Новые приключения Заразы

Подарок Жан-Клода пришелся Аните по душе — он притащил лично большого плюшевого пингвина в розовой коробке. На счастье, пингвин был синим, иначе полетел бы вместе с коробкой в вампира. Но обошлось. А дальше что-то застопорилось у них. Я разговор не подслушивала, специально надев наушники и включив музыку. Не то, чтобы подслушивать неприлично, просто не хотелось лезть в чужую личную жизнь. Я и так достаточно вмешалась. Теперь дело за ними. Возможно, дело было в тех самых метках слуги, из-за которых Жан-Клод считал Аниту своей собственностью. Будь он попроще в этом плане, может, она и согласилась бы на что-то… хотя бы на свидание. Но он почему-то давил. То ли его репутация страдала, то ли гордость. У мужиков вообще гордости слишком много и им слишком тяжело ее преодолеть. Так вот мы и жили какое-то время. Я получила права. С разрешением на ношение оружия чёт тянули — возможно, из-за моего вампиризма. Считали, что я опасна сама по себе. Правильно считали. Но лучше выстрелить, перезарядить и снова выстрелить, чем бестолково махать когтями и угрожать клыками. Анита периодически водила меня в тир тренироваться стрелять. И я старалась. Кроме того, мы были на охоте на двух одичавших или одуревших вампиров. Ну и на этом все. Сент-Луис показался весьма мирным городком. До тех пор, пока полиция не вызвала Аниту расследовать загадочные убийства. Меня не пригласили и я не навязывалась. Во-первых, я побаивалась, как бы полиция не связала мое появление с той резней у Мастера с пауками. Во-вторых, ребята, расследующие убийства и уничтожающие вампиров, недолюбливают всех вампиров. И я не исключение. Появись я там и на меня спустят всех собак просто потому, что им так проще сбросить пар. И в-третьих, я не умела в расследования. Вот убить кого укажут — пожалуйста, а по кускам тел и отпечаткам пальцев искать кого-то — увольте. Так что я просто ждала, пока Анита скажет, где логово твари и в кого надо стрелять. Но пока стрелять было не в кого, то все, что мне оставалось — это следить за наполненностью холодильника и периодически докладывать Жан-Клоду о положении дел. Пару раз мне довелось поучаствовать в вампирских сходках и побыть ходячим оружием. Ещё разок набила одному типу морду, когда он решил пощупать мои полупопия. Не то, чтобы там было что щупать, просто противно. Тип согласился с тем, что я сама выберу, кому дозволено будет протягивать ко мне руки, и слился. Имени его я даже не спрашивала — слишком много чести. А потом сначала в дом припёрся какой-то типус и предлагал Аните деньги. Я не высовывалась из кухни и просто подслушала разговор. Анита этого типа послала и слава богу. Когда дверь захлопнулась, я вышла в коридор. — Ещё раз это явится сюда и я его съем. От этого типа за милю несёт неприятностями, — предупредила я Аниту на всякий случай. Мне хватило только голоса и запаха, чтобы это понять. Интуиция вопила не зря. — Ешь, — махнула рукой Анита, и я поняла, что дело и правда дрянь. Если уж она не собиралась спасать этого парня от моих клыков, значит он и правда урод. Она что-то расследовала без меня и за этим чем-то ей понадобилось ехать в вампирский бар. Ну как вампирский… Держал его вампир, но ели и пили в нем люди. В основном туристы, благодаря которым нескончаемый поток долларов пополнял карманы темных и Жан-Клода в том числе. В бар мы поехали вместе. Я так думаю, потому что это давало Аните безопасность — если она с Заразой, которая радостно вырывает глотки, то остальным ничего не светит. То, что на дворе день, ещё не означало, что Анита ничем не рискует. Кто бы ни убивал людей в городе, он наверняка получал информацию. Или приказы. Я не верила в версию журналистов о маньяке. Полиция тянула с объяснениями, и акулы пера сами придумывали версии. Как оказалось, в баре Анита хотела встретиться с журналистом. Но не для интервью. Они поторговались о какой-то статье о зомби — меня зомби не волновали вовсе. Бармен передал ей приглашение к Мастеру, но Анита как всегда не хотела идти. Упрямая она. — Слушай, может быть, вдвоем сходим? Может, он что-то знает о том, что ты расследуешь? — я кивнула на толстенную папку в ее руках, за которую и шел торг. — Он точно ничего не знает, — Анита лишь мотнула головой. — Убийца не вампир — вампиры не едят внутренности своих жертв. И Жан-Клод тут ничем не поможет. — Фу, блин, не хватало и правда ловить маньяка, — я представила, как должно было вонять то место, где он ел, и сунула в рот карамельку. Слишком живая у меня была фантазия и слишком хороший нюх. — Может быть, ты представить свою подругу? — поинтересовался журналист. Я принюхалась — так и есть, волк. То есть, оборотень-волк. Просто запахи множества людей и спиртного перебили его аромат, пока он не подсел к нам вплотную. — Ирвинг, познакомься, это Зараза, — Анита вздохнула. — Зараза, это Ирвинг, местный журналист. Только не сливай ему информацию про убийства и охоту на вампиров. — Да у меня и информации никакой нет, — я лишь развела руками. — Ты же всегда работала одна, что изменилось? — заинтересовался оборотень. — Жан-Клод навязал мне это чудо. Пока что мы уживаемся, но я боюсь, что может стать слишком опасно, — Анита поежилась. Она что-то недоговаривала всем нам. Я мысленно сказала ей спасибо — если журналисты узнают, что вампиры могут гулять на свету, пить колу и сосать карамельки, то раздуют из этого трагедию. И правительство может передумать. А мне уже понравилось иметь права, паспорт и мечтать о законном пистолете. Хотя зная некоторых вампиров, то нужен огнемет. Но это уже мои проблемы. Дальнейший разговор был мне непонятен, а потому не очень интересен. Они обсуждали какого-то чувака, на которого и была составлена папка-досье. Пока что ничего интересного, кроме того, что он занимается незаконным отмывом денег, сам инвалид и любит женщин инвалидок. О вкусах не спорят, поэтому я предпочитала прихлебывать свою колу и делать вид, что вообще ни при чем. Тем не менее картина начинала складываться. Этот типус — Гаррет — предлагал Аните деньги за что-то незаконное. Анита отказалась. Тогда он прислал того чудика предлагать деньги ей уже домой и их разговор я уже слышала. Видимо, ему приспичило нечто такое, чего не мог сделать какой-то рядовой аниматор. Ну а что мог сделать аниматор? Поднять мертвеца. Вопрос в том, какого именно и за что такие деньги… Если бы это был обычный мертвец, то Анита не отказывалась бы. Болтовня продлилась до темноты, так что выходить нам пришлось уже на улицу с вампирами, что ни Аниту, ни меня не радовало. Ещё и журналист пристал, как банный лист к заднице. Познакомь да познакомь его с Мастером. Экая невидаль — главный упырь в городе. Я такой больной энтузиазм не разделяла. Жан-Клод был еще ничего так, а какого другого Мастера подобная настырность могла и оскорбить. Помяни черта… Жан-Клод вышел из темноты. И прицепился к Аните вторым банным листом. Он ей и правда нравился и чувствовал это, но вместо нормальных отношений выходила какая-то ерунда. Я отошла в сторону и сделала вид, что толпа туристов мне очень интересна. Они глазели на меня, я на них. Очень интересное времяпровождение. К сожалению, наушников у меня не было, так что разговор я слышала. Весь его можно было втиснуть в два предложения: «Ты мой человек-слуга и обязана слушаться» и «Нет». Отказ Жан-Клод не воспринимал и все снова шло по кругу. Я зевнула — так спорить можно было до морковкина заговенья и ни к чему не прийти. — Зараза, ну хоть ты ей скажи, — наконец вспылил он. Ну как вспылил… На непроницаемом покерфейсе горели чуть ярче обычного синие глаза. — Бог дал человеку свободу выбора, так, кажется, в библии написано? — флегматично ответила я. Ему повезло — если бы я была Анитой, то уже пристрелила бы его к чертовой матери, чтоб не нудил. — Ты ее учишь богословию вместо стрельбы? — удивился он. — И тому, и другому, но стрельбу она усваивает лучше, — Анита, кажется, облегчённо выдохнула, когда тема сменилась. — Тогда ты завтра будешь сопровождать меня, — Жан-Клод указал на меня пальцем. — Что именно надо делать? — это уже было ближе к жизни. — Просто стоять рядом и молчать. Ответишь, когда я спрошу. — Попробую, но на всякий случай займу рот конфетой, — ухмыльнулась я. — Ты же не можешь есть конфеты, — казалось, Жан-Клод сам хотел в это верить. — Есть не могу, могу рассасывать. Значит завтра после кормежки я у тебя, — согласилась я. Жан-Клод рассмеялся. Надеюсь, он не зря хотел заткнуть мне рот. Скорее всего, он просто хотел выставить меня напоказ, как пистолет в кобуре. Мол, смотрите, у меня есть оружие. И даже если одна слуга сопротивляется, то есть ещё одна. Ну, подыграть мне не сложно, главное, чтобы игры не зашли слишком далеко. — И оденься поприличнее, а то твои рваные джинсы больше подойдут оборотню, — заметил он и пошел разгонять туристов. Те, похоже, млели от каждого слова. Я хотела сказать, что ни один приличный оборотень не влезет в мои джинсы-трубочки, но промолчала. Будем учиться молчать в тряпочку и отвлекать начальство от Аниты. Журналист прицепился к своему драгоценному Мастеру, а мы с Анитой наконец-то смогли поехать домой. — Зачем ты ему понадобилась? — спросила Анита, когда молчание уж слишком затянулось. — Да почти затем, что и ты. Показать силу и оружие, — я пожала плечами. На счастье, мой суповой набор из костей и кожи с малыми дозами мяса мало кого привлекал. И не привлекал Жан-Клода, что радовало. Я бы не хотела собачиться с Анитой. — Наверняка он хочет похвастаться тем, что у него есть. Вампирская политика, чтоб ее… Дома Анита отправилась спать, я же осталась медитировать. Проклятье вампиризма в моем случае выражалось ещё и в том, что ночью я спала плохо. Могла уснуть, но не всегда. Вот и этой ночью я куковала в попытках просветлиться, но что-то от просветления я была так же далека, как от вегетарианства. Внезапный шорох около двери привлек мое внимание. Снаружи кто-то был. А уж когда звякнуло что-то металлическое, то не нужно было иметь лишний мозг, чтобы понять, что нам взламывают дверь. Все свои с ключами уже были дома… Я так прикинула, что это мог быть тот тип, который предлагал денег — решил выкрасть Аниту, чтобы она выполнила нужную ему работу бесплатно. И понеслась на всех парах к двери. Кажется, я взлетела, но в тот момент меня это волновало мало. Дверь распахнулась и я с размаху врезалась в какого-то мужика. Просто впечатала его в стену подъезда, только влажный чавкающий звук дал понять, что надо бы немного тормозить. А ещё вонь. Трупная, мать ее, вонь. Я отпустила мужика, и он стек по стене, окрашивая ее кровью. А в квартиру уже шел тот, на кого я внимания не обратила — зомби. Весьма бодрый, надо заметить. Из квартиры раздался выстрел. — Анита! — крикнула я и ухватила зомби сзади поперек тела так, чтобы сковать руки. Выглядело это несколько комично, но учитывая, что зомби было чихать на мою смертельную для человека хватку, то смеяться уже не с чего. Я держала зомби. Судя по вони, Анита стреляла в ещё одного. Это было херово. Я пнула соседскую дверь, извернувшись как гусеничка. Зомби потащил меня вперёд, не обращая внимания на то, что я ломала его ребра. — Вызовите полицию! — заорала я. Истошный женский крик мог привлечь внимание. — Нападение зомби! На удивление, полиция приехала быстро. И первым делом хотела оттащить меня от зомби. — Если я его отпущу, он бросится, — шипела я, зомби дёргался, ломался в моих руках, но не хотел останавливаться. Он попытался укусить полицейского, и тем самым вопрос с удержанием его осталось решать мне. Полиция пошла в квартиру, откуда выглянула бледная и перепуганная Анита. На счастье, она проснулась вовремя. Полицейские отобрали у нее пистолет, хотя особого толку не было. Ни от них, ни от пистолета. — Ты можешь их упокоить? — спросила я, стараясь не выпустить зомби, который при ее виде стал дёргаться гораздо активнее. — Нет. У них есть приказ — убить меня. И пока они его не выполнят, то не успокоятся. — Хреново, — я оттащила его подальше. Полицейские осмотрели прибитого мною мужика. И вызвали подмогу. Один из них ещё пострелял во второго зомби, но толку от того было немного. Даже будучи расстрелянным, он все равно шевелился, судя по матам доблестных защитников правопорядка. С зомби удалось справиться только совместными усилиями. Подстреленного Анитой вытащили спецы, а моего тащили вместе со мной полицейские. Он сопротивлялся и брыкался как мог, но против совместных усилий ничего не сделал. Их сожгли на улице. Мне пришлось изрядно попотеть, передавая своего «подопечного» в заботливые руки спецов. Врачи проверили тело мужика, но констатировали, что он мертв. От удара в стену его череп лопнул, как тыква. И весь позвоночник рассыпался. Я скромно молчала, позволив специалистам делать свою работу. Из окон и балконов выглядывали зеваки, получив отличное файершоу в два сраных часа ночи. Просто зашибись денёк выдался… Потом прибыли уже знакомые полицейские и начался допрос. Меня отсадили от Аниты на кухню. Я не стала им говорить, что при желании могу услышать все, что говорят в спальне. И так на ночь хватило. — Итак, расскажите, что произошло? — один из полицейский присел на стул напротив меня. — С вашего позволения я сначала открою окно. А то если меня стошнит от трупной вони, никому лучше не станет, — я распахнула окно и с наслаждением вдохнула душный летний воздух. — В общем, мне не спалось. Я услышала такой металлический звук, как будто кто-то звенит ключами у нашей двери… Но так как мы обе были дома, то ключи оставались только у хозяина квартиры, а он не станет ломиться к жильцам посреди ночи. Я подумала, что кто-то взламывает дверь. Анита что-то расследовала и мне не говорила, так что мне в голову пришла идея, будто ее хотят похитить. — Подождите, вы услышали звон якобы ключей, будучи в гостиной? — не поверил он. — У меня очень хороший слух, — я улыбнулась так, чтобы он увидел клыки. — И нюх. Сегодня я об этом сожалею. В общем, я побежала туда, как-то очень быстро выбежала, даже вылетела в коридор, дверь распахнулась и я врезалась в этого мужика. Я думала, что он похититель, поэтому не осторожничала с ним. И он умер, — я развела руками. — И вы его не пили? — с сомнением спросил полицейский. — Даже мысли не было. Да сами осмотрите его, на нем нет укусов, он раздавлен. К тому же, я заметила зомби и стала держать его в надежде, что Анита сможет его… ну хотя бы успокоить. Но не получилось. К ней влез второй зомби, она в него стреляла, ну и сами видели грязищу… — я мотнула головой в сторону спальни. Там был такой свинарник, что мама не горюй. И воняло сильнее всего. Не знаю, как там Анита выдерживает допрос. — Вы сломали зомби руки, ребра и позвоночник, но он все равно двигался и пытался нападать, — полицейский что-то черкал в заметках. — Он мертв, так что ему плевать на переломы, — я пожала плечами. — Но мой был свежий ещё, а второй совсем тухлятина… — Ещё вопрос — что вампир делает в компании охотницы на вампиров? — Учится, — ответила я, мельком взглянув ему в лицо. — С каких пор вампиры стали владеть некромантией? — недоверчиво спросил он. — У меня нет дара к некромантии. Можете спросить у Аниты или кого другого. Она учит меня истреблять вампиров, — абсолютно честно ответила я. — Так, так. Истребительница обучает вампиршу истреблять вампиров. Бредово звучит, верно? — он нахмурил брови. Я вздохнула. — Поверьте, Анита тоже не в восторге от меня, но это была идея Мастера города. Думаю, он хочет получить хорошо заточенное оружие в моем лице. И использовать, как пугалку и палача. Поверьте, я не причиню вреда Аните и ее друзьям и сделаю все возможное, чтобы так было и впредь. — Мне сказали, что вы держали зомби до последнего, даже рискуя сгореть, — он недоверчиво поморщился. — Ладно, зомби, но этот парень… Это всё-таки убийство. — То есть, было бы лучше, если бы он позволил зомби убить нас обоих? Даже если моя смерть не имеет значения, то труп Истребительницы вы бы ему простили? — теперь настала моя очередь хмуриться. Я буду защищать себя и Аниту, и если придется пожертвовать жизнью какого-то взломщика, то и черт с ним. — Мы бы засадили его за решетку, — ответил полицейский. — Для этого сначала его нужно найти, поймать, — я стала загибать пальцы, — и судить. И не факт, что в суде не найдутся какие-нибудь смягчающие обстоятельства типа… как там говорится? Он будет примерным семьянином, верным христианином и чудесным работником? — я все же сорвалась на жуткий акцент. — Вы не понимаете, о чем говорите, — сказал он таким тоном, что мне было ясно — все я верно говорила. Этого жулика можно было привлечь максимум за взлом, зомби он не управлял, иначе они бы рассыпались после его смерти. А за взлом да ещё при первой поимке он мог отделаться и условкой, тем более, что ничего не украл. — Зебровски, что там у тебя? — спросил высокий крупный полицейский, вышедший из спальни вместе с Анитой. — Честная вампирша, — скривился тот в ответ. — Раздавленный взломщик — ее рук дело. — Это не просто взломщик, это Энцо — помощник Синьоры, — устало сообщила Анита. — Что ещё за Синьора? — спросила я. — Тебе не стоит этого знать. Достаточно учитывать, что она сильная жрица вуду. — Мне надо это знать, так как из-за нее нас чуть не сожрали, — я упёрлась плечом в стену и ощутила себя чуть увереннее. — Зомби не едят людей. Не все, точнее, — Анита тоже заупрямилась. — Анита, с каких это пор у тебя в доме живёт вампирша? — спросил большой полицейский. И мне не понравилось выражение его лица. — Дольф, моя личная жизнь тебя не касается, — отрезала она. — Иди спроси у Мастера города, на кой черт он хочет сделать из нее охотника. — Охотницу, — поправила я. — Мужиком я не стану при всем своем желании, а его у меня нет. — Да плевать. Не дай бог ты обидишь нашу Аниту… — То сама напьюсь святой воды. Я уже сказала, что не трону Аниту. Мне нет смысла нападать на свою наставницу, — я вперилась в него взглядом. Ночка выдалась тяжёлой, нам надо было помыться и переодеться. Негоже бегать перед полицейскими в одних майках и трусах. Но кто ж знал, что будет так жарко? Я отвернулась первой. Не хотела подчинять полицейского при его коллегах и наживать новые неприятности. Не зря у этих людей есть правило — никогда не смотреть в глаза вампиру. Но Дольфу я не понравилась. Да и плевать. Мне с ним не целоваться. Пусть лучше ловит эту самую Синьору. Надо будет разговорить Аниту. Но уже после того, как приберем насвиняченное.