со вкусом сакуры и кофе

— эй дазай! у тебя же есть план! выкладывай быстрее! — накахара дергает связанными руками за спиной, пытаясь высвободиться. — 5 секунд, — спокойно отвечает шатен, хитро глядя на людей, которые думают что пленили сам двойной чёрный. — что черт возьми ты несешь? — недоумевает парень, который раз дергаясь чтобы вытащить затекшие руки. — отвлеки противника на 5 секунд, — все также спокойно отвечает осаму, даже не пытаясь что-либо сделать, — ты же сможешь? — само собой, чёртов ублюдок! — раздраженно фыркает чуя. да кто он такой чтобы сомневаться в его способностях?! странный день. мори, вдруг, среди ночи, вызвал парней. «я знаю что всего час назад я отпустил вас, но это очень важная миссия которую я могу поручить только вам». суть задания была проста, им всего лишь нужно было разделаться с какими то придурками из иностранной организации, которые хотели насолить порту и йокогаме в принципе. непонятно только одно — почему именно они? босс мог с легкостью отправить туда черных ящеров, возможно даже рюноске, да кого угодно! с этим заданием мог справиться любой человек из порта. дазай-лучший-стратег-в-мире-осаму предложил план, обсудил его вместе с мори, а тот в свою очередь его утвердил. и вот они в каком то заброшенном здании. стены крошились, разбитые окна, разрисованные потолки и мусор. как такую развалину и не снесли к чёртям собачьим? странно проводить такие важные мероприятия в такой халупе. у них было собрание? встреча с возможными спонсорами? чуя не вдавался в подробности, в своих мыслях он всё ещё в тёплой кровати, которая привлекала его намного больше чем очередное задание в час ночи. пока дазай ходил с умным видом и разглядывал стены, накахара клевал носом, ожидая появления хоть одной живой души. гробовая тишина заставляла задуматься, правильный ли адресс им дали. толчёк. чуя споткнулся о собственную ногу, не в состоянии удержать равновесие и повалился на пыльный пол. что то острое впилось прямо в кожу шеи. — дети? не думал что у мафии закончились люди, — усмехнулся мужчина, держащий кинжал в руке. глаза чуи впились в спокойное лицо шатена, сзади него стоял парень, не сильно старше них самих, с пистолетом направленным прямо в спину мафиози. — сдавайтесь, — все что сказал тот парень, приподняв уголки губ в победной улыбке. шатен поднял руки в беззащитном жесте, мол, поймали, молодцы. руки в перчатках обвили веревки блокирующие способности. как странно, но руки дазая сковывали наручники, а не такие же веревки. — эй ты! — накахара начинает спектакль, это будет весело, — да ты, мудак блондинистый, подойдешь или ссышь? — ха, неужели ты до сих пор не понимаешь что не в том положении что бы так со мной разговаривать? — блондин хватает накахару за воротник, смотря прямо в глаза, — ты в плену, как и твой дружок. неужели не страшно? — страшно должно быть тебе, — сплевывает рыжий прямо в приоткрытый рот парня. его кинули обратно на пол, брезгливо вытирая губы от харчка. — ублюдок! — взревел блондин, готовый достать пистолет и застрелить наглого мальчишку, только вот выстрел прямо в висок уронил его уже бездыханное тело на бетон. — умница, чиби! да ты прям актерище, — разминая затекщие руки, заговорил дазай, одним движением руки скинувший стальные наручники, и с такой же лёгкой манипуляцией развязывая руки накахары, — давай побыстрее с ними разберёмся, уж больно долго на одном месте сидим. — я только за, — улыбается чуя, — смутная печаль! не прошло и минуты, все члены «недо организации» мертвы. дазай повеселился с игры напарника и полностью уступил ему бой, не влезая ни на секунду. каждая пуля отправленная на тело шляпника была отправлена обратно отправителю в лоб с такой силой, что тела откидывало на 2 метра, не меньше. — и кто тут говорил что у мафии закончились люди? — усмехается накахара, вновь положив какого то слишком живучего парня. миссия выполнена, можно идти домой. — чуя-кун такой послушный! выполнил команду отлично, словно пёс! — тянет довольно осаму, глядя на проделанную работу, — я где-то читал что после хорошо выполненной команды, собак надо угостить вкусняшкой, — с задумчивым видом, шатен начинает рыться у себя в карманах, выуживая от туда конфету, — чуя хороший мальчик, заслужил угощение! — я не твой пёс! — рявкнул накахара, — сам жри свое дерьмо, мне это не нужно. — ну конечно, я забыл, чуя-кун же как девочка, любит сладости, а что то горькое не переносит, — сам разворачивает пластиковую обёртку и закидывает кофейную карамель в рот. у чуи дёргается глаз. как же дазай бесит! он готов прямо сейчас его.. — чуя! все что успел сделать рыжий — моргнуть. дазай подлетел к парню со скоростью звука, в секунду преодолев расстояние между ними. рука осаму легла на плечо парня, а глаза потускнели. нож. прямо в спину шатена прилетел остро заточенный нож, войдя чуть ли не на половину. — невнимательный чиби.. — глухо вздыхает дазай, не в силах вздохнуть снова. веки тяжелеют, не так он планировал умереть. молнией, чуя подлетает к виновному , рассекая кожу на шее излюбленным ножом. кровь хлынула прямо на лицо парня, но он даже не обратил внимание. он заставит его почувствовать себя так же, как сейчас чувствует себя его напарник. заставит биться в агонии, умоляя дать умереть. краем глаза, дазай наблюдает за сценой мести, он никогда еще не видел такого взбешённого чую, он выглядит.. красиво. голос отдается эхом в голове. он не понимает кто это говорит, уже подошедший к парню накахара, или его собственный мозг, борющейся за жизнь. туманный взгяд не замечает как сильные руки подхватывают его тело, унося прочь с проклятого места.

***

сигарета дотлела до фильтра, чуя сделал всего одну затяжку. на балконе прохладно, свежо. накахаре казалось что время будто остановилось. с момента миссии прошло уже два дня. он чувствовал себя странно. не было обычного спокойствия или раздражения. не было ничего. просто пустота. перед глазами все еще стояла картина. окровавленное тело напарника лежит на полу, пытаясь глотнуть воздуха. он.. он был подчти мертв когда чуя ворвался в кабинет мори. « босс! дазай, он!. он получил ранения из-за меня! сделайте что-нибудь, прошу!» страх, беспокойство, беспомощность..да, именно эти чувства тогда он испытывал, хотя до конца не понимал, почему. с самого начала. с самой первой встречи. ненависть, подколы, желание вцепиться в глотку этому человеку. заставить мучаться. почему же когда это случилось, чуя не чувствует радость? на удивление даже огая, у дазай не было серьезных травм, хоть и получил ножевое ранение, и вопреки своему диагнозу, ему пообещали что всего через несколько недель он будет полностью здоров. вина жгучим пламенем разливалась по телу чуи. теперь он будет работать один, пока осаму не поправится. но..если бы я не отвлёкся, этого бы не было. дни стали спокойнее, никто не доставал чую своими тупыми шутками, никто не спихивал на чую свою бумажную работу, никто не издевался над чуей из-за роста или не правильно сказанного предложения. он так мечтал об этом, почему же он не рад? — чуя-кун, у меня для тебя просьба, — говорит мори, сидя за столом и перебирая какие то бумаги, — видишь ли, дазай-кун хоть и болен на данный момент, но так и не написал отчет по прошлой миссии. мне нужно чтобы ты отнёс ему эти документы, он сам разберется что с ними делать, — огай протягивает чуе скрепленную кипу бумаги. — почему именно я? — спрашивает парень, разглядывая бумажки в руках — потому что, наколько мне известно, ты уже закончил с заданиями на день. да и ты наверное устал, поэтому я подумал что пройтись от штаба до больничного крыла тебе не будет лишним. — мг, — промычал чуя, уже развернувшись к двери, размеренно вышагивая. — и да, чуя-кун, — голос сзади заставил обернуться. огай стоял прямо напротив юноши, прикасаясь к его плечу, — дазай-кун.. он подействовал странно, ты так думаешь, да? — чуя положительно покачал головой, смотря прямо в глаза, — я не знаю какие между вами взаимоотношения, но.. дазай-кун не будет рисковать своей жизнью просто так. от этих слов у чуи дрогнуло сердце. он уже вышел из кабинета мори, стоит, спиной прислонившись к двери, переваривая сказанные мужчиной слова. « не будет просто так? »

***

белые чистые стены. бесшумные часы. такие же белые потолки и лампочки под ними, светящиеся мягким светом. чуя не любил больницы, уж слишком много суеты. суета, беготня, все куда то торопятся.. ну не по душе. накахара подошел к регестратуре, милая медсестра поприветствовала его улыбкой. — здравствуй, чуя-кун, — отозвалась девушка, подписывая какие то бумаги. — здравствуйте. мне, эм, — он немного замялся, сам не понимая почему, — босс поручил мне принести документы даза.. — да, я поняла, — подхватила на лету девушка, — палата осаму 103. прямо по коридору и налево. — с-спасибо, — выдавил накахара, резко разворачиваясь прижимая к груди бумажки. поскорее бы увидеть осаму отдать ему эти чёртовы документы и уйти домой. тихо постучав в дверь, будто боясь потревожить, чуя приоткрыл её, тихонько выглядывая в комнату. запах чистоты и бинтов. нараспашку открытое окно то и дело скрипело, стоит ветру подуть слишком сильно. тумбочка, капельница, кровать. голубоглазый не видел лица напарника, лишь пушистый затылок виднелся из под простыней. — эй, дазай, не помер ещё тут? — негромко начал накахара. ответа не последовало, лишь тихое сопение и медленно поднимающиеся одеяло в такт дыханию. чуя подошел к кровати. осаму, завернувшись в одеяло будто гусеница, мирно спал. каштановые волны красиво обрамляют бледное лицо. пушистые ресницы чуть-чуть дрожали, оставляли тень. ну и конечно забинтованный глаз, неужели уломал медсестер на эту его глупость? лишь одна рука лежала ровно, не под одеялом, из-за капельницы, которая не давала сделать лишнего движения. чуя ловит себя на мысли, что он тупо пялиться на бинтованного придурка, рассматривает, и понимает что стоит так уже 10 минут. но.. осаму кажется ему милым. хочется просто стоять так над ним, весь день, рассматривать, прикоснуться к пушистым волосам.. так! это уже перетекает в фанатизм. глупо моргнув, чуя отвел взгляд от объекта своего интереса (лишь на данный момент!) и посмотрел на тумбочку. оставив там бумаги, парень собирался уйти, но вдруг вспомнил что до прихода в больничное крыло он заходил в кабинет дазая, взяв оттуда пару карамелек, надеясь, что заставит осаму подавиться ими. конечно не для того чтобы угостить его. пара конфет упали на бумагу, не давая ветру унести её прочь. чуя в последний раз глянул на чужое лицо, безмятежное. гнетущие мысли вновь обвили разум, заставляли умирать внутри. если бы я не отвлёкся, с ним бы все было хорошо.. я в этом виноват. я виноват в том что сейчас он такой. — мне жаль, — щёпот, безумно тихий, настолько тихий, что ему на секунду показалось что он даже и не произнес это вслух, лишь в своей голове. тихий скрип двери, чуя ушел. дазай повернулся лицом к двери и открыл глаза. — глупый чиби переживает, — улыбнулся осаму, смотря на оставленный подарок. еще даже до того как дверь распахнулась чтобы впустить человека, дазай сразу поняла кто это. по пульсу шагов. по запаху перца, которым пахли волосы накахары. по мягкому стуку. все это выдавало присутствие юноши. осаму и сам не понял зачем притворился спящим, чувствуя что это необходимо. необходимо для чего то. чего то очень важного. он чувствовал взгляд на себе, еле успокаивая стук своего сердца, которое готово было разорваться лишь от того факта, что чуя пришёл. и правда как верный пёс. принес сладкое, которое так любил осаму, и которое ему сейчас запретили. боже боже боже, какой чуя милый. глаза сами собой закрываются, дазай подминает под себя одеяло, теперь засыпая по настоящиму.

***

кровь капает на пол алыми каплями, стекает с рук и пачкает рубашку рыжего парня. он так безумно спешит, не успевает. — прости, прости, прости, осаму прошу, — горячие слезы щиплет глаза, застилая горизонт, не видно ничего. от быстрого бега участилось дыхание, воздух обжигал лёгкие при каждом вздохе, — потерпи чуть-чуть, скоро все будет хорошо, пожалуйста прошу.. забинтованная рука свисает с чужого плеча, пытаясь схватиться за ткань. — чуя-кун, все нормально.. — с губ стекает кровь, голова идет кругом. он не понимал как все ещё жив. — молчи, просто блять молчи, — взмолился парень. осталось всего немного, благо место задания находилось близко к порту. — чуя, послушай меня, — хрипит шатен, пытаясь говорить увереннее, — ты не виноват. — нож летел в меня! — бусины слёз скатывались по щекам, оставляя солёную дорожку, — из-за меня в тебе нож который был для меня! если бы я был внимательнее.. — прекрати винить себя, — как отрезал сказал шатен, — раз уж на то пошло.. кха.. мы.. мы оба виноваты, просто недоглядели. накахара старался бежать быстрее, ногой распахивая дверь в офис. — мне холодно, — тихо бурчит шатен, — а чуя тёплый.. я.. — о чём ты?.. — тихий, но ощутимый спиной стук сердца пропал, — эй, дазай? ослабшая рука падает с чуиного плеча, голова не конралируемо ударяется о изгиб плеча. он не дышит. — дазай! осаму, ответь мне! глаза закрыты, пульса нет. это.. нет прошу.. нет! чуя настолько резко подпрыгнул на кровати, что потерял равновесие и упал на пол. руки дрожат, а лицо всё мокрое от слёз. он начал вертеть головой, осматриваясь где он находится. он дома. всё хорошо. в комнате темно и душно, лишь луна подсвечивает рыжие волосы. паника накрыла с новой силой, заставляя уткнуться лицом в колени и успокоить беспорядочное дыхание. это всего лишь сон. дазай здоров и сейчас наверное видит десятый сон. а.. это точно? с ним точно всё хорошо? боже, как же в горле пересохло. ватные ноги дрожали, сразу же роняя чую на ковёр обратно, он поднялся только с третьей попытки. в потёмках дошёл до кухни, открыл бутылку воды стоящую на столе, с дикой жаждой глотнул пару раз и закашлялся. стоять не было сил, потянувшись он сел прямо на стол, свесив ноги. он посмотрел в окно. на улице темно, лишь звездочки мерцают яркими лампочками, освещая тусклое небо. луна, словно золотое блюдце, красиво переливалась. далёкая и не достижимая. всё это так манило. по пути в комнату, чуя зашел в ванную. волосы выбились из низкого хвоста, накахара снял резинку, кидая куда то на пол. пряди заструились по плечам, словно языки пламени. глаза всё ещё красные, светлые ресницы склеились в пару больших пучков, как будто накладные. тёмные круги под глазами заставляли задуматься как он завтра появится на работе. комната проветрилась, чуя доплел до кровати и плюхнулся на матрас. тревога не отпускала. покачав головой, он опустил руку под кровать, пальцами нащупывая что то мягкое. красный краб оказался прямо перед лицом парня. — спорим, я с первой попытки достану во-о-он того краба? — смеется дазай, закидывая монетку в автомат. — да у тебя руки кривые, не сможешь! — принимает вызов чуя, наблюдая за игрой. ловкие руки аккуратно подвигали пульт, нажимая на кнопку. металлическая рука схватила игрушку за клешню, волоча за собой. заиграла победная мелодия. — ха! а ты сомневался, я выиграл! — усмехается шатен, доставая игрушку из автомата, в глазах заискрился азарт, — с тебя желание, чиби! — тц, — рыжий закатывает глаза, — ну и что же ты придумаешь на этот раз? — ммм, — промычал дазай, делая уж слишком задумчивый вид, приставляя указательный палец к подбородку, — я хочу чтобы чуя забрал эту игрушку и положил её на самое видное место! — что за глупое желание, — юноша выхватывает краба из чужих рук, рассматривая подарок. — чуя-кун же вырос в трущобах, значит и игрушек у него не было, а хороший хозяин всегда балует свою собаку! — дразнит дазай, уворачиваясь от удара этим же крабом. — идиот! убью! — кричит чуя, с новой силой замахиваясь рукой для точного удара. игрушка вся в пыли, валялась забытая. рыжий, на зло напарнику, кинул её куда подальше, и каждый раз когда дазай появлялся в квартире накахары, недовольно бурчал под нос что его собака слишком избалованная, раз не ценит подарки. чуя бережно отряхивает краба, прижимая к себе. мягкие ворсинки приятно гладили кожу, успокаивая. до сих пор пахнет шоколадом. парень втягивает носом сладкий воздух, задерживая дыхание чтобы запомнить этот запах навсегда. неосознанно сжимает игрушку в объятиях сильнее. воспоминания мягко накрыли теплым пледом возбужденный разум. дазай, хоть и был ублюдком, на самом деле не такой уж и плохой.. может даже и не заслуживает смерти. дазай прекрасно понимал, что овцы используют чую в своих интересах, и решил обманом заставить их бросить чую ради его блага в будущем. дазай каждый раз спасал чую от порчи, неся на руках до штаба измотанного накахару. дазай появился на базе N, чтобы спасти чую. дазай координировал атаку на верлена ради чуи. дазай был уверен что чуя человек, хотя сам рыжий был убежден в обратном. в голову закрадывается мысль о том, что каждый взгляд осаму на чую заставлял тело пробить током. каждое случайное касание приносило за собой бешенный ритм сердца. каждое слово, сказанное на ухо в целях усмешки над ростом парня заставляло заливаться краской, не давая спокойно вздохнуть. дазай, дазай.. дазай был везде. он напоминал чуе все. от бинтов и алкоголя, до плюшевых игрушек и карамельных конфет со вкусом кофе. осознание ударило под дых. накахара влюблен в своего напарника — дазая осаму.

***

дазай казался довольно бодрым на собрании исполнителей, ну.. или просто показывал эту фальшивую бодрость, а на самом деле как всегда валял дурака. чуя же выглядел как смерть, спустившаяся за чужими, грязными душами. бледное лицо и синяки под глазами выдавали бессоные ночи, но накахару видимо всё устраивало. он больше не желал видеть тот кошмар, который мучал его каждый раз когда он закрывал глаза. после возвращения осаму к работе всё вернулось в обычное русло. шутки, подколы, совместные задания. но только вот.. чуя стал каким то странным . на остроумные шутки дазая он либо что то мычал, либо не слушал вовсе. не было даже намёка на уже излюбленное осаму раздражение в голосе рыжего, или стальной хватки на чужой шее, да что уж там, даже ответных подъебов или острых угроз не было! если босс не ставил их на задание вместе, то и вовсе избегал, прячась от шатена по углам. странное поведение напарника заставляло дазая задуматься, не сделал ли он что то на столько ужасающее за эти две недели, что так повлияло на отношения голубоглазого к нему. чуя ел уже третью конфету подряд. кислота придавала жизненной силы, хоть и не надолго. привкус сакуры на языке — лучшее лекарство от запущенного случая психологической болезни. теперь, после того как накахара все две недели разбирал по полочкам всё что происходило с ним при присутствие забинтованного напарника, он принял факт «влюбленности», но странным образом превратил это в болезнь или зависимость. рыжий принял решение, что если будет игнорировать существование этого человека, то возможно даже излечит самого себя. дазай шутил, бесил, хотелось врезать ему по самодовольной роже чтобы знал своё место, но скрепя зубами, чуя терпел. надеялся, что это поможет. не поможет. в кабинете прохладно. чуя с глухим стуком падает на диван, обнимая подушку в надежде поспать хотя бы пару минут. за окном светит тусклое солнце, греет воздух и землю. нежные лепестки цветущей вишни опадают с веточек, улетая прочь вместе с апрельским ветром. пара лепестков попадают в комнату, кружась в хаотичном танце, будто на балу, аккуратно касаясь рыжей макушки. пахнет дождем, наверняка он скоро начнется. сон принимает мягкими распростертыми объятиями, погружая в сладкую негу. он и не заметил как в комнате появился еще один человек. — дазай-кун, у меня снова задание для вас, — говорит босс, не обращая особого внимания на подченённого, разглаживая заломы на платье белокурой девочки. элис была не в восторге от нового наряда, какого там по счёту? но смиренно стояла и ждала окончание показа мод, ведь огай пообещал девочке сходить в магазин за сладостями, — ничего сложного, вся информация будет в документах, возьми на столе, — не отвлекаясь от дела проговорил мужчина. осаму, глядя в бумаги, зашёл в кабинет напарника, уже было собираясь открыть рот и озвучить о новой миссии, как поднял глаза и закрыл рот обратно. чуя, раскинувшись звёздочкой, обнимал подушку и мирно посапывал. нежные лепестки сакуры вбились в рыжие волосы, которые красиво разметались по подушке. дазай подошёл ближе к дивану, рассматривая лицо. солнце освещало бледный лик, веснушчатый нос редко вздрагивал, морщился от ярких лучей солнца. парень ощущался как рыжий котёнок, хотелось затискать, за обнимать, расцеловать в щеки, нос и шею, заставляя недовольно бурчать от резкого пробуждения. « какой же он милый » дазай был влюблён в накахару с первого дня. с первого дня, еще тогда, когда чуя повалил его на землю, усмехаясь над нескладностью шатена, он понял что когда то он сойдёт с ума от этой яркой язвы. от глубоких глаз, в которых ему хотелось утонуть будто в море. актёрский талант и многолетний стаж лжи каждому человеку в течении всей своей жизни не плохо помогали скрывать свои настоящие чувства к напарнику. осаму провел кончиками пальцев по веснусшчатой щеке, мягко проводя до уха. перебирает мягкие пряди, выбившиеся из хвоста, добавляет на волосы еще пару лепестков вишни, прилетевших из окна прямо в ладони парня. чуя выглядит таким мягким и красивым, что шатен на минуту жалеет что не принес фотоаппарат, ведь не сделать фото такого милого в моменте накахары было преступлением. рука опустилась вниз, к собственным карманам, вытаскивая розовую, пластиковую упаковку любимых конфет чуи, ловко кладя в его приоткрытую руку пару штук. дазай не желал разбудить слушать угрозы из-за того что разбудил накахару, поэтому тихо разворачивается и скрывается за дверью комнаты с мыслями « сделаю сам ». чуе кажется что он умирает. сон отступил еще тогда, когда осаму зашел на порог кабинета, что уже говорить про мягкие прикосновения к лицу, заставившие сердце остановиться сто раз. сто пятьдесят? двести? в мгновение вскочив с дивана, чуя смотрит в руку, в которую шатен положил угощение. сердце забилось в быстром темпе, заставляя голову кружиться. лицо загорелось в цвет собственных волос, а руки приятно покалывало дрожью. лепестки посыпались с головы парня, кружась в последнем танце вокруг тела, бесшумно падая на паркет. дазай сведет его с ума.

***

— значит, нам нужно просто сорвать сделку? — качает головой акутагава, рассматривая текст о цели миссии в руках, — дазай-сан, у вас уже есть план? — угу, — мычит шатен, разглядывая вид ночной йокогамы за окном, яркие лампочки меняли цвет и ускользали из вида стоило машине вновь поехать, — мы с чуей пройдем в глубь здания вместе, уничтожим врагов и по домам, так спать хочется! — зевает осаму, прикрывая рот рукой. — я понял вас, но.. зачем вам нужен я? вы и накахара-сан вполне могли бы разобраться с врагом самостоятельно, — спрашивает новоиспечённый мафиози, прогибая редкую бровь в немом вопросе. — это не моя прихоть, босс настоял на твоем присутствии. в моём плане не было использование порчи чуи, так что мори-сан предположил что нам будет трудно справиться в одиночку. скажем так, на сегодня ты наш козырь в случае поражения. сегодня дазай больше не видел чую, хоть и искал его чтобы вместе добраться на машине до нужного места. анэ-сан сказала, что видела как чуя самостоятельно выехал из порта за час до прихода шатена, так что его можно было не ждать и отправляться на задание один на один вместе с учеником, что не радовало. в последнее время дазай задумывался о своих чувствах к напарнику. хоть он и был гением, но в областях где фигурируют чувства и эмоции он был дилетантом ( особенно если эти чувства и эмоции принадлежат другому человеку ). поведение чуи заставляет сомневаться, то он из кожи вон лезет чтобы доказать свою ненависть к шатену, макая его в различные оскорбления , то мило переживает за состояние этого же «придурка», хоть и пытается скрыть это. всю неделю шатен наблюдал как накахара шарахается от него по углам, пытался не встретиться взглядами на собраниях. крупно вздрагивал стоило осаму случайно прикоснуться к его руке, сразу же отдёргивал конечность, словно ее ошпарили кипятком. его поведение заставило шатена принять решение поговорить об этом. не сейчас, возможно после мисси. но..может ему всё это кажется? может быть, это всегда так было и чуя просто слишком простой в таких вещах, поэтому и смущается? может это всё обычные глупости? дазай настолько сильно привязался к накахаре что его разум пытается придумать невозможное? как такой светлый и яркий, как карманное солнце, весь такой прекрасный и безбашенный, честный и справедливый , может быть взаимно влюблен в такого как осаму. тихого и мрачного, потологического лгуна и похуиста. его душу поглотила тьма, до сих пор сжирающая изнутри гнусная тьма, не дающая спокойно жить. он не достоин быть рядом, не хочет его испортить. чуе нужен не он.

***

скорость. холодный ветер бьет щеки, раздувает рыжие локоны в разные стороны. чуя крепче хватается за руль, желая проглотить все те чувства которые бурлят в душе. тротуар трещит, мотоцикл взмывает вверх, проезжаясь прямо по зданиям, заставляя отпрыгнуть несколько испуганных прохожих. транспорт несется мимо светофора, игнорируя его существование. сладкий привкус вишни на языке напоминал о сегодняшнем дне. внизу живота внезапно потеплело, крепкий узел связывается из тревоги и беспокойства. дазай странно себя ведет. он — демонический вундеркинд, самый молодой исполнитель портовой мафии, ведет себя хуже ребенка! на него косо смотрят люди, боятся подчененные, при одном не верном жесте любой может отплатить жизнью перед осаму. леденящий тон в голосе, устрашающий вид, те способы выпытывания информации от очередной жертвы холодили кровь в жилах. почему же все это не относится к чуе? с чуей он ведет себя по другому, снимает маску «страшного человека», становясь обычным подростком, хоть и с сложной судьбой и детством. почему чуя так на него влияет? а что означают те касания? у него столько вопросов. он догадывается что не безразличен осаму, хотя думать о таком глупость. дазай не может быть влюблен в чую, это бред сумашедшего. это не правда и быть такого не может. отрицание бьет по голове молотом, заставляя погрузиться в пучину отчаяния. « наверное я схожу с ума ». я не нужен дазаю, это всего лишь иллюзия. ярость смыкает зубы, карамель на языке трескается, оставляя сладкие осколки. он больше не хочет об этом думать. он просто поговорит с дазаем после миссии, может позже. ночной воздух обволакивает легкие изнутри, даря чувство свежести и спокойствия. дазай облокатился на машину, смотря куда то вдаль, издалека слыша рев мощного мотоцикла. рюноске мнется, перекачивается с ноги на ногу, ожидая чужого приказа. — чуя-кун, ну сколько можно? почему так долго-о? — захныкал дазай, подходя к слезающему с байка накахаре, — ты же уехал из штаба раньше нас, почему опоздал? — не твое дело, — выплюнул рыжий, — допустим, у меня была встреча с дамой, и что тебе это дало? — поинтересовался парень, глядя на напарника с вызовом. « только если встреча с хигучи которая попросила передать кое-что акутагаве считается » глаза дазая странно засверкали, мгновенно подавляя все эмоции. но чуя успел рассмотреть странное явление. на глубине коньячной радужки, с трудом, но можно было увидеть искорку ревности, которую осаму попытался спрятать, но эмоция была настолько сильна, что даже так его маска обыденного спокойствия трещала по швам. — никогда в жизни не поверю что тобой заинтересовалась девушка, — гадко усмехается кареглазый, скептически рассматривая рыжего с ног до головы. — дазай-сан, — аккуратно отвлекает акутагава, — время начинать. первым в здание зашёл чуя, шел на таран словно ледокол не замечая ничего на пути. дазай тихо плёлся за ним, перешагивая через оставленную кем то сигарету. тихий гул голосов становится громче, после того как они подошли к последней двери в коридоре. — я просто упаду на них вместе с потолком, — парировал накахара, желая быстрее закончить работу, — открывай дверь и жди пока я не закончу. осаму лишь закатил глаза, уж слишком рыжий раскомандовался. зубы раскололи кофейную конфету на части, рассасывая каждую из них. чуя дошел до второго этажа, чуть-чуть прислонившись в бок, чтобы расслышать чужие, негромкие голоса. постучав ногой на пробу, он активировал способность. бетон затрещал, мгновенно ломаясь и падая вместе с парнем на стол вокруг которого сидели люди. — это ещё что за фокусы?! — воскликнул какой то седой мужчина, вскакивая с места и собираясь уже выбежать из комнаты, как заметил что дверь преграждала чужая тень: парень с забинтованным глазом скучающе улыбается, предвкушая новое шоу. пули касающиеся веснушчатого тела, сразу же отлетали обратно, раня людей с пистолетами. громкие звуки выстрелов заглушали тихие голоса, люди суетились, пытаясь защитить своего главаря. чуя перевел взгляд на дазая который вертел в руке пистолет, то и дело выстреливая в чужие тушки, наслаждаясь хлюпаньем крови, которое издавала свежая рана жертвы. скукота. чуя раскидал всех по углам за минуту, прижимая чью то голову к пыльному полу, слыша противный звук ломающегося черепа. языком перекатывает кислую конфету туда-сюда, наслаждаясь насыщенным вкусом. в комнату врывается ещё пара человек, но и те сразу же получают пулю в лоб от повелителя гравитации. слишком легко. подозрительно. дазай развернулся к выходу, размеренно шагая к двери. послышался выстрел. чуя решил добить какого то бедолагу? какой милосердный. — долго-о-о! — протянул дазай, ожидая накахару в проеме, — чуя-кун, ты хочешь остаться здесь на ночь? я конечно все понимаю, но.. шатен не успел договорить. он равернулся обратно, желая увидеть лицо голубоглазого и обомлел. чуя прижимал ладонь в перчатке к кровоточащему боку, сдерживая стон боли. глаза поднялись на кареглазого, видя на чужом лице испуг. — чуя! — воскликнул тот, бросаясь к рыжему, тот же опускает тяжелый взгляд, пытаясь стерпеть жгучую боль. человек державший пистолет, пули которого ранили мафиози, истративший все свои силы, уронил оружие на пол, вздыхая последний раз. дазай хватает теряющего сознание парня на руки, ноги сами несут его к выходу, торопясь. чуя, как под толщей воды, слышит чужие голоса, жмется к осаму ближе. в голове — полный хаос. тягучие мысли сплелись воедино, насилуя ослабленный разум. я ну успел признаться самому себе. я не успел признаться ему. « дазай-сан, вы целы? » « быстрее, быстрее, он ранен! » «дазай-сан, сюда, он теряет сознание! » собрав все частички силы которые оставались в теле рыжего, он протянул подрагивающую руку к чужой шее, цепко хватаясь за ткань воротника. одним рывком он притянул чужое лицо ближе к себе, накрывая желанные губы своими. весь мир становится декорацией, неинтересной и не важной. все звуки — белым шумом, гудящим в голове. дазай вздрагивает, ошарашено глядя на истекающего кровью чую. язык скользит в теплый рот, исследуя мягкую изнанку. горячие губы нежно сминают сухие, не желая отпускать. накахара запускает руку без перчатки в шелковистые локоны, сжимая у корней и притягивая ближе. целует глубже, упивается. поцелуй медленный, не торопящий, словно танец, сладкий-сладкий, со вкусом сакуры и кофе. чуя жмурит глаза, не желая ничего видеть, полностью погружаясь в момент — он хочет запомнить его навсегда, возможно это будет последнее что он сделает. нехотя отрываясь от друг друга, чуя смотрит прямо в душу шатена. — прости, что не сказал раньше, — тихо шепчет прямо в губы, улыбаясь самой нежной улыбкой, которую дазай только видел в своей жизни. накахара протягивает руку к его щеке, мягко поглаживая, успокаивая. карие глаза дрогнули, предвещая наступающие слёзы. горячие капли скользят по щекам, падая на безмятежное лицо мертвого напарника.

***

мори выходит из палаты, мягко закрывая за собой дверь. уставший взгляд поднимается: на диване сидит его воспитанник, пустым взглядом смотря в некуда. — дазай-кун, — тихо начинает огай, — тебе стоит пойти дом.. — нет, — резко обрывает осаму, — я останусь здесь. я не уйду. мори лишь вздыхает, медленно подходя к дивану. дазай никогда не показывал своей слабости, всегда держал маску спокойствия и безразличия даже в самых паршивых ситуациях. насколько же осаму привязался к этому мальчику, что сейчас сидит с пустым взглядом и мокрыми глазами? — я могу зайти? — голос предательски дрогнул, заставляя осаму закусить губу. — твоя одежда всё ещё грязная и ты уже давно не ел.. — это не проблема, — убеждает дазай, — я попрошу чистый халат у медсестры, а еду куплю в автомате. — ох, что же с тобой делать, — качает головой мужчина, разворачиваясь в сторону выхода из больницы, — не дергай его, ему сейчас нужен отдых. шатен вскакивает с места, быстро преодолевая расстояние от дивана до двери, резко поворачивая голову к удаляющемуся брюнету. — правда можно? — тихо переспрашивает дазай. — иди уже, — глухо смеется огай, — чуя-кун сейчас в нестабильном состоянии, так что тебе стоит быть аккуратным. — спасибо, — искренность просочилась сквозь благодарность. он бесшумно проскользнул внутрь, бесшумно скрываясь за дверью. — молодость, — слабо улыбается мори, наконец уходя.

***

гнусные мысли изъедали. он ненавидел это. чувство холода, которое не согреть даже под кипятком. темнота и запах крови. перед глазами осаму всё ещё видит , как прямо на его руках умирает его первая любовь. он все еще чувствует его сладкие губы на своих, его вкус, он чувствует крепкую хватку на воротнике, притягивающую его вниз, углубляя поцелуй. он видел как ему больно, он видел как чуя старался успокоить осаму, мягко гладя рукой лицо до самого последнего вздоха. он не успел признаться самому себе. он не успел признаться ему. что каждая его улыбка заставляет грудь полыхать жаром. что каждый взгляд дарит электрический импульс по всему телу. что он любит звук его звонкого смеха. он боится что больше не услышит его. никогда. он видел как голубые глаза потускнели, как ослабшая руку упала на чужую грудь. ему было больно. дазаю тоже. он был готов застрелить самого себя за то, что не смог уберечь парня. что остался бесполезным. чуя бы так не считал. дал бы подзатыльник, говоря что все хорошо. но ведь на самом деле, все хуево.

***

чуя распахивает глаза уставившись на белый потолок. пару раз моргнув он повертел головой, пытаясь понять где он находится, и сразу же пожалел о своём действии. голова закружилась с огромной силой, заставляя плюхнуться головой обратно на мягкую подушку. « ну, я хотя бы понял что я в какой то комнате ». мягкое одеяло покрывало тело, пахло свежими бинтами и спиртом. точно, он в больнице. пытаясь немного пошевелиться, он почувствовал тяжесть на теле. лохматая каштановая голова лежала прямо на груди, вслушиваясь в спокойное сердцебиение чуи. забинтованная рука впилась в тонкую руку рыжего , не давая сделать лишнего движения. на его глазу не было бинта, теперь можно было заметить тёмные круги и бледное лицо. « сколько он тут находится? » — дазай? — осторожно начинает чуя, касаясь чужих волос. он, кажется, спал, но стоило лишь произнести его имя как он резко поднял голову, сонно моргая, всматриваясь в голубые глаза, будто проверяя, сон это или нет. — чуя.. — зрачки задрожали, в уголках глаз появились бусинки слёз. накахара не успел опомниться, как оказался прижатым к тёплому телу. дазай крепко держал его под руками, уткнувшись носом в чужую шею, тихо что то бормоча. чуя не сдержался и обнял тоже, не желая отпускать. осаму облегченно вздохнул, как же давно он мечтал обнять его. все волнения растворились в теплоте и мягкости, они молча договорились не портить момент глупыми разговорами, у них ещё много времени впереди. они успеют разобраться в своих чувствах.. а может уже разобрались. через десять минут у чуи затекли руки, поэтому он отстранился и жестом пригласил шатена лечь с ним. они вместе завалились на матрас, рыжий притянул чужую голову к своей груди, носом утыкаясь в каштановую макушку. осаму обвил его тело руками, прислушиваясь к чужому сердцу. оно четко отбивало ритм, ни на секунду не прекращая. теплый ветер принес через окно розовые лепестки, тихо качая их в воздухе. они упали на дремлющих парней, крепко держащихся за руки. теперь они встречаются. они не говорят об этом официально, но это можно было понять. частые переглядки, глупые шутки дазая которые заставляли чую смущаться и прятать раскрасневшееся лицо руками, излишняя забота на различных заданиях, поседелки друг у друга в кабинетах выдавали их с головой. вся мафия стоит на ушах, ведь вечно грызущийся двойной черный теперь пара. хотя.. кроме этого факта ничего не изменилось. чуя злится, осаму снова шутит над ним, обидно, прямо попадая прямо по чувствительным местам. — чертов дазай! а ну остановись! — кричит накахара, бросаясь за успевшим отскочить от удара осаму. — а ты догони! — смеется шатен, — твои маленькие ножки тебя не донесут! — убью! дазай резко поворачивает за угол, скрываясь с вида. чуя, словно вихрь, добегает до угла, но вдруг его хватают за руки и грубо прижимают к стене, вставляя колено между ног, чтобы не рыпался. — д-дазай, подожди минутку! — смущается рыжий, пытаясь отодвинуть шатена от себя. — чуя.. будь тише мягкие сладкие губы накрывают чужие, заставляя приоткрыть рот. их языки сплетаются в медленном танце, нежно сминая такие желанные губы друг друга. чуя протестует, кусает дазаевскую губу, но тут же зализывает рану, все же не желая причинить боль. отстранившись от нехватки воздуха в легких, дазай заглядывает в чужие глаза. океаны. глубокие омуты. он готов утонуть прямо там. чуя смотрит в коньячные глаза, на дне которых сияет искорка счастья, нежности, любви. на щеках обоих парней расцвел розовый румянец, выдававший их настоящие чувства друг к другу. — ещё разок? — спрашивает осаму. — ещё разок, — отвечает чуя.