Три единорога

      Сенку устало закрывает за собой дверь и с трудом сдерживается, чтобы подавить зевок. Из-за сегодняшнего выступления на научной конференции — до этого он не спал целую ночь, — стараясь подготовить собственную речь. Потому что Хром в последнее время болел и было решено оставить его дома. А днём активный ребёнок всё равно что попрыгунчик. Поэтому у Сенку не было выбора.       — Хром, зайка моя, а что ты хочешь сделать-то?       — Мелки! Чтобы на-ли-са-вать! Класивые лисунки!       Сенку замирает. Услышав родные голоса, ему кажется, что все проблемы на свете исчезают и испаряются, стоит только зайти домой. Прислушиваясь к мягкому тембру Гена и звонкому Хрома, Сенку разувается и снимает курку, убирая её в шкаф. Оставив дипломат на тумбочке, он осторожно направляется в гостиную, чтобы его не заметили.       Ген в своём любимом фиолетовом халате сидел на диване, параллельно что-то печатая в ноутбуке. Хром же бегал вокруг него с излюбленными игрушками и оживлённо картавил про очередные научные эксперименты. Но не прошло и двух минут, как он заметил Сенку и с криками «папа велнулся!» полетел к нему.       — Ну привет, как у вас тут дела?       — Папа, пливет! А я хочу сделать мелки!       Сенку крепко обнимает Хрома, целуя красную щёку, и улыбается. Ген тоже подходит, даже не пытаясь скрыть радость на лице. Сенку оставляет на губах Гена короткий поцелуй.       — Привет, любовь моя, — почти мурлычет Ген, — ну что, как твоя научная конференция?       — Устал, — вздохнул Сенку, — мелки, говоришь, хочешь сделать? Сам?       — Да-да! Пап, ты же можешь? Помоги мне! Пожалуйста-пожалуйста!       — Весь день сегодня об этих мелках говорит, — Ген качает головой, — предлагал купить, но он наотрез отказался. Хочет свои.       — Ну ничего, сделаем, — Сенку кивает, на что Хром радостно визжит.       — Я уже не удивляюсь твоим ответам, — Ген смеётся, — так, Хромчик, душа моя, иди ко мне. Дай отцу переодеться, ему надо поесть, он устал после работы.       Хром послушно перелезает на руки Гена. Сенку ещё раз целует их по очереди и уходит в комнату, потягиваясь.       Кто угодно может и дальше говорить ему, что строить семью с человеком старше на четыре года, ещё и однополую, для учёного бессмысленное и бесполезное занятие — Сенку никогда не слушает. Да, про него шепчутся за спиной, крутят пальцами у виска и бог знает какие ещё слухи распускают. Пока Ген встречает его после работы, пока Хром радостно смеётся у него на руках, Сенку будет игнорировать других идиотов до конца жизни.       Они решили взять Хрома из детского дома ещё совсем маленьким, практически крохой. Его мать умерла при родах, а отца изначально не было. Другие родственники от мальчика отказались. Ген узнал через своих знакомых медиков и не смог пройти мимо. Сенку принял решение, что они заберут Хрома себе.       И вот уже третий год они жили вместе. Хром набирался знаний от Сенку, постоянно проводил с ним время за научными экспериментами и уже пытался читать умные книжки. С Геном он учился социализации и коммуникации с другими. А ещё Хром сразу принял их как родителей.       — Папа, ну где ты та-а-ам! Быстлее, блин!       — Уже иду.       Сенку улыбается, мысленно напоминая себе не забыть поговорить с Геном про логопеда, и выходит из комнаты, подхватывая подбежавшего Хрома на руки. Сын удобно устраивается на них и начинает что-то говорить без остановки. Сенку различает в бесконечном потоке слов что-то про прогулку в субботу, глупую букву «р» (произнесённую с трудом и в конце концов сведённой к «л») и те самые мелки.       — Хром, дай отцу поесть, — просит Ген, когда они появляются на кухне, — мелки твои подождут.       — Но я и так долго ждал папу!       — Не дуйся, — Сенку целует Хрома в щёку, — разберёмся мы с твоими мелками. А что ты вообще хочешь нарисовать?       Хром, которого сажают в детский стул, тут же задумчиво хмурится. Сенку тихо смеётся, снова целуя Гена в щёку, когда тот приходит мимо. Получив небольшой тык в рёбра, Сенку всё же усаживается за стол, берёт палочки в руки и с интересом смотрит на сына.       — Я хочу… Хм… Едино… Елогов… Е… Па-а-а-а.       Жалостливый тон пробирает до костей. Сенку даже плохо становится, пока Ген не подходит к Хрому, чтобы погладить его по голове и помочь с ответом:       — Ты говорил, что хочешь нарисовать единорогов, да?       — Да! — Тут же визжит Хром: — У них такой большой ло-о-г на лбу, — Хром показывает размер в воздухе, — и они умеют летать!       — Ну красота, — Сенку кивает, понимая, что не стоит ломать детское представление о прекрасном, — но почему именно мелки? Разве тебе не хватает альбомов или раскрасок?       — Пап, — Хром скрещивает руки на груди, — ты влоде учёный.       Ген смеётся, на что Сенку немного закатывает глаза. Хром цепляется за стул и пытается встать, но Ген вовремя усаживает его обратно.       — Куда собрался? Сейчас будем есть, — Ген ставит перед Хромом тарелку, — давай, ну.       — Мелками будет класиво, — тянет Хром, съедая первую ложку супа, — на земле. Чтобы все-все увидели!       — Хорошо, я понял, — Сенку кивает снова, продолжая есть, — тогда сделаем с тобой мел, да?       — И с папой!       — И с папой.       — Тут уж вряд ли я вам помощник, — Ген хмыкает, продолжая кормить Хрома, — вот так, молодец, кушай.       — Ничего, будешь контролировать, — Сенку протягивает Гену салфетки, чтобы тот вытер суп, стекающий по подбородку сына, — ты же знаешь, как он любит, когда мы что-то делаем все вместе.       — Знаю, — Ген кивает с улыбкой, пока вытирает лицо Хрома, — но мне тоже интересно, каким образом ты сделаешь мел в домашних условиях.       — Говоришь так, будто это что-то невозможное.       — И правда, для тебя же нет ничего невозможного.       Сенку улыбается, когда их взгляды встречаются. Ген подмигивает ему, после полностью переключая своё внимание на Хрома.       На выходных Сенку специально выбирает себе день, когда его с вероятностью в сто процентов никто не будет трогать. Ген тоже подстраивает расписание так, чтобы никуда не уходить и уж тем более не выходить в срочные эфиры. Хром с самого утра воодушевлённый и радостный: бегает по дому в маленьком белом халате (Ген не удержался и купил в интернет-магазине) и очках без линз (которые ему любезно отдал Тайджу).       — Ну что, мы будем делать уже, да? Всё готово? Пап!       — Да, готово, иди сюда. Ген?       — Несу твои миски, — Ген быстро подсаживается рядом, — с чего начинаем?       — Для начала Хром скажет, что у нас тут есть, — Сенку кивает, поддерживая сына на коленях.       — Так, — Хром важничает, — у нас есть гипс, — тычет пальцем, — специальная класка, вощёная бумага, скотч и миски!       — Верно. Краска называется темперная, потому что состоит из эмульсии. Она бывает либо натуральная — разбавленный водой желток куриного яйца, либо искусственная — то есть высыхающие масла в водном растворе клея и диперсии полимеров. А потом происходит полимеризация и что?       — Класка больше не ластволяется в воде!       — Умница, всё правильно сказал.       — Невероятно, а я как всегда ничего не понял, — Ген подпирает щёку рукой, поглаживая Хрома по голове, — но наш Хромчик такой умный.       Сенку смеётся, целует Гена в щёку и кивает, наблюдая за тем, как Хром с интересом крутит гипс в руках.       — Только с гипсом надо быть осторожнее, потому что он очень рассыпчатый, — Сенку осторожно забирает пачку, — нам нужно с тобой сейчас подготовить формы.       — Так вот зачем вам втулки от туалетки, — Ген тянется за ними и отдаёт Хрому, — держите.       — Да, сейчас мы засунем туда бумагу, чтобы наш мел не приклеился и его можно было легко достать, — Сенку кивает, показывая Хрому, как нужно делать, — смотри, мы просто кладём кусочек бумаги, а теперь папа нам помогает заклеить одну сторону, чтобы мел потом не вывалился.       Хром внимательно наблюдает за тем, как Ген клеит скотч, хмурится, о чём-то думая, а потом кивает и тянется за ещё одной формочкой. Сенку помогает сделать ему то же самое и сразу же хвалит, когда у сына получается.       — Наш Хромчик такой молодец, — поддерживает Ген, хлопая в ладони, — чудесно!       — Да, я такой! А тепель мы должны, — Хром снова на несколько секунд задумывается, — пелемешать гипс и класки, да?       — Верно, ты правильно думаешь, — Сенку кивает, целуя сына в затылок, — мы должны сделать это тщательно, чтобы все полимеры в составе краски и гипса полностью соединились. Справишься?       — Угу, дай!       Сенку придерживает миску, пока Ген помогает Хрому перемешивать сухую вязкую смесь. Хром пыхтит, но очень старается, а позже, когда всё получается — задирает нос.       — Пап, я молодец? Ну скажи!       — Огромный молодец, — Ген кивает, вытирая маленькие ладони салфеткой, — и что мы теперь делаем?       — А теперь мы перекладываем смесь в наши формы и заклеиваем их со второй стороны, — Сенку подаёт Хрому формочку, — накладывай побольше, давай.       Хром старательно набивает втулку получившейся смесью, потом накрывает вощёной бумагой снова (не без помощи Сенку) и смотрит в ожидании.       — Так, а уже можно лисовать?       — Нет, ты что. Теперь мел должен высохнуть.       — И как долго? — Хром заметно грустнеет.       — Пару дней. Это нужно для того, чтобы из мела испарилась вся влага, он стал твёрдым и ты смог им рисовать.             Хром дует губы, но больше не капризничает. Лезет к Сенку с объятиями и что-то бурчит себе под нос. Ген улыбается, Сенку целует его в щёку и жмётся лбом к плечу.       — Ладно, я уже знаю, что буду лисовать, поэтому немного подождать… Это не так сложно!       — Ты прав. Сделаем ещё несколько цветов, давай?       — Давай!       Ещё какое-то время они продолжают делать мел, а после, когда Хром отвлекается на обязательный дневной сон, Сенку и Ген решают провести генеральную уборку.       Но Сенку устаёт ещё где-то на половине, поэтому бесстыдно лезет к Гену целоваться и не выпускает его из объятий.       — Ну и чего это вы, доктор Сенку? Не можете держать себя в руках? Или сразу распустились, как только сын уснул, — елейным голосом тянет Ген.       — Я соскучился по тебе, мне можно, — Сенку хмыкает, целуя шею Гена, — хочу в отпуск.       — Ну так бери, — соглашается Ген, и Сенку чувствует его пальцы в своих волосах, — и я возьму. Зато хоть отдохнём вместе. И Хрома нормально видеть будем, а не вечно скидывать его на Тайджу с Юдзурихой.       — Тут ты прав, — Сенку снова поднимается с поцелуями к губам, — я поговорю в понедельник с начальством.       Ген довольно отвечает на поцелуй, обхватывая шею Сенку руками. Они плавно перемещаются в комнату, стараясь сильно не шуметь.       — У нас есть немного времени, справишься?       — Обижаешь.

***

      — Паа! Папа! Он и плавда лисует, смотри!       Хром с довольным криком рисует яркую линию на асфальте, и Сенку с Геном не могут сделать удивлённый вдох.       — Ты так реагируешь, будто не сам делал, — Ген смеётся, — Хромчик, милый, покажи, что ты хочешь в итоге нарисовать?       — Вы только не смотлите! Это будет сюлплиз!       — Сюрприз, так сюрприз. Мы подождём, — Сенку кивает, усаживаясь на лавку вместе с Геном.       И пока они обсуждают отпуск, логопеда, скорую свадьбу Рюсуя с Укио, Хром носится туда-сюда, что-то черкая разноцветными мелками и бурча себе под нос. В каком-то момент Сенку с Геном одновременно задерживают взгляд на Хроме и с теплотой в глазах наблюдают за его действиями.       — Я всё! Идите сюда!       Сенку с Геном подходят к сыну и с улыбкой смотрят на асфальт. Хром нарисовал трёх единорогов. Двух больших и одного поменьше. У каждого обязательно рог и звёздочки рядом.       — Это папа Сенку, это папа Ген, а это я! И мы все вместе летаем в космосе, где много-много звёзд, — Хром широко разводит руки, — и у нас всё холошо, потому что мы семья единологов! И мы любим! Да, пап?       Сенку чувствует гордость. Он кивает, пока Ген садится на корточки и обнимает Хрома, целуя в макушку.       — Ты прав, мой хороший, — Ген прижимает Хрома ближе к себе, — главное, что мы вместе.       Сенку присаживается рядом и обнимает их двоих, улыбаясь. Хром цепляется за шею сразу двух родителей.       — У тебя замечательный рисунок, — хвалит Сенку, — очень красиво получилось.       — Потому что мы сами сделали мелки!       — Однозначно.       Сенку целует Хрома и Гена в щёку. Три единорога, кажется, блестят ещё сильнее обычного.