сногсшибательный

Конец весны. Май плавно течет к своей середине. Улицы полны аромата сладкого цветения черёмухи, который разносит теплый ветерок. Зеленые ветви, полные жизни, склоняются под тяжестью листвы. Люди скинули с себя теплые вещи, наслаждаются теплом и солнышком, которое больше не сменит снегопад. Казалось бы, нужно радоваться приходу теплого времени года, но. Но, черт возьми, Чонгук его ненавидит всем своим сердцем. Ему не нравится цветение, ему не нравятся лучи солнца, так противно пытающихся попасть именно в него. Такое ощущение, что дыру прожигают своим жаром. С приходом весны продуктивность совсем исчезла, как и желание выходить на улицу. Хочется сидеть в темной прохладной комнате, слушать ливень за окном и пить глинтвейн, грея руку о горячую чашку, пока второй печатаешь по клавишам ноутбука название полюбившегося сериала. Но не так сильно заставляло Чонгука раздражаться тепло, как отовсюду вылезающие скейтеры. Те самые смазливые парни с кудрявыми челками под кепкой, у которых в маленьких разноцветных сумках сбоку обязательно лежит какая-нибудь газировка по типу колы или чая липтона. Чонгук их на дух не переносит. Выйдя из холодного душа этим утром, словно жизненных сил от прохладной температуры воды набравшись, Чонгук падает в постель, роняя мокрые капли на подушку. Телефон под ней вибрирует и он проскальзывает вниз, длинными пальцами вытаскивая мобильник. «отправитель: джей-хоуп. сообщение: сегодня в четыре в твоём парке. я уже купил билеты на аттракционы, даже не надейся отмазаться. я знаю, что у тебя нет никаких планов, не заставляй свою кошку рожать.» «отправитель: джей-хоуп. сообщение: я буду возле колеса обозрения.» — Хосок-а, я тебя ненавижу, — низкий голос приглушается той же подушкой, на которой только что лежал Чонгук. Он откладывал встречи с другом так долго, как только мог, но сегодня от него точно никак не спастись. Разве что, только если его не съедят в комнате страха, до которой все равно придется дойти — Хо затащит его туда с лучезарной улыбкой, но уже через пару минут будет вопить, цепляясь за предплечье друга. У Чонгука даже человеческой одежды нет. На солнце во всем черном он явно долго не протянет. Чертова весна, отстой. Смотря стрим на youtube, парень параллельно разбирает весь свой шкаф, чтобы найти что-то приличное. И только спустя двадцать минут в его руках оказываются серые джинсы, которые он не носил как минимум полгода. Чуть позже он находит даже белую футболку с непонятными иероглифами в кромке ткани сзади. — Ништяк, это и надену. Когда Чонгук быстрым шагом подходит к парку, на часах ровно четыре. Как и ожидалось, Хосок с коварной улыбкой ждёт его возле колеса обозрения. — Блять, я не буду есть эту розовую хрень, убери, — раздражённо хмурится Гук и рукой отодвигает от себя сахарную вату за белую палочку, которую протягивает ему Хорс. — Я заплатил за нее, молча бери и ешь, — иногда Хосок по-настоящему пугает. Такие люди, как он — всегда улыбающиеся и веселые, в моменты недовольства особенно страшны, так что Чонгуку приходится затихнуть и взять сладость. Друг показывает четырнадцать билетов в руке и выглядит как самодостаточный миллиардер, который держит четырнадцать пачек купюр, а не какие-то напечатанные бумажки. Видимо, Хосок слишком сильно любит аттракционы. Это в его стиле. — Давай сначала сходим на автодром. Спорим, что ты ни разу не сможешь меня толкнуть? — Ага, вату свою сначала доешь, потом на тачках детских гоняй. Может, заодно и мою возьм... — глухой удар и Чонгук вместо Хосока видит небо. А сразу после чью-то макушку и взволнованное лицо. — Извини, я не хотел задеть тебя.. Я ведь кричал, чтобы вы отошли, но вы не слышали меня. Чонгук недовольно шипит и потирает запястье, все ещё сидя на асфальте. Он хочет высказать все ругательства на того, кто сбил его, но стоит ему поднять голову, он молча рассматривает виновника. Долбанное бинго со скейтом. Миловидный парнишка с черными волнистыми волосами в широких голубых джинсах и белой футболке. Оу, ну разумеется, разноцветная сумка через плечо. Круглые прозрачные очки в волосах и кулон с камешком. Наушники, свисающие вниз, поправляют изящные пальцы с несколькими тонкими кольцами из бисера. Почему-то чонгук уверен, что парень смастерил их сам. Так небрежно, но так аккуратно. Из кармана сумки выпадает вишнёвая eclipse. — Все в порядке, я не ударился, — Чонгук напрочь забывает о своей злости и отбитом об асфальт запястье, хочет подняться, но парнишка помогает ему — Чон ощущает сладкий аромат ледяной ягоды. Наверное, от жвачки. Скейтер придерживает его за запястье и кожа пылает, как никогда. Гук хочет верить, что это из-за содранного слоя, а не от прикосновения этого неосторожного парня. — Из-за меня ты уронил свою вату... Пойдем, я куплю тебе новую. Если потеряешься в толпе, то позови меня по имени. Я тэхен. И только сейчас Чонгук заторможенно понимает, что не такая уж ужасная сегодня погода. Прохладный ветерок приятно треплет волосы, вокруг так много счастливых людей. Каждый из них что-то чувствует, кому-то улыбается и от чего-то смеётся. И, стоит признаться, что Чонгука это больше ничуть не злит. Ни шум, ни чужой смех, ни дети, создающие огромные очереди на аттракционы. Тэхен очаровательно, так причудливо улыбается и хватает скейт под руку, исчезая в очереди за сахарной ватой. — Ты как после наркоза, серьезно. Иди за ним, иначе потеряешь, давай, — Хосок подталкивает Чонгука за плечо в сторону, куда ушел Тэхен и подмигивает, — в автодром сходим в следующий раз. — Обязательно сходим, клянусь, — Чонгук в спешке прощается с другом рукопожатием и благодарит за его вечное понимание к ситуациям. Сейчас ему срочно найти этого парня, чтобы.. он позже придумает зачем. — Не хватало пива и чипсов, — мечтательно тянет Хосок, кусая свою вату. Уверен, он получит кучу сообщений от молчаливого в последнее время Чонгука. Не зря ведь он затолкал все свои билеты на двоих в его карман?