Грунтовая дорога

Любимое кресло не кажется таким уж удобным, когда Эллисон в проходе злобно на него смотрит. Крис стоически выдерживает взгляд, не прогибается под ним и продолжает стоять на своём. Сверхъестественный мир забрал у него сестру, и жену и он определённо не хочет, что бы это же произошло с его молодой дочерью. — Никакого свидания со Скоттом, — припечатывает он строгим голосом, который однако в вопросах любовных никогда не действовал на Эллисон. Грёбанные оборотни. Грёбанный Скотт МакКол. — Это не свидание, — продолжает сопротивляться Эллисон. — С нами будет Стайлз. — Стайлз? — Крис уточняет. — Стайлз, — Эллисон уверенно кивает. — Это новый торговый центр со множеством секций для развлечений. Стайлз бы никогда не упустил возможность изучить там всё вдоль и поперёк. В Бейкон Хиллс нет человека, знающего город лучше Стайлза. — Стайлз. — Повторяет Крис. — Мне понадобится его номер, чтобы он мне подтвердил. — Папа, — Эллисон взрывается. — Нам по восемнадцать, мы не должны перед тобой отчитываться. — Или так, или мы уезжаем из Бейкон Хиллс. — Крис не хочет манипулировать дочерью, но здесь другого выхода не видит. — Я не буду так рисковать, даже если ты меня за это возненавидишь. — Возненавижу, — яростно обещает Эллисон и разворачивается, чтобы уйти. — Я скину тебе его номер завтра после школы. С тяжёлым вздохом Крис прижимается лопатками к спинке кресла. Голова гудит от напряжения и участившихся мелких ссор с дочерью. Эллисон пытается заново построить отношения со Скоттом после истории с Эрикой и Бойдом, с похищением Стайлза и играми Джерарда. Последние месяцы изменили всех вовлечённых ранее невинных подростков, и жить дальше, будто ничего не произошло, они уже не могут. Франция провалилась через месяц, Эллисон вернулась не только в Бейкон Хиллс, но и к Скотту. Саму идею их свиданий и возможного совместного будущего Крис яро отвергал. Обученный солдатом охотник на оборотней не мог свыкнуться с мыслью, что его дочь, наследница главенствующего поста внутри семьи выбрала себе в партнёры оборотня. Несколько поколений члены их семьи истребляли диких, вышедших из-под контроля хищников, многие умерли в схватке с ними, некоторые кончали жизнь самоубийством из-за укуса альфы. Как Виктория. И теперь вся история перечёркнута одним очень глупым оборотнем. Крис не изверг, он любящий отец и желает дочери только всего самого лучшего: заботливого парня или девушку, счастливый брак и детей, если она сама того желает. Но с оборотнем? Со Скоттом МакКолом? Хотя возможно стоит поблагодарить судьбу за то, что это не Дерек Хейл. Тогда бы Крис сам насадился на его когти, чтобы не видеть этого ужаса. Он не сдерживает тяжёлого выдоха. Быть хорошим отцом сейчас так сложно. Ему не нравятся постоянные конфронтации с дочерью, но что делать, когда у него самого мир перевернулся слишком быстро? Ему бы сбежать с дочерью, забыть о том, что существует сверхъестественное и делать вид, что они самые обычные люди, пока не поверят в это. Вариант звучит идеальным, но как всегда есть одно «но»: Эллисон будет против. И если сопротивляться свиданиям дочери с оборотнем Крис может, то насильно увезти в другой конец страны — нет. Как же всё слож-но. Будь Крис в возрасте дочери, кричал бы сейчас в подушку. Возможно. Для такого расклада так же требуется отсутствие детства, в котором из тебя лепят идеального солдата, машину для убийств, а этим Крис, увы, похвастаться не мог. Все сожаления можно выражать на почту Джерарду. Он будет вытирать щёки от слёз смеха этими бумажками. Или менее приличное место от менее приличных вещей. С грузом на груди Крис поднялся. Пора идти в душ и ложиться спать. Завтра перед свиданием ему предстоит сделать много работы как консультанту по вопросам безопасности. Эллисон может и умела врать, но не обученному охотнику, который вдобавок твой отец. Он собирался к ним в торговый центр «проверить, есть ли Стайлз». Стайлза с ними не было. Крис наблюдал за их обжиманиями в боулинге уже пять минут, и Стайлзом даже и не пахло. Хотя всего час назад паренёк клятвенно заверял, что будет присутствовать на не-свидании друзей и это просто развлечение для всех. Обман Крис не любит, но винить Стайлза не мог. Не то чтобы у парня были причины выбрать его, а не лучшего друга. Эллисон ворковала у плеча Скотта, пока тот держал шар для боулинга. Крис закрыл глаза, чтобы успокоиться. Оружие из благоразумия и законопослушности он оставил дома и в машине. Скотт внезапно напрягся и повернулся в его сторону, Эллисон повторила за ним. На ошеломлённый взгляд Крис усмехнулся и спокойным шагом, но угрожающей походкой приблизился к сладкой парочке. Скотт выставил руку перед Эллисон, и этот защищающий жест чуть не заставил Криса быть к нему чуть более снисходительным. — Здравствуйте, молодые люди, — предельно вежливо начал Крис. — Я пришёл поговорить со Стайлзом по поводу охотничьей винтовки. Мы договаривались встретиться, когда у меня будет… некая информация. Вы утверждали, что сегодня он с вами. Где он? — Что? — выдохнула Эллисон. — Пап, ты?.. — Когда вы договаривались со Стайлзом о, простите, винтовке? — Скотт нахмурился. — Мы со Стайлзом пару раз пересекались в тире. Твой лучший друг великолепный стрелок. Так что насчёт местонахождения Стайлза? Крис давил. Аккуратно, не прямо. Пусть дети почувствуют себя неловко. Обманывать охотника — плохая идея, а обманывать отца — худшая. — Он сейчас должен быть у настольного хоккея, — быстро сориентировалась Эллисон. И не похвалить её за находчивость. — Отошёл пару минут назад, ему скучно тут. — Почему вы не присоединились к нему? Оставлять друга одного невежливо. — Мы доиграем и пойдём. Подождите с нами минут пять и мы вместе пойдём к нему, — Скотт сжал пальцами зелёный шар для боулинга до маленьких трещин. Эллисон украдкой коснулась его предплечья. Криса вывернуло. — Хорошо, — легко согласился он и сел на голубые сидения. Скотт постарался невозмутимо продолжить игру, пока Эллисон, скрываясь за большим телом оборотня, пыталась быстро набрать что-то в телефоне. Скорей всего, сообщение Стайлзу. Крис всё понимает. Как и то, что Стайлз живёт недалеко и успеет приехать, если задержаться в боулинге чуть подольше. И Крис даже не злится на него. Будь он на его месте, тоже бы выбрал путь помощи лучшему другу, а не отцу девушки, который наставлял на него пистолет. Но вот на Эллисон и Скотта он злился. Не в полной мере, как оно было раньше, но злился. Сейчас, когда большая часть его ближнего круга были мертвы, Крис ценил и то, что его дочь всё ещё с ним. И ему бы смириться с романом с оборотнем, принять и отпустить, пусть девочка развлекается, но она последняя, кто остался у него. Джерард ни в счёт. Скотт и Эллисон медлили как могли, но в итоге всё равно закончили быстро. Эллисон проверяла свой телефон каждую минуту, и когда последний шар был запущен Скоттом, разочарованно поджала губы. Крис торжествующе встал. — Можем идти? — Да, — Эллисон улыбнулась. — Только я схожу в туалет, подождите меня немного, хорошо? — Конечно, — так же искусственно натянул улыбку Крис. — Не торопись. Эллисон не торопилась. Прошло ещё минут семь прежде чем она вернулась, расслабленная и сверкающая. — Пойдёмте, — она попыталась незаметно кивнуть Скотту. — Стайлз написал мне, что уже перешёл на бильярд. Это на втором этаже. Крис следовал за подростками, скрестив руки за спиной. Торговый центр отстроили большой, четырёхэтажный. Боулинг находился на последнем и далеко от лестницы и эскалаторов. Остаточное напряжение между Эллисон и Скоттом приносило Крису наслаждение. Всегда лучше видеть на лице Эллисон искреннюю улыбку, но она заслужила это за обман. Пусть и неудачный. Стайлз нашёлся у одного из столов. Шары на нём были разбросаны грамотно, несколько отсутствовало, но опытный взгляд Криса различил инсценировку (ну или знание того, что Стайлза здесь не было буквально пять минут назад). — Стайлз, — поспешил обозначить их присутствие Скотт. Стайлз разогнул спину, перехватил кий параллельно телу и повернулся к своим гостям. — К тебе пришёл Мистер Арджент. — Так уж ко мне, — хитро ухмыльнулся Стайлз, явно понимающий настоящую причину нахождения здесь взрослого обеспокоенного родителя. — Есть новости по охотничьей винтовке? Крис вышел вперёд, протянул руку (он надеялся, что Скотт отметит себе, что ему рукопожатие не предлагалось) и улыбнулся уже чуть более искренне. Среди всех тут находившихся он самый меньший лжец. Винтовка-то действительно пришла. — Да, и у неё шикарные характеристики. — Ах, — Стайлз драматично выдохнул и опёрся бедром о бильярдный стол. — Вы протестировали её без меня? Чувствую себя преданным, в прошлый раз мы договорились о другом. — В прошлый раз ты меня не обманывал. Спиной Крис почувствовал, как Скотт и Эллисон сместились вместе, но не отводил взгляд от ухмыльнувшегося Стайлза. Взгляды сладкой парочки на спине жгли, но жгли приятно. Зачем отказывать себе в удовольствие попугать их? — Впутываете в наши отношения сторонние интриги? — Стайлз отталкивается от своей опоры и приближается к Крису опасно близко. — Считаете это справедливым? — Да, когда речь о моей дочери. Нас связывает интерес к оружию, и между им и Эллисон я выбираю Эллисон, — Крис сдвигается, оказывается почти вплотную со Стайлзом. — Не переходи мне дорогу, если это моя дочь. Ухмылка на лице Стайлза опасно острая. Он резко дёргается назад, перехватывает свой кий, достаёт второй и протягивает его Крису. Крис смотрит на кий с сомнением. — Давайте же, поговорим за игрой. А Скотт и Эллисон пока сходят за едой, уверен, Эллисон знает твои предпочтения. Хитрый, хитрый Стайлз. Играет на время для друзей. Поражающая верность для того, чьи травмы от избиения оставили без должного внимания все, кроме отца. Крис сыграет в его игру, позволит ему думать, что юный мальчишка может победить опытного охотника, а потом опрокинет его на лопатки. Губы самостоятельно расплываются в жёстком оскале, когда Крис принимает кий. Он давно не сражался с человеком интеллектуально, не искал правильных формулировок и не настаивал на своей точке зрения с тем, кто обладает IQ хотя бы на десятку ниже Стайлза. Сегодня он хорошенько расслабится. Время пошло. Эллисон и Скотт послушно уходят «за едой». Крис провожает дочь взглядом, пока Стайлз разбирается с шарами. Фудкорт в той стороне, куда пошли подростки, насколько Крис помнит план, а помнит он его очень хорошо, но ещё там множество других развлечений, подходящих для свидания двух молодых людей. Пойти в кино они вряд ли решатся, поскольку Стайлз не сможет настолько задержать Криса, но посидеть за трапезой или покататься на мини карах — вполне. — Расслабьтесь, Мистер Арджент. — Стайлз касается его плеча кончиком кия. — Пусть веселятся. Развлечёмся и мы с вами. — Ты не понимаешь… Бестактно Стайлз закатывает глаза и прерывает его: — Я не смогу никогда полностью вас понять, вы правы, Мистер Арджент, но я понимаю, почему вы продолжаете сопротивляться. Вы росли с отцом, который видел в вас солдата, а не сына, прививал вам с самого детства ненависть ко всем оборотням и так далее по списку. Но вы, — Стайлз снова сокращает расстояние, чтобы посмотреть в глаза упрямым, жёстким взглядом. — Вы всегда боролись с этими устоями, даже если не замечали их. Кейт ненавидит каждого оборотня, она совратила несовершеннолетнего Дерека, сожгла дом Хейлов, в котором на минуточку были люди, были дети. И уверен, это не первые её убийства невинных. И вы пошли её останавливать, когда узнали. Вы верны кодексу. Ваша жена пыталась убить Скотта и умерла оборотнем. Умерла, потому что не выносила идею быть хищником, быть тем, кого вы называете монстром. Но я на сто процентов уверен, что если бы вы умирали, вы бы позволили альфе укусить себя и обратить, только чтобы остаться с Эллисон. Потому что вы любите её и не желаете ей лишится ещё и вас. Джерард так хотел жить, что войной пошёл на нас, лишь бы получить укус. И он не делал это ни для кого, кроме себя. Оборотней он убивал из жажды крови, а вы для того, чтобы люди были в безопасности от тех, кто способен и хочет убивать. Всё это — ваша борьба. Может быть вы родились и выросли Арджентом, но не позволяйте этой фамилии управлять вашей жизнью. Крис молчал. Смотрел на Стайлза тяжёлым взглядом, но перед глазами видел свою жизнь. В словах молодняка не было ни грамма лжи, ничего того, чего Крис уже не прогонял в своей голове. Но когда на это указывает сторонний человек, всё словно становится другим. Настолько кардинально, что Крис начинает сомневаться во всех своих жизненных взглядах. Неужели он настолько погряз в грехах своей семьи, что не заметил, как добровольно натянул на себя чужое? Отцовское. — Скотт может навредить Эллисон. Крис хватается за самую крепкую нить, пока внутри всё рушится. Подпорченный последними месяцами фундамент получает финальные удары. — Брехня, — тут же отзывается Стайлз и приглашающе указывает на готовый для игры бильярдный стол. Крис обходит его и правильно перехватывает кий. — Вы первый. — Крис смотрит на Стайлза в течении секунд трёх и слегка наклоняется, чтобы прикинуть, как начать. — Эллисон — якорь Скотта. Может она и ускоряет его сердцебиение, но она же его и успокаивает. Скотт лучше убьёт себя, чем навредит ей. — Ты сам признавался, что он пытался убить тебя. А ты его лучший друг, которого он знает дольше, чем мою дочь. Крис встаёт у переднего борта, берёт в руки биток и производит начальный удар. Шары разлетаются по поверхности стола, о борты ударяются четыре из пятнадцати, и этого достаточно для начала игры. — Это были первые полнолуния. — Стайлз лишь пожимает плечами. — Сейчас… — на секунду маска слетает и он выглядит не таким бодрым и уверенным, каким пытается казаться. — Слишком много всего произошло. Это позволило Скотту научиться очень хорошему контролю, супер-пупер хорошему, если интересно мнение скучного-обычного-человека Стайлза. Дерек говорит, что у него получается лучше, чем у некоторых рождённых волков. — Не то чтобы я доверял Дереку. — Крис внимательно изучает положение шаров и не спешит бить. — Не то чтобы у вас под рукой есть кто-то более опытный, — тем же отвечает Стайлз. — Хотя Дерека у вас тоже нет, он не хочет вас видеть. — Как жаль. — Крис хмыкает. — Мы играем по очкам или шарам? — Смеётесь? — Стайлз удивлённо поднимает брови. — Чувак, я вам не любитель, по шарам конечно. Комментарий «я бы не был таким смелым на твоём месте» Крис оставляет при себе, потому что в этот момент сосредотачивается на том, чтобы точно выстроить кий напротив битка. Образовавшуюся тишину заполняет болтовня Стайлза. — А мне Дерек нравится. Конечно обращать закомплексованных подростков, по моему скромному мнению, плохая идея, но в остальном мне его жаль. А ещё он классный. Вы знали, что он оттолкнул меня тогда в бассейне, когда на нас напала канима? Ну то есть Джексон. — Крис бьёт по битку и наблюдает, как он врезается в борт со стороны Стайлза, отталкивается и врезается в семёрку, вследствие чего шар попадает в лузу. — О, это было хорошо. Вернёмся к Скотту и Эллисон? На самом деле мне не интересно ваше мнение, мы возвращаемся к Скотту и Эллисон. Вам не стоит беспокоиться за неё. То есть стоит, потому что вы её отец и это естественно, но конкретно из-за факта наличия у Скотта ликантропии — нет. Правда, Скотт нормальный чувак. Мистер Арджент, ваш папаша буквально держал миссис МакКол под потолком и угрожал Скотту всеми, кто ему дорог, а он всё равно ведёт свою мантру «мы не убьём». Понимаете, о чём я? — Мне всё равно это не нравится. — Хмуро Крис наблюдает за удачным ударом Стайлза. На их счету равное количество очков. — А если его сорвёт? Под взглядом Стайлза Крис ощущает себя букашкой на эксперименте учёных. Приходиться подавить желание предёрнуть плечами. — Вы имеете в виду «а вдруг он окажется мудаком и ударит её»? Будем объективны: это может сделать любой. Встречайся Эллисон со Скоттом, другим оборотнем или охотником, да даже девушкой. Ударить, причинить ей боль или разбить ей сердце может любой не в зависимости от наличия у него клыков и сверхъестественной силы. Вот только Эллисон боец. Она надерёт зад любому, даже оборотню, даже такому сильному, как Скотт или Дерек. — Немного подумав, Стайлз добавляет: — Или Питер. Чёрт, при желании Эллисон в одиночку справится с двумя одновременно. И вы собираетесь контролировать все её отношения? Прицел Криса сбивается, кий в его руках дёргается. — Да, — на автомате отвечает он и морщится. — Нет, я доверяю Эллисон. — Но не можете себя побороть? — с неожиданной теплотой подсказывает Стайлз. — Была бы у меня дочь, я бы тоже так беспокоился. Чёрт, я не хочу отца посвящать во всю эту кашу из желания защитить. Но и ваша дочь, и мой отец — отдельные личности, которые в праве решать за себя сами. Хочет Эллисон встречаться со Скоттом — да на счастье, он уже доказал свою преданность. Ваша задача, как отца, провести типичный разговор о лопате с уточнением о наличие пуль и огромного ассортимента оружия с аконитом и всегда быть рядом, когда Эллисон будет переживать. Отношения — её выбор, а не ваш. Крис закрывает глаза, глубоко вдыхает и возвращается к игре, чтобы отвлечься и найти подходящие для ответа слова. Биток расположен неудобно по отношению к оставшимся тринадцати шарам, но в этом вся сладость бильярда — искать и находить выходы из любых ситуаций. Когда от твоих решений не зависит ничья жизнь мозговой штурм весьма приятен. Вес кия приятно ощущается в ладони. Стайлз стоит напротив, пальцы правой руки лежат на борту в его поле зрения, и Крис может видеть небольшой шрам на мизинце. Должно быть, очередная история из детства о том, как гиперактивный ребёнок сводил своих бедных родителей с ума. Чего только Крис не слышал за то короткое время, проведённое совместно с ним в тире. Мальчик вправду удивительно болтлив. — Вы оберегаете её от боли, — понимающим тоном продолжает Стайлз. Крис успевает удивиться такому отношению к себе, но следующие слова звучат жёстко и отрезвляюще. — И именно её этим и причиняете. Вероятно, вы испытывали удовлетворение от того, что так легко раскрыли ложь «глупых влюблённых». — Стайлз поднимает правую руку с борта, чтобы показать кавычки пальцами. — Но Эллисон так же больно обманывать вас, как и от мысли, что со Скоттом придётся расстаться. Крис бьёт слишком сильно, и прицельный шар только дальше откатывается от лузы. Он тихо ругается себе под нос и выпрямляется. Глаза находят лицо Стайлза, на котором застыло выражение борьбы. Стайлз уважал его, но искренне верил в любовь между своим другом детства и внучкой того, кто похитил его и избил. Какова же глубина его преданности? С чем ему придётся столкнуться, чтобы перестать так наивно верить в чёртового Скотта МакКола? — Ты мог стать идеальным охотником, — против собственной воли говорит вслух Крис. На вопросительно поднятые брови он поясняет: — трезвый взгляд на происходящее и верность. Ты был бы идеальным напарником. Не единственные критерии, но одни из самых важных для Криса. — Нет, спасибо, я не хочу направо и налево убивать невинных, — сухо говорит Стайлз, пока ищет хороший вариант удара. — Есть кодекс, — пожимает плечами Крис. — Извини, но из всех охотников, которых я встречал, сдерживал кодекс только тебя. Крис хмурится. Для него кодекс не был «сдерживающим фактором». Не в его праве убивать тех, кто не убил другого. Но Стайлз был прав. Ни одного хорошего воспоминания об охотниках у мальчишки не было. Тот же Крис больно прижал его к стене в больнице. — Нас… больше. Стайлз, охотников вроде Джерарда много, настолько, что простым исключением их не назвать, но один только я знаю сотню нормальных. — За Кейт и Джерарда ты тоже недавно был готов поручиться. — Стайлз бьёт, один шар попадает чётко в лузу, второй останавливается совсем рядом с другой, столкнувшись по дороге с третьим. — Чёрт. Ты до последнего игнорировал все признаки. — Они моя семья, поэтому я был слеп. Не раз однако я распознавал… подобные наклонности у других. — Крис обходит бильярдный стол. — Мы сейчас не об этом. Стайлз отвлекается на проходящих мимо людей. Любопытными глазами он отслеживает фигуры и задумчиво прикусывает губу, видимо отмечая что-то для себя. Крис пользуется моментом и укладывает мысли в голове и старается сформулировать чёткие и лаконичные предложение. Он не так многозадачен, как Стайлз, но его способностей хватает на то, чтобы параллельно присматриваться к тому, как наиболее выгодно ударить и отправить шары в лузу. Счёт два-один в пользу Стайлза, и это чертовски унизительно для того, кто вдвое старше и опытней своего противника. Эллисон всегда была папиной дочкой. Ещё маленькой малышкой она тянулась больше к Крису, чем к Виктории. В средней школе она делилась успехами в первую очередь с ним, выбирала сначала позвонить ему, не ждала возвращение матери домой и сразу всё рассказывала ему. Крису. Эллисон никогда от него ничего не скрывала, пока не случился Скотт. Наверняка Стайлз был прав, когда говорил о боли, которую Эллисон причиняет ложь отцу. Не наверняка. Точно. Осознание, такое очевидное на самом деле, ударило в грудь крайне больно. Крис споткнулся о собственные ноги и схватился за борты бильярдного стола, чтобы удержать равновесие. Стайлз тут же вернул своё внимание ему и оказался рядом. Прикосновение к плечу обожгло Криса, несмотря на то, что пальцы Стайлза сжались мягко, почти так же тепло, как он прикасался к Скотту. Этот мальчик был удивительным. Он не обладал тем сочувствием и благородством Скотта, он был значительно лучше. Видел не только проблему, но и её корень. Скрытую часть айсберга или как там правильней обозначить? Стайлз не сочувствовал слепо горю, а видел человека насквозь. Зрил в самые истоки. Понимал то, что не понимал Скотт, видел то, что не видел Скотт и чувствовал то, что не чувствовал Скотт. И почему Эллисон не могла влюбиться в него? Тогда бы Крис чуть ли не сам их сватал и ни разу не попытался помешать. Так было бы больше шансов заманить Стайлза в ряды охотников? Но всё равно бы пригрозил для приличия, он всё-таки отец. — Хотите завершить игру, мистер Арджент? — с усмешкой спросил Стайлз, устанавливая интенсивный зрительный контакт. — Надеешься на лёгкую победу? — Крис подхватил тон. — Если боишься проиграть — только скажи, малыш, я покажу тебе, насколько я на самом деле хорош. Использовать «малыш» Крис не планировал, но взгляда не отводит. Продолжает смотреть в сверкающие весельем глаза Стайлза, сосредоточившись только на нежном карием оттенке. Никто из них не сдаётся, они замирают так в глазах друг друга, словно разорвать контакт означает проиграть не просто соревнование, а всю жизнь. — О, Мистер Арджент, вы не первый мой самонадеянный противник, — Стайлз играет бровями. — Я бы не научился нормально играть, если бы избегал «грозных и опасных» стариков вроде вас. Я справлюсь с вами и не подавлюсь. — А я так надеялся быть твоим первым, — пересекает опасную черту Крис. Понимание того, что диалог граничит с совершенно не невинном флиртом, не остановило его, а лишь раззадорило. Насколько далеко готов зайти Стайлз ради отношений Скотта? Долго будет отвлекать внимание? — Считаешь меня старым? — Не волнуйтесь, самое ценное для вас я сохранил. — Стайлз бесстыдно ухмыляется и пересекает оставшееся между ними расстояние. На коже лица ощущается его дыхание и на короткие секунды Крис забывает о том, зачем сюда пришёл. — И да, вы старик. Сколько вам, пятьдесят? — Несколько меньше. Не так много, чтобы не иметь сил продемонстрировать свои выдающиеся возможности. Атмосфера накаляется, воздух между ними нагревается. Крис старается контролировать участившееся сердцебиение, уши горят от эмоционального возбуждения. Последний год шёл крайне тяжело: крупная ссора с большой семьёй охотников, понимание того, что сделала Кейт, её убийство, вливание Эллисон в опасный сверхъесстественный мир, смерть Виктории, действия Джерарда. Среди всего этого Крис потерялся в своих чувствах и переживаниях, закрылся от самого себя, несмотря на прошлые усилия оставаться честным с самим собой. И сейчас приятно выплёскивать всё на Стайлза через то… как бы это нельзя было обозначить. Наконец расслабиться и позволять мыслям выходить изо рта до того, как обдумаешь и отфильтруешь каждую тысячу раз. Так просто выходило со Стайлзом быть честным, даже если честность проявлялась во флирте. Для Криса это было сравнимо с обнажением души перед самим собой. Как посмотреть в зеркало и наконец увидеть отражение, а не тень. — Тогда бейте. — Стайлз вернул к себе внимание. — Сравняйте для начала счёт, а там мы и продолжим разговор. Крису нужны всего лишь три минуты и ещё одно очко у него в кармане. Стайлз широко улыбается, пальцы его бегают по кию, пока взгляд скользит по бильярдному столу. Крис знал этот взгляд очень хорошо. Охотник, выжидающий нужного момента, когда о жертве уже всё известно и осталось только поймать. Стайлз смотрел так, будто знал исход игры ещё до её начала. Азарт сверкнул ярким пламенем в глазах Стайлза при ударе. Он передался Крису, отстающему теперь на два шара. Четыре-два в пользу подростка? Джерард не терпел положение своих детей ниже первого места, статуса лучших во всём, и пока от этой привычки Крис отказываться не собирался. Стайлз ему проиграет. — До чего я докатился, соревнуюсь с подростком, — прошептал он себе под нос без всякого сожаления. На следующие полчаса Крис потерялся в игре. Обдумывание ударов, корректировка их в соответствии с изменениями после вмешательства Стайлза, подсчёт шаров и накал. После каждого круга они или равняли счёт, или кто-то выходил на один шар вперёд. Кровь бурлила в венах Криса, температура ощущалась на несколько градусов выше нормы, спина в напряжении идеально прямая. Семь-семь, на бильярдном столе один шар и ход за Стайлзом. Положение оставшегося прицельного шара и битка сложное для точного удара, но Крис уже убедился, что Стайлз не меньший мастер, чем он. Всё или ничего. Либо Стайлз сейчас забьёт, либо своими действиями исправит ситуацию так, что откроет Крису ход к победе. Не менее напряжённый Стайлз склоняется над столом и медленно выставляет кий напротив битка. Крис замирает весь, готовится к финалу, неосознанно наклоняется сам и соприкасается плечом с головой оппонента. Стайлз не реагирует, в эту секунду он предельно сосредоточен лишь на одном — точке соприкосновения кия и битка. Удивительная концентрация для гиперактивного подростка. Толика гордости за то, что привёл мозг сдвг-шника в непривычное без таблеток состояние поселяется в груди Криса. В ту бесконечную секунду перед ударом Крис впивается пальцами в борт. Мышцы на руках Стайлза напрягаются ещё больше, ускоренный пульс можно почувствовать одним прикосновением к шее. — Стайлз! — кричит улыбающийся Скотт в нескольких метрах от них и с этого момента всё падает в глубокую яму. Рука Стайлза дёргается. Отличное самообладание позволяет Крису сдержать довольное выражение лица. Сопереживающе он улыбается выпрямляющемуся шокированному Стайлзу и поглаживает в поддержке локоть. — Не сегодня. Он почти забывает о причине ошибки Стайлза, но донельзя радостный Скотт с пакетами еды на вынос в руках появляется совсем рядом. Следующая за ним Эллисон успевает понять произошедшее и ей хватает стыда скрыть явное удовлетворение. Чем они со Скоттом там занимались? Ему уже стоит приглашать Скотта на «семейный ужин» и вместо пива вливать в оборотня аконит? — Мы принесли еду, там была такая большая очередь, — Эллисон искусно плетёт ложь. — Но оно того стоит: запах и вкус божественны. — Не смогли дождаться и начали есть по дороге? — Крис поднимает брови в вопросе. На лице Скотта мелькает гримаса сомнения. — Запах нас соблазнил и мы стащили немного картошки, — пожала плечами Эллисон и, забрав один из пакетов у Скотта, протянула его Стайлзу как тому, кто стоял ближе. — Скотт сказал, что ничего кроме этого ты не ешь в знак солидарности с диетой отца. Стайлз заглянул в пакет и вид того, что там было, рассеяло всё недовольство от испорченного удара. Крис хмыкнул на очевидно лёгкое отвлечение, но препятствовать не стал. Минуту назад полностью погрузился в «соревнования», а теперь не видишь ничего, кроме еды? Это же Стайлз. А ещё простой человек, определённо любящий покушать. Многие не могут устоять перед фастфудом. И всё-таки лёгкость переключения Стайлза между вещами немного поразила. Это как строить десятилетие план, прийти к его финальной части и перед призом слиться из-за дешёвого трюка извне. Выигрывать у отвлечённого и незаинтересованного противника и близко не так весело, как когда твой оппонент сокрушается о проигрыше. Крису хотелось сказать: «верни своё внимание на меня», но перед глазами возникла Эллисон. — Пап, порядок? Ты в мыслях летаешь. — Всё хорошо, — улыбнулся дочери Крис и принял свой пакет с едой. — Ты не забыла про чесночный соус? — Про это извращение? — Эллисон скривилась. — Нет, у тебя даже две порции. — Спасибо. Временно Крис отставляет еду на один из мягких стульев вдоль стены. Внимание Стайлза полностью поглощено большой порцией картошки. Крис пытается поймать его взгляд и терпит неудачу: мальчишка не замечает никого стороннего. С лёгкой усмешкой Крис делает шаг назад, чтобы по-новому взглянуть на бильярдный стол. Положение после неудачного удара Стайлза значительно улучшилось. Забить шар в лузу не составит труда. Однако азарт покинул и его. Борьба прекращена, исход никому не нужен. Крис почти обижается на Скотта и Стайлза за испорченный вечер. Стайлз взбудоражил его, напомнил о забытом чувстве безопасного риска, и исчез так же незаметно, как появился. Не то чтобы из-за этого Крис станет отказываться от победного удара. С меньшим энтузиазмом он смещается влево ближе к битку. Стайлз отрывается от поедания картошки на секунду и тут же возвращается к пережёвыванию страшного количества еды во рту. Поразительно. Закончить игру им не даёт вой сирены из-под потолка. Пожарная тревога сработала секундой позже удара. Быстрый осмотр территории показал валившийся из туалета густой дым. Не учебная тревога и не проверка нового оборудования. В здании пожар. Крис не следит за шарами, хватает Эллисон за руку и уводит подальше от стола. Стайлз и Скотт спешат следом за ним. — Я изучал план, самый близкий выход тут за поворотом после магазина мужских костюмов, — ориентирует Стайлз. Крис кивает, собранный и так же подготовленный. За вчерашний день он успел рассмотреть все аспекты в торговом центре. Люди с ними на этаже паникуют и кричат. Вместо спокойного эвакуирования они мечутся и натыкаются друг на друга несмотря на обширное пустое пространство и явно малое количество людей для времени суток. Лестница вниз не самая удобная, но это не совсем то, что волнует, когда бежишь с дочерью из горящего здания. Пока пожар не вышел за рамки туалетов, но опасность никто не отменял. А если поджог намеренный и худшее только впереди? Лихорадочно Крис обдумывал ситуацию и возможные исходы в зависимости от разных факторов. Вариантов несколько десятков. Уже на улице среди толпы и приехавших спасательных служб Стайлз притрагивается к нему: гладит ухо и под подбородком. На вопросительный взгляд смущённо бубнит что-то про отца, который всегда успокаивал его так. Крис не возражает, но пальцы вслед за словами покидают кожу. Эллисон рядом с ним в полном порядке, не напуганная и расслабленная. Скотт осторожно стоит рядом, явно желая взять свою девушку за руку или рвануть в здание для спасения оставшихся людей. Крис не одобряет ни один из вариантов. Стайлз держится близко, подскакивая время от времени на носочки, вероятно, силясь разглядеть сквозь людей машину департамента шерифа. Невольно Крис кладёт свободную руку ему на поясницу из желания отвлечь. Стайлз тянется к прикосновению, их плечи почти соприкасаются. Как ответственному взрослому Крису приятно видеть всех троих в безопасности вне огня. Снаружи причину эвакуации не видно, посетители, спускавшиеся с трёх других этажей, ничего не понимают. Минутой спустя Стайлз срывается с места. Крис догадывается, что шериф наконец-то прибыл на место. Втроём они следуют за успевшим скрыться с глаз Стайлзом. Скотт идёт уверенно, ориентируется на запах, и пусть Крис доверяет ему в этом, чувство неприязни к оборотническим способностям не отпускает. — Шериф Стилински, — здоровается он, как только оказывается у края сборища и видит несколько сотрудников департамента. — Мистер Арджент. — Шериф отвечает на рукопожатие, вниманием оставаясь с крутящимся вокруг сыном. — Стайлз, ты в порядке? — Всё супер, пап, из нас никто не пострадал. Мистер Арджент отреагировал быстро. На похвалу Крис хмурится. По факту он позаботился только о дочери, зная, что двое оставшихся парней побегут следом. — Небольшое преувеличение, Стайлз первый указал на нужный выход. — Назовём это командной работой, — заключает шериф и его глаза теплеют. — В любом случае спасибо вам за заботу о моём сыне. Такая себе забота, но переубеждать благодарного отца Крис не собирается. Связи в участке ещё могут ему понадобиться. Мало ли какая ещё сверхъестественная штука набредёт на Бейкон Хиллс. Не оставлять же это на новообращённых подростков, иначе городу настанет конец. — Они были под моей ответственностью там, — только отвечает Крис и замечает, как Эллисон закатывает глаза. — Мы уже взрослые, папа, — устало напоминает она. Скотт стоит подозрительно близко к ней и отодвигается под тяжёлым взглядом Криса. К сожалению напряжение между ними замечает шериф. — Он хороший парень, — обращается к Крису отец Стайлза. Тоном, так похожим на тот, которым его сын совсем недавно «поучал». Яблоко от яблони, тест на отцовство им точно не понадобится. — Я понимаю ваши переживания о дочери, но я знаю Скотта очень давно и могу за него поручиться. Совсем не понимает, подумал Крис. Девушка его сына не существо, подобным которой его учили убивать всю жизнь. Или парень. Стайлз вообще встречается с кем-нибудь? С подругой Эллисон — Лидией же? — которая явно не безразлична ему? — Спасибо, но я разберусь самостоятельно. — Крис сухо улыбается в надежде, что это выглядит вежливо. — Позвольте Эллисон разобраться самой. — Шериф тихо говорит между ними, намереваясь сохранить разговор конфиденциальным. Знал бы он об усиленном слухе оборотней. — Она права — наши дети уже взрослые и все решения могут принимать самостоятельно. Все Стилински решили учить его, как правильно справляться с ролью отца-одиночки? У них это семейное — лезть не в своё дело? В таком случае Стайлз с головы до пят в папашу, шериф может гордиться им. Крис отступает на шаг. — Я вас услышал. — Он отвечает из чистого уважения. Не то чтобы шериф неправ, но справедливости ради у них разные ситуации. Стайлз смышлён, умён и не влюблён ни в кого запретного, а Эллисон постоянно находится опасно близко к клыкам и когтям, которыми были перебиты многие их родственники. Почти полчаса спустя службы докладывают, что огонь потушен и пострадавших нет. Крис хочет остаться и узнать причину возгорания, но Эллисон смотрит вымотанно. Она опирается на плечо Скотта и выглядит умиротворённой. Крису почти не хочется прерывать и портить это выражения блаженства на её лице, но родительский протест не спит. — Нам пора домой, — не громко, но твёрдо говорит он, смотря в глаза дочери. Та поднимает голову, чтобы поймать взгляд Скотта, а продолжение безмолвного диалога Крис не видит из-за возникшего перед ним Стайлза. — Отойди. — Нет, — пожимает плечами Стайлз. — Вы мне проиграли. Крис ошарашенно хмыкает. Стайлз так отвлекает его от парочки за своей спиной? Эта собачья преданность бьёт под дых. — По моим воспоминаниям выиграл я. Восьмой шар в лузу забил я. — Во-первых, вы этого не могли видеть, во-вторых мы оба знаем, что если бы Эллисон меня не отвлекла, игра бы закончилась моим выигрышем и, — Стайлз выравнивается напротив Криса, карие глаза захватывают всё внимание, — вашим проигрышем, мистер Арджент. На провокацию Крису хочется поддаться. Заговорить со Стайлзом с тем же рвением и показать мальчишке всю свою силу. Словесно нагнуть и навсегда запомнить выражение его лица при проигрыше. Это была бы одна из вкуснейших побед. Но Стайлз — восемнадцатилетний друг Эллисон, отец которого стоит совсем рядом. С усилием он подавляет рвущийся наружу комментарий и шагает влево, чтобы снова видеть дочь. Она не выглядит расстроенной, скорей воодушевлённой. Стайлз выигрывал ей время на прощание со Скоттом? Маленький хитрец. — Не стоит играть со мной в такие игры, ребёнок. Я не про бильярд. Когда они с Эллисон уходят Крис видит задумчивый взгляд шерифа, направленный на него. Следующая встреча со Стайлзом происходит не скоро. Родственники из Огайо созывают всё семейство для переговоров через месяц после памятного дня в новом торговом центре. Они хотят отомстить за убийство Кейт и подорванное здоровье Джерарда и наконец заполучить Эллисон как их матриарха. Пока она оставалась не в курсе сверхъестественного мира, Крис успешно блокировал все попытки втянуть её в «семейное хобби», но теперь, когда она всё знала и хорошо показала себя, как охотница, сил одного Криса не хватало. Эллисон сразу противится идеи уехать на неизвестный срок за три тысячи километров от друзей (читать как Скотта). Крис и не собирался брать дочь с собой, рассказал ей всё лишь из уважения и общей клятве больше никогда ничего не скрывать. В Огайо Крис задерживается на полтора месяца. За это время он успевает выйти из себя и почувствовать, как лишается рассудка. Его дядя особенно сильно давил, желая заполучить Эллисон. Старый ублюдок ненавидел стоящую сейчас во главе Амалию Арджент, жену Джераржа и мать Криса. Эллисон казалась ему не сколько хорошим лидером сколько способом пробраться в иерархии семьи выше. «Молодняком управлять легче» читалось между строк в его речах. Крису казалось, что совсем скоро его руки окажутся на шее дяди для смертельного захвата. Второй причиной беспокойства была живущая у Стилински Эллисон. Остаться у МакКолов ей не позволили ни отец, ни Меллиса, храни её господь. Их дом после всей драмо-историей с оборотнями выставлен на продажу, потому что отец и дочь не хотят оставаться там, и его купили как раз перед отъездом Криса. Новую квартиру подобрать не успели, и по случаю Стайлз предложил пожить Эллисон в их гостевой комнате. Шериф и Крис сочли это хорошей идеей. Лучшая альтернатива по сравнению с проживанием в одном доме со Скоттом. И всё равно беспокойство за дочь не оставляло Криса ни на минуту. Они созванивались каждый день, Эллисон делилась новостями в городе, историями с прогулок с Лидией, забавными моментами со Стайлзом и в основном благоразумно молчала о Скотте. Время вдали от них дало Крису прощупать внутренние изменения, происходящие в нём с момента переезда в Бейкон Хиллс. Тайна Кейт, план Джерарда, обращение Виктории. И слова Стайлза. Как бы не хотелось признавать, мальчик прав по всем пунктам. Скотт хороший парень и всё, что мешает Крису принять это — его охотничья натура. Но Эллисон выросла и больше не нуждается в одобрении отца. Она любит его так же сильно как и раньше, но все решения может принимать сама. Роль Криса во всём этом оставаться для неё островом безопасности, к которому всегда можно прийти за поддержкой. А он только подрывает их отношения своей глупой ненавистью. Как всё с-л-о-ж-н-о. Крис ненавидит этот мир и его неоднозначность. Почему всё не может быть чёрным и белым; или плохим, или хорошим? Это было бы решением стольких проблем в его голове. В город Крис возвращается без конечного решения о дальнейших действиях. Внутри столько противоречий, но он забывает о них, когда Эллисон встречает его объятиями в аэропорту. Первый за полтора месяца вечер вместе проходит спокойно и тихо, Крис наконец расслабляется и уже ночью, засыпая с лёгкой улыбкой на губах, чувствует, как напряжение уходит из тела. Они с Эллисон в безопасности от их кровожадной семьи, а значит и с остальным смогут справиться. Даже если «остальное» носит имя Скотта МакКола. Квартиру для проживания они подбирают быстро. Большую, просторную, — слишком для них двоих, если честно, — но долго комнаты пустыми не стоят. Крис всё ещё обеспечивает оружием правоохранительные органы, у Эллисон увеличилось количество одежды после поставленной в постоянных переездах точки, а третья свободная ушла на… бильярд. Это больше огромный кабинет Криса со множеством документов, в который случайным образом перекочевал бильярд. Неудивительно, что Стайлз узнал обо всём на следующей же день после установки специального стола. Вечером он стоял на пороге дома Арджентов, пока Эллисон занималась с Лидией (или Скоттом, Крис ещё не уверен, что может доверять ей в вопросе свободного времени). — Здравствуйте, мистер Арджент, — лукаво протянул Стайлз. — С возвращением. — Здравствуй. — Крис опёрся рукой о дверной косяк. — Эллисон дома нет, и я склонен думать, что ты в курсе. — В курсе, — утвердительно кивнул Стайлз. — И пока её нет, я планирую разбить вас. Брови Криса дёргаются в недоумении. — Что ты имеешь в виду? — Бильярд. Вы так и не признали мою победу, что крайне глупо для такого взрослого и ответственного человека, как вы. Но я принимаю это и вызываю вас на реванш. Птичка Эллисон напела мне о бильярдном столе в вашем кабинете.- Стайлз самым наглым образом проскальзывает мимо него внутрь. Мальчик осматривается, но без присущего обычного любопытства, должно быть Эллисон показывала ему фотографии. — Я так понимаю, он здесь. Без тени стыда Стайлз врывается в незапертый после работы кабинет. Крис позволяет себе застыть на пару секунд от беспардонного поведения пригласившего самого себя гостя, но медлить нельзя, поэтому вскоре спешит за ним. Стайлз рассматривал обстановку. Крис ни за что не беспокоился — все важные и непродублированные документы хранились в сейфе под личным оружием. Книги и бумаги, не нёсшие такой ценности, лежали в шкафах и ящиках стола. — Неплохо, — комментирует Стайлз, поворачиваясь к Крису. — Мне нравится. Крис оставляет его без ответа. Сложив руки на груди он наблюдал за внимательным взглядом Стайлза. Сын шерифа знает, на что обращать внимание, где люди склонны держать самое важное и как по положению вещей в рабочем пространстве узнать многое о человеке. Поему-то Крис уверен, что Стайлз знает о нём больше, чем должен знать друг дочери. — У меня были важные планы. — Крис шагает вперёд. — Брехня, — губы Стайлза издевательски кривятся. — Кабинет хоть и открыт, стол в идеальном порядке, что значит, что вы не работали. Одеты вы в домашнее, но гостиная, которая просматривается по дороге сюда, нетронута. Эллисон рассказывала, что в спальне вы только спите и одеваетесь, всё остальное время в доме проходит либо в кабинете, либо в гостиной, либо на кухне. С кухни ничем не пахнет, на часы вы не смотрите, значит скорей всего нет причин для беспокойства, что что-то подгорит или перегреется. — А если я просто резал салат? — Крис несколько смущён наблюдениями чужого человека о себе. — Допускается, — согласно кивает Стайлз. — Но это не входит в категорию «важные планы». Так что вы свободны и полностью в моём распоряжении, мистер Арджент. Обманывать плохо, знаете? Я могу принести вам из участка брошюрки, там много чего расписано. Хмык вылетает изо рта Криса. — Давай, как раз отвезу тебя туда за незаконное проникновение. Посмотрим, кто кого учить будет. — Вы сами открыли мне дверь, — Стайлз улыбается и мягко передвигается по полу к Крису. — А сейчас спокойно разговариваете без явного протеста моему присутствию. Себя обманывать тоже не стоит брать в привычку. Что-то заставляет кожу гореть. Крис смотрит в светлые карие глаза ровесника дочери и не ненавидит факт его нахождение в двух шагах от себя в кабинете, в который даже вышеупомянутая дочь не заходила ни разу — нельзя. — Я не буду играть с тобой в бильярд. Губы Стайлза расплываются в ехидной улыбке. — Так и я сюда за реваншем другого рода пришёл. Правилам игры свойственно меняться. Он делает шаг вперёд, и Крис понимает, что следующий ход принадлежит ему. Взгляд Стайлза медленно опускается с его глаз на губы, зрачки расширяются. Крис сдерживает собственный выдох удивления и в следующее мгновение движется, чтобы поцеловать. Стайлз отвечает с присущей молодым прыткостью, руками тут же хватаясь за чужую талию. В голове что-то искрит от происходящего, но Крис не останавливается, тянет Стайлза ближе, зарывается одной рукой в отросшие волосы, кусает, ловит стон ртом и наконец приходит в себя. Стайлз обиженно сопит, когда его отталкивают. Он тяжело дышит, губы налились красным от интенсивного поцелуя, Крису приходиться надавить на себя, чтобы отвести от них взгляд и серьёзно посмотреть на разгорячённого подростка. — Тебе лучше уйти, — Крис старается сохранять голос ровно, засовывает руки в карманы во избежании того хода событий, где он не сдерживается и снова притягивает Стайлза к себе. — Это не то, чем ты должен заниматься в своём возрасте. — Прошу заметить, очень законным для наших занятий возрасте, — Стайлз вновь шагает вперёд, Крис повторяет за ним назад. — Что тебя останавливает? — Ты младше моей дочери. — А ты едва младше моего отца, — пожимает плечами Стайлз. — Всякие извращения бывают. Но мы оба совершеннолетние и сами несём ответственность за свои решения. Я сам, — он выделяет слова тоном, — несу ответственность за своё нахождение здесь. Ты или принимаешь это, или нет. Крис колеблется. Стайлз терпеливо ждёт и не давит, смотрит без похоти. Крис понимает, что сейчас от него примут любой ответ и ни один из них не испортит их отношения. Если сказать «нет» Стайлз уйдёт и больше никогда не напомнит о взаимном сексуальном влечении между ними, если ответить «да» Крис вероятно получит отличный секс и так же не столкнётся с последующей неловкостью. Вполне возможно, Стайлз даже не будет против повторить разок или два. С силой Крис притягивает Стайлза к себе за шлевки джинс и вовлекает в откровенно грязный поцелуй. В этот раз руки Стайлза находят его шею и сжимаются вокруг неё. Крис задыхается: от хватки или жара дыхания напротив. У него складывается впечатление, что несмотря на юный возраст, именно Стайлз ведёт сейчас и сохранит эту позицию в будущем. В таком случае Крис не позволит ему задержаться надолго на вершине — он привык командовать. — Не такой уж вы и ханжа, мистер Арджент, — довольно тянет Стайлз, отстранившись. — Я, признаться, ожидал худшего после ваших распинательств. Крис позволяет себе повестись на провокацию — толкает Стайлза к стене и с почти агрессивным рвением захватывает губы в поцелуй. Сорвавшийся в ответ стон почти вызывает ухмылку. Напористо он проникает ладонями под футболку Стайлза, дразняще касается сосков и тут же опускается к краю джинс. Пальцы Стайлза находят пуговицы дорогой однотонной рубашки на Крисе, расстёгивая их параллельно поцелую. Минуту спустя он неаккуратно скидывает её на пол, на что получает укус. Джинсы Стайлза собираются у его ног, он прерывает поцелуй, упирается руками в голую грудь Криса и отталкивает его подальше. С интересом Крис наблюдает за тем, как Стайлз переступает через одежду и рывком нагло садится на бильярдный стол. Никогда в жизни Крис не был так себе благодарен за покупку качественных вещей. Ему бы поругать Стайлза за неосторожность, но картина распластавшегося на столе молодого человека слишком отвлекающая. Что ж. Крис не забил свой финальный мяч в последнюю игру, так сделает это сейчас несколько другим способом. Нетерпеливо Стайлз вовлекает его обратно в поцелуй. Крис задерживается на его губах ненадолго, спускается ниже, прижимается носом к подбородку. Отстраняется, цепким взглядом скользит до обнажённых ног. На удивление крепкие бёдра выглядят как что-то, что приятно будет ощутить вокруг своей головы. Крис вздрагивает, когда прохладные пальцы Стайлза касаются одного из боевых шрамов на торсе. Несмело, но с явным интересом он отслеживает каждый из немногочисленных рубцов. Тренировка с его отцом и жизнь охотника оставили на нём несколько уродливых следов, и к сожалению он не уверен, что большинство из них от оборотней, а не Джерарда. Без доли отвращений Стайлз надавливает на грудь Криса, заставляя сделать короткий шаг назад. Мягким поцелуем он касается круглого следа от пули между ключиц. Мысль о вложенной нежности в жест Крис откладывает в долгий ящик. До того, как это стало слишком интимным Крис укладывает спину Стайлза на бильярдный стол. — Сними свои боксёры, пока я хожу за смазкой, — шепчет он на ухо Стайлзу и, с трудом удерживаясь от быстрого темпа, поднимается в свою комнату. Поворот ключа в замке прикроватной тумбочки кажется непозволительно долгим. Крис бесконечно благодарен Лидии или Скотту за отсутствие Эллисон дома, иначе прогулку полуголым по дому было бы сложно объяснить. Как и такого же полуголого Стайлза в рабочем кабинете. Когда Крис возвращается, Стайлз в одной футболке лежит на том же месте, где и раньше, рукой медленно ведёт вверх-вниз по собственной эрекции, глаза ловят взгляд Криса. Провокационно он выгибается в спине, от чего подтянутый живот оголяется. Расстояние между ними Крис преодолевает быстро. Подхватывает Стайлза под бёдра и двигает чуть дальше на столе, чтобы бортик не давил на поясницу. На прикосновение тёплых рук Стайлз реагирует тихим стоном. Это напоминает Крису, кто перед ним — молодой и чувствительный юноша, который возможно ещё ни разу не занимался сексом. — Стайлз? — вопросительное мычание становится Крису ответом. — Ты девственник? — Меня предупреждали, что ты будешь достаточно обеспокоенным, чтобы спросить. — Стайлз поднимается, обхватывает ногами торс Криса и шепчет в губы: — Я и Питер несколько раз развлекались за то время, что тебя не было. Можешь не беспокоиться, после оборотня ничего не покажется страшным. Крис грубо целует его за неуместное последнее дополнение. Стайлз с энтузиазмом отвечает и скользит ладонями от волос на груди до пуговицы брюк. Ловкие пальцы вцепляются в начинающий твердеть член сквозь два слоя ткани. Приглушённо Крис шипит в чужие губы и толкает обратно. Без сопротивления Стайлз укладывается на спину, немного ёрзая в поиске наиболее удобного положения. Одну его ногу Крис перекладывает себе на плечо. Не без удовольствия оценивает открывшуюся картину и начинает неторопливые движения. Стайлз принимает палец спокойно, лишь слегка вздрагивает из-за прохлады смазки. Процесс растяжки — одна из самых любимых частей секса для Криса. Ему важно активное согласие, и в томительно медленном растяжении есть что-то лично-интимное, сближающее и кричащее чёткое «да» на происходящее. Стайлз реагирует идеально: мечется, стонет, яростно обзывается от желания большего. Всё в нём кричит об удовлетворении, о жажде продолжения. Пятнадцать минут спустя Крис прокручивает кисть в последний раз, наклоняется, целует для отвлечения и вытаскивает пальцы. Ладонью он приглаживает влажные от пота волосы Стайлза, вновь прижимается поцелуем к губам и выпрямляется. От предвкушения немного зудит под кожей, Крис расстёгивает брюки и снимает их вместе с боксёрами. Упаковка от презерватива летит на пол к одежде. Осторожно, не желая навредить, Крис погружается в задержавшего дыхание Стайлза. Останавливается на половине пути, даёт привыкнуть к ощущению наполненности и время на то, чтобы вспомнить, как глотать воздух. Как только Стайлз расслабленно выдыхает Крис двигает бёдрами и плавно входит до конца. Стайлз закрывает рот предплечьем и мычит. Его член дёргается, требует внимание, милостиво Крис касается головки лёгкими поглаживаниями, но надолго не задерживается и быстрые секунды спустя сжимает обоими ладонями ягодицы. Негромкие стоны Стайлза заполняют пространство вокруг них. Крис вслушивается, запоминает, откладывает в памяти для одиноких ночей. Наконец он устанавливает размеренный темп. Он осторожничает, чтобы трение о стол не повредило кожу спины Стайлза, но и не пытается быть мучительно медленным. Стайлз отзывчив. Крис с первых минут узнает, как ему наиболее нравится, какие действия отзываются большим удовольствием. Стайлз в выражении своих эмоций по жизни бывает скрытен, пусть и умело создаёт обратное впечатление, но в сексе он открытая книга. Что сказать, Крис всегда любил читать. И теперь у него определённо новый любимый жанр. И автор. — Я, — голос Стайлза ломается, — я скоро кончу. Услада для ушей Криса. Молодой юноша хватается за собственные соски, ласкает, выкручивает. Теперь его стоны ничем не приглушаются и Крису открывается возможность насладиться ими в полной мере. К своему оргазму он оказывается так же удивительно близок. Темп невольно сбивается. Стайлз обвивается пальцами правой руки вокруг своего члена, поглаживая его в ритм толчков. Волна тепла охватила тело Криса. Предоргазменный Стайлз выглядел… ещё более соблазнительней обычного состояния. На краю он становился громче, все реакции усиливались в полтора раза. Красные губы распахнулись с новым стоном, глаза закрылись. Крис вышел почти полностью, остановился, с наслаждением отмечая чужой отчаянный скулёж, накрыл ладонь Стайлза на члене своей и с силой толкнулся бёдрами вперёд. Стайлз кончил с громким воплем. Крис двинулся внутри него пару раз и вышел, снимая презерватив и доводя себя до оргазма рукой. Сперма окрасила и без того уже испачканный живот Стайлза. Без какого-либо стыда Крис втёр её пальцами в кожу, надеясь, что запах сохранится достаточно долго, чтобы сообщить Питеру, что не только он может разбирать на части молодых парней. — Я могу назвать это ничьей? — задыхаясь, спросил Стайлз с минуту спустя. — Что? Крис действительно не понял, что он имеет в виду. — Наш реванш, — уточнил Стайлз. — Сочтёмся на том, что проигравших нет? Со смехом Крис ухватился за протянутую Стайлзом руку и рывком поднял его на ноги. — Да. А теперь пойдём мыться. Кто знал, что «тайное» свидание Эллисон и Скотта закончится так хорошо для Криса? Определённо никто из вовлечённых лиц. Разве что хитрец Питер предполагал, что оба его любовника в конечном итоге перейдут черту. Но это если и было, останется только у Питера.