***
Я — дочка нарцисса,
Я — главный цветок,
Я родилась принцессой,
На голове — венок.
Мама моя — убийца,
У папы истекший срок,
Сердце дитя крошится,
Ему уготован урок.
Цветку сказали: тут тесно,
мы не позволим расти,
твои лепестки — слишком пресны,
корни твои — не спасти.
О тебе давно мы мечтали,
О тебе молили мы Бога:
Дай нам дочку желанную,
чтоб строила стены чертога.
Смех ее должен звучать
колокольчиком. Как в Ветхом Завете:
Надо — будет страдать,
Надо — склонится в ответе
Перед теми, кто породил
Чистую невинную душу,
Любовью, что пахнет как гниль,
Желал ее сделать послушней.
***
Но ожидания так часто обманчивы:
в семье появился урод.
Мысли так страшно навязчивы:
дите опозорило род.
Меня не наградили дарами,
Венок мой — висит на стене,
Я обвита грехами —
Цепями; словно в огне
Тело горит; мне больно,
слышится детский крик:
Мама меня убивает,
А папа снова молчит.
Кровью ложится дорога,
Цепи все громче звенят.
Ребенок вырос убогим,
тенями он странно объят.
От света отрекшись, он стонет,
теряется голос во тьме,
тело все тонет в бетоне,
навечно в холодной тюрьме.
***
Руки мои тянутся —
Наверх, чтоб солнце достать.
Если согреется клетка —
может, простит меня мать?
Кремом замажет ожоги,
Папа — обнимет, как раньше;
Колыбельную спев на досуге,
для слез подарят мне чашу.
Шрамы будут белее,
Румянец вернется ко мне,
Станет мама милее,
Папа полюбит вдвойне.
Может, только тогда,
Вернут мой по праву венок,
С ним я была рождена,
С ним не будет тревог.
***
Я — мамина дочка,
Я — папин цветок,
Я — одна оболочка,
Я — их вечный порок.
***
Ладони в крови — не вымыть
Пасхальной чистой водой.
Лопатой должна я вырыть
могилу, чтоб стала святой.
Хлебом меня не кормят,
Вино — запиваю сама.
Надежда, что тело вскроют,
когда отступит зима.
Лунный свет ближе, чем солнце,
а звезды небес — далеко.
Льются рекой эмоции,
спрятать их нелегко
В сосуде, что хрупче фарфора, —
на осколки разбивает семья,
Река обращается в бурю,
но мне говорят «сияй».
***
Из недр души глубоких,
Как магму достав из земли,
Рожденное из слов жестоких
Проклятое пламя во мне
Изъяв, пожелала силу:
Вулканы проснутся во льдах,
И все, что меня губило,
Начнет испытывать страх.
Я — надену корону,
Ноги пройдут по углям,
Спутником будет ворона,
Людей мы отправим к чертям.
Владелица рая и ада;
Дайте мне имя богов!
Отныне моя отрада —
В страхе стереть врагов.
И сущность моя гнилая
Раскрывается все яснее.
Тихо зашепчет:
Либо я умираю,
Либо стану сильнее.
***
Солнце все выше и выше,
Руки опять в волдырях.
Голос мой — слышишь? Стал тише.
Кажется, исчезаю в тенях.
И снова возле порога
стою, но больше не гость;
вижу все ту же дорогу,
слабее жгучая злость.
Цепи впились больнее,
я возвращаюсь во тьму,
ребенок не стал сильнее,
его бросают в тюрьму.
Луна сменяется новой,
Она согревает дитя.
Путь уготован терновый,
дороги ведут в никуда.
Глядя в пустоту, понимаю:
Я — давно не пророк.
Однажды я осознаю
свой судьбоносный рок.
***
Мама моя — убийца,
У папы истекший срок.
Я стала нарциссом,
Я приняла урок.
