Go fuck yourself

      Дым сигареты вьется под потолком автомобиля, заменяя удушающий аромат серы в воздухе запахом табака и вишни. Валентино не любил этот автомобиль. Он конечно дорогой и стильный, но недавние метаморфозы в теле начинающего оверлорда сделали его большим, и многие машины просто были ныне ему не по размеру. — Ты ведь знаешь что я и сам справлюсь. — Проговаривает устраивающийся удобнее Валентино, отрывая от губ сигарету. Вокс опускает с его стороны окно и дышать становится легче. — У тебя разве не назначена на сегодня какая-нибудь важная и скучная встреча? Ну типа без сисек, дури и пушек?       Он усмехается от своих же слов, но Вокс на провокацию не ведётся. — Может я хочу посмотреть на другую сторону нашего бизнеса? — Он вдруг перехватывает никотиновую палочку из пальцев мотылька и делает затяжку. — Хочу пожить немного. Посмеяться немного. — На губах играет веселая усмешка, когда взгляды Вокса и Валентино наконец-то пересекаются и последний словно чувствует разряд, бегущий по позвоночнику под кожей. Он хищно улыбается и довольно щурится, но в итоге все же смеётся. — И ты собираешься разносить со мной этот блядушник в своем милом пиджачке и белой рубашечке?~ Спорю, ты в жизни даже пушку ни разу не держал~ — Он звучит так, словно победоносно поразил слабую точку в обороне врага, но генеральный директор недавно образованного VoxTech так же обнажает зубы в своей продающей улыбке. — Обижаешь, Вал. Я не против иногда испачкаться, если это часть веселья.       Вокс выпустил струю дыма, наблюдая, как она рассеивается в ночном воздухе. Его глаза, обычно холодные и расчетливые, сейчас светились каким-то странным, почти детским любопытством. — Я хочу увидеть, как это работает изнутри. Не как босс, отдающий приказы, а как… ну, как обычный участник. Почувствовать атмосферу, людей… — Он сделал паузу, повернув голову к Валентино. — Ты ведь знаешь, как я люблю собирать информацию. Иногда лучше это делать не из отчетов, а… непосредственно.       Валентино рассмеялся, низкий и хрипловатый звук этот напоминал грохот далекой грозы. — Ладно, ладно. — тянет Валентино. — Только попробуй не размазать свои мозги по стенам. Я тебя от них соскребать не буду. — И фыркает, отворачиваясь к окну. За тонированным стеклом проплывают неоновые вывески и грязные переулки города, погрязшего в пороке.       Он не верит ни единому слову Вокса, но ему льстит это внезапное проявление интереса к его делам. Может быть, Вокс просто скучает в своем стерильном офисе, окруженный цифрами и графиками. Может быть, ему действительно хочется немного "пожить". — Посмотрим, как долго ты продержишься в этом «веселье». Только не плачься потом, когда тебе станет противно.       Вокс возвращает сигарету Валентино и достает из внутреннего кармана пиджака небольшой, но увесистый пистолет, с глухим щелчком снимая его с предохранителя. Валентино удивленно вскидывает бровь, наблюдая за тем, как оружие исчезает обратно в кармане с той же легкостью, с какой появилось. — Не суди книгу по обложке, дорогуша. И да, пиджак я испортить не боюсь. — Он подмигивает, и Валентино закатывает глаза, но внутри разливается теплое чувство предвкушения. Вокс может быть сколь угодно занудным и помешанным на работе, но в моменты, когда он решает отбросить маску и немного повеселиться, с ним становится действительно интересно.       Автомобиль останавливается у невзрачного здания, из которого доносятся приглушенные звуки музыки и громкий смех. Валентино выходит первым, за ним следует Вокс, поправляя пиджак. Они вместе входят внутрь, и их тут же обдает волной запахов дешевого алкоголя, пота и сигарет. Валентино усмехается, окидывая взглядом полумрак заведения, наполненного танцующими фигурами и столиками с выпивающими посетителями. — Ну что, покажешь мне, как ты умеешь пачкаться? — Он протягивает руку Воксу, и тот, не раздумывая, принимает ее, переплетая их пальцы вместе. — Только смотри не отставай, Вал. — Вокс ведет его в глубь клуба, сквозь толпу, подталкивая вперед, и Валентино чувствует, как в нем разгорается азарт. Эта ночь обещает быть незабываемой.

***

      Запах крови и химикатов, горячее дыхание. Ранения на полотне кожи ещё саднят, горло болит после криков и смеха. Тела плотно переплетены друг с другом, двигаясь в темпе престо. Атлас крыльев Валентино раскрыт широко, он ещё не так хорошо управляет новой частью своего тела. Разница в размерах не мешает Воксу быть сверху, из-за его ярко бьющих моральных принципов. Валентино в последнее время это раздражает все сильнее, но он не спешит перехватывать инициативу. Что-то в Воксе не дает ему быть собой в моменты резкой и спонтанной близости.       Не перебивает. Не хватает. Не перекрикивает. Не мучает грязными словечками, которыми обильно обдает своих сук. Не ломает, хотя руки так сильно хочется сжать на экране, уродуя живой пластик кожи, разбрызгивая кровь, выворачивая железные кости.       Только поцелуи, когти, вздохи, изгиб спины.       Какой это вообще раунд?       А, знаешь, плевать. Не важно.       Не важно даже то, что они делают это в пропахшей химикатами глубине клуба, на столе, на чьем-то трупе. Они уничтожили это место, словно два филанта, что забрались в пульсирующий жизнью улей. И это было так горячо. Так чертовски приятно упиваться паникой толпы, агрессией местной банды, давшей этим двум ублюдкам полный кардбланш на насилие любого калибра. Он любил это чувство власти, этот адреналин, который пронизывал его до самого сердца. Но рядом с Воксом это удовольствие преображалось, приобретало другой оттенок, более глубокий и непонятный. В процессе Валентино снова увлёкся и в какой-то момент перешёл на рукопашный бой, и сейчас был покрыт плотным слоем крови. Вокс, который все время держал дистанцию на огнестреле - был все так же чист, за исключением пары едва заметных пятен.       Валентино ловит его за подбородок, заставляя смотреть в глаза. В них бушует буря, отражение его собственной жажды, но еще и что-то незнакомое. Вокс никогда не позволяет себе терять контроль, но сейчас, в этом хаосе, в этой оргии насилия и похоти, он на грани. Валентино тянется за этим ощущением, он хочет увидеть настоящего Вокса, спрятанного за маской хладнокровного техно-гения.       Их движения становятся более рваными, более отчаянными. Валентино наконец позволяет себе издать стон, низкий и хриплый, который эхом отдается от стен заброшенного клуба. Он проводит когтями по спине Вокса, чувствуя, как тот вздрагивает. Эта идеальная, выверенная до пикселя поверхность так приятно поддается его касаниям. Хочется оставить на ней отметины, доказать, что может сломать, испортить, присвоить.       Поцелуй выходит жестким, требовательным. Валентино кусает чужие губы, чувствуя привкус железа. Ему нравится эта агрессия, эта первобытная потребность. Он отпускает подбородок и проводит пальцами по шее, ощущая, как под кожей пульсирует проводка. В этом есть что-то извращенно-эротичное, что-то, что заставляет кровь кипеть в венах.       Вокс вытирает кровь с его щеки большим пальцем, и Валентино невольно жмурится от прикосновения. Слишком нежно. Слишком заботливо. Словно он хрупкая ваза, а не демон, купающийся в крови врагов. Он хочет оттолкнуть, разбить лицо, но вместо этого позволяет себя коснуться. Ему просто нужно еще немного. Еще капельку.       Вокс отстраняется приводя себя в порядок с ледяным профессионализмом, будто только что выключил программу. Экран его мерцает, показывая смесь возбуждения и... чего-то еще. Не может разобрать. Он ненавидит эту его способность – прятать эмоции за пикселями. — Ты весь в крови. — Констатирует Вокс, а голос звучит чуть хрипло. Он знает, что Вокс не любит грязь. Ни в прямом, ни в переносном смысле, плевать на то, что сам хотел испачкаться сегодня. Валентино, наоборот, процветает в хаосе и разрухе. Возможно, именно поэтому они так хорошо дополняют друг друга.       Валентино ухмыляется, проводя пальцем по щеке Вокса, оставляя на его идеально гладком экране кровавый след. — Тебе не идет чистота, Вокси. Пачкайся чаще.       Вокс вздрагивает от прикосновения, но не отстраняется. Он смотрит на Валентино, и в его глазах, если присмотреться, можно увидеть отблеск того безумия, которое так манило Валентино. И оно было взаимным.       Приподнимаясь на локтях, мотылёк оглядывает поле битвы. Клуб превратился в руины, словно здесь пронесся ураган. Тела валяются в неестественных позах, повсюду кровь и обломки. Он чувствует легкое покалывание возбуждения.       Это было весело. — Что предлагаешь делать с этим? — Отвечает ему Вокс, указывая подбородком на груду окровавленного мяса, некогда бывшую одним из местных авторитетов. Валентино фыркает. Ему все равно. Он чувствует себя будто опустошенным, но в то же время… наполненным. Живым. Это странное противоречие заставляет его снова хотеть Вокса, но он знает, что сейчас просить бесполезно. — "Что делать?" — Передразнивает он, спуская нижнюю пару рук чтобы подтянуть к себе брюки. — Ничего. Оставим сукам сообщение. — Вокс смотрит на Валентино с неодобрением, но пикселях экрана мелькает искорка восхищения. Вокс всегда восхищался его безумием, его способностью погружаться в самый эпицентр хаоса, не теряя себя. Жаль, что сам Вал этого всё ещё не понимает.       Выйдя из клуба они оставляют за собой хаос и трупы. Окровавленная ткань липнет к одежде, но мотыльку наплевать. По возвращению к автомобилю Валентино откидывается на сиденье, закрывая глаза. В голове пульсируют обрывки воспоминаний, смешиваясь с запахом крови и химикатов. Он снова хочет. Он всегда хочет. И это сводит его с ума.