Через стекла боли

Глава 9 — Точка невозврата После того, как дверь захлопнулась, тишина стала почти оглушающей. Маша стояла, вцепившись пальцами в край стола, не двигаясь. Ни дыхания, ни звука — только звон внутри. Как будто кто-то ударил по стеклянной чаше, и она всё ещё звенела, трещала изнутри. Она опустилась на пол. Спина соскользнула по стене. Колени подогнулись. И всё, что было сдержано до этого, хлынуло наружу. Слёзы. Беззвучные, солёные, как давние раны. Она не плакала с тех пор, как умер Ваня. Даже когда отец орал, даже когда мать говорила, что она позор семьи. Даже когда резала кожу, чтобы заглушить внутренний крик. Но сейчас — сломалось что-то большее. Она била кулаком по полу, глухо, снова и снова, будто так могла выбить боль из себя. Хотелось рвать бинты, кричать, ломать всё вокруг — но сил не было даже встать. — Прости, — прошептала она в пустоту. — Прости, Варя… --- Марина услышала странный стук, проходя мимо комнаты Маши. Остановилась. Прислушалась. Потом — шаги. Хриплое дыхание. Что-то глухое, как удар. Она сразу распахнула дверь, не постучав. — Маша?! Та сидела на полу, бледная, с покрасневшими глазами и разбитыми костяшками. Дрожащая. Маленькая. Не сильная и холодная, как всегда — а сломанная, почти неузнаваемая. Марина без слов подбежала и опустилась рядом. Обняла. Маша сначала отшатнулась, но потом вдруг вцепилась в неё, как утопающий. — Я всё сломала, — шептала она. — Она ушла. Я её оттолкнула. Как всех. Я всегда всё ломаю. — Нет, нет, нет… — Марина гладила её по спине. — Ты просто не умеешь по-другому. Но ты не плохая, слышишь? Просто сломанная. Но не злая. Никогда не злая. Маша плакала. Рвала бинты с запястий, как будто они душили её. Марина аккуратно перехватила руки, разглядела свежие раны, ссадины, синяки. Вздохнула и пошептала: — Ты всё ещё здесь. И Варя… она тоже ещё рядом. Она просто не знает, как с тобой быть, когда ты в таком состоянии. — Она ушла… — Но не разлюбила. Я видела её взгляд. Маша замолчала. Закрыла глаза. Тихо, как будто боится разрушить остатки надежды. --- А у дверей кто-то стоял. Варя не ушла далеко. Она стояла в коридоре, прислонившись к стене. Слышала крик, плач, шорох бинтов. И сердце её дрожало. Она не вошла. Пока. Но знала точно — она вернётся. Завтра. Или ночью. Потому что любовь — это не быть рядом, когда легко. А быть рядом, когда страшно.