Невезучий читатель.

Первые пару дней были скорее как адаптация. Работа не сложная, под присмотром старших слуг. Объяснение и разъяснение всех аспектов работы. Как было объяснено, это всё сделано для того, чтобы у господ не было причин для раздражения. Никто не хочет попасть под горячую руку из-за того, что какой-то новичок разозлил хозяев. Старшие слуги объясняли всё холодно, слишком спокойно и тихо. Это явно дурной знак. Шэнь Юань понял для себя, что лучше вести себя так же тихо и не привлекать внимания. Одежда слуг тёмного, скорее даже грязного бордового цвета. Как и всё амплуа дома Цю: шторы, ковры, подушки и простыни — всё было в этом цвете. Ха... Если это придумал Самолёт, то стоит отдать ему должное — это создаёт свою тяжёлую атмосферу. С каждым днём этот цвет всё сильнее начал впиваться в глаза. Слуги буквально сливались с окружением комнат, а это также значило и то, что они не более чем вещь, которую выбросят при ненадобности. Даже тяжело сказать, что из этого хуже. В это же время одежды господ были яркого бордового цвета. Чистый оттенок, что так и кричал о их благородном происхождении. Лишь напущенное поведение и выпендрёж. Бледная кожа и гордая осанка — этим людям явно не доводилось преклоняться перед кем-то, в отличие от слуг и тем более рабов. Обычно они неторопливые, будто есть лишь они. Будто они и есть время в этом месте. Но стоит слуге допустить ошибку, как господа становятся тут же резкими и жестокими. Совсем недавно один из новых мальчишек случайно опрокинул чашку с чаем на одного господина из второй ветви семьи Цю. За это раба выпороли и оставили привязанным к столбу под палящим солнцем. Уже к вечеру у него был жар, а к утру тот и вовсе умер. — Я рук не чувствую — ныл один из мальчишек, которого привезли в поместье вместе с Юэ и братьями Шэнь. — Конечно же, от нытья тебе полегчает — закатив глаза, произнёс Шэнь Цзю. — Хо, говорит мне тот, кто почти ничего не делает — тут же заявляет тот. — Раз есть силы языком шевелить, значит, не так сильно ты и устал — тут же отвечает ему Цзю. Эти двое не редко схлестываются в последнее время. Да и не удивительно. После смерти парня, который перевернул чай, все поняли, что представляет это место. Все были в напряжении, и это выливалось в частые стычки. — А-Юань, ты устал? Сегодня было много работы — мягко погладив его по голове, произнёс Юэ Ци. Даже в такой ситуации он пытается вести себя мягко и заботливо по отношению ко всем. Ты не заслуживаешь того, что будет с тобой в будущем... — ныл Шэнь Юань в мыслях. Чужое прикосновение мягкое. Слишком мягкое для такого места. Юэ Ци тоже устал, похоже, даже больше Цзю и того шумного мальчишки, но вёл старший себя достаточно сдержанно. [Пользователь, система должна вас предупредить. Эмоции и привязанность не ускоряют работу и лишь мешают продуктивности. Не забывайте о порядке.] — тут же вмешивается система. Ну конечно же. Как без неё? Исчезла бы, раз и навсегда. Шэнь Юань таким же мягким и осторожным движением убирает руку "старшего" от себя. — Спасибо, Ци-гэ, я правда устал сегодня — произнёс он, слегка улыбнувшись. Ужин в тот вечер был таким же пресным, как и обычно. Какой-то недоваренный рис и немного каких-то трав. Сравнивая с тем, что им доводилось есть у работорговцев, это было ещё достаточно приемлемо. Удивительно, как легко можно угодить человеку после стольких лишений. Рис был жидким, отвар — блеклый. С привкусом трав оно становилось горьковато-солёным. В своей прежней жизни Юань бы совершенно точно не стал есть такое. [Заслуги пользователя ещё недостаточно значимы, чтобы он получал пищу лучше. Старайтесь, и, возможно, однажды вы сможете съесть что-то куда лучше.] — тут же съехидничала система. Юань сжимает зубы. В его нынешнем положении он не может ничего сделать. У него действительно нет ни статуса, ни влияния, ни покровителя в этом мире. Всё, что он может, — так это сидеть и есть эту полуаппетитную кашу, просто чтобы прожить ещё один лишний день. — Юань, что-то не так? — обращается к тому Шэнь Цзю. Второй тут же вздрагивает, явно не ожидая, что его поведение будет таким явным. — Кажется, мне попался непроваренный рис — ответил он с неловкой улыбкой. — Не привередничай и ешь — сказал тому Цзю. Верно... Не привередничай и ешь. Это всё, что им остаётся. Юань видел, как эти дети живут. Они с самого начала были на дне. Можно ли сказать, что самому иномирцу повезло чуть больше? В своей прошлой жизни он видел жизнь со стороны, которая была куда приятнее. Но теперь он на дне, как и эти дети. [Совершенно верно, мой дорогой пользователь. Теперь ты такая же часть этого мира, как и эти дети.] — не упустила шанса поглумиться система. Шэнь Юань буквально ощутил, как эти слова звучат у него над ухом. Будто система говорила это проезжающим шёпотом. Неприятные мурашки пробежали по всему телу. Он совсем не хотел сдаваться и подчиняться этой гадкой системе. Верно, он всё ещё может попытаться отыграться. Его взгляд упал на Юэ Ци и Шэнь Цзю. Те сейчас всего лишь дети, но в будущем они станут прославленными заклинателями. Если сейчас сделать всё правильно, сюжет в итоге изменится, что создаст поистине хороший конец! Верно. Есть ещё шанс. К удивлению самого иномирца, система в этот раз ничего не ответила. Будто та решила отступить на какое-то время. С одной стороны, это говорило о том, что та готова уступить ему в этот раз и позволить сыграть по его правилам. Но с другой... это могло значить, что она просто ждёт, что он провалится. — А-Юань, пора ложиться спать — произнёс Юэ Ци, тем самым выведя младшего из раздумий. Похоже, старший брат уже привык к тому, что его подопечный часто погружается в размышления. Голос парня звучит мягко, с явной заботой, которую тот и не пытался скрывать. Каждый раз это служило напоминанием о том, что ждёт Юэ Ци, как персонажа, в будущем: ужасная и болезненная смерть ради сюжета и мести от главного героя. — У меня что-то на лице? — интересуется тот, видя, с каким выражением лица на него уставился младший. — Просто задумался — покачал головой Юань. Ночь была достаточно холодной. Похоже, совсем скоро придут постоянные холода. В этот момент старшие в лице Юэ Ци и Шэнь Цзю подсунули свои спальные места по обе стороны от Юаня — спать кучугуром, чтобы просто не замёрзнуть. Самолёт... писака, чтоб ты помер следом! Ты ни слова не написал о прошлом этих двоих! Просто выставил Шэнь Цинцю как злодея, а Юэ Цинъюаня как того, кто был готов простить любую его ошибку. — Вы думали, что нас ждёт в будущем? — решается спросить Шэнь Юань у братьев. — Так вот что волновало тебя всё это время? — с лёгкой улыбкой произносит Юэ Ци. — Юань часто беспокоится не о тех вещах — в своей колкой манере произнёс Шэнь Цзю. Ага, и это великий стратег пика Цинцзин в будущем. Младший Шэнь еле сдержался, чтобы не закатить на это глаза. — Я серьёзно. Будь у вас возможность стать кем угодно... — вновь попытался он. Почему-то ему хотелось узнать этих двоих получше. Будто сейчас он не в истории, а читает скрытую главу их прошлого. Шэнь Цзю хмыкает, явно раздражаясь от наивного вопроса брата, но после вздыхает, задумываясь над этим. — Было бы славно, будь мы богатыми или известными. Тогда бы нам не пришлось думать, как прожить завтрашний день — с лёгким смешком отвечает Юэ. — Было бы неплохо — тяжело вздыхает старший Шэнь. Шэнь Юань грустно усмехается. Дети в его мире часто говорили, что мечтают о приключениях, как в сказках, или о богатстве пиратов, или ещё о чём-то. Но дети этого мира вынуждены с самого детства заботиться о себе. Они даже не задумывались о том, чтобы мечтать о чём-то. — Юань, пора спать. Завтра много работы из-за праздника — произносит Цзю, накрыв младшего брата и своим одеялом.