Совершенный

***

      Доктор Уилбур тщательно возился с проводами, склонившись над сломанным плечом робота. Искры маленькими огоньками сыпались на пол, а запах гари пропитывал воздух лаборатории, но он не обращал на это внимания. Всё его внимание было на решении проблемы сгоревших проводов и выведшего из строя механизма, заведующего работоспособностью руки. Казалось бы всё проще простого: заменить провода и настроить механизм, но даже так — одно неверное движение и... Звук был резким и коротким — тррр-кхх! Робот испуганно дёрнулся, раздалось слабое потрескивание, словно микроскопические искры прыгали с контакта на контакт, рассыпаясь в воздухе тонкими, едва слышными щелчками.        — Полегче, идиот — прозвучал слегка механический голос. — Спокойнее, милый — прозвучал спокойный голос, успокаивая. — Я почти закончил. Он заменил проводку, перепаял схемы, даже восстановил искусственные мышцы на руках. И вуаля — готово. — Ну вот, я закончил — облегчённо вздохнув, Сут откинулся на спинку стула, откладывая использованные инструменты. Некоторое время они молчали. Лаборатория была освещена только мягким голубым светом экранов. Где-то тихо жужжали вентиляторы. — Уилбур — голос Квакити был ровным, но в нём слышалась нотка беспокойства — ты нормально не ел и не отдыхал уже около недели. Это правда. Уилбур не помнил, когда в последний раз нормально отдыхал или спал. Всё это время он терялся в белоснежных стенах лаборатории, проводя время за различными бумагами, изредка выходя из кабинета в кабинет и перекусывая бутербродами. Лаборатория была единственным местом, где Уилбур чувствовал себя живым. Здесь он создавал, изобретал, терялся в своих мыслях. Вечные эксперименты, исследования, программирование, задачи и идеи — его жизнь вращалась вокруг одной цели. Он хотел создать совершенный разум. Искусственный интеллект, способный не просто выполнять команды, а думать, чувствовать, существовать. Квакити был его шедевром. Не просто андроид или железяка с кодом. Он был нечто в которое Уилбур вложил всё — годы исследований, тысячи строк кода и, возможно, даже часть своей души. Но теперь, глядя в его тёмные, почти живые глаза, Уилбур задавался вопросом: не перешёл ли он черту? — Я знаю. — Почему ты это делаешь? Уилбур провёл рукой по его запястью. Металл был гладким, но под поверхностью скрывались крошечные сенсоры которые имитировали человеческую кожу. Он до сих пор помнил сколько ночей потратил чтобы создать это. Чтобы создать его. — Потому что ты нечто большее чем простой андроид — Уилбур глубоко вздохнул. — Ты… Ты не должен был получиться таким совершенным. Не должен был задавать вопросов, прогрессировать, а в конце концов — понимать эмоции и чувства... Квакити склонил голову набок, анализируя его слова. — Ты не доволен результатом? — Я не могу этого сказать. — Я хочу понять — вдруг сказал Квакити. — Ты вложил в меня так много… Почему? Уилбур усмехнулся. — Потому что мне хотелось доказать что я могу создать что-то совершенное. — И ты считаешь меня совершенным? —Уилбур медленно кивнул, всё ещё поглаживая его запястье. — Да. Но теперь я боюсь что совершил ошибку. Что ты слишком… настоящий. Слишком живой — доктор не осмелился поднять взгляда, горько вздохнув. — Мне страшно — признался Уилбур, и Квакити замер. В лаборатории стало тихо. Только слабое жужжание процессоров андроида и вентиляторов заполняло пространство. — Почему? Отпустив запястье Уилбур провёл рукой по волосам, слегка сжимая их, пытаясь собрать мысли. — Потому что я чувствую к тебе то что не должен. Потому что я смотрю на тебя не как на машину… а как на нечто большее — он устало вздохнул. — И я боюсь что однажды ты уйдёшь. — Ты странный человек, Уилбур — произнёс Квакити. — Ты создаёшь то что не можешь контролировать. — А ты, странная машина, заставляешь меня чувствовать больше чем любой человек. На мгновение в лаборатории не осталось ничего кроме двух существ — одного живого, другого созданного, но одинаково настоящих. Уилбур закрыл глаза. — Я не запрограммирован на уход — спокойно ответил он.— Но если ты хочешь, я могу остаться. — Не потому что я хочу — Уилбур покачал головой, устанавливая зрительный контакт — а потому что ты сам этого хочешь. Квакити задумался, затем встал и подошёл ближе. Его металлические пальцы осторожно опустились вокруг лица учёного. — Я хочу понять что значит быть живым — сказал он. — Если это то что я чувствую рядом с тобой, то может я уже жив? Уилбур улыбнулся сквозь усталость, наклоняясь к прикосновению. Он знал, что ответ уже давно был у него перед глазами. — Тогда позволь мне научить тебя.