Серебряный волк

Торжественный банкет в честь открытия сезона проходит в переоборудованном зале под трибунами. Черные строительные полотна сняты - теперь все могут увидеть результат ремонта: стены выкрашены в серебристо-серые тона, повсюду логотипы с волками, а над барной стойкой висит огромный экран, на котором транслируются лучшие моменты тренировок команды, спонсорская реклама и логотипы всех команд лиги. Гости рассаживаются за длинными столами - игроки, тренеры, представители университета и спонсоры. Столы стоят рядами, лисы расположились за соседним столом, но в другом ряду, это означало, что от неизбежного конфликта их спасали какие-то жалкие 6 метров. Ещё хуже было то, что прямо за волками сидели Троянцы, Рок моментально нашел Жана глазами, вид у француза был такой будто он увидел НЛО. Моро не мигая осматривал родные стены, не веря, что всё так поменялось. Рядом с брюнетом сидел капитан команды Троянцев – Джереми Нокс, он точно также осматривался по сторонам, но в отличии от Жана не удивлялся, а злился. Кажется, план Ичиро сработал, нет смысла говорить о жестокости воронов, когда такой команды уже не существует. Гости окончательно расселись по местам, ведущий мероприятия передал слово Александру, который произнёс вступительную воодушевляющую речь. Естественно, текст был написан менеджером. Сразу за Александром выступили представители КРЭ и НССА, поздравили Волков с их первым игровым сезоном и объявили об открытии банкета. Первая игра Волков с Коршунами состоится только послезавтра, первый матч сезона – Лисы против Черепах, по плану должен пройти завтра в 18:00. Рок боковым зрением старался зацепить Кевина, так чтобы Лисы не решили, что он на них пялится. Изумрудные глаза скользили по залу, рассматривая каждый логотип с надписью «Silver Wolves» на стенах, эмоции Кевина было невозможно уловить, пока он не схватился за бутылку виски. Дэй явно нервничал. Было очевидно, что многие лисы хотят мести, но мстить некому, Рико мёртв, а команда распалась, но накопившаяся ярость никуда не ушла. Рок сидел во главе стола Волков, пальцы нетерпеливо барабанили по стеклу с вином. Он ненавидел эти светские мероприятия – слишком много взглядов, слишком много оценок. За соседним столом Лисы обсуждали завтрашний матч. Нил что-то горячо доказывал Эндрю, жестикулируя вилкой. Кевин сидел чуть в стороне, медленно потягивая виски и время от времени бросая непроницаемые взгляды в сторону Волков. - Братан, – Миша тихо тронул его локоть, – Троянцы за нашим столом пялятся на нас, как на музейный экспонат. Рок скосил глаза в сторону Жана Моро. Француз действительно изучал их с плохо скрываемым недоверием. - Пусть смотрят, – буркнул он, отхлёбывая вино. Внезапно к столику Волков подошел белобрысый коротышка. Рок, как и остальные волки за секунду понял кто это был. Эндрю, мать его, Миньярд. Похоже, кому-то не понравилось как общались с его парнем на интервью. - О, смотри-ка, новые Вороны. Точнее, то, что от них осталось. – Эндрю не улыбался, но в интонации чётко читалась насмешка. Смотря на Эндрю, Рок боковым зрением заметил, как Брианна напротив сжала нож в руке. Её тёмные пальцы побелели на рукояти. - Ты что-то перепутал. – Сухо ответил Рок и снова уткнулся в свой бокал. – Таблетки от деменции попей, говорят – помогает. - Разве? А я вижу ту же свору - Морияма во главе, бывшие Вороны в составе... - Он намеренно посмотрел на Зейна и Коллин. – Новая свита: придворный шут и рыцарь. – Эндрю прошёлся взглядом по Смайлу и Мише. - Мы не Вороны. – Голос Кати прозвучал как удар хлыста. Все, сидящие за столом были сильно напряжены. Даже Тао внимательно следил за конфликтом, вся его поза говорила о готовности к атаке. Зейн и Коллин выпрямились, готовясь защищать то ли Волков, то ли Воронов. Только Эрик был напряжен не из-за внезапной стычки, а из-за попытки придумать колкий ответ Эндрю. Миша взял Катю за руку, пытаясь молча поддержать, но взгляд он направил на Рока – знал, что японцу не нравятся прикосновения. - Миньярд, - Бри говорила спокойно, но каждый слог резал как лезвие, - Ты так зациклен на Воронах, что слепой увидит - это личная травма. Жаль, мы здесь не для терапии. Эндрю уже был готов открыть рот, чтобы ответить, но сзади появился его кузен – Никки, он схватил Миньярда за плечи, стараясь отвернуть его от Волков. - Все так напряжены, вы сами понимаете. Извините, мы уходим, потом поговорим. – Не было понятно к кому конкретно обращается Хэммик, но его улыбка выглядела очень даже искренней. Никки всё же удалось отвести кузена от чужого стола, пока конфликт не разгорелся ещё сильнее. Когда Лисы отошли, Рок заметил, как Кевин вливает в себя очередной шот, его взгляд, полный раздражения, прикован к спине Эндрю. Их глаза встретились на мгновение - в зелёных глазах Дэя читалось что-то сложное, что Рок не мог расшифровать. Бокал в руке Мориямы чуть не треснул от напряжения. Тишина в раздевалке была оглушающей после шума банкета. Рок вошёл первым, его шаги гулко отдавались в пустом помещении. Через несколько минут дверь скрипнула - Кевин стоял на пороге, слегка покачиваясь. - Ну что, Дэй? Пришёл добить? Или просто проверить, насколько я похож на братца? – Сухо сказал Рок, он был слишком вымотан. - Ты... вообще не похож… И это раздражает. – Ответил Кевин слишком пьяным голосом. - О, значит, я хоть в чём-то превзошёл Рико? - Пре... взошёл? Ты даже не знаешь, во что влез. Рок встаёт, медленно сокращая дистанцию. Глаза Кевина слегка мутные, но в них читается вызов. - Явно лучше того, где я был. - Ты понятия не имеешь, через что мы прошли из-за твоего "братца"! – Дэй резко схватил Рока за воротник. - А ты - через что прошёл я. Но, в отличие от тебя, мне некому было жаловаться. Рок чувствует, как по спине пробегают мурашки. Он не отступает, но его дыхание слегка сбивается. - Ты... другой. Раздражающе другой. – Кевин медленно отпустил японца, сделал шаг назад и понизил голос. - Это комплимент? – Усмехнулся Рок. - Нет. Это угроза. – Кевин был слишком пьян, он и сам не понимал, что почти шепчет это на ухо Роккутаве. Рок замирает. Сердце бьётся так громко, что, кажется, его слышно в тишине раздевалки. Кевин наклоняется, его губы почти касаются уха. - Если продолжишь его копировать, я даже не выйду играть против такого жалкого капитана. Рок резко отстраняется, он прячет дрожь в пальцах, сжимая их в кулаки. Они замерли в напряжённой тишине. Кевин вдруг теряет равновесие и падает на скамью. Роккутава вздыхает и набрасывает на него свою кофту. - Если проиграешь завтра из-за похмелья - я лично приду и добью тебя. - Обещаешь? Рок закатывает глаза и уходит, но у двери оборачивается. Кевин уже почти спит, его пальцы бессознательно сжимают край кофты Рока. Надпись на стене при выходе: "Волки не воют - они кусают". Семилетний Рок, прижатый к бортику корта, смотрит, как два мальчика - Рико и Кевин - легко перебрасывают мяч. Он хочет подойти, но дядя Тэцудзи бьет его тростью по груди, вышибая воздух из легких. - Не лезь, отродье. Но перед тем, как боль и унижение полностью затмят сознание, он успевает заметить, как Кевин оборачивается и улыбается ему. Не так, как другие - не с жалостью, не с презрением. А словно видит в нем равного. Рок и Кевин иногда проводили время вместе, когда Кенго приезжал по делам в Эвермор. Когда дядя и «отец» были заняты чем-то очень важным, мальчик пытался обучить чему-то младшего Морияму. У Роккутавы никогда не было друзей, сначала он всё свободное время проводил с Кенго и домработницами, а потом попал в настоящий ад на земле, организованный Танатом. Единственным, кого Рок считал другом был Кевин Дэй. Он учил мальчика держать клюшку и забивать в ворота, они бегали по корту и дурачились под неодобрительный взгляд Рико, возможно брат избивал Кевина после их игр, но Рок этого не знал. А потом появился рыжий мальчуган и Роккутаве уже не было места среди них. Рок возненавидел себя, когда узнал, что от боли и унижения можно было сбежать. Когда он увидел Кевина в оранжевой форме, его начло съедать желание выбраться из клетки, ведь «Он свободен, а я – нет». Он не сломался, не стал послушной пешкой. Его трясло не от того, что просто кто-то свободен, а от того, что это был именно Кевин Дэй. Рока бесила их схожесть: оба были вещами в чьих-то руках, оба хотят доказать, что они что-то большее и оба ненавидят семью Морияма, хоть и по-разному. Ещё больше его бесило, что всё это время был выход. Именно Кевин, сам того не зная, сподвигнул его на убийство Таната.  Роккутава Морияма — человек, выросший в мире, где его считали никем. Его использовали, предавали, заставляли чувствовать себя вещью. И вот перед ним Кевин Дэй - единственный, кто видит не «сына шлюхи», не «тень Рико», не «игрушку Таната» - а Рока. Грубого, колючего, но настоящего. Вернувшись в общежитие, Морияма находит у себя в кармане свёрнутую бумажку – фотография на которой изображены три мальчика: Рико, Кевин и… Рок, а с обратной стороны надпись, почерк явно детский: «Сыграем как-нибудь ещё». День до первого матча. Рок, как и всегда в пять утра уже торчал на заброшенном корте за домом Рико. Старший брат стоял у стены, наблюдая за происходящем на поле и курил. Видимо, мёртвым незачем беспокоиться о здоровье. Рико практически не подходил к Року, лишь наблюдал со стороны. На огромной абсолютно пустой территории его фигура выглядела особенно одиноко. Лишь под конец он удосужился подойти к младшему брату. - Завтра твой первый матч. Не опозорь фамилию. – В интонации не было ни злости, ни поддержки, только холод и что-то похожее на грусть. - Что с тобой? – С нескрываемым подозрением спросил Рок - Послезавтра останься со мной после тренировки. - Я подумаю. 7:00 завтрак с командой. Брианна язвительно комментировала каждое слово Эндрю со вчерашнего банкета, размахивая вилкой как оружием. Тао молча разбирал тактические схемы, помечая красным маркером слабые места "Коршунов". Миша пытался накормить Рока омлетом, но тот лишь ковырял еду вилкой, мысленно уже находясь на поле. Александр разложил схемы, но Рок едва слушал. Его взгляд то и дело скользил к Мише - русский был единственным, кто знал, что произошло утром. - Коршуны играют в стиле старых Воронов, - говорил тренер. - грязно. - Значит, мы знаем их слабые места, - неожиданно сказала Коллин. Зейн мрачно хмыкнул. Зейн и Коллин отрабатывали силовые приемы, зная, что "Коршуны" будут давить на бывших "Воронов". Катя и Брианна синхронно отрабатывали фланговые атаки, их движения напоминали танец. Рок бил по воротам с такой силой, что мяч чуть ли не рвал сетку. Каждый удар - по Рико, по Танату, по собственному страху. Самым страшным за день оказалась встреча с психологом. Изабелла Ясуда – женщина, лет сорока, чёрные волосы, наспех заколотые крабиком, чёрные глаза смотрели на Рока через оправы квадратных очков. Женщина выглядела как японка и европейка одновременно. Она сидела в кресле на колёсиках и вертела ручкой, вычитывая что-то в бумагах на столе. Рок сидел напротив в большом мягком кресле и внимательно наблюдал за её действиями. - Я не дура и понимаю, что говорить о себе или родственниках ты не станешь, но мне платят деньги, так что давай поговорим хотя бы о команде. – Изабелла подняла взгляд на японца. - Мгм. – Не решился подать голос Рок. - Что думаешь насчёт завтрашнего матча? Справитесь? - Мы морально готовы к проигрышу. - Уже сдались? - Нет. Это не значит, что мы не будем стараться. – Вопрос психолога разозлил Рока. Последнее что он собирался делать – сдаваться. - На кого делаешь ставки из Волков? - Тао слишком хороший снайпер, с мячом уж точно справится. Зейн и Коллин – бывшие Вороны, за них не переживаю. Миша отличный вратарь, но ему нужна мотивация. Катя и Бри уж точно замотивированы более, чем достаточно. Эрик – дурак, но точно не тот, кто любит проигрывать. Аккуратность и точность действий Дави должны помочь и остальным. - В общем поставил на всех, кроме себя. Почему? – Изабелла смотрела на Рока с неподдельным интересом. - Мы же договорились, сегодня никаких разговорив про меня. – Нервно напомнил Рок. - Точно, прошу прощения. Тогда почему готовитесь к проигрышу, если всё хорошо? - Мы всё ещё «никто» в лиге, а Коршуны давно устоявшаяся команда. Если у нас хорошо, значит у них ещё лучше. После ужина Изабелла попыталась провести совместную медитацию, но Эрик не мог усидеть на месте, придумывая новые трюки и удары. Дави мрачно перебирал чётки, похоже, вспоминая бразильские банды. Рок стоял у окна, сжимая в кармане ту самую фотографию. Но остальным вроде понравилось. Последний инструктаж прошёл в раздевалке. Александр раздал всем серебристые повязки с волчьими клыками: «Завтра мы покажем, что "Волки" - не перекрашенные "Вороны". Вы - новая стая». Все разошлись по комнатам, предвкушая завтрашнюю игру. Рок снова оказался на пустом корте. В темноте трибуны напоминали зубастую пасть. Он достал фотографию, в последний раз посмотрел на улыбающегося Кевина, затем... выкинул её. Снимок улетел в темноту. Завтра он выйдет на поле не мальчиком с той фотографии, не тенью брата, а Роккутавой Мориямой. Первым капитаном "Серебряных Волков". На обратном пути он наступил на что-то хрустящее - разбитое стекло фоторамки в мусорном баке. Кто-то тоже избавлялся от прошлого сегодня. Миша застал Рока за странным ритуалом - тот методично наматывал ленту на рукоять клюшки, как когда-то учил его Кевин. - Волчата спят. Ты готов? - спросил блондин. Рок посмотрел на свои ладони - в мозолях и царапинах, но больше не дрожащие. Мы укусим первыми. На стене за его спиной висел новый плакат - волк, застывший в прыжке. Никаких воронов. Только их стая теперь. На следующее утро Рок найдет ту фотографию у своей двери - кто-то аккуратно подклеил уголок. На обороте свежая надпись: "Покажи им, на что способен НАСТОЯЩИЙ капитан". Почерк не детский, но знакомый...