Книжный магазин «Искра»

Восемь часов утра. Студенты начинают свой путь до университета, а на Шоссе Хэна Форта только просыпался владелец книжкой лавки под названием «Искра», в которой он же по совместительству и жил: — Торопиться всё равно некуда, кто в такое время отправится за книгами? — потирая глаза, говорил себе Бернард. Он опять засиделся допоздна, читая книги в своём любимом кресле у камина. В этот небольшой книжный магазин обычно заходили только вечером, так что по утрам мистер Бернард, как правило, его не открывал. Несмотря на позднее пробуждение, утро пошло словно по расписанию. Бернард почистил зубы и умылся. Следом он достал чашу с помазком с узлом из барсука, и залил его тёплой водой на пару минут. Слив воду, мужчина встряхнул помазок, круговыми движениями вобрал им мыло из баночки, и затем взбил его в пену в чаше. Нанеся душистую пену на щетину, мистер подхватил опасную бритву и безупречно побрился. Как всегда, без единого пореза. Пройдя на небольшую кухню, мужчина сделал себе тосты с джемом и заварил кофе. Устроившись за небольшим столиком, Бернард, не торопясь, завтракал, и проверял свой смартфон. Совместно с приёмом пищи, в голове владельца книжного магазина плыли мысли о будущем: дело его шло тихо и спокойно. Трудности, появлявшиеся перед ним, решались будто бы сами собой. Почва под ногами была тверда. На лице Бернарда проскакивала хитрая улыбочка, когда он представлял, что через годик-другой накопит себе на хорошую машину. После завтрака мужчина вышел на утреннюю прогулку. Погуляв больше часа по городскому парку, Бернард зашёл в торговый центр, взяв немного еды. Он вернулся домой, разложил продукты и подошёл к закрытой входной двери. Повернув голову к изысканным антикварным часам на стене, он сверил их время со временем на телефоне… Наконец, мистер Бернард открыл замок и перевернул табличку на двери, которая теперь гласила миру: «Открыто». На часах было, как всегда, на пару минут позже тринадцати часов. Через час послышался звук открывающейся двери: — Мистер Бернард! Добрый день! — молодой человек с кудряшками забежал в лавку. Он был в хорошем настроении. — Добрый, Марк! Как учёба в институте? — Бернард поприветствовал своего нанятого помощника по магазину. — Всё хорошо! Спасибо, что поинтересовались! … Знакомые люди заглядывали в лавку. Бернард вежливо и с улыбкой на лице здоровался, спрашивал у них как их дела, как здоровье. Мистер Джером рассказывает, что тоже проводит вечера, сидя в кресле и рассуждая о жизни с книгой в руках. Мистер Уилбер, работающий в ветеринарной клинке, интересовался очередными научными работами. Он был хорошим ветеринаром — порой он спасал животных на такой стадии болезни, когда они уже были на грани записи Ex.letalis. Из-за этих удивительных спасений некоторые люди в чувстве благоговения стали говорить, что мистер Уилбер обладает даром оживления погибших животных. Но в разговоре с ним Бернард видел, что этот ветеринар был глубоко эмпатичным человеком, который искренне переживал за каждое животное. Миссис Линайна часто была слушателем их с Уилбером разговоров. Она работала медицинской сестрой, но приходила в магазин за лёгким чтением. Иногда она поглядывала на хозяина лавки игривым взглядом, но он оставлял его без внимания. Под конец дня Бернард услышал невнятную ругань. Он подошёл к столам для чтения, заваленными различными книгами: перед ними стоял Марк. Смотря, что за книгу он брал в руки, он водружал себе на руки одни, и раскладывая по порядку на столе другие: — Опять никто книги не убирает, мистер Бернард! — возмущался помощник. Ситуация была ежедневная. В задумчивости погладив челюсть, хозяин магазинчика стал успокаивать паренька: — Ну-ну, Марк, это всего лишь полчасика работы. Я благодарен, что так много людей интересуются книжками в этом городке! Было бы намного печальнее, если бы книги пылились на полках без дела, — владелец тяжело вздохнул. — Вы могли бы и помочь убраться в зале, — тяжело негодовал Марк под тяжестью книг, которыми он себя и нагрузил. — Ха-ха, — Бернард ничуть не злился на поведение Марка. Это даже его как-то забавляло. Он сказал: — Марк, главное поддерживать в себе невозмутимость! Это один из главных девизов моей жизни, и тебе бы он тоже пригодился. — Но такое уже не в первый раз! — Марк надулся от злости и смешков в его сторону. Отложив стопку книг, он пошёл к рюкзаку и достал оттуда табличку: — Вот, попросил в мастерской при общежитии сделать, как вам? Бернард удивлённо поднял бровь и взял в руки табличку, на которой была надпись: «Пожалуйста, положите книги где угодно, потому что нам больше нечем заняться, кроме как разложить их обратно по местам» … Дом, в котором располагался книжный магазин, был старым, и поэтому в дальней комнате находился камин, который Бернард любил разжигать. Особенно по холодным осенним вечерам. В эти вечера, после закрытия лавки и небольшого ужина, он сидел возле зажжённого камина, в своём любимом кресле, и читал самые разнообразные книги. Иногда вспоминал о разном. Так он вдруг вспомнил, как в начале осени Марк привёл в магазин знакомую студентку: — О-о! Какой у вас замечательный магазин! — девушка со светлыми волосами и одеждой была восхищена. Она огляделась и пробежалась между полок с книгами, похоже, осматривая как их количество, так и разнообразие. — И как же вас зовут, любознательная мисс? — обольстительно спросил Бернард. — Меня зовут Шэрон! — улыбнувшись, произнесла девушка, сразу же начав переглядываться с Марком. Кажется, она хотела что-то сказать. Бернард решил представить магазин: — В моей лавке, на самом деле, коллекция многогранная: большинство книг являются моими личными фаворитами, другие же я добавил на полки по рекомендации моих друзей. Некоторые даже они написали сами. — Ого, то есть у вас тут есть даже самиздат? — Шэрон была воодушевлена. — Конечно, — Бернард улыбнулся, — не все могут получить одобрение от издательства, и самим заказать в типографии серию из сотни-другой книг для них оказывается благоразумным решением. — Это так здорово, когда люди пишут книги, даже без цели на них заработать! — девушка широко улыбалась. Кажется, она хочет ещё что-то добавить, но никак не решается. — Многие мечтают написать книгу, и если у автора хватает сил её закончить, несмотря на отказы издательств, плохие рецензии, отсутствие читателя… — продолжал Бернард, — это подвиг, достигнутая цель, сравнимая с восхождением на высокую гору. Искра, осветившая своим светом темноту вокруг, — он хихикнул, — Эти искорки души как раз то, что я отразил в названии своей лавки. — Я… я на самом деле тоже пишу книгу, и меня даже заметило издательство! — наконец высказалась девушка, — они хотят её выпустить! — она сильно разволновалась. Ей хотелось, с одной стороны, поделиться своей радостью, но она не хотела показаться высокомерной на фоне тех людей, которые сами издали книги. Бернард не стал её попрекать, а лишь поддержал: — Это здорово, юная мисс! У вас, должно быть, есть своя искра таланта! Шэрон неловко заулыбалась, а владелец лавки продолжил, — Я буду искренне ждать того момента, когда выйдет ваша книга. Не только чтобы прочесть, но и увидеть её на своих полках! … В очередной раз не заметив, Бернард заснул в любимом кресле, накрывшись тёплым пледом. Под тихий треск догорающих угольков.

***

Дни шли своим чередом, и на пятки осени наступала зима. Пару раз снег пытался покрыть улицы, но каждый раз отступал, не сумев заволочить их белоснежным одеялом. Бернард чувствовал себя неоднозначно: будто вместе с непродолжительным снегом на него пытались находить кошмары. Снег легко таял, и владелец лавки просыпался почему-то бодрым и отдохнувшим. Такое противоборство дня и ночи его не физически, но духовно выматывало. Он не помнил, про что были эти кошмары, но как ему казалось, помимо обрывочных и страшных образов Deus ex machina он почему-то видел ту светловолосую девушку Шэрон, и её уже написанную книгу. После пятнадцати часов, когда в магазине уже были посетители, послышалась открывающаяся дверь. Бернард выглянул из-за книжной полки и узнал в госте своего помощника Марка: — Добрый день, Марк. Как дела в институте? — Добрый день, мистер Бернард, — молодой человек выглядел очень уставшим, — нас ужасно заваливают учёбой, на носу сессия. Не знаю, как я это перенесу… — Если ты устал или плохо себя чувствуешь, то мог бы не выходить на работу. Отдохнул бы, набрался сил… — хозяин лавки стал утешать своего помощника. — Что вы, мне нужно просто… — закрыв ладонями лицо, Марк потянул кожу вниз, пытаясь снять отёк, — немного отдохнуть от самого института. Общежитие меня только тяготит, как большое напоминание о учёбе. — Хорошо, Марк, как скажешь. Если хочешь, выпей кофе на кухне. Сейчас работы не очень много. — Спасибо… — Марк устало пошёл на кухню. … День был вполне обычным, всё те же постояльцы, только студенты стали более редкими гостями. Под вечер заглянули знакомые Марка, и вместе с ним они принялись зубрить предметы. К сожалению, сам Марк часто отвлекался на работу, от чего он ещё сильнее уставал. — Вы могли бы и помочь убраться в зале! Я вчера ушёл пораньше, потому что мне нужно было продолжать готовиться к сессии и я не мог следить за оставшимися посетителями… — предъявлял претензии владельцу магазина несчастный работник. — Марк, это не те трудности, которые ты не смог бы перенести, уж я тебя знаю. Более того, моя задача в том, чтобы спокойно смотреть на эти волны трудностей, и помогать только в экстраординарных случаях. — Дело в вашей невозмутимости, да? — устало спросил Марк, продолжая убираться. — Именно так, молодой человек, — Бернард ответил ему с улыбкой. Убравшись в магазине, Марк присел отдохнуть за читательский стол. На столе всё ещё были открыты его книги по предметам, которые ему скоро нужно будет сдавать. Нехотя он стал снова пробегаться по строчкам текста и заметкам, тяжёлые слова оседали на его веках. Сам того не заметив, он уснул. Когда Бернард вышел в зал и заметил Марка, он ушёл в свою комнату и стал что-то искать в шкафу. Вернувшись, он накрыл Марка плотным пледом — он не стал будить несчастного мальчишку. Закрыв магазин, Бернард зажёг камин, который был всё нужнее в эти холодные вечера. Сев в любимое кресло, он провёл ещё один умиротворяющий вечер с книгой в руках… — …лишь бы с ним всё было в порядке, — оторвавшись от книги, вдруг с беспокойством в сердце сказал Бернард. … За окном рассвело, и на телефоне зазвонил будильник. Судорожно Марк пытался нащупать телефон, который он кладёт на тумбочку перед сном, но ему это никак не удавалось. И почему у него так болит спина… Парень резко выпрямился, хотя глаза разомкнулись всё равно с большим неудовольствием — он сидел за столом в книжном магазине. Он не обратил внимания, что на спинке стула повис плед. – О нет, я уснул в магазине?.. Собравшись с мыслями, он встал и стал собираться в институт. На шум, устроенный парнем, впопыхах собиравшемся и пытавшемся убрать всё за собой, проснулся и вышел к нему хозяин лавки. Марк тут же распереживался: — Мистер Бернард! Я… Доброе утро! — Доброе утро, Марк. У тебя сегодня есть важные занятия в институте? — спокойно с улыбкой на лице произнёс мужчина. — Да нет, лекции, но у нас сейчас все лекции важные! — опять расстроился студент. Бернард в задумчивости погладил щетинистую челюсть, и сказал: — Уверен, что от одного пропуска у вас ничего не случится. Езжайте домой и хорошенько отдохните. — Нет, не могу, мистер. Общежитие, оно… уж лучше сразу в университет. — Тогда отдохнёте у меня, — вдруг заключил Бернард, — завтрак я нам приготовлю. Хоть сейчас и рановато, но потом я, по обычаю, начну свой день с прогулки по городскому парку. Уверен, тебе она тоже не помешает — наверняка ты уже давно не дышал свежим воздухом полной грудью. — Я… — Марк задумался, — …от завтрака не откажусь, а там уже видно будет, появятся ли у меня силы куда-то идти… Бернард сделал им тосты с джемом и кофе. По просьбе Марка, он достал ему сахарницу и молочник — студент не пил эспрессо. — Когда я сам учился, я старался не пропускать ни одной лекции, — затеял разговор Бернард, — Я хоть и не был отличником, но благодаря высокой посещаемости мне было не очень сложно закрывать экзамены… хотя, были и исключения. В конце концов, я часто читал не те книги на занятиях, ха-ха! Марк молча слушал, доедая тост, а Бернард продолжал: — Но главное, что я сейчас думаю, это то, — он отпил свой эспрессо, — что никакие оценки и присутствие на занятиях не были невероятно важны. Всё должно быть в меру, а прежде всего — это ты сам и своё здоровье! — Что-то не очень накладывается на ваш призыв к невозмутимости, — подшутил Марк над тирадой владельца магазина. — Ну, не жить же только одной идеей, хоть и сильной, — самодовольно заключил Бернард. Завтракали они долго и расслабленно. Разговаривали о разных темах, в поднятии которых Бернард был мастер, а Марк подшучивал, иногда откровенничая. Взяв телефон со стола, Марк увидел, что уже было за 9 утра. Раз он уже опоздал, то и смысла ехать на учёбу сегодня никакого. Бернард отнёс посуду на кухню, когда Марк поднялся, и пошёл к входной двери. Ему в голову пришла мысль: «Может стоит открыть этот магазинчик раньше обычного?». Уже прокручивая табличку на «открыто» он услышал, как ему на телефон пришло сообщение. С мыслью, что сейчас он подойдёт к столу за ним, он услышал ещё одно оповещение где-то у соседей, и ещё одно. И ещё. Он в растерянности посмотрел на улицу — все прохожие доставали телефоны, и ужас проявлялся на их лицах. Марк почувствовал, как по его спине пошли неприятные мурашки. Он хотел подбежать к телефону, чтобы узнать, что за бедствие произошло. Землетрясение? Авиакатастрофа? В этот момент с кухни вышел Бернард: — Что случилось? — он был взволнован окружающими звуками уведомлений, но его телефон, похоже, стоял в комнате на зарядке. — Наверное, какая-то катастрофа, мистер! Давайте я посмотрю… — Берегись! Бернард кричал, когда машина въехала в витрину. К счастью, она не сильно протаранила магазин — старые, тяжёлые кирпичные стены и обрамление из толстого дерева не дали проехать легковушке. К тому же, когда ей особо не дали разогнаться. Марк откашливался от наполнившей помещение пыли, лёжа на полу — его несильно откинула машина. Бернард подбежал к ней, чтобы проверить водителя: — С вами всё в порядке? — стучался в боковое окно владелец магазина. Когда картина перед ним немного прояснилась от пыли, он увидел странное: — Это… Робот? За рулём был человек, но голова его оплавилась, проявив стальной каркас черепа и обугленные провода. Его будто били судороги и от него веяло жаром. Бернард попятился. Опомнившись, он подбежал к Марку. — Марк! Что за чертовщина, за рулём был!.. Он остановился. Марк всё ещё был на полу, но в его руке лежал телефон. Всё тело помощника наполнила неестественная сильная дрожь. Вдруг он закричал: — А-а-а! Голова! Обхватив её руками, он скорчился, встав на колени. Его неестественно трясло: то ли как заклинивший механизм, то ли как подхватившего тропическую лихорадку. Но в глазах ещё была толика разума. Он направил их, полные страдания, на Бернадра. Мужчина протянул руку, пытаясь успокоить: — Марк, успокойся! Помнишь невозмутимость?.. Марк отбил руку и в ответ прокричал: — В чём смысл невозмутимости, если вся жизнь — ложь?! Глаза Бернарда расширились, его голова стала закипать. Он бросил взгляд на лежащий на полу телефон, затем на робота в разбитой машине, из которой медленно вытекал бензин на пол магазинчика. - Так вот оно что. Бернарда охватила дрожь. За окном происходил хаос: люди узнавали, что являлись роботами. Большинство не могло этого выдержать и умирало. Будь то сами по себе, или своими руками, они взрывались, разбивались, плавились от перегрева. Бежали куда глаза глядят, становились агрессивными. Из разбитой машины по каплям тихо растекался бензин. Владелец книжного магазина дрожал, на его лице отразилась мука. По его спине стекал холодный пот, а мысли судорожно бегали. Прошли секунды, затем минуты. Он не мог найти подходящих наставлений или слов, которые могли бы освободить Марка и себя от этого ужаса. В мнимой тишине магазинчика, которую прерывали звуки хаоса на улице, тело Марка застыло. Момент был невыносимым. Автоматон безжизненно поник. Бернард долго стоял над телом. Отойдя от него, он ходил по магазину, смотрел в окна, но не мог прийти в себя. Уже стемнело. На улице стояла мёртвая тишина. Наконец, он поднял и встряхнул плед, которым накрывал спящего Марка вчера вечером. Накрыв тело, Бернард изрёк эпитафию: Листья, которые рассеивает ветер по земле Подобно им творения рук человеческих. Напряжение во всём теле не отпускало, но книги, окружающие его, дали какую-то холодность, которую он ранее никогда от них не испытывал. Миры лжи, оказавшиеся в лживом мире. Столько потраченного времени на мириады строк, которые даже не помогли спасти его друга. Эта холодная как снег ярость остудила его сердце и дала почерпнуть толику силы. Перевернув табличку входной двери на «Закрыто», он медленно обошёл магазин. Его туфли оставляли за собой следы в виде бензинной плёнки. Бернард прошёлся среди полок, доставая некоторые книги. Затем он закинул их в камин: - Эти не лучше дров… Хотя к чёрту, они все такие. По всему магазину стоял запах бензина. Сев в своё любимое кресло, он тяжело вздохнул, но сразу же пожалел об этом — от этого запаха закружилась голова. Бернард достал каминные спички, посмотрел на сваленные за решёткой книги. Внимательно разглядывая спичечную палочку, он произнёс в пустоту, будто бы говорил ей: — Не проси гарантий, не ищи покоя — такого зверя нет на свете В книжном магазине «Искра» мелькнула вспышка.