***
За окном поздняя и холодная осенняя ночь. Ледяной ветер срывал с деревьев последние листья, бросая их на землю. И во многих домах уже не горел свет, все ложились спать, но только не спал одинокий парень Генри. Он не мог заснуть, чувствуя, как сильной волной накрывала грусть, давя и угнетая всей своей тяжестью. Его сегодняшний день не смогла скрасить доза наркотика… Ничего не могло скрасить его. Ведь день с самого утра не задался: уволили с работы, поругался с другом — единственным другом, что всегда забирал и приводил Генри домой, если он потеряется…***
Сидя в тëмной комнате на полу возле окна, Генри Ли устало и печально держал на руках любимую морскую свинку, ласково прижимая еë к груди, и слушал мурлыканье любимого кота, лежавшего в ногах. Эти животные сейчас одни были с ним — они те, кто любили парня. — Ты моя хорошая, — тихо и по-обычному медленно произнëс Генри. На его слова морская свинка реагировала радостно: она иногда даже начинала свистеть, когда он говорил с ней и брал ее на руки, она жалась к его груди и устраиваясь ближе, ложила свою голову на худое плечо. Помимо этого она любила лизать его руки и лицо. И всегда, когда хозяину было очень грустно и с его глаз текли слëзы, она, словно успокаивая, слизывала их и также грустно смотрела в серо-зелëные глаза.***
Он наркоман, но в его сердце ещë жила любовь и свет. Он умел чувствовать эмоции других. Генри умел любить. Он любил так, как хотел, чтобы любили его… Но никто его не понимал и не любил. Ещë с самого детства родители его не любили: они часто выгоняли его из дома, ругали и прикладывали руки… А он всë равно их любил. Он просто хотел быть нужным им, хотел, чтобы в их жизни он что-то значил, но он видел, как родители любили старшую сестру Елену и старшего брата Жана — с ними у него были плохие отношения. Даже в 18 лет, когда он окончил школу и так нуждался в поддержке родных, никто не оказался рядом с ним. Он, желая достичь в этой жизни хоть чего-то и быть нужным, приносить пользу людям, поступил в колледж учиться на контролëра ОТК. Генри Ли не мало понимал в этом и всегда тянулся к знаниям, но только над ним смеялись одногруппники из-за его спокойного характера (тогда он не имел вредных привычек), из-за его молчаливости и скованности. А родители, чтобы унизить, с насмешкой говорили: «Да кто ты такой?! Возомнил из себя контролëра!» — эти слова, что яд, убивали парня. И на первом курсе он вляпался в странную компанию тех людей, что пили и употребляли. И только с ними он употребил впервые и ему понравилось ощущать не пустоту, а нарисованную мозгом отраду, чувствовать свободу. Но за этим последовала вечная и тупая безнадëжность, боль и депрессия… После того, как родители узнали о зависимости сына, они выписали его из дома и выгнали прочь. И идти ему было некуда, только к тем, кого он называл «друзьями». И ему приходилось шататься с ними по заброшкам — постепенно это стало нормой жизни. В 19 лет он стал встречаться с девушкой из своей компании, но она оказалась не та, кто нужна ему. Она была слишком грубой и гуляющей. И они расстались. Через какое-то время он нашëл другую, но и она не любила парня и бросила его. И сейчас ему 20 лет и он по-прежнему одинок. Он хотел любви, но нигде еë не находил. Только животные были ему верны, только они ждали и любили его всегда, они были рады ему… И только они были смыслом возвращаться домой, ведь Ли понимал, что если он не придëт, то никто не накормит и никто не пожалеет их. Он дарил им всю свою любовь, что жила в его разбитом сердце, что жила, застыв болью в глазах, что была пролитой прозрачной слезой, что была тонкой дымкой слов… Ничего Генри Ли не мог сделать с зависимостью. Он признавал, что он наркоман, но у него не было денег на дорогое лечение, а из родных никто не хотел помочь, точно также, как и друзья, чьи слова о любви и о том, что он дорог, растворились в этой холодной ночи. «Моя жизнь — это боль, каждый день умирать, Сколько стоит любовь и кому доверять? Повороты судьбы как один маршрут, Ветер скроет мечты, а за ним весь путь. И я уйду в никуда, И причина не в том, Что сломает меня, Моя жизнь не кино».