Ген ALTA. Второй курс. Возрождение

      — Разумнее было бы не мешать, — говорит он, и несмотря на мягкость голоса, в нем слышится предупреждение.       Напряжение в гроте растет. Арс рычит, прижимаясь к ноге Хосока. Ами нервно пищит, прячась за спиной Юнги, Сэт и Голд кружат под потолком.       Юнги наконец отрывается от плангиуса, его работа завершена. Он поворачивается к команде Восточного Университета, его взгляд спокоен и безразличен.       — Документирование закончено, — говорит он, — можете изучать алтарь.       Сухёк, всё ещё стоящий у решетки, обращается к Тэхёну, в его голосе искренне слышится переживание и забота:       — Чем-то можно помочь? — обводит взглядом и Чонгука, — Вам. Вам можно чем-то помочь?       — У нас есть всё необходимое, — отвечает Тэхён и встряхивает склянку с активированными ферментами. Жидкость внутри приобретает мутно-зеленый оттенок. — сейчас начну.       Чонгук встает сбоку, чтобы видеть процесс и быть готовым начать тянуть решетку. Трое друзей отходят от студентов Восточного и подходят к нише с ловушкой, готовые помогать.       Тэхён находит место, где корни плюща наиболее плотно оплетают прутья. Открывает склянку и начинает капать жидкость на узловатые корни. Эффект проявляется почти мгновенно. Корни начинают дымиться, их поверхность темнеет, становится рыхлой. Резкий запах разложения наполняет воздух.       — Работает, — шепчет Хосок, а Арс обхватывает его ногу, обнимая.       Тэхён обрабатывает один участок за другим, двигаясь вдоль решетки. Ферменты разъедают органику, ослабляя при этом решетку.       — Ещё немного, — говорит он, сконцентрированный на работе. — Всё!       Чонгук подходит, упирается руками в прутья там, где растение уже съедено жижей.       Тэхён выливает последнее на плющ и отступает в сторону, убирая склянку.       Чонгук делает глубокий вдох и толкает. Мышцы его рук вздуваются, жилы проступают на шее. Лицо краснеет от напряжения. Чимин, Юнги и Хосок хватаются за прутья, помогая. Раздается скрежет.       Чимин громко говорит:       — Отходим, сейчас вылетит.       Каменная решетка, ослабленная разложившимся плющом, издает ещё более сильный скрежет, и звук камня, трущегося о камень, разлетается эхом по всему гроту.       — Давай, давай, — шепчет Тэхён, сжимая кулаки. Йоли на его плече встаёт на задние лапки, словно тоже подбадривая.       Чонгук упирается ногами в пол, находит точку опоры и толкает сильнее. Вены на его висках пульсируют. Ещё одно усилие, и… решетка с оглушительным грохотом отрывается от крепления, сверху падает кусок камня, а снизу чуть трескается основание, куда уходят прутья решетки, тем самым создавая пространство, чтобы выйти.       Звук разносится по гроту, заставляя всех вздрогнуть. Ами шипит, запрыгивая на руки к Юнги.       — Получилось! — выдыхает Тэхён, и на его лице расцветает улыбка облегчения.       Чонгук, тяжело дыша, отступает от поваленной решетки. Его руки дрожат от напряжения, но взгляд полон торжества. Он протягивает руку Тэхёну:       — Пошли.       Тэхён хватает ладонь своего парня, и они вместе переступают через упавшую решетку, возвращаясь в главный грот. Друзья облегченно улыбаются.       — Отличная работа, — говорит Чимин, гордо смотря на пару.       Но всю радость перекрывает резкий голос Кан Унджина:       — Что вы наделали?              Он делает пару шагов по направлению к нише, его лицо искажено возмущением. Указывает на треснутый камень внизу, на отколотый наверху.       — Вы варвары! Беспечные и безответственные! — голос Унджина становится пронзительным. — Вы просто взяли и сломали! Древняя защитная система! Это может быть важным историческим памятником!       — Что ж ты не предложил идею получше, третьекурсник-выпускник? — ехидно замечает Юнги.       — Можно было найти другой способ. Подумать, поискать, — уже не так визгливо говорит Унджин.       — У тебя были предложения? — спрашивает Чимин, поправляя браслет, со спокойствием на лице, как будто его браслет-меч это единственное, что интересует сейчас. — Нет? Тогда заткнись.       Команда Восточного наблюдает за перепалкой, каждый со своих мест. Хан Айю и Со Юна обмениваются обеспокоенными взглядами. Мин Сухёк отходит от ниши, делает шаги к валуну:       — Унджин, может, не стоит… — начинает он, пытаясь разрядить обстановку.       Син Джунву, специалист по архитектуре, видимо, устав от словесной перепалки, резко говорит Унджину:       — Хватит спорить, — бросает он через плечо. — что им надо было за решеткой оставаться? Как смогли, так и выбрались. Пещера и грот целы. Давайте просто закончим работу.       Он торопливо раскрывает свой плангиус, делает резкие шаги к валуну. Ноги скользят по рыхлому гравию. Все происходит в мгновение.       Син Джунву теряет равновесие, его руки взмахивают в воздухе, пытаясь найти опору. Плангиус вылетает из рук, падает на камни. Тело наклоняется вперед, и он инстинктивно протягивает руку, чтобы схватиться за что-нибудь. И его пальцы обхватывают толстую ветвь, свисающую со свода грота. Ветвь плюща.       — Не трогай!!! — громкий голос Тэхёна разрывает воздух. — Не… трогай, — уже тише договаривает он, понимая, что поздно.       Реакция мгновенная, и она ужасна.       Кожа Син Джинву, соприкоснувшаяся с растением, вспыхивает ярко-красным. Волдыри вздуваются прямо на глазах, расползаясь по ладони, запястью, поднимаясь выше по руке. Они начинают пульсировать, наполняться жидкостью, лопаться, обнажая кровавую плоть.       Крик боли эхом отражается от сводов грота.       — Аааааааа! — Син Джунву запутывается в плюще, тут же падает на колени, прижимая пораженную руку с растением к груди. — Горит! Горит! Больно-о!       В тот же момент Чонгук реагирует. Он делает резкий выпад вперед, хватает Тэхёна за локоть, а пальцы впиваются в ткань его одежды. Рывок, и Тэхён оказывается прижат к его груди. Руки Чонгука придерживает его за талию, прижимая к себе. Сердце колотится, а адреналин жжет вены. Он испугался за своего парня.       — Ты цел? — спрашивает Чонгук, оборачивает к себе Тэхена, смотрит как на виске его сокровища, шевелится ликорис из стороны в сторону.       — Да, все хорошо. Все хорошо, — кивает Тэхён.       Чонгук не отпускает его. Его хватка на талии остается крепкой.       В гроте хаос.       Син Джунву на полу, его крики становятся слабее, переходят в бессвязные, хриплые стоны. Рука распухает до неузнаваемости, кожа покрывается сочащимися язвами.       — Джунву! — Кан Уджин бросается к нему, его лицо бледнеет. — Что делать? Что это? Кто-нибудь, помогите! — голос дрожит от отчаяния.       Мин Сухёк уже на коленях рядом с пострадавшим, его руки совсем слегка трясутся от волнения, когда он пытается осмотреть ожог.       — Нужно промыть водой… нужно, — бормочет он, доставая флягу, — или нет, подождите. Я не знаю точно, я травник, не врач.       Хан Айю и Со Юна стоят в стороне, их лица искажены ужасом. Они никогда не видели действия ядовитого плюща. Как и никто из присутствующих здесь, впрочем.       — Я знаю. Знаю, что сможет помочь, — говорит Тэхён, в его голосе нет бравады или чего-то подобного, он просто озвучивает факт.       Тэхён отходит от Чонгука, приближаясь к Джунву. Садится на колени, ставит перед собой рюкзак. Он копошится, перебирая кулечки, мешочки, склянки, что-то шепчет себе под нос:       — Вот, — Тэхён достает небольшой кожаный мешочек с вышитой руной, — лунный папоротник. Он нейтрализует токсины. Токсины растительного происхождения.       Ставит на каменистый пол ступку, высыпает листья серебристого цвета, перетирает их в мелкую крошку.       Следом вытаскивает баночку с густой прозрачной жидкостью, которая светится мягким, пульсирующим светом:       — Это нектар снежного цветка.       Тэхён не видит, но чувствует кожей, что все взгляды сейчас на нем.       — Снежный цветок? — раздаются сразу несколько голосов.       — Да. Снежный цветок. На специализации у нас была пара. Профессор Кан Хаюн рассказывала о последних исследованиях снежного цветка, который появился в этом году по всей Ильтере. Мы работали группой в лабораториях университета. И одно из свойств этого нектара… нам сейчас очень пригодится, — Тэхён замолкает, быстро смешивает в ступке порошок из папоротника с этой светящейся жидкостью и через несколько секунд получается вязкая паста.       Аккуратно и уверенно Тэхён набирает немного этой субстанции на тонкую плоскую деревянную палочку, которой размешивал мазь и осторожно начинает наносить ее на пораженную руку Син Джунву. Первой реакцией Джунву был болезненный стон, но он тут же сменяется изумленным вздохом.       — Какое облегчение, боже! Больше не горит! Больше не горит… — счастливо, с глубоким выдохом облегчения слышится голос Джунву.       — Сухёк, продолжи. Нанеси ему на ожог, — говорит четким голосом Тэхён, но в то же время это звучит, не как приказ. А тоном человека, который уверен и прекрасно знает, что делает. — Я смешаю ещё лекарство. Ступка маленькая, придется работать так.       Он перекладывает мазь на небольшую пластину, отдает деревянную палочку в руки Сухёка, себе же достает ещё одну.       В отличие от уверенных рук Тэхёна, пальцы третьекурсника подрагивают.       — Ровнее. Не так сильно дави. Ровнее, Сухёк. Равномерно делай слой, — дает наставления Тэхён спокойным голосом, насыпая новую порцию серебристого папоротника.       Сухёк старательно следует словам Тэхёна.       Кроваво-красные язвы покрываются серебристо-зеленой мазью, волдыри начинают немного оседать, теряя свой страшный вид. Красная кожа немного бледнеет.       У Тэхёна готова следующая порция, Сухек отстраняется, позволяя Тэхёну всё доделать самому. Криков больше нет, стоит тишина, слышно только все ещё неровное дыхание Джунву.       Тэхён заканчивает, раскладывая и убирая всё в свой магорюкзак, при этом говоря:       — Надо будет ещё несколько процедур провести. Сейчас мы остановили распространение и сняли основную боль. Но этого мало. Я дам ингредиенты Сухёку, он все сделает.       — Спасибо, Тэхён. Я благодарю. Ты спас мою руку. Меня. Можно… ты меня и долечишь до конца? — быстро-быстро кивает Син Джунву и взглядом, полным просьбы, впивается в Тэхёна.       — Сухёк справится, я уверен, — мягко улыбается Тэхён, — но, если всё же тебя будет беспокоить, то ты всегда можешь подойти ко мне. Я не против.       Чонгук уже собирается что-то произнести, как рядом стоящий Чимин, впивается пальцами в его предплечье и сильно сжимает. Чонгук резко поворачивает голову и смотрит на друга. Тот свирепо сверкает глазами и четко говорит губами:       — Не смей!       В это же время Кан Унджин медленно поднимается с колен, и вместе с Сухёком помогают встать Джунву. После Унджин оборачивается и смотрит на Тэхёна:       — Я был не прав… и прошу прощения, — его голос тихий, но искренний. — Ваши знания… они спасли нашего члена команды. Я не имел права судить вас и принижать. Извините меня, — и продолжает. — Мы не будем с вами конкурировать или как-то мешать вам.       — Эмм… Хорошо… — кивает Тэхён.       Кан Унджин поддерживает Джунву, и они идут к тому выходу, откуда и зашли в эту часть грота. Девушки идут следом. Сухёк замыкает команду Восточного. Он бросает на Тэхёна долгий взгляд. В его глазах читается неприкрытое восхищение, которое видят все пятеро студентов УЕР.       А Чимин ещё раз до боли сжимает руку Чонгука, у которого сужены глаза и сжата челюсть.       Все выдыхают и расслабляются.       Юнги закрывает плангиус. Его взгляд находит Тэхёна:       — Это было круто, Тэхён. С противоядием.       — Ну да.. — тихо бурчит Тэхён. Похвалу он ещё не научился принимать.       Хосок подходит, хлопает Тэхёна по плечу:       — Ты был потрясающим, правда.       Тэхён слабо улыбается, ему приятно и в то же время слишком волнительно. Чонгук оказывается рядом, кладет руку на талию и тихо говорит ему, глядя в глаза:       — Горжусь тобой.       Тэхён внутри сияет. А снаружи просто смотрит на Чонгука, стараясь глазами показать всю признательность.       Момент растягивается между ними.       Чимин деликатно отворачивается, делая вид, что изучает руны на алтаре. Юнги закатывает глаза, но на его губах играет еле заметная улыбка. Хосок ухмыляется, почесывая Арса за ушами.       Атмосфера в гроте меняется. Теперь здесь спокойствие и умиротворение.       Они опять все вместе. Им никто не мешает. Всё хорошо.       — Ладно, — Чимин хлопает в ладоши, привлекая внимание. — Давайте закончим то, за чем пришли. Я так понимаю, что сам артефакт мы ещё не нашли, хотя мы в этом гроте.       Хосок, который идет посмотреть ту часть грота, откуда пришли, и потом туда же удалились студенты Восточного, громко зовёт:       — Йоу, все! Здесь действительно есть продолжение! Идет вглубь!       Но для Тэхёна и Чонгука в этот момент существуют только они. Тишина между ними комфортная, наполненная пониманием и чем-то большим, еще не высказанным, но понятным. Оба уже давно друг друга простили, но пока молчат. Не то место и время, чтобы что-то произносить.       Все хорошо. Они вместе, и это главное.       Тэхён осторожно смотрит исподтишка, прикусывая нижнюю губу. Настроение почему-то игривое. Хочется флирта, легкого кокетства. Тэхён себя не понимает. Чего это он? Ещё и в такой неподходящий момент… но он только сильнее прикусывает губу… а внутри что-то радостно пузырится.       Он и Чонгук. Чонгук и он.       Пара.       И фиг с ними, с душевыми. Чонгук именно за ним прыгнул в эту нишу. И именно Чонгук его оттащил от ядовитого плюща. Но не успел. Тэхён все-таки до него дотронулся.       И это вызывает кучу вопросов. Над которыми Тэхён подумает потом.       — Ну? Вы идете? — ещё раз слышится нетерпеливый голос Хосока.       — Ванильки, догоняйте, — кричит Чимин.       Они же идут последними. Чонгук придерживает Тэхёна за локоть.Сэт и Голд летят под потолком пещеры, Арс бежит впереди, его хвост виляет от возбуждения.       Проход становится узким, стены влажные, приходится идти гуськом. Пространство с алтарем остается позади, и они достают свои кристаллы, чтобы освещать путь. Проход тянется метров двадцать, постепенно расширяясь. Стены меняют текстуру. Здесь уже не естественная порода, а обработанный камень. Кто-то вырезал этот коридор вручную, давным-давно.       — Осторожнее, — предупреждает Юнги, его голос приглушенный. — Здесь может быть что угодно. Наконец они выходят в небольшое пространство. Потолок низкий, стены покрыты выцветшими рунами. И в дальней стене, на уровне груди, в скале вырезана ниша. Где размещается артефакт.       Но они не одни.       Команда Восточного университета тоже здесь. Кан Унджин стоит перед нишей, его плангиус открыт, и он что-то пишет. Хан Айю делает зарисовки, ее рука делает штрихи на странице. Со Юна держит измерительный прибор и диктует цифры. Мин Унджин оборачивается, видимо, услышав их шаги.       — Нашли, — констатирует он без особых эмоций. — Мы уже начали документировать.       — Хорошо, мы следом, — спокойно отвечает Чимин.       Ребята подходят ближе, чтобы изучить артефакт, но при этом не мешая Восточным.       Это небольшой предмет, не больше ладони, причудливой формы, напоминающий переплетенные ветви или корни. Материал темный, почти черный, с металлическим отливом. По поверхности вьются мелкие руны, едва различимые в тусклом свете.       Чимин достает плангиус и открывает чат.

«5»

Общаемся здесь.

Конфета Согласен. Смотрите, какая форма у артефакта.. Коллега Йоу какой.. это явно что-то связанное с ритуалами. Только для каких? Бедовый Руны связаны с природной магией. Символы роста и жизни, цикличности. Бро Защитный амулет? А переплетенные корни как связь с землей?

Запишем пока, как «ритуальный артефакт природной магии, предположительно связанный с алтарем в главном гроте» Так?

Конфета Надо добавить еще функцию.

Так. Ок…

«Функция: активация или защита. Требует дальнейшего изучения»

Бро Добавь материал. Очень похоже на обсидиан, но с примесью чего-то ещё. Металла? Или какая-то кристаллическая структура. Напиши все-таки кристаллическая структура.

Ок.

Внесу так инфу.

Коллега Зафиксил размеры. Пиши: 12 на 8 см. Толщина 3 см. Вес… ща. Подожди. Попробую визуально прикинуть, исходя из веса обсидиана.       Пока они переписываются, команда Восточного продолжает свою работу. Кан Унджин диктует описание Хан Айю, Сухек и Джунву дополняют. Их версия звучит иначе. Она более академичная, с упором на архитектурные и исторические аспекты. Со Юна осторожно протягивает руку к артефакту, но не касается его. Ее измерительный прибор сканирует предмет. Бедовый Они описывают его как событийный элемент. Это ошибка, ведь, да? Этот артефакт относится все же к ритуальным?

Мы никого исправлять не будем. Они показывают свои знания, мы свои.

Бро Может, мы все правы? Может, у него несколько разрядов классификации? Конфета Возможно. Но в форме требуется указать только основную. И дать описание. Бро Тогда я за ритуалы. Коллега Я тоже Бедовый И я.

Заполнил.

      Чимин пишет финальное описание, согласовывая в чате с парнями, и заполняет официальную регистрацию находки. Он добавляет точные размеры, которые предоставляет Хосок, зарисовку рун от Чонгука. И рисунок от Тэхёна. Юнги прикрепляет координаты местоположения.

Готово. Отправляю.

      Форма исчезает, как только Чимин нажимает на иконку отправки. Она летит в центральную базу данных УЕР, где ее будут просматривать ведущий практики и профессор или старший куратор, кто будет принимать и оценивать результат. Кан Унджин поднимает голову, встречаясь взглядом с Чимином:       — Вы тоже отправили отчет?       — Да, — Чимин сворачивает плангиус, убирая его в карман. — Нашу версию описания.       — Понятно, — Унджин кивает. — Пусть комиссия решает, чей отчет точнее.       Напряжения больше нет. Теперь это просто две команды, где каждая выполняет свою работу.

🟢

      Вечер опускается на владение Ори мягкой дымкой. После пещер Сорак все возвращаются уставшие, но довольные. Все обсуждают, что сейчас идеально разойтись по комнатам, передохнуть, и встретиться часика через полтора, а то и два, чтобы приготовить ужин.       Чонгук же придерживает Тэхёна за локоть и тянет назад. Тэхён оборачивается, смотрит на Чонгука, который останавливается.       — Поговорим?       Тэхён чуть прикусывает нижнюю губу, сдерживая рвущуюся теплую улыбку:       — Да… можно. Думаю, да. Поговорим.       Чонгук протягивает раскрытую ладонь, Тэхён, не раздумывая, накрывает ее своей, и его ведут на веранду, минуя библиотеку. Открывается изумительный вид на сад с буйной растительностью джунглей. Никакого остекления здесь нет. Широкое пространство, резные перила, каменные колонны. Уже смеркается и в темноте деревьев мерцают первые светлячки.       Тэхён ставит свой магорюкзак на одно из кресел и подходит к перилам, глядя на темнеющее небо. Чонгук идет вслед за своим сокровищем.       А у Чонгука слова застревают в горле, но желание прикоснуться сильнее любых слов.       — Тэхён, — голос его звучит низко. Хрипло. — Прости меня за то, что сказал тогда. Я просто ляпнул, не подумал. Не думал. Это было чертовски глупо. Прости.       Тэхён оборачивается, в его глазах что-то мелькает. Злость? Нет. Скорее усталость.       — Я не хочу ничего слышать про твоих бывших, Чонгук, — говорит он ровно. — Мне и так хватает Джису, которую я каждый день вижу в универе. Каждый день, Чонгук. Каждый день я вижу, как она своими взглядами, своим дурацким флиртом, напоминает, что между вами было. Меня тошнит от этого. Не только от нее. Но и от себя. Что меня это цепляет. Меня это бесит, Чонгук. — тон Тэхёна повышается, и он отворачивает взгляд и уже тише заканчивает. — Я устал от напоминаний о твоих бывших.       Чонгук резко шагает вперед, почти агрессивно, загоняя Тэхёна спиной к перилам. Его рука скользит по шее, пальцы зарываются в волосы на затылке, удерживая. Не давая отвернуться, хотя Тэхён и не пытается. Он просто смотрит своими невыносимыми зелеными глазами.       — Прости. Прости, Тэхён. Больше ни разу. Больше не будет, — выдыхает он прямо в губы Тэхёна, вдыхая его запах. Свежий, сладкий аромат зеленого яблока, который всегда сводит его с ума. Чонгук жмурится на мгновение, утыкаясь носом в изгиб шеи.       — Черт, как же ты пахнешь… Схожу с ума от тебя.       Он проводит носом по линии челюсти Тэхёна, вдыхая снова и снова, словно не может насытиться. По бархату кожи бегут мурашки… это опьяняюще.       — Обещаю, — хрипит Чонгук, прижимаясь всем телом, не оставляя между ними ни миллиметра пространства. — больше никогда. Тэхён, я только твой.       Их губы сталкиваются, поцелуй жадный, требовательный, почти жестокий. Чонгук целует, проникая языком глубже, словно хочет поглотить Тэхёна целиком. А он именно это и хочет. Да. Его рвет внутри и перемалывает все кишки, как он хочет впитать в себя этого человека и никогда не отпускать.       Кусает нижнюю губу, снова возвращается к шее, вдыхая этот проклятый запах зеленого яблока, который заставляет его терять контроль.       — Не могу без тебя… я только твой Тэхён, веришь мне? — шепчет он между поцелуями, голос срывается на хрип. — Твой. А ты мой. Каждая секунда, каждый вдох. Мое.       Чонгук слышит тихий стон Тэхёна, чувствует, как пальцы цепляются за его плечи, и это только подливает масла в огонь.              — Да, Чонгук, да.       Этот бархатный голос с его «да» действуют, как спичка, брошенная в масло. Внутри Чонгука полыхает и грохочет. Он впивается в чувствительную кожу у основания шеи, оставляя метку. Темную, бордовую, такую явную. Его. Тэхён вздрагивает, пальцы сильнее сжимают широкие плечи, и Чонгук слышит придушенный всхлип.       — Да, Чонгук, да, я тебе верю, — повторяет Тэхён, дрожащим голосом, и Чонгук чувствует, как его собственное сердце готово выпрыгнуть из груди.       Их губы снова встречаются, поцелуй становится медленнее, Чонгук проводит языком по нижней губе Тэхёна, чуть прикусывает, затем успокаивает поцелуем. Руки скользят вниз, обхватывая талию, прижимая ещё ближе, хотя ближе уже некуда. Между ними нет и миллиметра пространства.       Тэхён тихо стонет ему в рот, и этот звук заставляет что-то внутри сжаться и разжаться одновременно. Он отрывается от сладких и манящих губ, тяжело дышит, прижимаясь лбом ко лбу Тэхёна.       — Только мы, Тэхён. Только мы. И никто больше. Только мы имеем значение, — продолжает Чонгук, целуя уголки его губ, щеку и снова шею. — Ты мое настоящее, и ты мое будущее. Больше никто.       Он снова впивается в губы Тэхёна, на этот раз медленно, нежно, вкладывая все обещания, всю любовь, которая его переполняет.

🟢

      — Мирятся, — болтает ножками Тэтэ, улыбаясь во весь рот. Он сидит в своем пространстве с толстой книжкой, которую вчера дал ему Лип-Лип. — Сиропики.

🟢

      Вчера за ужином было принято решение все силы бросить на тайну с ключом. Просто так никто не собирался это оставлять. До конца практики ещё остается неделя, чуть больше. И у них есть время, учитывая, что артефакт найден, данные по регистрации высланы. Остаются теперь детали, которые они успеют доделать. Гораздо больше их волнует ключ и белый камень.       Сейчас утро, и они уже позавтракавшие собираются в джунгли. Спускаются в холл, там стоит команда Восточного. Каждый из них с магосумкой и со своим питомцем, которых надо отдать должное, пятерка никогда и не видела. Только при первой встрече. Две собаки, две кошечки и попугайчик.       — Наше задание выполнено, и мы возвращаемся в Универ, — говорит Кан Унджин. — Ещё раз приношу свои извинения за начало практики.       — Главное, что вы поняли, что не всегда люди это конкуренты, — хмыкает с улыбкой Юнги. — Удачи всем вам с дипломом.       Студенты Восточного идут к дверям, Джунву подхватывает свою сумку, оборачивается на Тэхёна,       — Спасибо тебе. Большое.       Сухёк, который собирается выходить последним, с искренней улыбкой говорит:       — Я напишу тебе. Мне правда было интересно пообщаться с тобой. Многое узнал от тебя, хоть я и третий курс. Всегда теперь буду соглашаться со словами, что УЕР — это особенный университет. Спасибо за мазь, что ты сделал сегодня. Я долечу ей руку Джунву.       Тэхён кивает, подходит и протягивает руку на прощание.       — Классный у тебя пёсель такой. И хвост синий. Прикольный, — жмет руку в ответ Сухёк и кивает в сторону Йоли. Разворачивается и быстрым шагом догоняет своих.       Дверь закрывается.       Тишина.       — Кто??? Пёсель??? — холодом, словно разрезает сталь, произносит Чимин. — Пёсель?! Йоли — это собака?! Они все так это видят?! И от нас хотят каких-то разговоров, информации, и, мало того, засунуть в какие-то лаборатории???       — Эмм… А мы вообще реальность видим? Или тоже какую-то иллюзию? — Хосок хватает в руки своего енота Арса, обнимая его.       — Ещё вчера мы обсуждали, скажем взрослым про ключ или нет, — мрачно говорит Чонгук, садясь на диван. — Мы ничего не скажем. Никому. И будем разбираться во всем сами. Вся жизнь в неведении! Для чего? Почему? «Всё во благо рас и мира между ними», — передразнивает Чонгук в воздухе, рисуя кавычки пальцами.       — Не будем терять время, — собранно произносит Юнги. — идем за ключом.       Все подходят в круг и отбивают кулаки.       — Да. Именно так, — кивает Чимин.       Выйдя из владения Ори, пятерка молча направляется к джунглям. Никто не произносит больше ни слова. Слова Сухёка о «пёселе» ещё звенят в ушах, вызывая смесь возмущения и горечи.       Дорогу они уже знают наизусть, после постоянных неудачных попыток достать ключ, тропа до водопада отпечаталась в их памяти до мельчайших деталей. Они идут быстро, целенаправленно, не отвлекаясь на красоту джунглей.       Вот уже слышится шум воды, благодаря которой, они когда-то и нашли это место.       Они подходят к струе воды, смотрят внутрь потока, ключ сформировался с их очередной неудачной попытки.       — Мы пробовали разные варианты. Но этот, думаю, должен получиться.       — Что ты придумал? — с интересом спрашивает Хосок.       — Я изучил все записи об известняковых образованиях в библиотеке, — объясняет Юнги , начиная раскладывать рядом компоненты. — Проблема в том, что известняк разрушается при резком изменении среды. Особенно если среда пропитана магией. Поэтому мы будем создавать сейчас переходную оболочку.       — Тэхён ты всё взял, что я тебя просил на днях подготовить?       — Да, да. Конечно. Всё в сумке, — кивает и открывает магорюкзак Тэхён. Он достает все растения, которые собрал.       — Так, давай водяной мох, он сохранит влажность. Вот корень аира, он укрепляет хрупкие структуры, — Юнги добавляет в смесь, которую мешает у склянке.       Он смешивает ещё несколько компонентов, которые уже ему протягивает Чимин, предугадывая каждое его движение. Жидкость в колбе приобретает густую консистенцию и молочно-зеленый оттенок.       — Так, Чимин, на эти штуки, твоя задача поставить их рядом с ключом, чтобы смесь не разливалась по камню, а оставалась подольше на ключе.       — Понял, — коротко отвечает Чимин, закатывая рукава.       — Хосок, — продолжает Юнги , — следи за временем. У нас есть ровно три минуты, на нанесение состава полностью. А то придется все заново начинать. Да боюсь ключ рассыпется опять.       — Три минуты, запомнил, — кивает Хосок, открывая плангиус, чтобы следить за временем.       — Тэхён, как только мы вытащим ключ, оберни его листьями лотоса из своей коллекции. Они сохранят влажность ещё на несколько минут, пока состав полностью не стабилизируется.       — Да, лотос Нерелия, — Тэхён уже взял и держит в руках несколько листьев, которые бережно хранил в одном из своих тубусов.       — Чонгук, ты будешь вытаскивать, — заканчивает Юнги, — Движения должны быть как можно плавнее, без рывков, это мы уже точно выяснили за наши пробы.       Юнги начинает медленно выливать состав на ключ, жидкость его обволакивает, создает защитную пленку, начинает густеть, образуя плотную оболочку вокруг.       — Две минуты тридцать секунд, — произносит Хосок.       Чонгук начинает медленно тянуть. Ключ поддается. Миллиметр за миллиметром он извлекает его из воды. Все затаили дыхание. Даже питомцы замирают, наблюдая за происходящим.       — Минута тридцать.       Ключ показывается из воды, покрытый зеленоватой пленкой, которая уже начинает твердеть.       — Минута.       Ещё немного. Ключ выходит из воды, Чонгук его протягивает Тэхёну, который аккуратно оборачивает его влажными листьями лотоса, создавая дополнительный защитный слой.       — Двадцать секунд.       Тэхён заканчивает и аккуратно прижимает листья к ключу, чувствуя твердость. Состав затвердевает, образовывая прочную оболочку.       — Время.       Несколько секунд все стоят неподвижно, боясь пошевелиться. Тэхён снимает листья, ключ лежит в его руках целый и невредимый.       — Получилось!       — Черт! У нас получилось!       — Ну охренеть !       — Вот это да! Йоу!       Юнги осторожно касается ключа.       — У нас точно получилось.       Радостные, они быстро доходят до пещер, не забыв сорвать серебряный шалфей. Их встречает запахом сырости и едкой субстанции. В ход идет манипуляция с шалфеем и артефактом, и они проходят.       Идут уверенным шагом дальше, не сверяясь со схемой. Путь они помнят. Шум подземной реки уже слышен, ещё пару минут и вот она красавица-река. Они быстро раздеваются, складывают вещи и закидывают их в водонепроницаемые мешки и заходят в воду. Она бодряще холодит, но парни быстро привыкают к температуре и уже плывут, наслаждаясь водой и красотой. Течение спокойное, они плывут молча, экономя силы.       Впереди виднеются зеленые сталактиты, образующую подобие спирали.       — Здесь. Мы подплываем. Тэхён, смотри, ищи камень, — говорит Хосок.       — Вон он. — Тэхён указывает на дно. И с надеждой в голосе, — Видите? Вон он.       Все подплывают, образовывая круг. Смотрят вниз.       — Вон! Вот он! Видите? — с легким отчаянием в голосе повторяет вопрос Тэхён.       Все вздыхают.       — Нет.       — Ну блин, ну что же такое-то, — Тэхён хлопает по воде и разлетаются искрящиеся синие брызги. Чонгук подплывает ближе, чтобы взять Тэхёна за руку и успокоить. — Смотри, Чонгук! Смотри! Вон он ведь…       И Чонгук делает ещё попытку, опускает голову вниз. И замирает, широко раскрыв глаза.       — Я… Я вижу, — говорит он потрясенно, поднимая взгляд на всех. — Сейчас вижу. Да. Вот он. Белый камень, и он большой.       — Все замрите. Не двигайтесь, — резко командует Чимин. — Тихо. — он прикрывает глаза, явно что-то обдумывая. Потом медленно открывает их:       — Тэхён, — поизносит он, наклонив голову вбок, — Скажи: «Смотри, Чимин»       Тэхён моргает, сглатывает и повторяет:       — Смотри, Чимин!       Чимин опускает голову вниз.       — Черт! Это ты! Ты разрешаешь нам видеть! Ключевое слово «Смотри»!       Тэхён кивает. Сам он в шоке от происходящего, но это они всё потом будут вместе обсуждать. Сейчас же он произносит дальше:       — Смотри, Юнги!       — Смотри, Хосок!       Теперь камень видят все. Все пятеро! Гладкая белая поверхность с углублением в форме ключа.       — Это должен сделать ты. Несомненно, — говорит Чонгук, глядя на Тэхёна.       Все молчат, соглашаясь. Это очевидно.       Пятеро парней набирают воздух в легкие и ныряют. Холодная вода смыкается над головами.       Тэхён достигает камня, протягивает руку с ключом и прикладывает его в углубление. Зеленое сияние ярко вспыхивает, поверхность камня дрожит, и исчезает, как будто ее и не было. Вместо нее зияет черная дыра, в которую и летит Тэхён. Он не успевает даже вскрикнуть или посмотреть вверх. Его тянет в пустоту, ориентация теряется, сознание уплывает.       Тэхён этого не видит, но дыра поглощает и Чимина, который падает следом за ним. Без сознания.       Чонгук, Юнги и Хосок рвутся следом, но тут же появившаяся белая поверхность камня ударяет в грудь, отшвыривая.       Они втроем всплывают, жадно хватая ртом воздух.       — Почему?! — орёт Чонгук. — Почему?! — он бьёт кулаками по воде, брызги летят во все стороны. Ярость, злость и боль смешиваются в его глазах. И ещё отчаяние.       — Опять?! — непонимающе шепчут Юнги и Хосок

***

      Падение заканчивается внезапно. Тэхён и Чимин приземляются на холодный земляной пол, выкашливая воду. Несколько секунд они просто лежат.              Поднимаются. Шарахаются друг от друга. Непонимающе оглядываются кругом.       Резко поворачиваются. Смотрят друг на друга.       — Чимин?       — Тэхён?       — В этот раз память вернулась быстрее, — хрипит Чимин, теперь уже осознанно вглядываясь в пространство.       Тэхён кивает, но тут же сгибается пополам от внезапной боли. Он падает на колени, хватаясь за живот.       — Тэхён! — Чимин бросается к нему.       Боль утихает. Тэхён убирает дрожащие руки. На животе горит, вырезнная зеленым руна Уруз ᚢ. Рядом появляется кинжал из зеленого материала. Он лежит в нескольких сантиметрах от известкового ключа.       Чимин смотрит рядом с собой. Перед ним — два черных кинжала и метательные звездочки.       Достают свою одежду из мешков. Одеваются. Подхватывают оружие. Убирают ключ в мешок.       — Готов?       Чимин поворачивает голову.       Перед ним Тэхён.       Тэхён, который выпрямился во весь рост, плечи расправлены, подбородок поднят. В его глазах холодная уверенность. Ни следа прежней мягкости. Он держит зеленый кинжал с такой естественностью, словно оружие всегда было частью его тела. ▫️▪️▫️▪️▫️▪️▫️▪️▫️ Если вам понравилась глава, нажмите кнопку «жду продолжение» Мне очень хочется знать, сколько вас, кому нравится читать эту историю 🥰 Жду ваших мыслей о главе 🥰