл дверь как раз в тот момент, когда Тэхён пытался вытянуть высокую ноту вместе с Майклом Джексоном. — Больше практики, Тэ, — проговорил он, разуваясь и проходя на кухню. — Я твоего совета не спрашивал, — он выключил музыку и забрал пакет из рук друга, разглядывая его покупки, — эй, а мои любимые чипсы с васаби? — Спустись и купи, — Мин доставал маленькие рюмки для соджу и миску для закусок. — А если бы тут был Чимин, ты бы как миленький побежал в магазин. — Но ты же не Чимин, — и эта его ухмылочка, Ким на неё лишь закатил глаза, — они ещё не доехали, не знаешь? — спросил он, взбалтывая бутылочку с соджу. — Ты же знаешь, он сначала тебе отчитается, а потом только мне. — Нет, я опять убеждал его, что это дерьмовая идея и того не стоит. — Ревнуешь? — спросил Тэхён, протягивая руки к рюмке. — Очень, — саркастично сказал Мин, хватая обе рюмки и неся на столик в гостиной напротив телевизора. — Не знаю, чего ты так заводишься, — за ним по пятам шагал Тэхён, — хороший парень, что не так? — Всё? — и будто правда спрашивает. — Если бы дело было в этом парне, а не в парнях Чимина в целом. Но, конечно, ты прав, — стараясь закрыть тему, сказал Тэ, запрыгивая на диван и хватаясь за пульт, — только пока ты ворчишь и жалуешься о несправедливости и плохом вкусе Чимина, другие действуют. И когда-то это будет последний его парень. — Не понимаю о чём ты, — опрокидывая в себя соджу, сказал Юнги. — Ой, всё ты понимаешь, — на этом тема была исчерпана. Чимин шёл за своим парнем в их временную комнату. Домик был небольшой, но достаточно уютный. Их комната располагалась на втором этаже, где стояла только кровать и небольшой комод. — Ты можешь кинуть сумку под кровать или достать вещи. Комод пустой, — объяснил Хёну, опуская свою сумку на пол и заталкивая под кровать, — я хочу найти брата. Он должен быть где-то во дворе с детьми. Ты со мной? — Э, нет. Я хочу немного полежать. Меня тошнит после дороги. — Конечно, малыш, — Сон подошёл вплотную к своему парню, обхватывая подбородок пальцами и слегка поднимая вверх, чтобы было легче прижаться к таким желанным губам. Он сначала невинно цепляется за нижнюю губу, отстраняясь, чтобы увидеть нуждающееся и просящее выражение лица Чимина, а потом немного прикусив зубами его губу, пробирается внутрь собственным языком, руками пробираясь под лёгкую белую футболку и скользя по талии парня ладонями, пытаясь коснуться каждого сантиметра разгорячённой кожи. — Эй, остановись, — посмеиваясь, Пак отстраняется от него, — твои родные жаждут увидеть тебя. — Ладно. Я отпущу тебя, но только пока, — улыбаясь, парень ушёл вниз. Чимин схватился за телефон и быстренько набрал сообщение в их общий чат о том, что они добрались. Через пару секунд рядом с сообщением появилась надпись «прочитано», а ещё позже прилетело селфи улыбчивого Тэхёна, прижимающего к себе недовольного Юнги. Тёплая улыбка нарисовалась на лице парня при просмотре фото, а взгляд, как это всегда и бывало, чуть дольше чем нужно задержался на старшем. Его тёмно-красные волосы, узкие губы плотно сжаты, взгляд глаз направлен на Кима. Его заветная мечта, которой не суждено исполниться. Как актёр, по которому фанатеешь до помешательства, но в жизни тебе никогда до него не дотянуться. Чимин отправляет забавный смайлик и блокирует телефон. Родственники Сон Хёну самая отвратительная часть парня. Непонятно у них отвращение к ориентации собственного сына или конкретно к Чимину. Первое время он активно пытался их убедить, что является хорошим бойфрендом для их сына, но спустя полгода не особо старательно прикрытой ненависти в его адрес уже надоело. Поэтому он пытается как можно дальше оттянуть время их встречи. Он повернулся на бок, решив немного вздремнуть. Засыпая, он думал об утреннем Юнги в пижаме, без футболки, с кружкой кофе в одной руке и сигаретой в другой. И заспанных едва приоткрытых глазах.        Чимин почувствовал, как его слегка тормошат. Он приоткрыл глаза, направляя взгляд на свой «будильник». За окном уже темнело. Его парень навис над ним, нежно держа за предплечье. — Эй, — прошептал он. — Хэй, — с сонными нотками в голосе ответил Пак. — Мама зовёт нас поужинать вниз. Идём? — Да, хорошо. Дай мне пять минут. Я приведу себя в порядок и переоденусь. — Конечно, я подожду.        Чимин ушёл в ванную комнату, умыв лицо, и принялся разглядывать себя в зеркало. Немного заспанный, на щеке даже остался отпечаток от руки. Волосы все в разные стороны. Не очень презентабельный вид идеального бойфренда. «Бывает», - подумал он про себя и пошёл переодеваться. Не больше чем через десять минут они уже спускались вниз к родным. Это будет то ещё испытание, как и всегда. — О, Чимин, здравствуй. Ты наконец-то соизволил спуститься и поздороваться с нами? — добавив искусственного смеха в конце, мать Хёну делала вид, что просто шутит, но на самом деле уже начинала плевать ядом. — Мне стало нехорошо после дороги, поэтому пришлось перенести наше горячее приветствие. Но я также рад вас видеть, — натянутая улыбка на лице давала ясно понять, насколько Пак действительно рад видеть эту женщину. — Присаживайся. Сейчас будем ужинать, — она суетилась на кухне, а со стороны двора послышался шум, и в дом вошёл старший брат Хёну Сынмин, — Сын-и, не поможешь маме? — Конечно, сейчас, — он отправил своих дочерей мыть руки, а потом пошёл к матери, — Чимин, ты тоже тут, а я думал, ты не приехал. — Думаю, ты плохо думаешь. Хёну точно говорил тебе, что я наверху, пока был с тобой, — он скрестил руки на груди, уставившись на мужчину. — Ты само очарование, как и всегда, — Пак на это лишь закатил глаза. — Не обращай на них внимание, — попытался подбодрить его парень, — ты же знаешь, какие они. — Вот именно, что знаю. И надеюсь, ты не будешь молчать, пока они будут обмениваться со мной любезностями, — ядовито улыбнувшись, Чимин отвернулся от Сона и следил за копошением на кухне. Через минут десять всё семейство было в сборе. От еды поднимался горячий пар и раздавался дивный аромат. Мать Хёну хоть и была стервой, готовила просто потрясающе. Жена Сынмина завела непринуждённую беседу, рассказывая о первых уроках в балетной школе одной дочери и об успехах в спорте другой. Бабушка на такие новости лишь гордо кивала головой и всё повторяла «ну надо же». — А Чимин ведь тоже занимался балетом, — неожиданно вставил Хёну и получил самый убийственный взгляд Чимина из всех возможных. — Правда, Чимин-хён? — с неподдельным интересом спросила маленькая девочка, сидящая напротив. — Эээ, да, Сорюн, — рука парня потянулась к собственным волосам, небрежно разбрасывая их в попытке справиться с приступом неловкости. — Ух ты, я не знала, что мальчики тоже этим увлекаются! — без задних мыслей произнесла девочка и по столу прошёлся смешок взрослых. Жена Сынмина направила извиняющийся взгляд на Чимина, искренне сопереживая парнишке, и обратилась к дочери. — Сорюн, малышка, все могут заниматься этим. И мальчики, и девочки. Тебе разве не говорили об этом? — Я не помню, — нахмурившись, сказала девочка, — а ты много умеешь? — Прыгать в лосинах и вертеть задом, разве что только, — как бы для себя сказал Сынмин, но услышали все сидящие за столом. Чимин посильнее сжал столовый прибор в руках и повернулся к своему парню, тот опустив голову, перебирал содержимое тарелки. Нет, вот это было главной проблемой Хёну. Не его родственники, а его нежелание защитить своего парня, хотя бы сказать прекратить. Каждый раз он просто молча сидит, а после извиняется и говорит не придавать значение их словам, ведь он любит его. Но ведь Чимину неприятно, когда над ним так открыто насмехаются. — Не понимаю о чём ты, Сынмин, но видимо ты лучше разбираешься в этой теме, — невозмутимо продолжил подобие беседы Пак, — главное, чтобы твоей жене нравилось. Хотя мне бы не понравился прыгающий ты в лосинах, — член семьи Сон лишь озлобленно посмотрел на него, но на время заткнулся. Разговоры за столом периодически стихали, а потом распалялись снова. Любая тема сводилась к попытке поддеть Пака. Но выдержать этот разговор было делом принципа. Он отвечал также прикрытыми колкостями на все их реплики и действительно старался игнорировать всё сказанное за столом. Но чем дольше за ним находишься, тем тяжелее становится. Наконец-то закончив с ужином, все начали вставать из-за стола. Сынмин звал брата посидеть на улице, поболтать. Тот посмотрел на Чимина. Он прекрасно понимал, как себя сейчас чувствует его парень. Что если он не смог защитить и отстоять его во время разговоров, то должен хотя бы поддержать сейчас. Но лицо Хёну выражало лишь сожаление. Чимин на это закатил глаза и поднялся в комнату. Закрыв дверь, он уселся на кровати, сложив ноги под себя, и схватился за телефон. Он не рассказывал друзьям о том, как проходят встречи с родственниками Хёну, ведь это же не его вина, что они такие. Юнги бы тогда точно никуда не отпустил его или бы за ними увязался, как и Тэхён. Он решил набрать друга. Они должны быть у Кима, смотреть фильмы, Тэ оживлённо будет обсуждать каждое действие персонажей, а Юнги закатывать глаза или смеяться над ним. Хотелось бы чтобы сейчас Мин был рядом, обнял его, спрятал в руках, прижал к груди и мягко перебирал волосы, говоря, что никто не смеет его обижать и расстраивать. Это всё что нужно было сделать Хёну. — Ты чего? — Тэхён повернулся к Юнги, который уставился на телефон. — Чимин звонит, — и поднялся на ноги, уходя на балкон, чтобы поболтать с другом. — Алло, Юнги? — Ты чего звонишь? — Я…просто хотел немного поболтать. — У тебя там дом полный родственников твоего парня, а ты хочешь поболтать со мной? Очень лестно, — он улыбнулся и услышал смех на том конце трубки. — Хёну пошёл играть в мяч с братом и его дочками, а у меня болит голова, — он плюхнулся на кровать, направив взгляд в потолок. — Тебе плохо, а твой парень мяч гоняет? Придурок что-ли? — недовольно проговорил старший. — Я же не умираю. — И всё равно он придурок. Хотя бы потому, что позволил расстроить тебя, — голос Юнги стал серьёзным. Он своего друга прочесть может лучше, чем кто-либо, — колись, что случилось? Вы поссорились? — Да нет, правда. Всё в порядке. Просто…устал. — Устал? — неверя, повторил парень за другом. — Устал. — Ладно, я тебя услышал. Хочешь, приеду и заберу тебя. Ну, раз ты устал, — Чимин снова рассмеялся, это делает настроение самого Мина лучше, внутри становится теплее и спокойнее. — Хаха, нет. Я не настолько устал, чтобы бежать, сверкая пятками. Мы послезавтра домой. Всё в порядке, — он сделал глубокий выдох и замолчал на пару секунд, Юнги тишину прерывать не спешил, — лучше расскажи мне, что вы делали. Что за фильм смотрите? — О, ты ничего не теряешь. Очередной шедевр, выбранный Ким Тэхёном.       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

Хёну поднялся в комнату, из ванной раздавался шум воды. Он уселся на кровать, проводя ладонями по лицу. Он знает, что сейчас будет. Парень будет говорить о том, что всё сказанное ранее неважно, а Чимин будет злиться, они поссорятся и будут спать спинами друг к другу, а на утро Чимин скажет, чтобы в следующий раз такого не было. Но в следующий раз будет, как и за ним, и после него.        Звук воды прекратился, а через пару минут из-за двери показался его парень. Сон поднялся с кровати, уже открыв рот, чтобы что-то сказать, но Чимин лишь отмахнулся от него и закатил глаза. — Даже не начинай, слушать ничего не хочу. Ты бесишь меня своим безразличием, — он достал из сумки одежду и принялся переодеваться. Взгляд Хёну как и всегда скользнул по невероятно прекрасной и манящей талии Чимина, направился по его позвоночнику вверх и резко упал на ягодицы, — если не готов вступать в спор с собственной мамочкой, то не нужно было начинать отношения с парнем или конкретно со мной. Я нихрена не понимаю, почему они все так придираются ко мне! — Пак повышал голос, он был в ярости, — если они меня так ненавидят, зачем они зовут меня? Почему мы не можем существовать отдельно, а? — Чимин, послушай, малыш… — Отвали! Я спать, — он улёгся на свою половину кровати, повернувшись спиной, и даже пропустил все свои ночные уходовые ритуалы. — Прости.       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

Два оставшихся дня прошли отвратительно. Родные Хёну всё также ласково и мило общались с Чимином, а тот не пропускал слова мимо ушей, отвечая им в той же манере. Дорога обратно прошла молча. Пак воткнул наушники в уши, а Сон его не трогал. Подъезжая к квартире парня, тот сразу заметил машину Юнги, стоящую на парковке. Эта мысль принесла облегчение и некоторое спокойствие. Припарковав машину, Хёну вышел, чтобы достать сумку фотографа из багажника. Чимин хотел забрать её сам, но парень вызвался проводить его. — Я сам дойду, — протягивая руку к сумке, сказал парень. — Малыш, ну пожалуйста, давай я провожу тебя, — он потянулся к нему, чтобы ухватить Чимина за руку, — давай не будем расставаться вот так. Мне жаль. — Тебе всегда жаль, — закатывая глаза, сказал его парень, — отдай. — Идём, я тебя всё-таки провожу, — и потянул его за собой к квартире.        Поднявшись, Чимин попросил сумку чтобы достать ключи. Хёну, слегка подразнив его, отдал сумку и чмокнул своего парня в губы. Открыв квартиру, они услышали шум с кухни, а у порога стояла знакомая пара обуви. — Ну наконец-то ты дома, — донёсся с кухни голос, направляющийся в их сторону, — я уж думал этот…он тоже тут, — Юнги направил недовольный взгляд на Хёну, тот вёл себя куда смелее чем с собственными родственниками, и ответил старшему тем же. — Напомни, малыш, почему у него есть ключи от твоей квартиры, а у меня нет? — Потому что ты, не я, — ответил за него старший, — можешь валить домой. — А ты этого делать не собираешься? — Может в другой раз погрызётесь? — Чимин уставился на них, и парни сразу замолчали, — Хёну, иди домой. Я устал от тебя и этих выходных. Потом поболтаем. — Но…, — не успел он и слова в оправдание сказать, как Юнги уже вытолкнул его из квартиры и приправил всё победной усмешкой на лице, — урод. Чимин скинул сумку в прихожей и направился на кухню. На плите стояли несколько кастрюлек, в которых кипела еда. Пахло так вкусно и…домом. Мин подошёл к нему и прижал к себе, поглаживая волосы. Он спрятал его в собственных руках, даря чувство, будто никто не сможет сюда пролезть и достать его. Это всё что нужно было сделать Сон Хёну. — Чтобы не случилось, у тебя всегда буду я, — серьёзно сказал Юнги. — Я знаю, — цепляясь пальцами за лонгслив старшего, произнёс Чимин.       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

Сегодняшним вечером компания собиралась засесть в одном из баров. Отдохнуть, поболтать, немного выпить. Как и всегда. Тэхён предложил Чимину позвать с собой Хёну, но тот лишь отмахнулся и сказал, что они поссорились. — Ух ты, на тебя не похоже, — встретившись с непонимающим взглядом, он начал объяснять, — я о том, что ты обычно хоть и вспыльчивый иногда, быстро остываешь. Да и не обидчивый. — Когда одно и тоже действие повторяется постоянно и приносит тебе боль, то терпеть не хочется. — Ты прав, прости, — Тэхён улыбнулся и продолжил изучать экран своего телефона, Юнги лишь хмыкнул, думая о чём-то своём. Они пошли в свой любимый бар, который носил гордое название «Самурайские палаты». Посетители данного заведения были разного возраста, но их всегда было много, особенно в такое приятное тёплое время года. У бара было несколько залов: два на первом этаже с двух сторон, создавая некое подобие прямоугольного двора на улице, и один в подвале. У каждого было своё оформление, но объединённое одной тематикой. На летнем дворике стояла барная стойка, пару столиков, много сидячих мест из подручных средств, веранда, проходящая вдоль второго этажа, и небольшая диджейская стойка. Висели различные украшения, придавая месту весёлое настроение. Парни зашли внутрь, когда тут уже была толпа народу. За диджейским пультом уже стоял какой-то мужчина, весело прыгающий под биты поставленного трека. Троица друзей направилась к бару. Каждый заказал себе по коктейлю. Они оглядели толпу, люди были совершенно разными, отовсюду доносились разговоры, музыка, было слышно, как бармены мешают коктейли. Парни принялись обсуждать последние события из их жизни. Юнги рассказывал про крупную сделку, которая сорвалась в последний момент из-за неприятного инцидента с одним из своих работников, Чимин поделился последними сводками новостей из мира моды, а Тэхён рассказывал о том, что чуть не подрался с одной из моделей за право открывать показ модного бренда одежды. — Да он мне чуть волосы не выдрал, прикиньте? — эмоционально жестикулируя, рассказывал Тэхён, Юнги с Чимином посмеивались, наблюдая за другом. В руках второго уже был стакан с холодным коктейлем, пока свой Мин только ждал, — но я-то просто так не сдаюсь. Уделал эту суку. — Да ладно?! Тэхён, ты будешь открывать показ? — в шоке переспросил его друг, — почему ты не сказал? — А, ну чтобы не сглазить, знаешь, — посмеиваясь, ответил Ким. — Дурачок, — Юнги лишь усмехнулся и потрепал по волосам идеальную укладку Тэхёна, услышав недовольство в ответ, — а что твоя модель? — обратился он к Чимину. — Мы сейчас вроде как взяли паузу, — Пак сказал это так, будто это сводка новостей о погоде, что-то незначащее. — Ты серьёзно? — теперь настала очередь Тэ удивляться, — он чем-то тебя раздражает, но ты не хочешь его бросать? Так сильно любишь его? — Я не… — Неужели ты правда так любишь эту модель? — вклинился Юнги, серьёзно смотря другу в глаза. Чимин мог разглядеть в отражении его глаз собственное лицо, он мог видеть собственные влюблённые глаза, направленные на человека прямо перед ним. — Эй, не мешаю? — на лице Кима, как и обычно в такие моменты, сверкала похабная улыбочка. — Я…кхм да, я просто пока не знаю, что именно делать. Поэтому решил взять паузу. Может, я и не люблю его вовсе… — Если ты уже допускаешь такую мысль, значит он не тот, кто тебе нужен, — друг пытался подбодрить его. — Тэ, ты так на всех парней моих говоришь, — Чимин с улыбкой посмотрел на парня. — А ещё мне что-то предъявляет, — Юнги сделал глоток своего напитка. — Я лишь оказываю моральную поддержку и анализирую произошедшее, а ты ревнуешь на пустом месте. — Выдумывай, — и отвернулся.        С каждым коктейлем разговоры становились всё хаотичней, прыгая с темы на тему, настроение было потрясающим, а Чимин уже влил в себя кучу коктейлей, уходя ближе к диджею в непреодолимом желании отдаться танцу. Тэхён повернулся к Юнги, задавая вопрос. — Как думаешь, он завтра что-нибудь вспомнит? — Не-а, — губы Юнги снова наткнулись на коктейль, — он уже в том состоянии, когда вообще себе отчёта не отдаёт. — Домой его везёшь ты, — тыкнув пальцем в грудь Мина, произнёс друг. — Неужели многоуважаемый Ким Тэхён присмотрел себе прекрасную спутницу на вечер? — тот неопределённо повёл бровями и ушёл куда-то в толпу. Юнги же направился в сторону младшего. Чимин танцевал, прикрыв глаза. В нём бурлила энергия, которую срочно надо было выплеснуть. Он бы и подпевать начал с радостью, но слова песни не знает. Мин встал рядом с ним, приглядывая. Заметив друга рядом, он схватил его за руки и принялся танцевать вместе с ним. Юнги улыбнулся, поддаваясь на немые уговоры пьяного друга. Музыка была эмоциональной, страстной, она будто так и просит, чтобы все присутствующие слились в поцелуе с рядом стоящим. Или только Чимин так думал. А ему так повезло, рядом стоящим был Юнги. Он приближался к нему, положив руки себе на талию, делая небольшие шаги ближе. Он направил взгляд из-под опущенных ресниц на своего друга, губы дёрнулись в грешной ухмылке, кадык старшего двинулся в судорожном глотке. Чимин всё приближался, не прерывая зрительного контакта, пальцы его рук бежали по рукам Юнги всё выше, подбираясь к его шее. Но вдруг музыка резко переключилась на что-то энергичное, и Пак рассмеялся, а потом, узнав, что за песня, закричал и повернулся в сторону диджея, начиная прыгать на месте. Мин Юнги в этот момент стоял, пытаясь вернуть контроль над телом самому себе. Спустя ещё пару коктейлей по просьбе Чимина, Тэхён написал, что уехал со своей новой знакомой, а Юнги решил, что им с Чимином пора ехать домой. Он схватил Пака за руку и принялся вызывать такси. — Эй, мы куда? — он смеялся, но прилежно шёл за старшим, а может у него просто вообще не было сил руку вырвать. — Пойдём домой, ты уже много выпил, да и время…, — он снова уткнулся в телефон, разглядывая заказ в приложении такси. — А ты останешься на ночь у меня, Юнги-я? — он протянул последнюю гласную и навалился на друга, обхватывая руками за талию. — Куда же я денусь? — Домой. — Нет, я останусь у тебя. Мне лень ещё и домой к себе ехать, — он полез в карман, пытаясь нащупать пачку с сигаретами. Достал одну и обхватил губами, а после чего поджёг сигарету, убирая зажигалку обратно в карман брюк. Чимин следил за каждым движением этих прекрасных губ. Как они дотронулись до сигареты, как крепко сжимали, когда Мин держал одной рукой зажигалку, а второй прикрывал огонь от ветра. Все мысли были сосредоточены на губах Юнги, а внутри Пака ещё и плескалось слишком много алкоголя. Они так и стояли: младший держал руки на талии Мина, а тот одной рукой придерживал друга за спину. Когда такси подъехало, он затушил сигарету и бросил её в мусорку, а потом повёл друга в машину. Они ехали не очень долго, Чимин за это время прокрутил в голове, кажется, тысячу мыслей, но ни одну уже через секунду вспомнить не может. — Спасибо, до свидания, — сказал старший, вылезая из машины и придерживая дверь для своего спутника. — До свидания! — сказал Чимин и вылез вслед за ним, — ты же остаёшься? — Да, Чимин. Идём. Они поднялись наверх. Юнги открыл дверь, помог парню разуться и пошёл на кухню, чтобы налить воды. Пить хотелось жутко, возможно Паку тоже. Из гостиной вдруг донеслась музыка. Не слишком громкая, но задающая определённое настроение, пробуждающая страсть и внутреннее желание. В сочетании с алкоголем не лучший выбор песни, когда, кажется, не ровно дышишь к собственному лучшему другу. Мин потащил стакан воды в комнату, где был Чимин. Тот сидел на диване, включив из всего освещения только светодиодную ленту под потолком. Розовый оттенок. — Мило, — всё что сказал Юнги, чувствуя неприятную потерю контроля над ситуацией, но одновременно с этим отсутствие желания это как-то остановить. — Садись ко мне, — Чимин рассмеялся и похлопал на место на диване рядом с собой. Об опасности кричит абсолютно всё в этой комнате, но всем плевать. Юнги так точно. Он подсаживается, откидываясь спиной назад, ноги слегка расставлены в стороны, он прикрывает глаза, глубоко дыша. Он чувствует, как страсть и возбуждение буквально влезают под кожу, каждую клеточку. Он слышит какое-то движение сбоку от себя, но не позволяет открыть глаза. Мин прекрасно знает лучшего друга и может с точностью до восьмидесяти процентов угадать, что тому пришло в голову. Именно поэтому он оставляет глаза закрытыми. Младший перекидывает ногу через Юнги, усаживаясь на его ноги. Зубы Мина встречаются друг с другом, оказывая сильнейшее давление друг на друга, в попытке помочь справиться с напряжением таким образом. Пак двигается ближе, его губы приближаются к шее, он чувствует его дыхание на собственной коже, мурашки начинают покрывать всё его тело. — Юнги-я, — практически простонав на ухо, произносит парень, приближаясь своим торсом к груди Мина, — я… — Я слушаю тебя, Чимин-и, — рука мужчины опускается на бедро парня, сжимая его слишком сильно, теперь в ухо точно попадает стон Пака. — Я…прошу…. — Что ты просишь? — Открой глаза, — серьёзно произнёс Чимин, — я хочу видеть, как ты смотришь на меня. Юнги выполняет просьбу друга, открывая глаза и смотря прямо в чужие напротив. Секунда. Чимин буквально запрыгивает на губы Мина, оттягивая его нижнюю губу, а потом прикусывая её так, что тот морщится и отстраняется. Пак пугается, перекладывая руки на шею парня и притягивая его к себе. Он снова целует его, одной рукой теряясь в густых красных волосах. Он слишком долго мечтал об этом. В его груди взрываются фейверки, а возбуждение бьёт по голове и кричит «действуй!». Младший проникает языком в рот Юнги, пытаясь сцепиться с его языком. Кажется, будто поцелуй идёт только от одной стороны. Но резко Мин хватает одной рукой талию Чимина, меняет их местами и кладёт на спину парня, вжимая его в диван собственным телом. Коленом раздвигая ноги Чимина, он чувствует его возбуждение, потираясь о него, Пак начинает стонать, не сдерживая себя и уже не отдавая никакого отчёта. Юнги отвечает ему, Юнги сам проявляет инициативу. Если это сон, то он желает остаться тут навечно. Мин ладонью поглаживает щёку Чимина, внимательно разглядывая его. Он загнанно дышит, грудная клетка поднимается и опускается быстрее скорости света. Пак впервые чувствует…власть. Власть над другом, возможность контролировать его, вести в ту сторону, что нужно ему самому. Старший припадает к его припухшим от таких страстных поцелуев губам, пытаясь насладиться ими полностью, захваченный процессом, он углубляет поцелуй, коленом вжимаясь в пах парня, Чимин поднимается, пытаясь соприкоснуться телом с Юнги, потереться об него, дотронуться, почувствовать контакт. Его ломает от этого желания на части. Его руки лихорадочно бегают по телу старшего, залезая под футболку, ощупывая его рёбра, касаясь его пресса. Он чертовски любит эту его часть тела. Пальцы проскальзывают и обводят каждый кубик. Настоящий фетиш. У него фетиш на Мин Юнги. Тот продолжает исследовать рот Чимина изнутри, отстраняясь от его губ, он осматривает красное лицо младшего, жаждущего продолжения. Мин проводит рукой по волосам, приглаживая их и открывая лоб. Он целует его в волосы, целует щёки, покрывает поцелуями подбородок, осыпает лихорадочными поцелуями шею, поднимает взгляд своих лисьих глаз на Чимина со своего положения чуть ниже, и видит бог, Пак чуть не вознёсся в этот момент. Всё на что его хватило, это закатить глаза и громко простонать бессвязный набор звуков. Старший не остановился на этом, высунув язык и проведя им от самых ключиц до подбородка, прикусив его в конце. Возбуждение сейчас распирает ширинку Пака, он не может терпеть. Он хочет секса, хочет чувствовать, как их голые тела касаются друг друга, хочет видеть, как старший полностью контролирует ситуацию даже в постели, хочет видеть, как он направит взгляд своих надменных лисьих глаз на него, пока будет входить. — Юнги-я, — он хочет сказать об этом, попросить, но всё на что его хватает — это стоны. — Да, Чимин-и, хочешь что-то сказать? — прижавшись прямо к уху, он проговорил эту фразу тёплым шёпотом, из-за чего все ощущения обострились в сто раз. Будто это возможно ещё больше. — Я…я хочу…ахн Для того чтобы он замолчал, хватает простого поцелуя. В момент в глазах Мина будто испаряется дымка похоти, взгляд проясняется, он смотрит на Пака как-то напугано. По обе стороны от него он выставляет руки, опускает голову, прикрывает глаза и глубоко часто дышит. Младший пытается даже не дышать, боясь спугнуть Юнги, открыть ему глаза на то, что они делают. — Блять, — всё, что он от него услышал. После этого старший отодвигается от друга, принимая сидячее положение и пряча лицо в ладонях. Он всё ещё тяжело дышит, возбуждение отчётливо видно, он сам желает продолжения, но, видимо, выпил недостаточно. Чимин тянет к нему руку, желая продолжить начатое, но не успевает коснуться его, как Мин говорит. — Тебе надо поспать, Чимин, ты не понимаешь, что делаешь, — он молчит, так и не поднимая головы, а потом через время добавляет, — мы оба не понимаем. Какое-то время Пак смотрит на него неверя, надеясь на продолжение, но тот даже не двигается. Младшему становится мерзко, неприятно и обидно. Им будто просто воспользовались. А всё было так хорошо…Он никогда в жизни такое не чувствовал. Чимин был практически готов ползать у него в ногах, умоляя не останавливаться, продолжать.        Музыка продолжает играть, Чимин резко поднимается на ноги, уходит в свою комнату, ложась на кровать и прикрывая глаза, желая поскорее заснуть. Последнее, что он помнит, как представлял Юнги, торопливо стягивающего с него футболку и припадающего собственными губами к его груди.       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

На утро первое о чём подумал Чимин, что смерть была бы его благословлением. Голова ужасно болит, мир вокруг будто слегка покачивается, а жажда такая, будто ещё секунда и он упадёт замертво. Парень аккуратно спускает ноги с кровати и даёт себе пару минут собраться перед тем, как встать. Он направляется на кухню, одной рукой придерживаясь за стену, уже на подходе к желаемому месту Пак слышит омерзительный оглушающий звон металлической миски. Будто ему на голову надели ведро, а потом ударили по нему половником. Отвратительно. — Что за звук? — пытается он прокричать, но в итоге сипит. — Блять, — на него уставился Юнги, он был растерян и смущён. Такую смесь эмоций на лице старшего он видит крайне редко, — я…эээ, то есть, я хотел…упало. — Я вижу, — он прошёл мимо него за стаканом, чтобы наконец-то выпить спасительной воды, — больше так не делай, пожалуйста. — Ага, — Мин неловко перебирает собственные волосы, отведя взгляд в сторону. Чимин такое бы заметил, но сейчас он вообще ничего замечать не хочет, — как чувствуешь себя? Настолько плохо? — Я сейчас умру, — младший упирается локтями в столешницу, пряча в руках голову. Всё вокруг кружится и мерзкое чувство тошноты подступает всё ближе, — сколько я вчера выпил? — Знаешь, вчера ты определённо решил…, — вдруг Юнги замолчал. Он не издавал ни звука, Чимину даже пришлось поднять голову. Тот смотрел прямо на него как-то непонятно, — подожди, ты не помнишь ничего? — Я? — Пак снова спрятал лицо, из-за чего его голос теперь был приглушён, — ну ты знаешь, как это обычно бывает у меня. Вчера я выпил, видимо, слишком много. Помню только небольшими вспышками. Что танцевали около диджея, — он промычал, пытаясь разворошить собственную голову, — ещё как мы с Тэхёном около бара что-то делали. Кричали? Это чувство амнезии, о да. — А как добрались домой, помнишь? — голос Мина будто бы был взволнованным. — Нет, если честно, только что ты такси вызывал, пока мы ещё в баре были. Потом вообще пусто, — упоминать о влажном сне с участием старшего он не решился, но он обязательно сохранит его в своей памяти во всех подробностях. — Вот как, — Юнги усмехнулся и отвернулся, снова ероша волосы, — тебе нужны лекарства какие-нибудь или что-то в магазине? — Нет, всё есть, — Чимин начал приглядываться к другу, замечая его странное поведение, может быть он что-то сделал, а теперь об этом забыл. — Ладно, я пойду покурю. — Ага. — Ага, — повторил за ним Мин и скрылся на балконе. Если бы Юнги попросили описать собственные чувства сейчас, он бы не смог это сделать. Раньше он не придавал глобального значения своим порывам ревности. Просто хотелось, чтобы Чимин был только его лучшим другом. Что сколько бы парней у него не было, всегда лучше всех понимать его будет только он, ему он будет звонить, когда плохо, и ему будет отправлять фотографии, когда счастлив. Но если подумать, углубиться в эти чувства. Мин не чувствовал влечение к парням раньше, его привлекали только девушки и в сексуальном, и в романтическом плане, но с Чимином всё иначе. Он любит обнимать его, когда долго не видел, перебирать его волосы, когда тот засыпает, увлечённо слушать его рассказы из жизни. Всё что связано с Паком важно и интересно. Может дело не просто в долгой дружбе, а в чувствах? У Юнги была девушка, скорее подруга с привилегиями. Они оба просто занимались сексом друг с другом иногда, могли провести время вместе, сходить в ресторан или кино, но никогда не пытались зайти дальше. Сейчас, думая об этом, Мин понимает, что их общение угасало, когда у младшего появлялся очередной парень. Он хотел доказать своё лидерство, показать свою важность, а поэтому активней проводил время с Паком. Когда же Чимин был свободен, он, итак, любил Юнги и был рядом, а потому он устраивал себе свидания с Наын. Может в этом и есть причина? Он был не до конца честен перед самим собой. Кажется, Тэхён был прав, он действительно влюблён в своего лучшего друга.       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

С их похода в бар прошло чуть больше недели. Чимин так ничего и не вспомнил, а Юнги принял решение молчать. Эти слова слишком громкие, они могут кардинально поменять их отношения, а ещё у младшего есть парень, с которым они временно расстались. Но он ведь говорил, что любит его, надеется, что тот осознает ошибки и будет готов меняться.        Они всё-таки собрались с палатками на природу. Чистый воздух, огромные рюкзаки за спиной, фотоаппарат на шее Чимина, не умолкающий Тэхён и захватывающие виды вокруг. Друзья часто выбираются так на отдых, но, когда Пак уехал праздновать день рождения матери Хёну, должен был состояться их длительный четырёхдневный ежегодный поход. Поэтому пришлось его перенести. Сегодняшний день был отмечен напоминанием у всех в календаре, что с утра они выступают. Карта в телефоне Юнги, бумажная версия торчит сбоку в рюкзаке Кима. Он и Чимин идут чуть сзади и обзывают всё подряд различными именами. — Это поляна гномов, — загадочно произнёс Тэхён. — Хаха, почему? — глаза Пака улыбались вместе с ним. — Ну, сейчас, — он даёт другу пару секунд, чтобы выдумать легенду, — о, придумал. Видишь эти деревья вокруг? — кивок головы, — а видишь их странные корни на поверхности? Потому что под деревьями дома гномов. Это их поляна. Когда никто тут не ходит, они устраивают ярмарки и празднуют тут свои праздники. — Гномьи бега, — добавил старший. — На выживание! — вклинился Чимин. — О да, я бы посмотрел на это, — они рассмеялись, продолжая идти за своим гидом.        Спустя двадцать минут они пришли на большую поляну, расположенную на обрыве с видом на море. Они начали раскладывать все необходимые вещи, ставить палатки, доставать посуду, а потом пошли собирать ветки по округе. С собой взяли ракетки для игры в теннис и мячик. Тэхён потащил с собой карты и мыльные пузыри. Скучать не приходилось. Компания развлекалась, Чимин делал фотографии. Ближе к вечеру Мин начал заниматься ужином. Он ещё дома всё подготовил, чтобы здесь можно было просто достать и приготовить. — О наш великий спаситель, Мин Юнги, король еды и мясных стейков! — в попытке сделать свой голос более глубоким, проговорил Тэхён. Получалось так себе. — Мы благодарим тебя за эти съестные дары, о господин! — голос Чимина был слишком высоким и нежным, чтобы пытаться повторить за другом, но он хотя бы попытался. — Ой, замолчите, — на это старший получил лишь смех этих двоих. Истории у костра в ожидании еды - неотъемлемая часть похода. Это был первый раз после бара, когда они снова собрались все вместе, поэтому Тэхён начал пытаться вынуть все воспоминания Чимина из головы. — Да почему ты всегда напиваешься до такого состояния, когда я вас бросаю? — он поворачивается к Юнги, — это ты делаешь, да? — Тэхён шутил, но его друг почему-то выглядел слишком напряжённым. — Вот не надо было уходить с той девушкой. Кстати, а что с той девушкой? — Чимин приблизился к нему и внимательно рассматривал, ожидая ответа. Юнги в этот момент достал пачку сигарет из кармана и прикурил прямо от огня костра. — О, ну… — О боже! Ты смутился! Смотри Юнги! — Пак потянул старшего за руку, заставляя смотреть на Кима. — И вправду. — Мы не трахались, — на него посмотрели две пары не верящих глаз, — нет, клянусь. Она очень классная. И я бы хотел узнать её лучше. — А как её зовут? — Сохи. — Красивое имя, — сказал Мин, улыбаясь, — действуй Тэхён. Ты ей явно понравился. — О, а вы не переспали, потому что она не хотела, или…, — интересовался Пак. — Вообще-то она хотела, — Тэ слегка поиграл бровями, намекая на пикантные подробности вечера, — она выпила и прямо-таки чуть не набросилась на меня, — они с Чимином рассмеялись, а Юнги сжал сигарету достаточно сильно, чтобы та сломалась, — но я её остановил, — рука Пака всё ещё держала старшего, он плотно сжимал его плечо. Ладонь друга отдавала теплом, Мин старался абстрагироваться от этого чувства, — мне показалось, что она не совсем отдаёт себе отчёт о том, что делает, а я не хотел, чтобы она меня потом ненавидела. — Ты поступил правильно, Тэ. Я бы сделал также, — серьёзно произнёс Юнги. Тэхён благодарно улыбнулся, а Чимин направил взгляд своих прекрасных глаз на друга. Он произнёс это так интимно, будто это много значит для него. Чимин вообще заметил, как за эту неделю Юнги будто стал его бояться. Возможно, он себя накручивает, но, когда ты хорошо знаешь человека, постоянно проводишь с ним время, ты замечаешь даже незначительные изменения в нём. Пака такое пугает. Мин всегда по определению был стабильностью, чувством безопасности, спокойствием. Неприятный холодок пробежался по всему телу. Юнги снял мясо с огня и разложил по одноразовым тарелкам. Они принялись поедать первую нормальную пищу за сегодняшний день. Друзья ещё обсудили какие-то незначительные темы, но в беседе больше участвовали Чимин и Тэхён, в то время как старший будто задумался о чём-то, потом он поднялся со своего места и сказал, что хочет погулять по округе. Пак проводил его взглядом, а затем подсел к другу. — Ты не заметил ничего странного в Юнги? — шёпотом спросил у него, будто боясь, что отсюда Мин может что-то услышать. — Не знаю, вроде нет, — он всё ещё жевал свою порцию, — это у тебя надо спрашивать. Ты же его лучше всех знаешь, — он прищурился и опустил тарелку, — подожди, ты заметил что-то странное? — Не знаю. Нет, наверное, я просто придумываю, — он уже хотел отсесть, как Ким потянул его за руку на себя. — Ну-ка, колись. Что случилось? — Он будто меня избегает и боится. — Боится? Тебя? — звучало странно, — Юнги вообще ничего не боится. — Знаешь, когда я к нему подошёл обняться недавно, он будто вздрогнул. То есть, — Пак выглядел действительно обеспокоенным этим, — как будто сначала он хотел отстраниться или вроде того. Я никогда не замечал за ним такого. — Я тоже, — Тэхён посмотрел в ту сторону, куда ушёл их друг, — может, ты просто додумываешь. Ну, может у него что-то в жизни происходит, он нервничает или переживает. Ты же его знаешь, он никогда ничего не говорит. — Нет, ты не понимаешь. Я чувствую, как его отношение изменилось, — с каждым своим словом, произнесённым вслух, паника Чимина всё возрастала. Он не хотел терять Юнги, не хотел отдаляться. — Да расслабься. Пройдёт пару дней и всё нормально будет. — Надеюсь.       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

На третий день похода вечером друзья захотели открыть бутылку вина. Они принесли с собой две. Тэхён радостно разливал вино по пластиковым стаканчикам, уверенность Чимина в том, что что-то не так за эти два дня только увеличилась. Они болтали, потом решили сыграть в крокодила, на второй бутылке слегка поддатый Ким предложил правда или действие. Пак радостно согласился, а Юнги наградил их скептичным взглядом, но всё же сдался. Сначала были простые действия, потом пьяный мозг Тэ генерировал какие-то сумасшедшие варианты. — Ты больной, я не буду прыгать! — смеясь, отбивался от друга Чимин. — Да ладно, разбежишься и делов, — Тэхён был убеждён, что прыгнуть с утёса в море можно и даже нужно, ведь он загадал это действие Паку. — Нет, Тэ, да я умру! — Да ладно. Хочешь я с тобой прыгну, — он уже собирался вставать, как Мин, закатив глаза, схватил его за руку и посадил на место. — Никуда ты не пойдёшь, ты тоже. Давайте уже спать. Завтра пойдём обратно. Нужно будет всё собрать и выйти пораньше, чтобы не ночью притопать в город, — он начал присыпать костёр, пока Тэхён наклонился к уху друга и прошептал. — Вместо прыжка, поцелуй Юнги-и, — он попытался протянуть последнюю гласную имени, пародируя девочек-школьниц с высокими голосами, пытающимися добиться внимание взрослых дядь. — Ты больной? — слишком громко возмутился Пак. Объект их обсуждения повернулся в их сторону, одна его бровь поднялась вверх, как бы задавая немой вопрос. Тэхён ухмыляется, а Чимин покраснел. — Ничего, продолжай уборку, Юнги, — мило проговорил Ким. — А помочь не хотите? — Не хотим, — он снова нагнулся к другу, — действуй, Пак Чимин. — Пошёл ты нахрен, Ким Тэхён, — злобно процедил он сквозь зубы. — И пойду, — сказал тот. — Куда пойдёшь? — не поворачиваясь, спросил у него Мин. — Спать, — он поднялся с кресла, приближаясь к Паку, — я буду следить через дырку в палатке, — улыбка растянулась на его лице от уха до уха, Чимин лишь закатил на это глаза. Юнги сел на место ушедшего спать, достал пачку, собираясь закурить. Угли дотлевали, отбрасывая небольшой свет на них. Чимин разглядывал его лицо. Аккуратный нос, бледная кожа, острый взгляд, такие вкусные манящие губы…вкусные? Пронеслось чувство, какая-то мысль, за которую он даже не успел схватиться. Алкоголь делает смелее и более открытым, но не настолько, чтобы запрыгнуть на своего лучшего друга. Мин повернулся в его сторону, склоняя голову на бок и устало улыбаясь. Такая тёплая мягкая улыбка. Чимин улыбнулся ему в ответ и неосознанно поднял руку, чтобы положить её на его щёку, аккуратно проводя пальцами по коже. Они смотрят друг другу в глаза, так проникновенно и глубоко, будто такое уже было. Секунда, и Юнги буквально вскакивает со своего места. Пепел сигареты случайно падает на его пальцы, он матерится, потом отворачивается, делает глубокий вдох, разворачивается обратно, чтобы сказать, что идёт спать. Он это не просто сказал, а будто пытался произнести скороговорку на время. Что-то больно и неприятно кольнуло Пака. Его рука так и оставалась немного висеть в воздухе. Было чувство будто его отвергли, но ведь он не сделал ничего такого. Просто коснулся щеки. Чимин был слегка пьяным и всегда был тактильным, но старший отреагировал так, будто его кипятком облили. В глазах против воли появилась небольшая влага. — Ладно, возможно, тебе не показалось, — Тэхён, как и обещал, следил из палатки и вылез после того, как Юнги ушёл, — это было очень странно, — он осмотрел друга и, заметив влажные глаза, прижал его к себе, — эй, не расстраивайся. Это же Юнги. Он просто так бы себя не вёл. Надо выяснить всё. — Он начал вести себя так после похода в бар, — голос Пака уже немного дрожал, алкоголь делает его более чувствительным. — А у тебя провалы в памяти, — Ким задумался, — может, ты что-то такое выкинул, вот он себя так и ведёт? О боже, Чимин, ты признавался ему в любви? — на него уставились ошарашенные напуганные глаза. — Я…не знаю. Я не помню нихрена. — Ладно, узнаем.       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

На следующий день Мин Юнги вёл себя так, будто ничего не было. Они сложили все вещи и направились домой. Приняв человеческий душ и переодевшись в домашнюю одежду, Чимин уселся на диван в квартире, пытаясь вспомнить хотя бы что-то. Он активно сосредотачивался на фрагментах воспоминаний, пытался за что-то ухватиться, всё без толку.        В дверь позвонили, и Пак вынырнул из собственных мыслей. Открыв дверь, он увидел перед собой Хёну. — Привет. — Привет, не знал, что ты придёшь, — Чимин отошёл в сторону, пропуская парня в квартиру. — Да, ты вернулся из похода же сегодня. Я хотел поговорить, — ему было неловко, — я думаю, нам нужно расстаться окончательно. — Вау, неожиданно, — Пак уже заготовил мысленно реплики о том, почему у них ничего не выйдет, почему нужно идти порознь, но Хёну умеет приятно удивлять, — я не думал, что ты сможешь это сделать. — Что? Бросить тебя? — Ну давай не будем разбрасываться такими словами. Мы оба знаем, что у нас нет будущего. — Да, — он что-то обдумывал в собственной голове, возможно, пытался набраться храбрости, — я…прости меня, Чимин. Ты прекрасный парень, правда. И мне было хорошо с тобой. Но я правда не хочу ссориться с родными ради…тебя. Прости, звучит ужасно, — его лицо приняло гримасу какой-то паники и неловкости. — Хаха, расслабься. Я не собираюсь кричать на тебя и кидаться подушками. Но ответь на один вопрос, пожалуйста. Это важно, — Сон согласно кивнул, — ты действительно бисексуал или я был просто твоим подопытным кроликом? — Я…не знаю, правда. Но я не использовал тебя! — Хёну начал махать руками, оправдываясь, — до тебя я только пару раз целовался с парнями, и то не всегда трезвый. А тут ты, милый и обаятельный. Ты понравился мне, правда. Так что я не начинал это специально для эксперимента. — Хорошо, это меня устраивает, — он улыбнулся ему, — и да, с кем бы ты не встречался в будущем, защищай этого человека перед своими родными, они у тебя просто суки, прости уж. — Нет, всё нормально. Я знаю, и мне правда жаль, Чимин, — Хёну в приступе неловкости заламывал собственные пальцы, пытаясь придумать, что сказать. — Я знаю, спасибо хотя бы за это. Теперь тебе пора? — Пак с улыбкой указал парню на дверь, и тот ясно поняв намёк, прошёл обратно к двери, — чтобы там не было, ты был неплохим парнем. У меня определённо есть бывшие куда хуже тебя, — они оба рассмеялись, — удачи, Хёну, — Чимин потянулся к парню для прощальных объятий, поглаживая его по спине. — Спасибо тебе за всё. И удачи тебе с Юнги, Чимин, — он ушёл, а сердце Пака провалилось куда-то вниз. Неужели он настолько очевиден. Если его парень, с которым он встречался не больше года это понял, то как об этом ещё не догадался друг детства, который читает и знает его лучше, чем кто-либо в этом мире? Парень, закрыв дверь, прислонился спиной к стене, растирая собственное лицо ладонями. Паника растёт внутри, укладываясь неприятным постоянным чувством в желудке. Тошнота подкатывает к горлу. Нужно узнать, что случилось после бара. Он не может потерять Юнги.       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

— План прост, — стратегии Тэхёна никогда не бывают простыми, но у него больше нет вариантов, — когда мы собирались два дня назад на вечер кино, я заметил, как его буквально распирает изнутри от желания поговорить со мной об этом. — Так в этом уверен? — скептично уточнил Пак. — Уверен. А ещё он весь вечер поглядывал на тебя. О, а когда ты рассказал, что окончательно порвал с Хёну он обрадовался. — Ещё бы, он всегда радуется, разве нет? — Да. Но это была какая-то другая радость? Нет, дерьмовое объяснение, — парень задумался, - знаешь, как будто в этот раз разрыв с парнем значит для него больше чем обычно. — Ты просто пытаешься влить мне в уши то, что я хочу слышать, — Чимин не верил словам Тэхёна. У него Юнги всегда смотрит влюблённо, говорит с подтекстом и намекает через слово. — Смотри, сейчас всё сделаем, — он достаёт свой телефон, ищет в списках контактов Юнги и набирает, ставя вызов на громкую связь. — Что ты...? — Тихо! — Ким зажимает рот друга ладонью. — Тэ, что-то срочное? — по звукам Мин находится где-то в людном месте. — Да, невероятно срочно. Я хочу поговорить с тобой о Чимине, — глаза упомянутого становятся размером с блюдца, он хочет ударить друга чем-нибудь тяжёлым, но рядом, как назло, ничего не лежит. На том конце провода тишина. — О Чимине? — он переспросил. — Да. — И что же такого ты хочешь обсудить со мной? — на фоне послышался женский голос, зовущий Юнги по имени. — Ты с кем-то? Где ты? — Я в театре с Наын, — взгляд Чимина притупился и опустел. До этого, хоть он и отмахивался, он кормился приятными словами Тэхёна, даже убеждал себя, что есть в этом что-то. Но он забыл про загадочную девушку из жизни Юнги. Они не были знакомы лично, но один раз пересеклись у квартиры старшего. Чимин её терпеть не может, по понятным причинам. — Как же так? А то, что было с Чимином во время похода в бар? — Тэхён решил идти ва-банк. — Что…, — один из немногих случаев, когда Мин теряет дар речи, — как ты…блять, хорошо. Я приду завтра после работы. И мы поговорим. — Ты обязан прийти. — Да, да, я приду. И не говори Чимину. Ни слова, ты понял? — серьёзно сказал Юнги. — Я труп. — Будешь. — А? — не понимающе, переспросил парень. — Если расскажешь, будешь труп, — Ким лишь неловко рассмеялся, зная, что Мин человек слова и попрощался с ним. — Ну, услышал всё? — он повернулся к молчаливому Чимину, — завтра приходи ко мне. — Зачем? — Ты серьёзно? Будешь слушать. Что-то было! — Тэхён был возбуждён новостями, которые узнал. Каждая клеточка его тела была в предвкушении, — может ты что-то сделал? Ооо, напрыгнул на него и страстно поцеловал. — Нет! — Чимин вскрикнул, зачем-то прикрывая глаза, — я же не псих. Я же не псих? — тише переспросил он и получил на это только пожатие плечами от друга.       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

Тэхён взбудораженный бегал по собственной квартире. Чимин напуганный бегал за ним. Кажется, он чувствовал, как по спине льётся пот от страха. — Нет, плохая идея, Тэ, — он хотел успеть убраться до того, как Юнги придёт сюда. — Просто ахринительная идея, я такой молодец! — он гордо улыбнулся, дёргая Пака за руку и таща за собой по всей квартире. В конце концов Чимин оказался запихнутым в тумбочку за диваном, из которой предварительно они всё вытащили. — Господи, Тэхён, если он узнает, обоих убьёт. Он меня возненавидит, — в глазах парня было полное отчаяние. — Расслабься. Если вдруг что, я придумаю отмазку. Скажу, в прятки играли. — Ты дебил? — у них нет шансов.        Раздался звонок в домофон. Чимин аж прокричал от волнения, за что получил слабый подзатыльник от Кима. — Лезь, — тот быстро его послушался и залез в полку. Хорошо хотя бы большая была, можно было более-менее расположиться. Уже через пару минут в квартиру зашёл Мин. Он осмотрелся, разулся и прошёл к дивану. Тэхён хоть и храбрился, но при виде такого серьёзно настроенного старшего, немножко струхнул. Юнги поставил беззвучный режим на телефоне. Разговор предстоит серьёзный и долгий. — Я хотел взять пива, но я за рулём, а ещё не хочу обсуждать это на пьяную голову.        Ким уселся рядом. Юнги потёр лицо, настраиваясь на разговор. — Что тебе известно? — Эээ, ничего? — Нет, ты это не просто так сказал. А узнать мог только от Чимина. Он что-то вспомнил? Помнит? Может, не забывал? — старший ведёт разговор как допрос, из-за чего Тэхён чувствует себя неловко, — слушай, я просто хочу понять, что происходит. И как мне поступить дальше. Он расстался с Хёну. — Не совсем. По сути, это Хёну бросил его. — Ты прекрасно знаешь, что если бы он захотел, то та моделька бы передумала, — ухмыляясь, он откинулся на спинку дивана, упираясь локтем одной руки в подлокотник и укладывая на эту руку голову. — Ладно, я понял. — Я вчера сказал Наын, что больше так продолжаться не может. — Серьёзно? — Ким был удивлён. Они дружили или встречались года три, не меньше. — Да. Я сказал, что хочу идти дальше. Строить отношения… — С Чимином? — Тэ прикрыл рот. Юнги опустил голову и улыбнулся, — О господи! — он прокричал это на всю квартиру, — Боже, ты серьёзно? — он начал прыгать на месте. — Да сядь ты, — он потянул парня на себя, — так что заставило тебя сделать такие выводы? — А? — Я про бар, — Юнги указал на него глазами. — А, Чимин обсуждал со мной, будто ты отстранился. Боишься его. — Он ничего не помнит? — Ну, мне он ничего не рассказал, — Тэхён придвинулся ближе, — а есть что рассказывать? — Знаешь, мы целовались, — сказал Мин с улыбкой. — Что? – заорал Ким. «Что?» — пронеслось в голове у Чимина также громко. — Ага. Он, кажется, вообще не отдавал себе отчёта о собственных действиях. Включил музыку, свет. Он явно хотел меня соблазнить. — У него получилось? — О да, очень хорошо, — голова мужчины откинулась на спинку, он прикрыл глаза, — он целовал меня, сидел у меня на коленях. Напирал, был таким просящим и жаждущим, — лицо Чимина горело, а мысли и воспоминания пролетали какими-то обрывками. Возможно, влажный сон и не был сном. Он прикрыл глаза от всепоглощающего его чувства отчаяния, — я держал глаза закрытыми. Мне было страшно, — Тэхён не прерывал его рассказ, — если я открою глаза, то всё будет слишком реальным. Но он просил меня, шептал прямо в ухо. И я сдался. Я сам начал проявлять инициативу. Целовал его, вжимал в диван, касался, оглаживал. Кажется, я сам недалеко от него ушёл. Шептал ему какие-то пошлости. Я был возбуждён, невероятно возбуждён. — Но почему ты…Неужели ты просто влюбился? Из-за того, что он целовал тебя? — Тэ скептично смотрел в лицо друга. Неужели он так резко влюбился из-за поцелуя. — Что? Нет. Я…это сложно, — он сжал переносицу пальцами, прокручивая варианты в голове, - я думаю, что мне нужно время. Или даже отстраниться. — Что за бред ты несёшь? — ещё один. — Понимаешь, я, кажется, любил его всё это время, но боялся? Или не мог разобраться в самом себе. Ты был прав, когда говорил, что я ревную. — Это было очевидно, — Ким закатил глаза, — действуй тогда. — Это страшно. Менять то, что привычно существует в твоей жизни долгие годы, когда исход неизвестен. Я не хочу терять его. Я хочу, чтобы он был рядом, чтобы он мог положиться на меня, довериться. — Хочешь я исполню твою мечту? — лицо Тэхёна приняло какое-то надменное выражение, он потянул Юнги за руку и повёл к тумбочке, — открой, — он сказал это негромко, возможно, Чимин услышал, а может он сейчас давится слезами в этом ящике. Старший повернулся к нему лицом и посмотрел, как на чокнутого, — давай уже. — Хорошо, — мужчина присел на корточки и взялся за дверцы шкафа. Распахнув их, он увидел сгорбленного Чимина, лицо которого было в слезах, а ладонью он зажимал свой рот, — блядство. Пак, поняв, что его раскрыли, громко зарыдал, пряча лицо руками. Юнги начал доставать его оттуда, после чего крепко обнял, пока тот захлёбывался собственными рыданиями, пряча лицо где-то в груди Юнги. Мин посмотрел на Тэхёна, который улыбнулся и прошептал. — Не испорть ничего. Я в вас верю, — а потом вышел из собственной квартиры. Чимин совсем забился в истерике, сжимая в кулаках ткань чужой футболки. Старший гладил его по спине рукой, пытаясь успокоить ещё и словами. Он обхватил его лицо ладонями, поднял на себя и улыбнулся. — Эй, Чимин-и, посмотри на меня, — в голосе Юнги слышались нотки сдерживаемого смеха радости, — всё хорошо. Эй. — Ты! Почему…По-по-почему ты не ска-ска.., — рыдания и истерика не давали ему нормально разговаривать, он бил парня, обнимающего его, кулаком в грудь, пытаясь закончить предложение. — Успокойся, всё в порядке. — Почему не ска-сказал об эт-этом! Ты должен был ска-сказать мне! — Я боялся, прости, солнце, — Чимин снова начал громко рыдать, а Юнги рассмеялся, то ли из-за непонимания что делать, то ли от облегчения. — Ты молчал всё-всё это время! Я любил те-те-тебя, всегда. Всег-всегда, Юнги! — он вжался в него снова, прячась, потому что это единственное безопасное место, которым он мог сейчас воспользоваться. Юнги снова попытался привести друга в чувства. Он начал стирать пальцами влагу с его лица и велел ему дышать. Чимин прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Выходило не очень. Он открыл глаза, чтобы убедиться, что это реальность, и Мин Юнги правда сидит перед ним на коленях. У того на лице была такая тёплая и влюблённая улыбка, что только от этого парень готов расплакаться снова. — Я люблю тебя, Чимин, — спокойно произнёс старший. Парень в его руках перестал дышать на время, — невероятно сильно люблю и любил, и буду любить всегда, — глаза Пака снова наполнились влагой, а Юнги рассмеялся, вжимая его в себя, — я буду сидеть так, пока ты не успокоишься. — Тогда я никогда не успокоюсь, — пробурчал Чимин и почувствовал смех Юнги, который вырывался из его груди хрипом. Ему сразу стало так спокойно и хорошо.       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

Парни уселись на диване напротив друг друга. Юнги держал его за руки, поглаживая внешнюю сторону ладоней. Чимину было неловко поднимать взгляд, он не верил, что это действительно происходит. Мин же наоборот пытался поймать взгляд младшего, улыбаясь на все его попытки спрятаться от смущения. — Мы выгнали Тэхёна из собственной квартиры, — в ответ на реплику Юнги была тишина, — Чимин, всё в порядке. Чтобы мы не сказали друг другу, я обещаю, что всё будет в порядке. Но нам нужно поговорить, прийти к какому-то решению. — Да, ты прав, — он кивнул на слова парня, — Я правда набросился на тебя тогда? — он услышал смех, но голову не поднимал. — Ты был напорист. И явно знал чего хочешь. Всё в порядке, — его лица коснулись пальцы, проводя по линии челюсти к подбородку, — я тоже хотел этого. Иначе бы не дал себя целовать. — О боже, — не сумев справиться со смущением, пак спрятал лицо за ладонями. — Я люблю тебя, Чимин. Всегда любил, думаю. Просто, — Юнги громко выдохнул, — меня никогда не привлекали мужчины. И не привлекают до сих пор. Кроме тебя, — он указывает взглядом на друга напротив, — я люблю в тебе всё. Хочу, чтобы ты принадлежал только мне, целовал меня, обнимал, держал за руки, будил по утрам, прижимался во сне. — Юнги… — Нет, послушай. Я понимаю, как воспринимаешь это ты. Но дело не в поцелуе. Он скорее послужил катализатором, но не причиной. Просто мне было тяжело разобраться и понять природу собственных чувств. Думал, что это вызвано привязанностью к тебе. Но это не так. Я понимаю это прямо сейчас, глядя на тебя, — он заправил прядь торчащих волос за ухо Чимину. — Я так долго держал это в себе… — Прости. — Нет, ты не виноват, — Пак наконец-то поднял взгляд и посмотрел прямо на Мина, — я всегда сравнивал всех с тобой. Я был уверен, что с тобой мне ничего не светит, поэтому пытался найти другого человека, но всё всегда сводилось к одному: «Он не Мин Юнги». И это…убивало. А сейчас я будто сплю. — Знаю. — Скажи, что это не сон, пожалуйста. — Это не сон, — старший ущипнул Чимина за бок, услышав в ответ «ой». — Я тоже люблю тебя, Мин Юнги. — Я могу тебя поцеловать? — младший ничего не ответил, лишь кивнул. Этого хватило, чтобы Юнги обхватил его лицо и нежно коснулся губами кончика носа. А затем отстранился и посмотрел в ещё влажные глаза, — я буду стараться быть лучше ради тебя, Чимин. — Куда уж лучше? — Всегда есть куда стремиться. — Тогда давай стремиться вместе?       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

Минут десять назад Тэхён получил сообщение от Юнги, что он может возвращаться домой. Открыв дверь в квартиру, он замечает, что парни стоят порознь. Старший с кружкой на кухне, а Чимин ждёт его в прихожей. — Почему вы не обжимаетесь как страстная парочка? — он смотрит на друга, тот печально смотрит в ответ, — ты чего? — Мы с Юнги решили, что нам лучше прекратить общение. — Вы больные? — Ким смотрит сначала на одного, потом на другого. В его глазах непонимание и шок, а потом он замечает, как Пак опустил голову и улыбается, — ну ты и тварь, Пак Чимин, — упомянутый рассмеялся, а потом подбежал к Тэхёну, обнимая его. — Мы попробуем встречаться, — только для Кима произнёс Чимин. — Чего тут пробовать. Вы последние пять лет ведёте себя как женатая пара, уж точно, — он посмотрел на Мина, который подходил к ним, — но я желаю вам счастья. Сделай этого дядьку влюблённым голубком, — на это старший лишь закатил глаза и потянул Чимина за руку на себя, — эй! — Следующую неделю…нет, месяц, нежно обниматься он будет со мной, — улыбаясь, как довольный кот, сказал Юнги, вжимая младшего в себя. — У вас хорошо получается, меня уже подташнивает, — старший снова закатил глаза, а Чимин радостно рассмеялся.       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

Отношения – это всегда работа. Да, в первое время между вами может возникнуть искра и буря, но, чтобы её сохранить, нужно работать над отношениями. Не злиться и обижаться друг на друга, а разговаривать и поддерживать партнёра. Отношения Чимина и Юнги начались с приятной эйфории, а спустя уже пару месяцев внутри Пака поселилась необъяснимая паника. Боязнь всё потерять и разрушить. Юнги, прекрасно зная его поведение, заметил нервозность и убедил его в том, что всё будет в порядке, что они со всем справятся и будут слушать друг друга.        Тэхён был прав. Между ними ничего особо не изменилось, разве что теперь Чимин в любой момент мог поцеловать старшего, коснуться его, заигрывать и флиртовать. Они могли дарить друг другу любовь и говорить о ней, им просто нужно было признаться. Спокойствие, эйфория и умиротворение – вот что дарили Паку эти отношения. У Мина было схожее мнение на этот счёт.        В отличие от родителей своего последнего парня, родители старшего с теплом и любовью относились к Чимину. Когда они приехали, чтобы рассказать об отношениях, мать Юнги лишь переглянулась со своим мужем и тепло улыбнулась. — А мы всё гадали, когда до вас дойдёт, — отец посмеялся после её слов. Мин скептично приподнял одну бровь, пытаясь догадаться, серьёзно ли она это говорит. — Мы что были такими очевидными? — Чимин слегка покраснел и сжал губы в приступе смущения. — Ну, как тебе сказать, сынок, — отец Юнги оглядел их обоих, — было понятно, что рано или поздно вы должны быть вместе. Я хорошо знаю своего сына, лучше, чем он сам. — Ага, пап, — Мин лишь закатил глаза и с улыбкой повернулся в сторону. — То, как ты заботился о Чимине, как интересовался его делами, как ухаживал, когда он болел, отменял дела ради помощи ему и… — Ладно, ладно, мы поняли, — старший прервал отца, а его уши слегка порозовели. — Идёмте домой, я приготовила вкуснейшее мясо, — мама повела всех за собой, цепляясь за Чимина и заводя с ним какой-то простой разговор.        В это самое мгновение Чимин осознаёт, что чтобы не произошло в прошлом, всё привело бы его сюда, в отношения с его лучшим другом Мин Юнги, в дом его родителей, где всегда уютно и тепло, в заботливые и надёжные отношения с лучшим парнем, которого можно было вообразить. Он повернулся к нему и прошептал одними губами «спасибо».       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

Чимин сложил свои рабочие инструменты в рюкзак и попрощался с коллегами. На сегодня вся работа выполнена, а снизу его уже ждёт Юнги. Тот предложил ему сходить на свидание в ресторан, на что Пак с радостью согласился. На улице уже становилось холодно, ощущалась подступающая зима. Он втянул голову в плечи, пытаясь укрыться от холода за высоким воротником куртки. У входа в здание стоял старший. На нём было красивое чёрное пальто в пол, а под ним серый костюм. Он тоже только после работы. Цвет волос стал более ярким, после недавней покраски Мина. Теперь его бордовые волосы смотрелись особенно очаровательно. Мужчина, облокотившись спиной на собственную машину, курил сигарету, глядя на вход. Увидев своего парня, на его лице расцвела тёплая улыбка, а глаза моментально потеплели. Паку невероятно льстила такая реакция, особенно учитывая сколько они знакомы. Юнги был просто по уши влюблён и наслаждался этим чувством.        Чимин подошёл к своему парню и оставил небольшой поцелуй на его губах, сразу же состроив гримасу из-за горького привкуса от сигарет. Юнги усмехнулся и, уложив руки ему на талию, прижал к себе, начиная касаться губами всего лица младшего. Оставляет поцелуй на скулах, возле уха, поцелуй в висок, небольшое касание в кончик носа и, наконец, поцелуй прямо в губы, не резкий, страстный и ненасытный, а скорее нежный, тягучий, успокаивающий. Пак расслабился в его руках, наслаждаясь таким приветствием. — Ты не сильно устал? — всё ещё не выпуская его из рук, произнёс негромко Мин, — а то можем поехать домой. — Ты что, я весь день ждал этого свидания, — Юнги лишь посмеялся на это. — Ну хорошо, тогда поехали, — он чмокнул его ещё раз, а потом отпустил, чтобы открыть дверь. До ресторана они добирались чуть больше предполагаемого. Вечером дороги были слишком оживлёнными. Чимин рассказывал о новом проекте, который ему доверили. Реклама для крупного бренда с кучей моделей. — И даже актёры, представляешь! Я смогу получить автограф Ви Хаджуна, — глаза Пака светились обожанием. — Ага, возьми сразу несколько, чтобы потом продать, — Юнги смеялся и улыбался так, что были видны дёсны. Чимин слегка подвис на таком прекрасном зрелище. — А вдруг я что-то не так скажу? О боже, не хочу, чтобы он думал, будто я одержимый фанат, — младший сразу представил эту картину. Тихий ужас. — Поверь мне, первые десять минут будешь смотреть щенячьими глазками. А потом включишься в работу и вообще забудешь про это, — Мин всегда знал, что сказать. — Да, надеюсь. Припарковавшись, они направились ко входу в красивое здание. Внутри было полно народу, столов практически не было. Юнги поздоровался с хостес и назвал свою фамилию. Девушка мило улыбнулась ему и позвала с собой. Она привела их в отделённый от основного зала столик, здесь было тихо и спокойно. Она сказала, что официант скоро подойдёт, и ещё раз осмотрела старшего. Чимин её понимал, тяжело сдержаться при виде такого мужчины. Когда он отвернулся от девушки-хостеса, Мин смотрел на него. Он наклонил голову на бок и улыбался. — А чего ты не рядом со мной сел? — А ты хочешь сидеть рядом со мной? Не можешь контролировать собственные руки? — игриво сказал Чимин. — Не-а, совсем не получается, — они сидели на небольших диванчиках, старший откинулся на спинку, хлопая рядом с собой, — ну, идём же, солнце, — Пак закатил глаза, но послушно встал и сел рядом. Рука Юнги сразу легла на его талию, обнимая, а лицо тот попытался спрятать в шее своего парня, — люблю тебя. — Юнги-я, а если кто-то нас увидит? — младший пытался отстранить его от себя, но скорее делал вид деятельности, чем на самом деле пытался отстраниться. Вдруг в их зал вошёл официант, и Чимин резко отодвинулся, вызвав смешок у своего парня. Они рассмотрели меню, спросили совета у обслуживающего их столик парня, и наконец сделали заказ. Еда готовилась не особо долго. Им вынесли различные панчаны, Чимин принялся пробовать каждый, потому что за весь день он успел перекусить только кофе и пончиком перед работой. Юнги рассказывал об удачно закрытой сделке на работе. — Значит, вы будете расширяться? — жуя, спросил Пак, прикрыв рот рукой. — Ага, мы уже договорились с одной компанией в Европе. Это будет не наша личная точка, а как бы дружественное производство, — старший перебирал палочками свою порцию. — Это хорошо? — Да, отлично. Мы начнём с этого, а потом будет гораздо легче открыть свой филиал. У нас ещё и поддержка будет. Это большой прирост прибыли. Сначала будет много убытков, конечно. Но я уверен, что всё пройдёт хорошо. — Я горжусь тобой, — сказал ему серьёзно Пак, смотря прямо в глаза с улыбкой, Юнги лишь прошептал «спасибо» и вернулся к еде.        После множества вкуснейших блюд они решили взять два разных десерта на пробу. Чимин в ожидании положил голову на плечо своего парня, прислушиваясь к его спокойному дыханию. Тот общался с кем-то в телефоне. Работа Юнги подразумевает постоянно быть на связи, хочет он этого или нет. Младший схватил руку Мина, раскрывая ладонь и выводя на ней пальчиком понятные только ему одному узоры.        Посидев ещё некоторое время, парочка позвала официанта, чтобы расплатиться. Выходя из ресторана, Чимин громко смеялся над ситуацией, которую вспомнил и только что рассказал ему Юнги. Они шли к машине, как вдруг старший услышал голос сзади, как будто кто-то его звал. — Юнги! Мин Юнги! Точно. Кто-то обращается к нему. Он замолк и начал смотреть по сторонам. Чимин ещё прошёл какое-то расстояние вперёд, а потом заметил остановившегося парня и взглядом задал ему вопрос. Обернувшись, Мин заметил того, кто его узнал. — Наын, — он тепло улыбнулся подходящей девушке. Та держала в руке небольшой пакет, из которого торчал аккуратный букетик красивых тюльпанов, — не ожидал тебя встретить так. — Как? Хаха, на улице? — она рассмеялась. Встала напротив мужчины. Чимин тоже поспешил к ним, увидев улыбающегося Юнги. Мило улыбающегося, — о, это Чимин, да же? — она обратилась к парню. — Наын, — он скорее спрашивал, чем утверждал. Девушка кивнула. — Вы в ресторане были? — она обернулась на место позади них. — Да, у нас было свидание, — как будто гордо произнёс старший. Пак захотел за это погладить его по волосам. — Ооо, я полагаю…, — девушка оглядела парней, а потом посмотрела на Юнги каким-то понятным только им двоим взглядом. Мужчина опустил голову и улыбнулся, — я рада за вас. За тебя, Юнги, особенно. Ты это заслужил, — она слегка похлопала его своей маленькой ладошкой по предплечью, а потом отстранилась, заправив прядь волос за ухо, — я побегу. Рада была увидеть тебя, Мин. — Береги себя, Наын. — Обязательно, — она прокричала это, двигаясь спиной в том направлении, куда шла изначально. — Ага, пока, — Чимин произнёс это не очень громко. Девушка скорее всего даже не услышала.        Младший прищурился и посмотрел на Юнги. Тот выглядел под приятным впечатлением от встречи. Она будто…согрела его? Неприятная злость и обида на собственного парня зарождалась внутри. Так смотреть можно только на него, но точно не на свою бывшую, с которой встречался три года или даже больше. Она ещё и невероятно красивая. Чимин закатил глаза, скрещивая руки и собираясь пойти к машине, как его потянули на себя. — Ты так мило куксишься, когда ревнуешь, — старший нагнулся ближе, желая заглянуть в глаза парня. — Я не ревную. С чего бы мне ревновать тебя к твоей бывшей? — Вы плохо врёте, господин Пак, — Юнги рассмеялся, и Чимин тоже не смог сдержать смешка, — это просто Наын. Послушай, у нас с ней были любые отношения, но точно не романтическое влечение к друг другу. — Вы вообще-то регулярно трахались, забыл? — в голосе младшего слышались те самые ревностные нотки. — Это называется сексуальное влечение, солнце, — он чмокнул его в нос, — и люблю я только тебя. — А если появится мой брат-близнец? Идентичная копия? — Она не будет тобой, она будет твоей копией. Так что шансов у неё нет. — Засчитано, Мин Юнги, — Чимин уложил руки вокруг шеи своего парня, приближаясь для поцелуя. — Люблю тебя. — И я тебя.       

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

Чимин только вернулся домой в их с Юнги квартиру, в тот момент, когда старший вышел из ванной. На нём был чёрный халат с золотой вышивкой, волосы были влажные, а на груди можно было увидеть бегущие вниз капли. — Ух ты…, — против воли вырвалось изо рта младшего. — О, Чимин, ты дома, — Юнги подошёл к нему, забирая сумку с техникой, — ты сегодня долго, — Пак всё ещё следил за двумя капельками, на перегонки спускающимися вниз по груди старшего, — раздевайся. — Что? — Так и будешь в куртке и обуви стоять? — усмешка на лице парня привела его в чувства.        Чимин поел перед уходом с работы. Они вместе с коллегами заказали доставку. Сейчас хотелось помыться и отдохнуть. Юнги ушёл в спальню, а Пак принимал душ. Горячая вода расслабляла и смывала остатки тяжёлого дня. Ещё и завтра выходной. Прикрыв глаза, парень блаженно выдохнул. Надев домашние штаны, Чимин стоял возле раковины, чистя зубы. Одну ногу он согнул и упёрся ей в другую. Он слышал какие-то разговоры. Юнги смотрит какой-то ролик в интернете, вероятно. Прополоскав рот и умывшись, Пак принялся наносить все необходимые ему средства для лица. Его кожа была достаточно чувствительной, поэтому ей был нужен особый уход. Лосьон, крем, теперь всё. Он вышел из ванной, направляясь в спальню. Свет в комнате исходил только от напольной лампы. Приятное тёплое жёлтое свечение разливалось по всей спальне. Когда он прошёл по комнате в сторону кровати, массируя голову, Юнги проводил его взглядом со своего места. Телефон резко затих. Опустившись на кровать, младший достал крем, которым хотел намазать тело, но сзади послышался голос. — Давай я. Парень просто протянул ему баночку с кремом. Открутив крышку, ладонью старший собрал охлаждающей смеси и нанёс на плечи, аккуратно массируя обеими руками кожу, опускаясь к лопаткам, обводя ладонями бока, нежно растирал крем по всей поверхности спины. Чимин прикрыл глаза и простонал от удовольствия, на что получил смешок сзади. Взяв ещё крема, Юнги перешёл к рукам, растирая мазь по всей длине рук любимого. Приятный холодок и нежные касания вызывали мурашки восторга по всему телу. Оставляя глаза прикрытыми, Чимин услышал, как мужчина поднялся с кровати, обошёл её, и, открыв глаза, он обнаружил его сидящим перед собой. Рука Юнги коснулась щиколотки, проводя вверх и поднимая вместе с рукой широкую штанину домашних штанов. Руки Пака упёрлись в матрас за спиной. — Что ты делаешь? — мурлыкающим разнеженным голосом спросил младший. — Пытаюсь расслабить тебя после работы, солнце, — ладонь Мина оглаживала ногу, — у меня получается? — Да, очень хорошо. Зачерпнув крема, одной рукой старший задрал штанину до колен, придерживая, а второй коснулся колена. Мягко оглаживая его пальцем, он переместился к задней стороне ноги. Припав губами к ноге, он стал оставлять нежные поцелуи. Колено, чуть ниже, ещё, он поднимает ногу, укладывая её на собственные, целует щиколотку и поднимает лисьи похотливые глазки прямо на Чимина. Улыбка украшает его лицо, когда он замечает реакцию своего парня на собственные действия. Он продолжает оглаживать ноги, пробираясь пальцами всё выше и выше. Ещё немного и Пак будет готов вознестись от эйфории и обострившихся чувств. Оставив ещё один поцелуй на коленной чашечке, Юнги переместил внимание на другую ногу. Длинные тонкие пальцы также аккуратно оглаживают кожу, касаются холодным кремом и растирают его, массируют ногу со всех сторон. — Сними штаны, они мне мешают, — как будто это правда так, серьёзно сказал старший, но Чимин не спорил, а просто выполнял. Ему слишком нравилось происходящее, чтобы мешать или спорить. Штаны были аккуратно отложены в сторону, пока Чимин снова устроился на кровати в одних боксерах, расставив ноги пошире, чтобы его парню было удобно расположиться прямо между ними. Взгляд Юнги прополз от щиколоток по ногам прямо к паху и слегка завис. — Нравится вид? — с насмешкой спросил Пак. — Очень. Мин ещё немного посидел так, а потом поднялся, упираясь руками по бокам самого Чимина. Он напирал на него поцелуем, резко делая его более глубоким и страстным, из-за чего младший был вынужден опуститься спиной на кровать. Юнги отстранился и улыбнулся, возвращаясь к ногам любимого. Он упёрся подбородком в колено, поднимая глаза на младшего. Чимин поднялся на локтях, а потом запустил одну руку в волосы мужчины. Теряясь пальцами в бордовых прядях, он съехал рукой вниз прямо к его щеке. Схватив ладонь Пака, Юнги начал вжиматься в неё всей левой частью лица, потираясь об неё будто мартовский кот, активно просящий ласки. Его глаза были прикрыты, а лицо утопало в крохотной ладошке Чимина. Не успевая следить за его действиями, Чимин ощущает губы, прикасающиеся к пальцам, покрывая любящими поцелуями каждый из них. После чего Мин поднимается, снова напирая на младшего. Тот тащит ноги за собой на кровать, сгибая в коленях, из-за чего Юнги приходится развести их руками, чтобы вжаться в тело любимого. Он располагается аккурат между ними, руки находятся по разные стороны головы Пака, их лица напротив друг друга. Чимин возбуждён, грудная клетка быстро поднимается и опускается, почти лихорадочно, ускоряясь с каждым последующим действием любимого. Губы старшего изогнуты в пошлой ухмылке, а глаза так и умоляют смотреть только в них, чтобы соблазнить окончательно. — Хочу помочь тебе расслабиться, — он буквально промурчал это Паку на ухо. — Попробуй, — хрипит в ответ на это парень. — Как скажете, господин Пак.        Рука появляется на талии Чимина, сопровождаемая взглядом старшего. Она оглаживает торс, поднимается выше и касается соска, потом снова спускается вниз. Пальцы слегка оттягивают резинку боксеров, будто пытаясь пролезть в них, но потом выпускают и убегают выше. Младший от досады и желания ощутить трение или хотя бы какие-то касания, закрывает глаза и жалобно стонет. Юнги рассмеялся, а потом приблизился к самому его уху. — Я вас понял, господин Пак, — таким голосом незаконно разговаривать.        Опускаясь чуть ниже, старший оказывается лицом напротив боксеров. Пальцы снова играючи поддевают резинку, но на этот раз не сдаются, а приспускают бельё вниз. Желая быстрее избавиться от раздражающей в такой момент ткани, Чимин поднимает бёдра и ждёт, пока Мин избавится от белья. Спустя пару секунд боксеры оказались там же, где и штаны. На это хочется смотреть, поэтому Пак с огромным усилием поднимает голову, привстаёт на локтях и смотрит на то, как пальцы Юнги подбираются к его собственному члену. Заметив движение сверху, глаза старшего находят глаза его парня. Невероятные глаза…такие одновременно серьёзные, нежные и сексуальные. Ими можно морочить людям голову. Нет, только Чимину. Ладонь касается органа, захватывая его в кольцо и одаривая приятными касаниями. Всё что остаётся парню – это стонать как можно громче. Юнги такое обожает. Он проводит пальцами вверх и вниз, создавая трение, но делает это медленно, будто дразнит. Одновременно Пак обожает и ненавидит его за это. Толкаясь собственным тазом в кулак мужчины, Чимин пытается ускорить движения, получить так необходимые сейчас ощущения. Другая рука Юнги, что оглаживала его внутреннюю сторону бедра, хватается за бок парня, пригвождая его к матрасу. — Не так быстро, господин Пак. Вы не доверяете моим действиям? — невероятно спокойным мурлыкающим тоном произнёс старший. — Я доверяю собственному возбуждению. — Я хочу показать вам рай. — Перед этим затащив меня в ад, — вперемешку со стонами, произнёс Чимин. — Возможно, — это слово было вместо тысячи. Будет очень хорошо, но сначала будет невероятно тяжело. Ускоряя движения собственной руки, Юнги размазал смазку по всей длине члена, после чего снова замедляясь, а потом неожиданно опускаясь ртом на орган, чуть ли не полностью вбирая его. Пак на такие действия лишь громко протяжно застонал. Его стон был похож на вытягивание высокой ноты, из-за чего старший рассмеялся, вибрация от смеха отдаётся и Чимину. Юнги был стратегом и весьма многозадачным, а потому, пока младший терялся в ощущениях от потрясающего минета, вторая рука подхватила ногу под коленом, поднимая и сгибая её, отодвигая чуть в сторону. Пальцы снова забегали по внутренней стороне бедра, оглаживая его, а потом плавно переходя к ягодицам Пака. Выпустив член изо рта, Юнги начал покрывать его поцелуями, а потом проводить языком по всей его длине сначала с одной стороны, потом наклоняя голову набок, с другой. Пальцы к тому моменту аккуратно погружались внутрь Пака. Он даже практически не почувствовал этого, захваченный потрясающими ласками своего парня. Самое убийственное в этом процессе то, как Юнги не разрывает их зрительного контакта. Только самому Чимину приходится прикрывать глаза, чтобы не сойти с ума. На его лбу появляются капли пота, как и на задней стороне шеи. Длинные чёрные волосы начинают намокать и слегка слипаться. Потрясающе. Мин Юнги наслаждается таким видом больше всего на свете. Он видит, как все эмоции отражаются на этом милом личике, как он закусывает губу, как жмурит глаза, как губа выскальзывает из захвата, а через секунду рот распахивается для протяжного громкого стона. Как чёлка иногда попадает на глаза и мешается парню. Всё это собирается в одну идеальную картину. Внутрь проникает уже четвёртый палец. Старший оставляет член в покое, а затем вынимает пальцы. Ему приходится отстраниться, чтобы дотянуться до тумбочки, в которой лежит смазка. Он возвращается к кровати, упираясь коленом между разведённых ног. Чимин смотрит на него абсолютно затуманенным возбуждением взглядом. — Поможешь снять мне это? — Юнги обратился к нему, намекая на свой халат. Пак кивает, а затем хватается дрожащими пальцами за пояс халата и тянет на себя. Тот распахивается в стороны, открывая перед собой вид на прекрасное тело мужчины. Подтянутые мышцы пресса, возбуждение, которое прячется под бельём. Всего этого хочется коснуться, провести ладонью, но тело совсем не слушается его. Мин, видимо, подумав о чём-то схожем, ухмыляется и снимает халат, затем избавляется от белья. Открыв бутылочку смазки, выдавливает немного на ладонь, а потом растирает по собственному возбуждённому члену. Чимин чуть подтягивается на руках, двигаясь дальше по кровати, чтобы мужчине хватило места. Юнги снова хватается за ногу своего парня, аккуратно окольцовывая щиколотку, а затем укладывает на своё плечо. Приближаясь к ягодицам, он оглаживает тело любимого рукой, затем, придерживая собственный возбуждённый орган, касается головкой прохода, даёт им пару секунд и входит. Слышит стон, скрывающий за собой неприятные ощущения, медленно двигается и выходит. Затем снова погружается, но теперь двигаясь внутри. Медленные короткие движения после убеждения в комфорте Чимина превращаются в глубокие. Юнги буквально полностью погружается, пытаясь вытрахать из Пака душу, другого объяснения у него нет. Медленные, но настолько глубокие движения действительно доводят до ада, а потом возносят в рай. Он чувствует, как нога, которую старший уложил на собственном плече, начинает слегка неметь, но ему плевать. Одна рука Юнги придерживает ногу, оставляя нежные касания то на колене, то поднимаясь выше, в то время как вторая лежит на талии, даря ощущение безопасности и полного подчинения. — Надеюсь, вы наслаждаетесь процессом, господин Пак, — он ещё и говорить может. Ответом служит протяжный стон. Уже слабее контролируя себя, Мин ускоряется, но продолжает создавать глубокие толчки. Чертовски хорошо. Пытаясь замедлиться, он чувствует ухватившиеся за него пальцы Чимина. — Не…останавливайся, прошу. Я уже близко, очень. — Как скажете, господин Пак. Юнги слушается своего парня, наращивая темп, делая движения более хаотичными, а сопровождается это всё непрекращающимися стонами Чимина. Когда он делает завершающие толчки, младший не выдерживает, кончая и пачкая торс мужчины, ощущая только бесконечную эйфорию и немеющие конечности. Спустя ещё пару толчков Мин выходит из него и пачкает живот Пака. Даже после оргазма, упираясь руками по сторонам от головы Чимина, он целует его в губы, в кончик носа, а потом падает рядом на спину. — Юнги, я каждый раз думаю, что это был лучший секс в моей жизни, а потом ты вытворяешь что-то подобное, я схожу с ума и меняю своё мнение. — Для этого я и стараюсь, солнце, - он устало смеётся, — нам нужно вытереться хотя бы. — Да, сейчас. Полежи ещё немного рядом со мной. — Конечно, — Чимин поворачивается на бок, прижимаясь к своему парню. — Я так рад, что напился тогда в баре до полной отключки мозга, — всё, на что хватило сил Пака. — Хаха, я тоже рад. Я люблю тебя, Чимин-и. — А я тебя просто обожаю.