bite me

      Джисон точно знал, чего хотел с тех самых пор, как познакомился с Минхо.       Он назвал бы это судьбой, но на самом деле — всё очень просто. Вероятность. Они случайно оказались в одном месте. Остальное было определенностью. Остальное было каждодневным выбором. У Джисона не приходило и дня без мыслей о Минхо, без попыток быть к нему ближе.       Впрочем, в первый раз было столкновение.       ☾              — Простите, о боже…простите, — произнёс Джисон, в его глазах потемнело, когда он врезался в кого-то твердого и холодного. Его веки затрепетали и открылись после удара, он замечает расстёгнутый воротник и висящую подвеску на самой прелестной шее, которую только видел. Думать о таком странно? Он трясет головой, его взор цепляется на пустой бокал в руке и темное пятно, расцветающее на рубашке человека, на которого он только что выплеснул свой напиток.       — Я очень, очень… — повторяет он, ставя бокал на стол и поднимая взгляд на несчастную жертву его неуклюжести и, достаточно смущающе, пищит, когда встречается взглядом с незнакомцем. — …сожалею, — заканчивает он своё извинение, а его голос поднялся на две октавы. Он не нервничает, но бабочки кружат в его животе так яростно, что у него кружится голова. Это отвлекает его от того, каким безумным он был несколько минут назад, продвигаясь сквозь эту вечеринку, чтобы познакомиться с новым парнем Феликса и волнуясь, волнуясь, волнуясь. Знакомиться с новыми людьми в таком шумном месте немного ошеломляюще. Все его нервные окончания горели, но сейчас — они успокоились.       Потухший, Джисон бросает быстрый взгляд на внезапную усладу для глаз. Нет фразы, которая подошла бы, чтобы описать человека перед ним. Полностью в черной одежде, бледная кожа. Зачесанные волосы — тоже черные. Такие черные, что, даже если попытается, свет не пройдет. Сзади мужчины ниспадающая на пол накидка, но Джисон предполагает, что такого рода экстравагантности стоило ожидать на Хэллоуинской вечеринке.       Когда Джисон снова смотрит на лицо — незнакомец улыбается. Это прекрасная улыбка — скрытная и снисходительная. Будто Джисон попался в мышеловку, в которую зашел добровольно. Улыбка обнажает зубы мужчины, острые клыки вонзились в его нижнюю губу. Уходит много времени на то, чтобы понять, что Джисон оставил нежелательное пятно на вампирском костюме.       — Всё нормально, — произносит человек перед ним, его голос мелодичный и такой гипнотический, что Джисон наполовину убежден, что на него вероятно действует какая-то сила. Затем, движением, которое отнимает весь воздух в легких Джисона, мужчина берет его подбородок в свои пальцы и поднимает лицо вверх, приближая Джисона заметно ближе. Джисон резко втягивает воздух и отдается движению. — Я Минхо, — говорит мужчина. — Ты хочешь помочь мне привести в порядок рубашку…       Минхо остановился. Джисон сглотнул. — Джисон. Я Джисон.       Минхо улыбнулся, его острые зубы блестят в приглушенном свете вечеринки. Рот Джисона снова наполнился слюной. Активный и переполненный чувствами, он прижимается своим подбородком к точке соприкосновения с Минхо. Его прикосновение будто поджигает Джисона, даже если оно холодное, такое холодное, а Джисон — пироманьяк. — Ты хочешь помочь мне привести в порядок рубашку, Джисон-а?       Джисон кивает, забывая, что он что-то делал до этого. Минхо — прекрасен. Он даже не думал говорить «нет» этому лицу ни при каких любых условиях. В любой вселенной.       — Да, — шепчет Джисон в горячее пространство между ними. Взгляд Минхо такой настойчивый. Он недвижимый, прожигающий дыры на спине Джисона, когда они идут сквозь толпу людей. Джисон движется впереди, но он чувствует взгляд Минхо. Будто прикосновение. Направляющее его. Они почти пришли, на его пояснице покоится рука, направляющая его в ванную в задней части дома. Та же рука оставляет его и закрывает за ним дверь, запирая Джисона в очень тихом, спокойном пространстве этого убежища. С Минхо.       Джисон, который никогда не делал чего-то такого спонтанного, чувствует себя очень непринужденно. Минхо смотрит на него с нескрываемым любопытством, плащ эффектно развевается за ним, когда он подходит ближе к раковине и включает кран, начиная самостоятельно оттирать рубашку, несмотря на то, что Джисон просил сделать это за него. На ком-то другом этот образ выглядел бы нелепо, но Минхо носит его с таким изяществом, что Джисон задается вопросом на самом ли деле это костюм.       Джисон подходит ближе, оставляя позади нерешительность. Всё, что касается Минхо толкает его подойти ближе. — Дай мне, — произносит Джисон, подставляя руки под кран и достаточно их мочит, чтобы вытереть пятно на рубашке Минхо, с надеждой, что этого будет достаточно, чтобы отчетливый запах алкоголя исчез.       Минхо выдыхает и смотрит, как Джисон суетится. Джисон, при всех достоинствах, отвлекается. Минхо под его касаниями бесспорно крепкий, и он не может сопротивляться тому, чтобы положить обе руки на его грудь под предлогом избавления от пятна.       Сердцебиение Джисона подскакивает. Наверняка он краснеет от прилива крови к своим щекам. У Минхо сердцебиение отсутствует и Джисон поражен тем, как он необычайно спокоен, перед незнакомцем, таким как Джисон, который игнорирует условности личного пространства, лишь бы быть ближе. Может он тоже хочет быть ко мне ближе, щебечет голос надежды в голове Джисона.       Минхо был до сих пор молчалив. Заинтересованный тишиной момента, Джисон смотрит вверх из-под ресниц и находит небольшую довольную ухмылку на лице Минхо, словно он наслаждается тем, как Джисон выглядит в его глазах.       — Что-то смешное?       Минхо смеется — тепло и восторженно — на конце выдыхая ах. — Нет, — говорит он прямо в ухо Джисона — вот так они сейчас были близко друг к другу. Минхо сокращает между ними расстояние, подходя ближе, прижимается своей грудью к рукам Джисона — растопыренным и забытым о первостепенной причине почему они на Минхо.       Минхо обхватывает запястья Джисона своими руками, призывая его — нет, направляя его — скользнуть выше и выше. Медленно. Он не разрывает зрительного контакта и Джисон не может отвернуться. Как только руки Джисона оказываются на плечах, Минхо снова говорит. — Ты милейшее создание, Джисон. Ты пришёл сюда с кем-то?       Джисон вздрагивает, когда руки едва касаются его талии. Он не глуп. Он знал, что случится, когда Минхо попросит помочь привести его в порядок. Он знает, и он хочет.       — Нет. Но я здесь с тобой, — произносит Джисон, его лицо достаточно близко к Минхо, что он должен делить один воздух на двоих. Только это не так и Минхо замирает, совсем замирает. Джисон — теплый, но Минхо…       Минхо наклоняется, касается губами челюсти Джисона, потом движется вниз к его шее. Джисон чувствует, как его яремную впадину дразнят чем-то острым и ахает. Вся та кровь, что приливала к щекам устремилась вниз, заставляя член Джисона течь в штанах.       Минхо отстраняется, чтобы взглянуть на Джисона, и Джисон хныкает при виде его лица.       — Ты…ах, — голос Джисона становится хриплым, когда Минхо сжимает обеими руками его талию. Джисон моргает от ощущения, от осознания.       Глаза Минхо — бассейн, окрашенный в темно-красный, такой темный, что почти похож на черный, когда они исследуют лицо Джисона. Мгновение и они снова становятся нормальными.       Нормальными. Джисон не может сдержать улыбки. Нормальный — это не то слово, которым он может охарактеризовать Минхо.       Феликс бы посмеялся над ним, если бы узнал, во что вляпался Джисон. А Джисон… Джисон — переполнен радостью.       — Ты вампир, — говорит Джисон.       Минхо обнажает зубы и это почти похоже на улыбку. В тоже время это и обещание, ради которого Джисон уже хочет начать выпрашивать. — Мм. Умный мальчик. Ты часто позволяешь вампирам увести тебя? — спрашивает он, что-то темное сквозит в его голосе.       Джисон вздыхает, оборачивая руками шею Минхо и притягивая ближе. — Никогда. Ты — первый.       В этот раз, Минхо действительно улыбается. Улыбка сладкая и опасная, пьянящий коктейль, который Джисон хочет проглотить одним большим глотком. Минхо вероятно только что открыл внутри него что-то ненасытное.       — Они выглядят острыми, — произносит Джисон, пялясь на рот Минхо.       — Так и есть, — бормочет Минхо, поднося большой палец к подбородку Джисона и приоткрывая его рот. Джисон позволяет себе быть открытым. — Если ты будешь хорошо себя вести, я позволю тебе ощутить их, — произносит Минхо, и это были последние слова, которыми они обменялись, прежде чем он целует Джисона.       Назвать это поцелуем было бы преуменьшением. Минхо скользит языком между губ Джисона, как только они касаются друг друга. Он прикусывает нижнюю губу Джисона, будто тот еда, и Джисон вздрагивает от понимания того, что так оно и есть. Он — еда. Минхо — вампир. Кровь Джисона циркулирует по венам. Минхо может съесть его. Джисон позволит ему это.       В этот маленьком закутке, спрятанные ото всех — они не только целуются. Их рты создают влажные звуки каждый раз, когда они отстраняются и соединяются. Минхо тянет волосы и Джисон стонет в его рот. Этот звук подстегивает Минхо, глаза Джисона закатываются, когда он хватает его за лицо — его рука крепко сжимает подбородок — и начинает спускаться губами по шее.       Минхо дразнит её укусом. Но Джисон точно может сказать, что Минхо сдерживает себя. Он оставляет засосы на шее Джисона — высоко, чтобы каждый мог их заметить. Минхо мычит, когда оставляет синяки на Джисоне, будто наслаждается этим. Джисон хнычет, когда клыки угрожают прокусить его кожу. Они никогда этого не делают.       — Хён, — скулит Джисон. Минхо издает довольный звук, и этой награды достаточно, чтобы Джисон продолжил. — Ты м-можешь укусить. Если хочешь, — задыхаясь говорит он.       — Я хочу, — грубо отвечает Минхо, его глаза такие темные, что невозможно отрицать его бесчеловечность. Минхо трясет головой между ними и расстёгивает пуговицу на штанах Джисона с обезоруживающей легкостью. Он сжимает ладонью текущий член Джисона сквозь брифы. Джисон всегда становится таким мокрым.       Минхо отклоняет голову, будто не может поверить в то, что чувствует. Линия шеи Минхо заставляет Джисона испытывать голод, от того как захватывающе она выглядит. Джисон толкается в руку Минхо, потираясь о неё. С почти необузданным желанием хватаясь за всё, что дает ему Минхо.       — Я хочу, но ты прелестный, когда просишь, — говорит Минхо, снова смотря на Джисона, опуская руки на его бедра, которые двигаются так, словно он обкатывает руку Минхо.       Джисон скулит. Минхо вытаскивает красный и молящий об облегчении член Джисона и дрочит ему, грубо, быстро.       — Ты хочешь, чтобы тебя укусили? — Минхо спрашивает извивающегося в его хватке Джисона.       Клыки Минхо теперь как-то ещё больше выделяются. Они длиннее. Острее. Джисон кивает с таким нетерпением, что от этого кружится голова.       Его руки ускоряются, безостановочно стимулируя щель члена Джисона. Джисон издает высокий, хнычущий звук и прячет своё лицо в плече Минхо. Он толкается в кулак Минхо в такт его движениям, неспособный подавить то, как громко звучит. — Минхо…нгх. Так хорошо, — невнятно произносит он в мягкую ткань, лишающую Джисона контакта кожи к коже, которого он так желает. Ванная комната наполнена влажными хлюпающими звуками Джисона. Каждый, кто пройдет мимо двери точно скажет, что конкретно за ней происходит. Джисон горит от этого. От нужды, от смущения. Минхо задирает футболку и погружается острыми ногтями в талию. Болевого шока достаточно для того, чтобы Джисон потерял контроль, изливаясь в кулак Минхо.       — Хороший. Хороший мальчик, — произносит Минхо, его голос впечатывается в кожу Джисона, как клеймо. Минхо целует его ещё раз, решительно. Каждое его прикосновение — требовательное, выжидающее и понимающее. Понимающее простой факт, который Джисон осознал, как только оказался в этом помещение с Минхо — Джисон никогда не смог бы отказать ему.       Мозг Джисона улавливает остаточные импульсы, бегущие по телу. Его тело дергается в объятьях Минхо, а затем расслабляется, прижимаясь к уже привычной твердости его груди и чувствуя, каким твердым стал Минхо, пока Джисон кончал. Джисон пробегает пальцами вниз по телу Минхо и упивается шипением, что вырывается из Минхо, когда сильно надавливает на промежность. — Хочешь, чтобы я позаботился об этом?       Минхо кладет руку поверх руки Джисона и надавливает, обхватывая себя своей и его руками. — Если сможешь выдержать, — произносит Минхо.       Прежде чем Минхо произнесёт ещё слово — Джисон уже стоит на коленях.              Миссия — быть укушенным       Статус: Мне нужно, чтобы минхо укусил меня — немедленно              — Хён. Ты когда-нибудь меня, ну ты знаешь…       Минхо смотрит на Джисона, сидя около камина. Джисон всё ещё не понимает, почему он у него, но начинает осознавать, что роскошное великолепие дома Минхо в основном объясняется тем, что он не обновлял интерьер с года так…1918? Джисон не помнит. Он никогда не был хорош в цифрах. В общем-то, это не важно, потому что Джисон всегда хотел жить в замке (технически — в поместье. Но Джисону нравится называть это замком), и Минхо предоставляет ему такую возможность благодаря их недавним ночёвкам.       — Джисон-а. Я когда-нибудь, что? — спокойно спрашивает Минхо, вытягивая Джисона из мыслей.       Джисон вздыхает. Камин почти бесполезен, но Минхо такой красивый подсвеченный золотистым светом. Сегодня на нем белая струящаяся рубашка, та, которая сидит на нём так великолепно, что Джисон наконец осознает на какие жертвы идёт Минхо заказывая пошив одежды у Ким Сынмина. Единственный другой вампир-портной в городе. Джисон смеялся, когда Минхо впервые сказал ему об этом, но теперь — теперь он понимает.       — Укусишь меня, — скулит Джисон. — Когда ты собираешься укусить меня?       Минхо от шока давится смехом. — Ты выглядишь таким серьезным, дорогой.       — А я серьезен, — настаивает Джисон. — Ты не хочешь укусить своего прелестного парня? — он хлопает ресницами, в надежде на то, что Минхо смягчится и даст Джисону то, что он ждал с того момента, как они познакомились друг с другом.       Желание в том, чтобы зубы Минхо вонзились в него, чтобы Минхо испил из него, только усиливалось с тех самых пор, как они начали встречаться. Но Минхо заставляет его ждать. Джисон терпелив, но это не значит, что он не будет канючить от всего сердца.       Минхо кладет книгу, которую до этого читал. В жестком переплете и наполненная старинными страницами, ради которой любая библиотека в мире убила бы, дабы заполучить её, она издает мягкий бух, когда ударяется о столик рядом с креслом Минхо.       Джисон всё ещё не может привыкнуть к необъятной коллекции Минхо, собранной за долгие годы. Он был неконтролируемо взволнован, когда впервые увидел инструменты и нотные листы, спрятанные в одной из множества комнат поместья. Чан и Чанбин были тогда в таком недоумении, что он достал для них одну из утерянных симфоний Бетховена, чтобы они могли засемплировать его для следующего трека, но Джисон только пожал плечами. Преимущества наличия бессмертного бойфренда.       — Я хочу укусить тебя, — говорит Минхо ровным голосом и бросает на Джисона проницательный взгляд. Глаза Минхо блуждают по всему телу лежащего на диване Джисона, руки того были заведены за спину в отчаянии от того, что его ещё не укусили.       Джисон садится прямо и дуется. — Тогда почему этого не делаешь?       Минхо мычит. — Думаю, тебе больше понравится, если я заставлю тебя поработать для этого.       — Ты… — оскорбленный, Джисон пыхтит и скрещивает руки. Невообразимо.       При всех преимуществах наличия бессмертного бойфренда, так же в наличии имеется и факт того, что он чрезвычайно терпелив. Так терпелив. Невероятно терпелив. Раздражающе терпелив. Заставлять Джисона хотеть разбить голову о стену — такого рода уровень терпеливости.       — Я, что? — подталкивает Минхо, вздергивая бровь и в процессе делая ноги Джисона немного слабыми, даже несмотря на то, что тот сидит.       — Ставлю на то, что моя кровь сладкая. Вторая положительная. Расшифровывается как умоляющаясвоегобойфрендаиспитьмоюкровь положительная.       Минхо снисходительно улыбается, берет очки, что сидели на носу и снимает их. Джисон мельком видит острые зубы, что Минхо обычно прячет и у него текут слюнки.       — Проси сильнее.       — Я прошу, — хнычет Джисон, внезапно беспокойно качая ногами вверх и вниз. Ему нужно — что-то. Он воображает, как Минхо сокращает между ними расстояние, прижимает его к дивану, обнажает шею, прокусывает кожу Джисона и пьет, и пьет…       — Джисон, — резко произносит Минхо. Джисон возвращается, цепляясь широко раскрытыми глазами с знающим взглядом Минхо. — Я сказал, проси сильнее, малыш, — говорит он, расставляя ноги и маня Джисона подойти ближе. Джисон собирается встать, чтобы прикоснуться к Минхо, как всегда этого хочет, но Минхо цыкает, прежде чем Джисон успевает подняться.       — Попробуй ещё раз, — говорит Минхо. Его слова звучат сладко. Его слова звучат, как предупреждение. Это заставляет Джисона хотеть…       Когда Минхо щёлкает, Джисон хнычет и позволяет своим коленям приземлиться на пол, ведомый его руками. Голова Джисона повисла между плечами, и он вздыхает, пытаясь успокоить себя от того, как дико это его заводит. Он ещё даже не приблизился к Минхо.       — Посмотри на меня, — произносит Минхо.       Джисон поднимает голову, его глаза смотрят прямо на выпуклость Минхо, как она становится ещё более заметней, пока Минхо твердеет. Твердеет для него. Джисон вот-вот пустит слюни. До того, как Минхо задаст ему вопрос, Джисон, движимый нетерпение, начинает ползти. Достаточно медленно, чтобы Минхо не вынудил его быть более терпеливым, Хан-а и достаточно медленно, чтобы добраться туда куда очень хочет, не устраивая ссор.       Он ни разу не отводит глаз от Минхо. Когда Джисон оказывается достаточно близко, Минхо протягивает руку и тянет его за воротник футболки, и Джисон следует за движением. Он обосновывается у ног Минхо, смотрит вверх в темные глаза.       — Хороший, — произносит Минхо, его голос стал чуть глубже — почти сочетаясь с глазами. Рука Минхо проходит сквозь волосы Джисона, поглаживая и разглаживая их. — Хороший мальчик, — повторяет Минхо. — Чего хочет мой хороший мальчик?       Джисон медленно моргает. Мысли, кажется, покидают его. Минхо всегда знал, на какие кнопки нажимать. — Хочу, чтобы было больно. Выпей из меня, пожалуйста…хочу, чтобы хён укусил меня, — он говорит это почти в трансе. Джисон однажды думал об этом — что Минхо действительно вводил его в некий гипноз, но эта мысль умерла в тот же день, что и родилась.       Когда он спросил Минхо об этом, тот лишь рассмеялся и вывел его на улицу, чтобы показать, как действительно выглядит на ком-то вампирский гипноз. Джисон застенчиво принял то, что неведомая магия, что работала на самом Джисоне, когда он был рядом с Минхо — результат того, как сильно он в нем увлечен. Не самое худшее осознание.       И не безосновательное. На земле нет ни единого человека, который мог бы хорошо позаботиться о Джисоне так, как это делает Минхо, когда тот дергает его волосы и тянет ближе к тому месту, где член твердый и поддергивающийся от вида Джисона заточенного между ног.       Он на секунду оказывается шокирован, прежде чем начать влажно двигать губами по скрытому под одеждой сочащемуся кончику члена Минхо, сочащемуся, потому что он хочет Джисона в ответ так же сильно. Джисон всё делает влажным, покрывает слюной, ведет языком вниз по всей длине члена. Он поднимает на Минхо взгляд — язык всё ещё движется поверх одежды — и сводит брови. В мольбе.       — Продолжай держать язык высунутым, — говорит Минхо. Веки Джисона трепещут.       Минхо вытаскивает член и похлопывает им по языку Джисона, растирая своё предсемя по его покрытому слюнями рту. Будучи открытым, рту Джисона не требуется много времени для того, чтобы начать пускать слюни, покрывая ими член Минхо. У Джисона зудит накрыть губами член в своём рту, но он будет ждать. Он будет ждать столько сколько нужно и Минхо это знает.       — Соси, — заявляет Минхо и Джисон выдыхает через нос, когда Минхо полностью толкается членом в его рот, пока он не бьется о заднюю стенку глотки. Джисон сглатывает вокруг него, слезы уже скатываются с его ресниц. Он моргает, пытаясь прогнать пелену и смотрит на Минхо, сгорая под благоговейным взглядом, которым тот смотрит на него.       Джисон отстраняется и снова берет всю длину члена Минхо, позволяя горьковатому вкусу скользнуть вниз по горлу. Он втягивает щеки, кружит своим языком, располагая его под членом. Минхо стонет, а Джисон мычит вокруг него довольный тем, что сделал ему хорошо, что заставил бедра Минхо по своей воле трахать его рот. Он проводит линию кончиком своего языка по вене внизу. Он качает головой и, когда рука Минхо зарывается в его волосы и с достаточной силой тянет, чтобы он почувствовал это, то оказывается не в состоянии остановить закатывающиеся глаза.       Джисон погружает свой язык в щель члена Минхо, постанывая от того как предэякулят течет прямо в его рот и гонится за ним. Его собственный, заточенный в боксеры член просит об облегчении, но он знает — Минхо позаботится о нем. Минхо всегда это делает.       Минхо берет одну из рук Джисона и сплетает её со своей, такой вид контакта заземляет и подстегивает Джисона ещё больше. Он растворяется в этом, делая Минхо хорошо.       Джисон так сфокусирован на том, чтобы ему кончили в рот, что его рука обмякает в руке Минхо. Тогда вполне ожидаемо, что он не замечает, как Минхо подносит его руку к своему рту и оставляет поцелуй на её тыльной стороне. Он не обращает внимания на то, как зубы Минхо становятся острее, как это обычно бывает, когда тот чувствует себя раскованно, и как Минхо едва проводит их острыми краями по пальцам Джисона.       Он понимает, что Минхо собирается кончить, его оргазм становится явно неизбежным, когда его бедра напрягаются, а таз начинает двигаться вверх, не в силах больше сопротивляться.       Он берет Минхо полностью, наполняет им свой рот и замечает. То, что замечал прежде, а что нет. Минхо изливающийся ему в горло. Зубы Минхо погружающиеся в подушечку указательного пальца, пуская кровь. Зрение Джисона затуманивается, подчиняясь пику обоих ощущений и стонет вокруг Минхо так громко, что оказывается рад тому, что никто не услышит их из-за огромного размера этого дома.       Звезды плавают перед глазами и Джисону требуется некоторое время, чтобы успокоиться. Задыхаясь, он отстраняется от Минхо и поднимает глаза. — Блять, — произносит Джисон, наблюдая за тем, как Минхо слизывает кровь, текущую из его пальца. Как только палец Джисона становится чистым, Минхо берет его в рот и посасывает, кружа своим языком по проколу, чтобы удостовериться, что вся кровь окажется в Минхо.       Минхо улыбается, испачканный кровью. Его язык высовывается, чтобы облизать зубы и подмигивает Джисону. — Иди сюда, чаги, — произносит Минхо, поднимая Джисона и сажая его на свои колени.       Как только Джисон оказывается на коленях Минхо, он запоздало понимает, как некомфортно ему находиться в своей одежде. — Ах, хён, — говорит он, прикрывая своё лицо.       Минхо тепло хихикает, очевидно понимая, что конкретно почувствовал Джисон. — Тебе это так сильно понравилось?       — Ничего не говори.       — Я ничего не скажу, милый, — обещает Минхо. Джисон слышит скрытую насмешку в его словах.       Джисон с вызовом вскидывает голову. — Ну и что с того, что я кончил в свои штаны, когда мой горячий вампир бойфренд укусил мой палец? Ха?       — И ничего, — с довольным видом отвечает Минхо. — Мне нравится.       Джисон тает, хватая руками лицо Минхо и оставляя поцелуй на его губах. Минхо углубляет его, гоняясь за своим вкусом на языке Джисона, и они так и целуются. Лениво, медленно. Неторопливо.       Много мгновений спустя, когда Джисон уткнулся в шею Минхо, он нарушает тишину. — Кстати, это не считается за укус.       Плечи Минхо трясутся под Джисоном. — Ага, я знаю. Проси сильнее, — игриво пропевает Минхо.       — Я просил. Поэтому укуси меня, — требует Джисон.       — Поэтому жди.       Джисон слишком удовлетворен, чтобы спорить, но он получит этот укус, чего бы ему это ни стоило.              Миссия — быть укушенным       Статус: мне так сильно нужен минхо мммммммнфнфнфф       — И мы снова встречаемся вот так, — Минхо растягивает слова, заходя в ванную комнату и закрывая за собой дверь, он выглядит убийственно великолепно одетый в костюм-тройку.       Джисон перепугавшись подпрыгивает. Он не рассчитывал на гостей, но его плечи тут же расслабляются, когда понимает кто конкретно является этим гостем. — Что…хён, как ты…       — Вампирские магические силы.       Джисон щурит глаза. Свадьба брата Джисона вызывает стресс уже целую вечность. Он продолжал волноваться о встрече с нелюбимыми ему членами семьи, и о том факте, что он будет один. Он не думал просить Минхо, потому что… потому что ему не приходило в голову, что он может это сделать. Он не думал о том, захочет ли Минхо. Наверняка, вампиры выше глупых человеческих обычаев. И их отношения такие новые.       Минхо вздыхает и чмокает Джисона в щёку. — Я забронировал билет на первый же рейс сюда. Без магических сил, просто написал Ким Сынмину и попросил его дать твою локацию. У него есть магические силы.       Рот Джисона приоткрывается. — Как много профессий у Сынмина?       — Малыш, когда ты вампир, профессия — это прикид.       — И тебе не стоит проходить через такие вещи, одному, — продолжает Минхо, скрещивая руки и смотря на Джисона будто пытаясь что-то расшифровать. — Почему ты не взял меня с собой, чаги?       — Я-я предполагал, что ты не хочешь пойти. Здесь так скучно. И здесь все отстой.       — Я хочу… — Минхо берет Джисона за руку, — делать с тобой всё, — произносит Минхо, искренне глядя в глаза и выводя Джисона из равновесия.       Джисон чувствует, как горят щёки. — Я рад, что ты здесь, — мягко говорит он, притягивая Минхо за лацканы и крепко целуя его. Минхо пробыл здесь меньше 5 минут, а его настроение уже поднялось. Он плавает в небе. Никто не сможет сбить его.       — Мм, я тоже, — отвечает Минхо, опоясывая руками талию Джисона. Он опускает их ниже и гладит задницу. Спустя мгновение поглаживание превращается в оценивающее сжатие, которое превращается в…       — Ты знаешь, что я хочу? — спрашивает Джисон, его мозг быстро тает, делая его существом желания, которым всегда становится, когда находится рядом с Минхо.       Минхо ждет, моргая Джисону и стискивая его задницу в поощрении продолжить говорить. — Чтобы хён укусил меня, — произносит Джисон.       Минхо тянет Джисона ближе, протискивая колено между ногами Джисона. — Ах, стоит ли мне?       Ресницы Джисона трепещут. — Мм…ах. Ага.       — Хочешь, чтобы я укусил тебя, когда каждый желающий может сюда войти?       Минхо приподнимает свою ногу и Джисон медленно трется о неё. Он не остается равнодушным к обжигающему теплотой голосу Минхо, особенно когда его рот начинает исследовать изгиб его шеи, оставляя приоткрытым ртом маленькие поцелуи на каждом дюйме его открытой коже. — Ты…мм. Ты закрыл дверь.       — И что потом, малыш? Я укушу тебя, брошу, твоя кровь будет на моих губах, а твоя рубашка окрасится в красный. Моя метка будет на твоей коже, — Минхо выдыхает, пощипывая зубами кожу на подбородке Джисона. Поддразнивание.       Джисон поглощен этим видением. О том, что каждый будет знать. О том, что вот так он принадлежит Минхо. Он стонет в ответ, фантазия слишком хороша, чтобы она прекратила проигрываться в его голове.       Минхо оставляет поцелуй на горле Джисона — именно там, где укусил бы его, если бы хотел по-настоящему испить из него крови, так, чтобы он был сыт на несколько недель вперед, — и отступает.       — Давай выйдем и закончим со всеми делами, и тогда, я подумаю над этим, — произносит он и подмигивает.       Джисон надувает губы. — Хён. Ты такой злой, — говорит он.       В глазах Минхо вспыхивает вся та сила, что течет в нем, прежде чем погаснуть. Атмосфера соблазнительной опасности не покидает его, и это приводит Джисона к желанию свалить со свадьбы и позволить Минхо делать с ним всё, что тот захочет. — Я злой?       Джисон кивает. — Злой. И подлый.       Минхо входит в пространство Джисона одним широким шагом и прижимается ладонью к члену Джисона. Он проводит носом по челюсти и Джисон оголяет свою шею без раздумий. Клыки Минхо прижимаются к чувствительной коже мочек ушей и Джисон судорожно вздыхает в тишине ванной комнаты, глаза закатываются к затылку. Зубы Минхо играются со свисающей в ухе серьгой, потягивая и зажимая её между клыками. Он надавливает, но не прокалывает. Джисон оживляется в руках Минхо, уже опьяненный этим удовольствием.       — Такой злой, — прямо в ухо говорит ему Минхо.       Джисон рассеянно кивает. — Злой. Я беспомощный. Беспомощный мальчик во власти злого вампира, — с придыхание говорит он. — Сыграй свою роль правильно. — сглатывает. — Мне нужно…нужно, чтобы мне это продемонстрировали. Нужно…       Рука Минхо прекращает лежать на члене Джисона и тянется к обнаженному изгибу его шеи. Он надавливает по бокам, с угрозой, но аккуратно. — Проси лучше, — произносит Минхо, сжимая горло Джисона, а затем отпускает. Он снова увеличивает между ними дистанцию.       Джисон делает дрожащий вдох. Когда спадает напряжение после того, как Минхо обращался с ним, Минхо тепло улыбается ему. — Ты в порядке, чтобы снова выйти, малыш? Давай закончим со всем и уйдем.       — Да, мой злой, заботливый хён. Я готов, пойдём, — произносит Джисон, желая, чтобы все возбуждающие мысли ушли и решая для себя, что будет укушен при первой же возможности.       Однако, он обнаруживает то, что ему весьма нравится ожидание.              Миссия — быть укушенным       Статус: проси лучше. Что это вообще должно значить???????              Джисон применяет трехсторонний подход. Подготовить сцену, заманить Минхо и быть укушенным. Третья стадия, явно, находится в процессе. К примеру, когда Минхо собирается кормиться:        — Хён, — зовет Джисон, перехватывая Минхо на подходе к холодильнику в подвале. — Голоден?       Минхо осматривает Джисона с головы до ног. Кивает. Сегодня он в одном из своих вампирских образов. Весь образ: высокий воротник и сверкающие, изысканные драгоценности, которые его скрепляют. Всё черное. Он выглядит так, будто может съесть Джисона.       Джисону приходится моргнуть, чтобы привыкнуть к внезапной темноте коридора после того, как весь вечер пробыл в гостиной. Он ждал, когда Минхо вернется со встречи с ведьминским ковеном. И Джисон знает, что у них есть там, где мы работаем, нет еды политика.       Он наблюдает, как адамово яблоко Минхо подпрыгивает. Вверх и вниз. — Да, — кратко отвечает Минхо. — Я вернусь…       — Хён, — снова говорит Джисон, протискиваясь между Минхо и лестницей по которой тот собирался спускаться, чтобы выпить кровь животного из бутылки (все равно она не насыщает его так хорошо). Челюсти Минхо сжимаются. Джисон замечает и пытается спрятать дрожь волнения.       Сегодня на Джисоне немного макияжа. Его губы чуть более красные, чем обычно. Он нанес румяна на свои скулы. Он знает, что это один из любимых образов Минхо. Минхо говорит ему об этом каждый день. Ты выглядишь достаточно прелестно, чтобы тебя съесть. Джисон хочет раскрыть истину этих слов.        — Хён, если ты голоден, — произносит он, подходя ближе к Минхо и кладя руку на его подбородок. Зубы Минхо обнажены — острые и длинные, во всем своем великолепии. Видимые — едва — между мягкими губами, которые Джисон целовал множество раз. — Ты можешь съесть меня.       Минхо резко втягивает воздух, на секунду отворачиваясь, прежде чем снова посмотреть на Джисона обезоруживающим взглядом. Джисону приходится сдержать писк, который хочет вылететь изо рта, когда их взгляды встречаются.       Челюсть Минхо снова дернулась, прежде чем он хватается Джисона за локти и толкает к ближайшей стене. До того, как Джисон что-либо успевает понять, он оказывается зафиксирован руками Минхо, упертыми в стену по обе стороны от тела — удерживая его на месте.       — Ах-ауч, хён, — произносит Джисон. Это не совсем больно, но Джисону нравится играться с огнем. Единственное, что он чувствует — предвкушение, ползущее вниз по позвоночнику.       — Оу, больно? — снисходительно спрашивает Минхо, твердой рукой вцепившись за волосы, резко поворачивая голову Джисона на бок и открывая вид на линию его горла. Джисон наблюдает, как Минхо облизывает нижнюю губу. Голодный.       — Нет, — с радостью отвечает Джисон. — Я выдержу.       Рот Минхо приближается к шее Джисона, нависает над пульсирующей веной — живой и человечной и так не похожей ни на все то, что течет внутри Минхо.       В голосе Минхо проскальзывает рычание, когда он говорит следующее. — Шлюха. — Минхо сильнее тянет волосы, достаточно сильно, чтобы сделать больно. Он впивается ногтями в кожу головы. Другая рука сжимает талию.       — Мм…нгх, — стонет Джисон, выгибая спину, чтобы быть ближе к Минхо.       — Такая шлюха, — повторяет Минхо, его рот сейчас так, так близко к шее Джисона.       Вместо того, чтобы кусать, Минхо сплевывает. Слюна приземляется на шею Джисона, прямо над яремной впадиной.       Рот Джисона приоткрывается. — Хен…       Его голос срывается в нытье, когда горячий и влажный язык Минхо скользит вверх по его шее, размазывая слюну. Джисон извивается в объятиях Минхо, но он мало что может сделать, когда его держат вот так. На стороне Минхо все его вампирские силы.       Рот Минхо продолжает свой путь вверх по шее Джисона. Он останавливается лишь тогда, когда язык проходит по нижней губе. Минхо останавливается, и затем — внезапно — кусает, сильно и грубо.       Звуки звучат невнятно, когда рот Джисона так насильно приоткрыт, поэтому вздрагивает, ощущая, как зубы Минхо прокалывают мягкую ткань его губы и вкус меди заполняет его рот. Он дрожит от ощущения, как Минхо посасывает место укуса, испивая из него.       Минхо продолжает облизывать совершённые своими клыками укусы, пока кровь не прекращает из них сочиться. Он скользит языком в рот, забирая вкус крови и оттягивая Джисона назад за волосы, когда тот попытался поцеловать в ответ. Он не оставляет ни одной капли без внимания, ни одного участка нетронутым.       Хватка в волосах Джисона становится нежнее, и мягкой рукой Минхо успокаивает там, где тянул. Он оставляет по поцелую на закрытых глазах Джисона, который всё ещё содрогался от интенсивности боли и удовольствия.       Джисон медленно открывает свои глаза, приспосабливаясь к виду лица Минхо, такого близкого и такого сосредоточенного на нем.       — Мм, спасибо за закуску, малыш, — произносит Минхо, его губы стали более красными, чем были до того, как он покормился Джисоном.       Джисон ошеломлен. Ошеломлен и очень возбужден. — Спасибо, — отвечает он, словно не контролируя свои слова. — Хён такой хороший.       Минхо улыбается. — Давай положим тебя, — говорит он, подхватывая Джисона на руки и неся его к кровати.              Миссия — быть укушенным       Статус: честно, я хз, но это было ебуче горячо              Джисон развалился на чересчур мягком кресле Минхо в его слишком шикарном для реальной жизни кабинете, когда эффектно зашел Минхо и сел напротив стола. Он сложил руки и посмотрел на Джисона, наклоняя голову словно пытаясь что-то выяснить. Джисон закрыл ноутбук и бросил на Минхо очень настороженный взгляд.       — Хён…?       — Джисон-а, — мягко, но с напором начинает Минхо. Словно ему нужно сказать Джисону что-то очень важное.       — Да, — кивая, отвечает Джисон, наклоняясь вперед и беря ладонь Минхо в свою. Минхо соединяет их руки и выдыхая посылает через стол прелестную улыбку.       — Я хотел кое-что сказать тебе. И я хочу, чтобы ты сделал выбор по собственной воле.       Джисон вскидывает брови и кивает.       — Если я укушу тебя…       — Когда ты укусишь меня, — исправляет Джисон.       Минхо сдерживает улыбку. — После укуса, некоторые вещи не будут прежними. Я не буду кусать тебя, чтобы истощить. И когда это касается тебя, — в глазах Минхо вспыхивает отблеск той тьмы, которой Джисон хочет отдаться. — Я не могу себя сдерживать. Если я не истощу тебя, то превращу в кого-то похожего на себя. Вампира.       Рот Джисона приоткрывается. — Ох…       — Я знаю, что это слишком. И ты можешь подумать о том, действительно ли ты всё ещё хочешь этого…       — Хочу. Я знал, чего хотел с самого первого дня, как познакомился с тобой, — уверенно произносит Джисон. — Я хочу быть твоим. И в этом плане тоже.       Всё напряжение выходит из Минхо. — Ты уже мой, малыш. Я никуда тебя не отпущу, — говорит Минхо, поглаживая большим пальцем кулаки Джисона.       Джисон сияет. — Значит ли это, что ты собираешься меня прямо сейчас укусить?       Минхо нежно качает головой. — Это уже совсем другой вопрос, милый, — говорит он, поднимаясь и направляясь к другому краю стола. Он возвышается над Джисоном и подходит ближе. Инстинктивно Джисон вжимается в спинку кресла.       — Почему бы тебе, для начала, не нагнуться для меня над этим столом? — спрашивает Минхо.       В действительности, это — не вопрос. Это команда. Джисон счастлив ей подчиниться.              Миссия — быть укушенным       Статус: очевидно скоро??????              Джисон такой беспокойный сегодня. Он не может усидеться. Он знает, что раздражает Минхо своим бесконечным хождением туда-сюда, пока не изнурит себя. И потом это случается снова. Его мозг яростно работал, отказываясь сосредоточиться хоть на единой задаче. У него есть энергия, но он не знает куда её направить.       И, что самое худшее — Минхо уходит в полдень. В двух часах от них живет молодой вампир, которому нужно руководство по человеческой ситуации, как называет это Минхо. Джисон сопровождал Минхо на одной из таких вампирских консультаций в прошлый раз и сошел с ума от скуки, что эту встречу решает пропустить.       — Что эта принцесса будет делать совсем одна в замке, хён? — спрашивает Джисон, надувая губы, потому что надеялся, что Минхо поможет ему перенаправить всю энергию на что-то гораздо более веселое, чем то безделье, которое его ждёт.       Минхо щекочет Джисона под подбородком, и все слова тут же исчезают изо рта Джисона, когда он видит, как сегодня сидит пиджак на плечах Минхо. С того места, где сидит Джисон, кажется, будто Минхо возвышается над ним. Будто он может проглотить его (Джисон желает этого). Пуговицы на рубашке Минхо расстёгнуты до груди, и Джисон ловит себя на желании расстегнуть их до конца. Он желает…       — Я предлагаю тебе сделку, дорогой. Хочешь сыграть в игру?       Джисон оживляется. В прошлый раз Минхо играл с ним в игру, и она закончилась тем, что Джисон был привязан к кровати, хнычущий большего, в то время, как Минхо доводил его до предела, пока в конечном итоге Джисон не отключился.       — Да, — с энтузиазмом произносит Джисон.       — Окей, — отвечает Минхо, приседая и ударяясь своим носом о нос Джисона в бабочкином поцелуе. Минхо говорит четко и уверенно напротив его губ. — Прятки. Ты прячешься, я ищу. Если я не найду тебя, а ты хорошо спрячешься, я укушу тебя, — с улыбкой объясняет Минхо. — Вот сюда, — говорит он, похлопывая двумя пальцами по яремной впадине Джисона.       Джисон замирает, наэлектризованный возможностью. — Чт…хён. Правда?       — Ммхм. Честен во всем злом. Я награжу тебя за хорошую игру.       Джисон бросается вперед и целует Минхо, невероятно взволнованный мыслями о том, что наконец, наконец зубы Минхо будут в его шее. — Обещаю, — произносит он между поцелуями, — Я спрячусь.       Минхо поглаживает задницу Джисона. — Хорошо. До скорого, дорогой, — произносит Минхо, оставляя поцелуй на горле, крадя воздух из легких Джисона и в мгновении ока покидая его.       Спускаясь с небес на землю от волнения, Джисон чувствует, как реальность происходящего возвращается к нему.       — Блять, — шепчет он себе. Где же он, блять, будет прятаться?              ☾              Это очень надежный план. Великолепный. Первоклассный. Минхо должен быть дома через — Джисон постукивает по телефону и проверяет время — 20 минут. Джисон на позиции, готов не быть найденным.       Приходя к выводу — это было не просто. Он пытался прятаться под подушками изысканных диванов в гостиной. Он пробовал инструменты в музыкальной комнате, задаваясь вопросом есть ли в них место (нет, не было). Он пробовал редко посещаемые коридоры и холлы. Он пробовал кухню, но сдался так же быстро едва начав, потому что Минхо знает кухню вдоль и поперек.       После долгих поисков, он остановился на том, чтобы спрятаться под лестницей. Лестницей, которой Минхо никогда не пользуется, потому что ему не нравится ходить в соединяющую её башню. Готовый победить в этой игре Джисон скорчился в углу. Это место должно быть идеальным. Верно?       Дом слишком огромный, чтобы Джисон знал, когда Минхо войдет внутрь дома, но волоски на его затылке всё равно поднимаются, когда это происходит. У Минхо есть особая аура, которая притягивает внимание. Отдаленно он слышит эхо закрывающейся двери, которую задвигают до щелчка.       Джисон не осмеливается громко дышать. Он слишком мотивирован. Он точно получит свой приз.       В течении первых нескольких минут игры — всё идет отлично. Звуки шагов Минхо то приближаются, то отдаляются, но они всегда где-то далеко. Они никогда не становятся ближе. Они продолжают раздаваться и Джисон продолжает нервно переставлять свой вес с одной ноги на другую. Он не стал бы рисковать и садиться. Он не может рисковать и проверить время. Он стоит так смирно, насколько это возможно, прислушиваясь к любому звуку, который заставит его применить в действие План Б.       Джисон понимает, когда Минхо заканчивает обход их привычных мест. Спальня, гостиная, кухня. Он слышит, как Минхо спускается вниз, слышит, как он делает что-то в подвале.       Таинственный объект падает и Джисон подпрыгивает — его сердцебиение учащается. Чертовы половицы.       Что-то скрипит рядом с Джисоном. Джисон подавляет вздох. Сейчас его сердце подскочило к горлу и здесь так ебуче темно — он едва ли может видеть, чтобы убедиться, что ему просто показалось.       Звук скрипа снова звучит в тишине.       Джисон не выдумал. Это было на самом деле.       Ещё один скрип, достаточно близкий, чтобы быть в шаге от места где, прячется Джисон.       План Б начинается.       Джисон бежит.       Он проносится в пустое место между коридором и лестницей, не обращая внимания на окружение, не проверив точно ли Минхо здесь, и бежит.       Он несется по поместью, уклоняясь от всего, что попадется на пути, потому что наметил этот маршрут совсем недавно. Именно для этой цели. Он всё ещё не знает преследовали ли его, но бегать в этом доме очень громко. Если Минхо не знал, где Джисон был до этого, он точно знает это теперь.       Джисон притормаживает. Может он потерял след Минхо. Может…       Звуки шагов Минхо приближаются. Тихие, но не такие тихие из-за скрипучих полов. Джисон снова бежит. Блять. Почему Планом Б было бежать? Теперь это кажется таким глупым, потому что он приближался к другой части дома, где единственными местами, куда он может пойти — это гостиная, кухня, или спальня.       Он рассматривает вариант пойти в подвал, но то место пугает его до усрачки. Ему не нравится непроглядная тьма, и без руки Минхо она нравится ему ещё меньше. Он забегает в спальню, без раздумья и ведомый долей секунды на решение, которое диктует ему погоня.       Джисон закрывает за собой дверь спальни, задыхаясь потому что никогда в своей жизни так быстро не бегал. Он слышит, как приближается Минхо. Какая-то часть его знает, что теперь Минхо медлит специально, потому что точно знает, где Джисон, и дразнит его каждым приближающимся звуком шагов.       Стук прерывает круговорот мыслей в голове Джисона.       — Джисон-а, — произносит Минхо по ту сторону двери. — Можно?       Джисон сглатывает. Он осматривает комнату, пытаясь в последнюю минуту найти место, чтобы спрятаться. Ничего нет. Он застрял здесь — с дверью, что отделяет его и Минхо.       Удрученный, он выдыхает. Он даже не отвечает Минхо, но дверь всё равно со щелчком открывается.       Минхо входит, цепляясь острым взглядом с несчастным видом Джисона. Он закрывает за собой дверь и подходит ближе, кладя руку на талию Джисона. — Поймал тебя, — произносит Минхо.       Джисон извивается в хватке, вырываясь с внезапным порывом… порывом…       — Хён, — говорит он, внезапно впадая в отчаяние. Он берет Минхо за руку и толкает его сесть на край кровати. Минхо поднимает на Джисона взгляд, словно точно знает, что сейчас будет.       Джисон становится таким взволнованным, думая о том, что наконец получит желаемое, он так разгорячен, он хочет…       — Хён, пожалуйста, укуси меня, — произносит Джисон, вставая на колени между расставленных, будто ждали только его, ног Минхо. Он прислоняется лицом ко внутренней части бедра, бормоча что-то, пока адреналин в его теле заставляет двигаться всё дальше и дальше.       — Пожалуйста. Пожалуйста, мне нужно, чтобы ты испил из меня. Укуси меня, пожалуйста. Пожалуйста… — задыхается он и поднимает на Минхо самый умоляющий взгляд на который только способен. Он проводит носом по мягкой поверхности ткани на бедрах Минхо, умоляя.       Находясь между ног Минхо, он поднимает взгляд, готовый сделать всё, о чем его попросят.       — Хён. Всё, что ты захочешь, это твоё. Я сделаю… всё, что угодно. Пожалуйстапожалуйста, укуси меня, — произносит он. Глаза Минхо стали намного темнее, чем когда-либо видел Джисон — бассейн из эмоций, в который Джисон хочет прыгнуть. — Пожалуйста, — произносит он последнюю просьбу, прислонившись губами к бедрам Минхо и глядя на него снизу-вверх. Всё в его теле молит об этом.       — Джисон-а, — зовет Минхо, его голос по сравнению с голосом Джисона такой стабильный. — Иди сюда, малыш, — говорит Минхо, похлопывая по своим бедрам и подзывая Джисона ближе. Джисон ослеплен желанием; он движется туда, куда его просят.       Минхо снимает футболку с Джисона, как только тот оказывает на его коленях. Он целует Джисона в место, где быстро бьется сердце, и к тому же месту прижимается зубами. Почти там. Джисон задыхается, его тело кипит в объятиях Минхо и его мольбы становятся непрерывными, неудержимыми. — Хен может укусить? Пожалуйста, — произносит он, не осознавая, что слезы начали скапливаться в его глазах. Он моргает и чувствует, как они катятся вниз по его лицу.       — Хён укусит тебя, малыш, — отвечает Минхо, проводя рукой вниз по телу Джисона и останавливаясь там, где пальцы цепляются за пояс шорт. Он тянет, и Джисон приподнимается, чтобы Минхо мог раздеть его. Джисон осознает слова Минхо и раскрывает глаза, рот округляется.       — Пожал…       Минхо перемещает их, откидывая Джисона на подушки и взбираясь по нему, пока не возвышается над ним. Их груди соприкасаются, трение одежды Минхо об обнаженную грудь Джисона ощущается как сладостное давление. Джисон гонится за этим. Он тянется вверх, ощупывая пиджак Минхо, пока не стягивает его, откидывая в неизвестном направлении.       Джисон начинает расстёгивать пуговицы на рубашке Минхо, его внимание сильно отвлечено рукой, тянущейся между ними и хватающую Джисона, медленно ласкающую его.       — Уже такой мокрый, — произносит Минхо, целуя горло Джисона и поддразнивая его кожу. Он прикусывает её и улыбается, когда это заставляет Джисона дернуться в его руках, делает его ещё более влажным.       Минхо расстёгивает рубашку до конца и оставляет её вот так, не снимая, но оставляя её распахнутой. Рука, что ласкала Джисона отстраняется, и Джисон стонет пока та самая рука не возвращается покрытая отчетливой липкостью смазки.       — Нетерпеливый, — прямо в рот Джисона произносит Минхо, целуя его и растягивая Джисона в одно и тоже время. Он начинает с одного пальца медленно погружая его, двигая им, заставляя Джисона вцепиться в спину Минхо и умолять о большем.       Джисон оголяет шею, притягивая рот Минхо ближе. Минхо целует то, что ему предлагают. — Нетерпеливый и милый, — произносит Минхо, добавляя ещё один палец внутрь Джисона, заставляя его бедра дернуться под Минхо.       — Хён, я выдержу, — говорит Джисон, раздвигая ноги как можно шире и расстёгивая штаны Минхо. Он вытаскивает член и начинает надрачивать ему, слишком рассеянный, чтобы поддерживать устойчивый ритм.       Минхо раскрывает Джисона пальцами на манер ножниц, скользя по его стенкам с той самой идеальной интенсивностью, которую может поддерживать только Минхо.       — Мм, ты выдержишь, — произносит Минхо вытаскивая пальцы, хватает лубрикант и покрывает свой член блестящей жидкостью. Бедра Джисона дергаются в пустоту, его дырочка молит, чтобы её наполнили.       Минхо не заставляет его долго ждать. На следующем вдохе, Джисон полон, так полон. Минхо скользит внутрь до самого конца, медленно и целенаправленно, так как делает это всегда, когда занимается с Джисоном сексом. Оба стонут, когда Джисон сжимается вокруг Минхо.       — Хороший мальчик. Принимает так хорошо. Ты так прелестно просил, — хвалит Минхо, выходя и с силой входя внутрь, настолько быстро, что Джисон едва не свесился с кровати, если бы Минхо не удерживал его сверху. Он выходит и слегка проникает внутрь. Джисон чувствует, словно Минхо находится в горле. Он так…       — Полон. Хён так хорошо меня наполняет, — произносит Джисон. Толчки Минхо такие сильные, что двигают его все выше и выше на кровати. Джисон кладет руку на изголовье кровати, глаза закатываются от каждого толчка.       Минхо прижимается рукой к нижней части живота Джисона, куда смотрит с убийственной сосредоточенностью. Джисон чувствует, как его живот выпячивается каждый раз, когда Минхо полностью входит. Минхо отводит глаза от того места, где выпирает его член и поднимает взгляд, цепляясь им за Джисона.       Минхо улыбается, его зубы — зов сирены для Джисоновой шеи. Джисон обнажает, предлагает её. Он запрокидывает голову, ожидая, моля.       Затем, когда член Минхо был внутри него, а его руками с силой удерживали Джисона, Минхо наклонился вперед и укусил.       В первую же секунду он пронзает кожу, его зубы глубоко погружаются в плоть. Удовольствие Джисона увеличивается в десятикратном размере, и…он почти кричит имя Минхо.       Когда Джисон кончает его трясет, и он отдается всем ощущением от укуса. Он чувствует, как его семя извергается на их животы, как член Минхо продолжает погружаться в него. Он громко стонет, ещё сильнее запрокидывая шею, наслаждаясь остаточными ощущениями оргазма.       Минхо держит Джисона и продолжает пить из него.       Спустя мгновение, когда Джисон до предела перевозбужден и полон спермы, Минхо вышел из него и вынул зубы, мягко проходя языком по ране и убирая оставшиеся капли крови. Джисон знает, что Минхо приведет его в порядок, но он то приходит в сознание, то погружается в него, как только зубы Минхо перестают в нем находиться. Он чувствует пульсирующую боль от только что оставленного укуса, чувствует мурашки пробегающие по всему его телу от этого ощущения.       Минхо оставляет поцелуи по всему горлу Джисона. Джисон слышит, как призывает его сон. Он также чувствует что-то внутри себя, начинающее меняться, принимать форму.       Наконец-то, думает он. Это последняя мысль что возникла в его голове, прежде чем всё потемнело.              ☾              Джисон просыпается и чувствует себя намного легче. Руки Минхо обнимают его — обычно холодные, но не теперь. Джисон моргает, ожидая почувствовать боль, расцветающую на шее. Вместо этого он ничего не находит. Минхо пошевелился рядом с ним, и, чтобы посмотреть на него Джисон перевернулся на спину. — Минхо, — зовет он. Он прочищает горло. — Он не болит.       — Мм, — Минхо целует место, где укусил Джисона, и это приносит успокоение. Как теплое одеяло. — Хорошо. Он и не должен.       Веки Джисона трепещут от удовольствия. — Хён укусил меня.       — Конечно. Я всегда этого хотел, — говорит Минхо. — Пока ты сам этого хотел.       Джисон улыбается. Прежде чем он успевает что-либо сказать, Минхо прижимается ближе, протягивает руку, проводя пальцем по зубу Джисона и воркует.       — Твои маленькие детские клыки, — произносит он, вокруг его глаз появляются морщинки. — Такие милые.       Глаза Джисона расширяются. — У меня есть клыки, — с волнением шепчет он, прикасаясь своими пальцами к зубам.       — Прелесть, — говорит Минхо, его глаза сияют.       Прелесть, думает Джисон, скользя взглядом по лицу Минхо.       Они проводят несколько мгновений купаясь этим чувством, этой новизной.       — Итак… когда мы можем сделать это снова?              Миссия — быть укушенным       Статус: УКУШЕН! СЧАСТЛИВ! ВЛЮБЛЕН!