Тень над его сердцем

С каждым днём Соа всё больше заполняла его мысли. Если раньше он мог отгонять воспоминания — сосредотачиваться на дипломе, на работе, на заботе о матери — теперь это больше не срабатывало. Она появлялась в малейших деталях: в цвете неба над крышами, в чужих духах, в музыке, случайно звучащей из окон кафе. Она была повсюду. Все его дороги вели к ней — даже если заканчивались пустотой. Он хотел её увидеть. Просто… увидеть. Услышать тот голос, который мог быть нежным и острым одновременно. Снова почувствовать тот запах, что почему-то всегда напоминал ночные улицы, риск, жажду жизни. Его тянуло к ней с такой силой, что даже во сне она не покидала его. Просыпаясь, он иногда на мгновение не понимал — это реальность или продолжение сна. Феликс любил её. По-настоящему. Не как парень, влюблённый в красивую загадочную девушку, а как человек, в сердце которого она проросла — глубоко, болезненно, безвозвратно. Его любовь не была нежной и лёгкой — она горела медленно, как жар под кожей, и с каждым днём становилась только сильнее. Он не знал, кем она была на самом деле, не знал, где она теперь — и не имел ни малейшей гарантии, что увидит её снова. Но она стала его частью. Засела в его голове, запуталась в мыслях, просочилась в кровь. И самое страшное — он чувствовал, что и она помнит. Что где-то там, по ту сторону города или мира, она тоже вспоминает его. Иначе как объяснить это постоянное присутствие, эту связь, которая не обрывалась, сколько бы времени ни прошло? Соа стала тенью над его сердцем. И от этой тени уже невозможно было убежать. Феликс больше не мог притворяться, что ничего не чувствует. Это сидело в нём слишком глубоко, грызло, жгло, не давало покоя. День за днём он понимал: чувства к Соа не ослабевают, а только крепнут. Ему нужно было знать. Не догадываться, не тонуть в предположениях, не мучиться тенями. Он хотел поговорить с ней. Посмотреть в глаза. Спросить прямо — кем она была и почему оставила после себя такую пустоту. Он не хотел выяснять отношения — он хотел правды. Наконец-то. Первым делом он попытался позвонить. Номер, который он когда-то сохранил под именем «Соа», больше не обслуживался. Когда он попытался найти её в соцсетях — они просто исчезли. Будто её никогда и не было. Будто вся их история была болезненной фантазией. Он вспомнил про Чонина. Тот был её подчинённым, а значит, должен был знать, где она. Но и его номер не отвечал. В мессенджерах — тишина. Страницы молчали. Исчезли. Все пути вдруг оказались заблокированными. Феликс тогда решил действовать по-старинке. Физически. Он знал адрес, где она жила. По крайней мере, тот, что она ему когда-то показала — маленькая уютная квартирка. Погода была хмурая, ветер сдувал клубы пыли, когда он наконец подошёл к знакомой двери. На миг ему даже показалось, что всё как тогда — в ту первую ночь, когда она позвала его к себе. Он постучал. Потом ещё раз. Потом нажал на звонок — один, второй, третий. Тишина. Дом молчал, безразличный. Феликс уже собирался уходить, когда со стороны лестницы послышались шаги. Он обернулся. Это была женщина — пожилая, с пакетом продуктов. Она удивлённо посмотрела на него. — Вы кого-то ищете? — спросила, поправляя сумку на плече. — Да… — Феликс сглотнул. — Здесь жила одна девушка. Соа. Может быть, вы её знаете? Женщина немного нахмурилась, потом посмотрела на дверь, к которой он звонил, и покачала головой. — Здесь уже… лет пятнадцать никто не живёт. Хозяйка умерла. Давно. — Но… — он сделал шаг назад, не понимая. — Я... Я был здесь. Она приводила меня сюда. Это точно была эта квартира. Женщина вздохнула и с сочувствием посмотрела на него. — Вы, наверное, имеете в виду её дочь. Она иногда навещает — с охранником или помощником, не знаю. Иногда с клининговой бригадой. Убирают, что-то проверяют. Чтобы квартира не испортилась. Но жить там — точно нет. — А как она выглядит? — голос Феликса слегка дрогнул. — Красивая. Статная. Всё при себе, — слегка улыбнулась женщина. — Машина у неё дорогая, блестящая такая… Она всегда какая-то… как это сказать… гордая. С высоко поднятой головой. Но в то же время очень вежливая. Не заносчивая. Всегда здоровается. Но сразу видно — не простая. Важная персона, наверное. Феликс стоял, словно окаменевший. Всё в нём начинало гудеть. Женщина ещё раз посмотрела на него, мягко спросила: — Вы ей родственник? — Нет… — тихо сказал он. — Просто… старый знакомый. — А-а… — сказала она, уже открывая дверь квартиры напротив. — Ну, может, вам повезёт как-нибудь её здесь встретить. Она приходит где-то раз в месяц. Но когда именно — не знаю. Без графика. Она исчезла за дверью, оставив Феликса наедине с мыслями. В нём боролись надежда и пустота. Эта квартира была… лишь фасадом. Соа никогда на самом деле здесь не жила. Но стоять у подъезда в карауле не было вариантом. Феликс это понимал. Ему нужно было работать, ходить на пары, доделывать диплом. Жизнь не останавливалась, хотя внутри всё гудело, трещало и требовало ответа. Он чувствовал себя загнанным — словно все двери закрыты, все следы стерты, а она растворилась в воздухе, оставив после себя лишь воспоминания и боль. Он мучил себя этими мыслями ещё несколько дней. И как-то между лекциями, когда они снова сидели с Сынмином на скамейке во дворе университета, тот, рассказывая о планах на вечер, повернулся к нему с характерной улыбкой: — Пойдём сегодня в клуб? Там будет новый диджей, говорят, у него крутые сеты. Тебе бы немного развеяться, а? Феликс уже собирался автоматически отказаться, как всегда. Но вдруг… что-то щёлкнуло в памяти. Клуб. Тот самый клуб. Вечер, алкоголь, свет, шум. И балкон в VIP-зоне, где он тогда краем глаза заметил фигуру девушки. В тёмном наряде. Лицо её не было видно, но… тогда он заметил татуировку — змею, которая извивалась вверх по шее, ровно там, где у Соа была её кобра. Это могла быть она. И если это действительно была Соа — он должен был узнать. Он повернулся к Сынмину и кивнул: — Ладно. Пойдём. — Что, серьёзно? — удивился тот. — Это новое. Не верю. — хмыкнул он. Феликс лишь чуть улыбнулся уголками губ. — Просто… хочется немного отвлечься. Но внутри всё бурлило. Он снова держался за тонкую нить надежды. Если она действительно появляется в клубе — возможно, он найдёт её там. И наконец скажет всё, что до сих пор горело в нём как огонь. — Кстати, — вдруг заговорил Сынмин, когда они уже какое-то время молчали, сидя в тени деревьев, — ты так и не рассказал, что случилось с Соа. Вы больше не общаетесь? Феликс не ответил сразу. Он продолжал смотреть куда-то вперёд, туда, где студенты проходили мимо корпуса с кофе, тетрадями, смехом и суетой — такой далёкой от того, что бурлило у него внутри. Сынмин тихо продолжил: — Раньше ты, когда говорил о ней, словно летал. Постоянно что-то вспоминал. А сейчас… ходишь, как тень. Ни слова о ней. И когда я спрашивал, ты лишь пожимал плечами или отмахивался. Может, сейчас скажешь что-нибудь? Феликс на мгновение сдался. В глубине души ему даже хотелось поделиться с кем-то, открыть клапан давления, что постоянно нарастал. Но он лишь тихо выдохнул, опустил взгляд и, не глядя на друга, произнёс: — Это сложно. И, как всегда, отмахнулся. Сынмин не настаивал. Лишь едва заметно вздохнул и замолчал. Он уже привык — если Феликс не хочет говорить, значит, не скажет. По крайней мере, пока не будет готов. Вечер. Перед фасадом клуба мерцал неон, из-за тёмного стекла просачивалась приглушённая музыка, словно далекий вздох басов. В воздухе витал запах духов, дыма и алкоголя. Феликс держался сдержанно, как всегда — спокойный, почти отстранённый. Внутри же — напряжение. Он внимательно всматривался в каждый силуэт, в поисках хотя бы намёка на знакомое лицо. Или татуировку. Или движение. Сынмин быстро вливался в привычную роль — пара шуток, обаятельная улыбка, комплименты. Через несколько минут он уже был окружён двумя девушками с цветными коктейлями в руках и искренним смехом на губах. Феликс же остался один. Именно так он и планировал. Ему нужно было ждать. Наблюдать. И главное — добраться до того самого балкона, к VIP-зоне. Феликс стоял в стороне, наблюдая, как то одна, то другая группа людей поднималась по узкой лестнице к балкону. Охранник у входа даже не смотрел на них — все выглядели как «свои». Мужчина в строгом костюме, девушка с блёстками на веках, пара парней в брендовых вещах. «Может, удастся слиться с толпой», — подумал Феликс. Он ждал момента, когда несколько человек подойдут к лестнице, и плавно пошёл за ними, словно тоже имел право там быть. Но охранник протянул руку, преградив ему путь: — Вы куда? Феликс застыл на мгновение, но быстро собрался. — У меня там встреча, — уверенно сказал он, хотя сердце билось громче клубной музыки. — С кем? — спросил охранник, прищурив глаза. Это был тот момент, которого Феликс боялся. Он не знал, как её здесь называли. Соа? Селеста? Любое имя могло стать роковым. — Это... личное, — ответил он, уже чувствуя, как надежда ускользает сквозь пальцы. Опустил глаза и был готов отступить, когда сверху послышались шаги. По лестнице спускался знакомый силуэт. Чонин. Его осанка была привычной — немного дерзкой, но уверенной. Взгляд спокойный, но всегда настороженный. Увидев задержку, он спустился вниз, подходя к охраннику. — Что здесь происходит? — коротко спросил он. — Этот парень говорит, что у него здесь встреча… но не называет с кем, — ответил охранник, кивая в сторону Феликса. Чонин перевёл взгляд. Его брови немного приподнялись — удивление было не скрыть. Увидеть Феликса здесь, да ещё и в такой ситуации, он точно не ожидал. Взгляд Чонина пробежал по фигуре, словно взвешивая что-то в мыслях. Потом лицо вновь стало бесстрастным. — Пропусти, он ко мне, — спокойно сказал он. Охранник, слегка удивлённый, но не осмелившись перечить, кивнул. — Извините, не знал, — пробормотал он, отходя в сторону и пропуская. Феликс поднял глаза на Чонина. Тот коротко кивнул и, не дожидаясь, повернулся и начал подниматься вверх. Феликс последовал за ним. Сердце билось так, будто он только что пересёк невидимую черту. Он не знал, что ждёт его там, на балконе. Но точно знал — дороги назад уже нет. Поднявшись, Феликс сразу огляделся вокруг. В VIP-зоне царила совсем иная атмосфера. Здесь люди вели себя иначе — спокойно, уверенно, словно зная, что это пространство принадлежит им. Но нигде не было той, кого он искал. Ни одного знакомого силуэта, ни одной татуировки на шее. — Не ищи. Её здесь нет, — сказал Чонин, уже усевшись на один из тёмно-синих диванов у стеклянной перегородки. Пальцами он легко постукивал по низкому столику, не отводя взгляда от Феликса. — Садись. Феликс сделал несколько шагов и присел рядом. Спина была чуть напряжённой, взгляд скользил по каждому лицу, хотя он уже слышал, что Соа здесь нет. — Как догадался искать её здесь? — поинтересовался Чонин, не отрывая взгляда. — В прошлый раз, когда я был здесь с другом, — начал Феликс, немного колеблясь. — Я видел девушку. На балконе. Спиной. Но заметил татуировку... на шее. Змею. Тогда не обратил внимания. А сейчас... — А сейчас пытаешься добраться до неё любым способом, — закончил Чонин с тонкой улыбкой, которая больше казалась грустной, чем ироничной. — Клуб принадлежит ей. Этот — и ещё один. Больше подпольный. Туда не пускают просто так, только по приглашению или через знакомых. Там она бывает чаще. Но и там не каждый день. Феликс сжал кулаки. — А сейчас она где? — тихо спросил Феликс, не глядя на Чонина. Чонин улыбнулся, крутя в пальцах бокал с чем-то тёмным. — Если бы я ответил на это, это было бы нарушением правил. Но даже если бы хотел — не знаю. Она постоянно в движении. Дела, встречи, поездки. Не сидит на месте. Его лицо изменилось. Шутки исчезли, взгляд потемнел. — Но скажи, зачем? Ты же сам просил её исчезнуть из своей жизни. Помнишь? Феликс вздохнул. На миг закрыл глаза. Потом отвёл взгляд вниз, на танцпол. — Я не знал... Я был зол. Испугался. А потом — она просто исчезла. Как и обещала. А я остался... с пустотой. С воспоминаниями. Со страхом, что больше никогда её не увижу. Чонин молчал несколько секунд, потом медленно кивнул. — Это похоже на тебя. Но знаешь, с ней не так просто. И если ты действительно хочешь её увидеть, придётся сделать больше, чем просто прийти сюда. Он наклонился вперёд, положив локти на колени. — Соа... она не та, кем ты её считал. Если ты решился войти в этот мир — готовься. Здесь, Феликс, свои законы. И пощады не будет. — Я знаю, — тихо, но уверенно ответил он. — Я действительно люблю её. И если для этого нужно пройти через всё — я пройду. Больше не хочу жить в страхе и лжи. Хватит. Чонин внимательно посмотрел на него, будто пытаясь убедиться, что тот не шутит. Потом внезапно улыбнулся — шире, искренне, даже немного тепло. — О, тогда пошли, — бросил он, поднялся с дивана и подал знак идти за ним. Феликс нерешительно встал и пошёл вслед. Они прошли мимо охранников, свернули в служебный коридор и через несколько минут вышли отдельным выходом на стоянку за клубом. Здесь царила тишина, даже гул музыки изнутри не был слышен. — Садись, — коротко сказал Чонин, нажимая кнопку на брелоке. Его машина была легко узнаваема: матовый чёрный кузов, агрессивные линии, глубокий рев двигателя — всё в ней соответствовало характеру Чонина. Дерзкая, быстрая, такая, что сразу бросается в глаза. Машина, с которой лучше не шутить. Феликс запрыгнул на пассажирское сиденье, ещё не успев осмыслить, куда они едут. Чонин уже набирал чей-то номер. — Кристофер? Где ты сейчас? — короткий вопрос, и из динамика раздался голос, который услышал только Чонин. Даже не ответил — он просто положил трубку, бросив короткий взгляд на Феликса. — Кто такой Кристофер? Куда мы едем? — спросил Феликс, не скрывая нервозности. Чонин нажал на газ и плавно выехал на дорогу. — Кристофер — её правая рука. Тень, что всегда следует за ней. Где бы ни появилась Соа — почти всегда он рядом. Безмолвный, но всё видящий. Сейчас он в том самом втором клубе, о котором я говорил раньше. Закрытом. Для своих. Феликс сжал ремень безопасности, сердце колотилось быстрее. — Я видел его… — внезапно вспомнил он. — В ту ночь. Когда всё случилось. Он был с вами? — Именно так, — кивнул Чонин. — Мы тогда были вместе. Он молчалив, но его лучше не недооценивать. За внешним спокойствием — сталь. Если ты действительно хочешь добраться до Соа, без него тебе не обойтись. Он — страж у её двери. Феликс сглотнул, тревога смешалась с предвкушением. Каждая минута приближала его к ответу. К ней. — Чонин... — начал осторожно. — Ты называешь её настоящим именем. Вы… близки? На лице Чонина появилась лёгкая, почти ностальгическая улыбка. — Мы знакомы с детства. Мой отец работал на её отца, когда те ещё были живы. Я тогда был ребёнком, как и она. Она — гордая, самоуверенная, одна. А я был единственным, кто не боялся подойти к ней. Мы стали друзьями, хотя мир вокруг нас был далеко не детским. С тех пор так и осталось. Весь этот время телефон Феликса вибрировал от сообщений. Сначала — простые тексты от Сынмина: «Ты где?», «Всё нормально?», «Чувак, ты пропал!». Потом начались звонки. Но Феликс лишь отправил одно сообщение: «Всё в порядке. Поговорим позже». И отключил звук. Они въехали в центр. Улицы заливало мягкое освещение, отражение витрин и небоскрёбов скользило по стеклу машины. Наконец перед ними возник один из самых высоких небоскрёбов — стеклянный, блестящий, почти как игла в небе. Машина медленно подъехала к автоматическому шлагбауму и плавно опустилась на подземный уровень — паркинг. Тишина здесь была странной — холодный бетон, приглушённый свет, дорогие авто с затемнёнными стёклами. Они остановились у отдельного входа. Феликс вышел. Где-то здесь, этажами выше, была она. Они поднялись на один из верхних этажей небоскрёба. Лифт мягко остановился, двери сдвинулись в сторону — и перед ними сразу открылась зал клуба. Атмосфера была совсем иной, не похожей на всё, что Феликс видел раньше. Холодная изысканность — вот что ощущалось здесь. Приглушённое освещение создавал полутень, фоновая музыка едва слышалась, словно дыхание. Люди в дорогих костюмах и вечерних платьях держались с достоинством, говорили сдержанно, слегка улыбаясь, как будто не хотели нарушить ауру элитного спокойствия. Панорамные окна открывали вид на ночной город, мерцающий огнями внизу. Даже VIP-зона предыдущего клуба не сравнится с этим местом. Чонин окинул зал взглядом и сразу вычислил того, кого искал. У одного из окон стоял Кристофер — сдержанный, в тёмном костюме, с холодным взглядом. Он разговаривал с одним из гостей, вежливо, без единой улыбки. — Извините, — обратился Чонин, подходя ближе. — Это важно. Гость молча кивнул и отошёл. Не возражал, даже не задавал вопросов — лишь короткий кивок, как перед старшим по рангу. Кристофер перевёл взгляд на Чонина, уже собираясь что-то сказать, но вдруг заметил Феликса. Выражение его лица изменилось — едва заметная тень мелькнула в глазах, смешанная с холодным недоверием. — Что за срочность? — спросил он, хотя уже догадывался. — Где Селеста? — без лишних слов спросил Чонин. — У себя. Приказала сегодня не беспокоить. — Проведи его. Мне уже нужно уезжать. Просто сделай это, Крис. Всё будет нормально. Кристофер посмотрел на Чонина долгим, выжидающим взглядом, но ничего не ответил. Лишь перевёл глаза на Феликса — спокойно, безразлично. Тот кивнул в ответ и осторожно поздоровался, но Кристофер не ответил. Лишь жестом показал следовать за ним. Феликс напрягся. Действительно ли тот ведёт его к ней? Или, возможно, просто выведет из клуба другим выходом? Но они вошли в лифт и поднялись ещё выше. Далее — длинный коридор с мягким освещением, минималистичный интерьер, дорогие материалы. Наконец, массивные современные двери с глянцем и встроенным замком. Кристофер не постучал. Просто открыл и вошёл. Феликс последовал за ним. Перед ним открылся просторный кабинет с панорамными окнами, где царил приглушённый полумрак. Единственный источник света — настольная лампа на широком столе. Всё остальное — от ночного города за стеклом. Сдержанный, современный интерьер — линии, формы, ничего лишнего. Но атмосфера — напряжённая. Пустая. Кристофер молча прошёл мимо и направился к стеклянным дверям сбоку. Они вели на террасу. Феликс сделал несколько шагов и увидел её. Соа стояла, опёршись на перила, лицом к городу. Её фигура — как изящная скульптура на фоне неоновых огней. Длинное чёрное платье с разрезом на бедре, высокие каблуки, волосы собраны в хвост, татуировка на шее чётко выделялась в свете фонарей. В руке — тонкая сигарета. Она не поворачивалась. — Босс, к вам пришли, — сказал Кристофер. — Я же говорила — никого сегодня не хочу видеть, — с раздражением ответила она, делая ещё одну затяжку. — Думаю, вам стоит... — Бан Чан, — её голос стал резким, холодным. — Я сказала — никого... Она обернулась... и замолчала на полуслове. Глаза Соа расширились. Она увидела его. Секунда молчания — и уже спокойнее, ровно: — Оставь нас. Кристофер кивнул и без единого слова вышел, закрыв за собой дверь. Соа потушила сигарету об край пепельницы, стоявшей на перилах, и бросила её туда же. Затем медленно повернулась к Феликсу. — Что ты здесь делаешь? — спросила она спокойно. — Разве ты не хотел, чтобы я исчезла из твоей жизни? Тогда почему снова появляешься в моей? Её взгляд пронзал насквозь. В нём было всё: удивление, гнев, боль и что-то ещё — глубже.