Телекинез: когда твои руки не справляются, но голова - да

Ночь. Тихий ветер трепал капюшон и прохладно гладил по лицу. Высота была приличная — стоял я на краю какой-то старой фабрики, смотрел вниз на спящий город. Машины ездят, окна светятся — у кого-то обычная жизнь… А я тут, как какой-то ночной маньяк, прыгаю по крышам и изображаю супергероя. — Мда… Макс Совельев, нормальный пацан из Бруклина, теперь ночами скачет по крышам, как бешеная белка, — пробурчал я себе под нос. Честно? Иногда я реально задавался вопросом: а зачем я вообще всё это делаю? Чтобы быть хорошим человеком? Помогать другим? Чтобы почувствовать себя кем-то особенным? Или я просто идиот с комплексом спасителя и слишком свободным графиком по вечерам? Смешно даже немного. Месяц назад я был обычным школьником. А сейчас… — Теперь я Ворон. Герой местного разлива. Чувак, который вытаскивает котиков с деревьев, гоняет грабителей и спасает бабушек, — усмехнулся я. — Ага. Реально круто… Посмотрел вниз. Люди шли по улицам — даже не подозревая, что над их головами стоит парень с телекинезом и комплексами. Захотелось просто лечь на крышу и смотреть в небо. Но вместо этого я сел на край, свесив ноги, и уставился вперёд. Знаете, геройствовать — это, конечно, здорово… Вроде бы. Но я же тоже человек. Иногда устаю, иногда думаю: А может ну его нафиг? Но каждый раз, когда я вижу на улице реальную беду — страх в глазах людей, крики, опасность — я понимаю, что не смогу просто пройти мимо. Не смогу отвернуться. Может, именно это и отличает героев от обычных людей. Не сила. Не костюм. Не понты. А простое упрямое “не могу стоять в стороне”. Вздохнул. — Ну что, Ворон… — пробормотал я. — Пошли дальше прыгать по крышам, раз уж ты у нас такой правильный. Поднялся, разогнался и с лёгким усилием прыгнул на соседнюю крышу метров в десять. А ветер где-то там за спиной снова шептал: “Сумасшедший…” И я почему-то усмехнулся. От третьего лица. Вечер. Макс, в костюме Ворона, спокойно прыгал по крышам Нью-Йорка. В голове крутились обычные мысли героя на выходном — зачем он вообще всем этим занимается? Не было бы проще сидеть дома, смотреть сериалы, играть в приставку?.. Но город сам отвечал на этот вопрос. Недалеко послышался глухой звук двигателя и приглушённые голоса. Макс насторожился и аккуратно приблизился к краю крыши. Внизу у тёмного склада стоял фургон, рядом несколько мужчин переговаривались и что-то вытаскивали. Макс пригляделся и сжал зубы — детей. Мальчишки и девчонки лет по десять-тринадцать , связаны, с мешками на головах. Макс нахмурился. — Ну и мерзость… Без колебаний он прыгнул вниз. Приземлился за спинами бандитов. — Эй. А не охренели ли вы, господа? — его голос прозвучал резко и с издёвкой. Бандиты вздрогнули, начали доставать оружие — поздно. Макс с лёгкостью уворачивался от ударов и нейтрализовывал противников. Телекинезом отбросил одного в стену, другому выбил оружие. Через минуту всё было закончено. Он быстро развязал детей. — Спокойно. Вы свободны.  за углом есть кафе Бегите туда и попросите кого-нибудь вызвать полицию. Я вас прикрою. Дети не верили своему счастью — быстро убежали прочь. Один из оставшихся бандитов полз прочь, надеясь скрыться. Макс схватил его телекинезом и поднял в воздух. — Кто заказал похищение? — Я… я не знаю! Мы просто выполняем приказы! Всё идёт через людей Фиска! Макс медленно отпустил его на землю. — Кингпин… — устало выдохнул он. Теперь всё становилось куда серьёзнее. Он взглянул в тёмное небо Нью-Йорка. — Ну что, Фиск… похоже, у нас с тобой впереди неприятный разговор. Макс исчез в тени переулков. Макс медленно шёл по вечернему Нью-Йорку уже без костюма, надвинув капюшон по самые глаза. Спасённые дети уже были у полиции. Самих похитителей — повязали. Но внутри Макса было неспокойно. — Фиск… Кингпин… — проговорил он себе под нос. Он слышал о нём. В криминальном мире Нью-Йорка — это имя звучало как приговор. Деньги, власть, связи… И если он действительно стоит за похищениями детей — это уже не уровень уличной шпаны. Это настоящая война. Макс дошёл до дома, поднялся в свою комнату и, скинув кофту на стул, рухнул на кровать. Тишина. Город шумел за окном, но здесь было тихо. И в этой тишине к нему приходили мысли. Тяжёлые, давящие. “Я вообще зачем всё это делаю?.. Что изменит один парень в маске? Преступников меньше не станет. Фиск даже не заметит моего существования.” Он уткнулся лицом в подушку. Но потом в голове всплыл испуганный взгляд того мальчишки, которого он развязывал на складе. Вспомнил, как девчонка прошептала “Спасибо…” с таким трепетом, как будто он был кем-то великим. Макс тяжело выдохнул. — Вот же я дурак… Ради этого и делаю. Ради тех, кому больше некому помочь. Он встал и подошёл к окну. Нью-Йорк сиял огнями. — Ладно, Кингпин. Я не пафосный герой из фильмов. Я обычный парень. Но если ты лезешь к детям — ты нарвался. Макс усмехнулся. — Придётся мне тебя немного потрепать. Он посмотрел на шкаф, где лежал его костюм Ворона. — Завтра продолжим, старина. Утро. Будильник издал мерзкий трель и был героически выключен прямым ударом руки. Макс недовольно открыл глаза. — Прекрасно… — пробурчал он, — спал, как камень, а чувствую себя как после драки с мусоровозом. Он встал с кровати, потянулся и лениво поплёлся на кухню. Мама уже возилась с завтраком. — О, соня проснулся! — с улыбкой сказала она. — Опять поздно лёг? Макс скривился. Поздно лёг — это мягко сказано… Успел и детей спасти, и с криминальным миром пересечься. А потом ещё полвечера сидел и гуглил “Как победить Фиска и остаться живым”. — Ну… типа того, — ответил он неуверенно. Завтрак прошёл как обычно: мама рассказывала какие-то новости, Макс пытался не уснуть лицом в тарелку. Путь в школу сопровождался его любимыми мыслями. “Может бросить это геройство и уйти в дзен? Сидеть дома, смотреть сериальчики и есть пиццу? Ага, щас. В этом городе без меня даже кот с дерева нормально слезть не может.” В школе всё шло по классике. — Макс! — окликнул его одноклассник Дэн. — Ты вчера видел, что по новостям показывали? Этот Ворон опять кого-то спас! Прям крутой чувак. Макс внутренне скривился. “Да уж… крутой. Уставший, голодный и с больной спиной чувак в чёрном костюме.” — Да видел, — отмахнулся он. — Молодец парень. По коридорам кто-то обсуждал героев, кто-то сплетничал, кто-то просто бегал по своим делам. Макс поймал себя на мысли: насколько хрупкой кажется эта нормальная жизнь. Одно дело спасать людей ночью… Другое — сидеть на уроке истории и думать, как не уснуть от скуки. Но он улыбнулся. Это была его жизнь. И пока она есть — надо за неё держаться. “Ну что, Ворон… сегодня ты просто школьник. Просто Макс. Наслаждайся пока можешь.” Школьная столовая, как всегда, гудела, словно улей. Повсюду толпы учеников, шум, гомон, запах еды — типичная атмосфера американской школы. Макс спокойно сидел за дальним столиком у окна, доедая свой обед и прокручивая в голове планы на вечер. И тут судьба, видимо, решила немного повеселиться. Питер Паркер, с подносом в руках, растерянно окидывал взглядом переполненную столовую. — Ага… свободных мест почти нет, — лениво отметил Макс, краем глаза наблюдая за сценой. Питер немного помялся на месте, потом с неловкой улыбкой подошёл. — Эй… Можно присяду? Тут вроде свободно… Макс на секунду поднял на него взгляд и едва заметно усмехнулся. — Садись. Стол общий, не кусаюсь. Питер быстро устроился напротив него, немного напряжённо разложил еду. Повисло короткое молчание. Макс наблюдал за ним с лёгкой иронией, но внешне был абсолютно спокоен. Внутри же звучало что-то вроде: “О да… великий Человек-Паук собственной персоной. Сейчас будет сидеть и думать, как бы не уронить поднос или не ляпнуть что-то глупое.” — Ты Макс, да? Недавно перевёлся? — нарушил молчание Питер. — Ага. Макс. Просто Макс, — спокойно кивнул тот. — Я Питер… Паркер. Макс ухмыльнулся про себя. “Да знаю я тебя, дружище… Даже больше, чем ты думаешь.” — Слышал, ты неплохо разбираешься в физике, — попытался завязать разговор Питер. — Да так, на уровне. Хобби, — отмахнулся Макс. Питер кивнул и больше ничего не сказал. Похоже, он не привык болтать с новыми людьми. Максу это только на руку. “Спокойно. Без лишних подозрений. Пока мы просто одноклассники. А ночью — у каждого своя игра.” Макс доел свой обед и встал. — Ладно, Паркер, приятного аппетита. Увидимся. Питер удивлённо посмотрел ему вслед, а Макс уже шёл по коридору, пряча лёгкую ухмылку. “Жизнь становится интереснее…”