Моя паранойя

— Ястреб двойной агент. Он признался. - Пирокинетик думал как сказать об этом «коллегам», но случайно ляпнул вслух. Пять пар глаз одновременно уставились на Даби. Немая минутная тишина. — Я даже расстроен. - Компресс натирал полотенцем бокал. - Хотелось ему верить. — Неет. - Твайс жалобно протянул. - Значит надо выпотрошить эти куриные мозги! - Резкий крик заставил всех, кроме Шигараки и Даби вздрогнуть. — Ого. Это было на языке подпаленных? - Томура кинул взгляд на пирокинетика. — Как грубо. - Парень отмахнулся. Не было настроения сейчас припираться. Перед глазами стояла картина, где его любовь задыхалась от слез, говоря о своем детстве.

***

— Тойа, я боюсь, что я не был единственным, с кем она сделала это. Не то чтобы я с кем-то в общежитии сильно общался. Было мало детей и все разного возраста, между занятиями не поболтаешь, а другого времени не было. Но был мальчик, тоже ее любимчик. Он был ненамного старше, когда мне было 13, ему было лет 15, наверное. Мы завтракали, обедали и ужинали вместе, но никогда не разговаривали. Ну как «мы». Я постоянно тараторил, а он просто слушал и иногда очень коротко отвечал. Со временем его показатели начинали падать, оценки становились хуже. Он часто спорил с учителями, а незадолго до его отчисления матом наорал в коридоре на Сармон. Мне сказали, что это у него подростковые гормоны, и чтобы не перенять такое поведение, его лучше обходить стороной. Я узнал, что его отчисляют, когда он на цыпочках зашел ко мне в комнату. Это был единственный раз, когда он сам со мной заговорил: «Пацан, держись от этой бешенной суки подальше. Хреновый из меня пластилин, приглядывать за тобой больше не смогу. Мне пора, не давай себя в обиду.» — И все? — И все, я даже имени его не помню. Один раз наверное спросил и из головы вылетело.

***

Даби особо не было дела до других детей, он и сам через кучу дерьма прошел, но от этих историй волосы вставали дыбом. Хотя нет, ему было дело. С хрена ли он почти самый разыскиваемый преступник Японии, когда от его рук сгорела только пара выблядков. Вон шваль, что по утрам пьет дорогой кофе, а вечером насилует детей. Если представить все по закону. Если все эти уже выросшие дети расскажут, с них будут требовать доказательства. Какие нахер доказательства? Нужно было сказать «ой, подожди, я камеру поставлю, чтоб это можно было потом предъявить» или что? У нее же будут лучшие юристы, да и дети не будут готовы признаться. Не получится по закону. Его Кейго должен смотреть ей в глаза в офисе, делать непринужденное лицо, как будто его гордость не растоптали, когда только он начинал осознавать себя. Она всю жизнь ему внушала, что нужно органы наружу выплевывать, чтобы называться человеком. Кармы не существует. Она столько лет так легко живет. Получает все, все что мать его захочет. Пока другие выживают. Отдаются за ночлег или корку хлеба, пересчитывают копейки в день пенсии, впахивают без выходных, чтобы оплатить комнату в бабушатнике и не остаться без крышы над головой, воруют на улицах, чтобы купить ребенку поношенную обувь в школу. Пока кто-то как Кейго закрывался в душе и сдирал мочалкой кожу под кипятком. Пока кто-то как Тойа бегал по притонам и тырил хлеб, а если удавалось украсть мясо, то это вообще был праздник. Она покупала самые дорогие и уродливые сумочки. Снимала себе молодых мальчиков и жила всю лучшую жизнь. Где эта карма? Не честно. Нихрена блять не честно! Язычки пламени вспыхнули под глазами. — Эй, Даби! - Тога вытянула его из размышлений. - Получается, вы расстались? И ты убьешь его? — Что? - Тойа не расслышал. — Ну, вы с Ястребом расстались? - Девушка расстроенно захлопала глазами. Пирокинетик поднял бровь. — Боится, что воды горячей больше не будет. - Компресс вздохнул. - Не то чтобы мне есть разница, у меня есть место, где я могу сходить в душ, но ребят жалко. — А как Ястреб связан с отсутствием горячей воды в этой халупе? - Даби обвел руками помещение. — Ты правда хочешь знать ответ? Такой ты весь окрыленный и влюбленный, с барской руки нам греешь воду, а сам скорее всего ходишь в душ с 20 видами напора. По запаху «твоего», - Томура показал кавычки, - дорогущего шампуня, который один в один как у Ястреба все слишком «неочевидно». - Лидер закатил глаза. - Тога все уши нам прожужжала о том, какие же вы няшки-какашки. - Оба злодея скривились. — Фу нахуй, сплюнь. Химико хихикнула. — Кхм. - Пирокинетик прочистил горло. Фраза, которую он собирался сказать, разливалась привкусом рвоты на языке. - Нужна помощь. — Ого, это… — Ебало завали, я мотивирующую речь хочу сказать. - Шигараки бесцеремонно перебили. - Мы же такие революционеры и борцы за справедливость. И… Ну… Глаза готовы были укатиться, но так о помощи не просят. Слова не складывались. Тога и Джин очень воодушевленно на него смотрели. — Грохнуть кого-то хочешь? - Томура почесал шею. - А раз разговор этот завел, то не бродяжку с улицы, а высокую шишку? — У тебя в редкие моменты появляются проблески сознания, невероятно. - Даби улыбался. — Слыш, утырок. - Пирокинетик смеялся. - Твое бэ-мэ слушать никто не хочет. Хуй изо рта достань. - Светловолосый тыкал в него пальцем. — А кого? - Девушка встала между злодеями. - И какой план? Я смогу попить крови этого человека? - Глаза заблестели. — Поверь, ты не захочешь. А план… — Нет у него никакого плана. - Томура медленно сползал с дивана на пол. — Раз ты сегодня такой умный, то тоже будешь планировать. - Пирокинетик нахмурился. - А из идей у меня только Компресс. — А что я могу сделать? - долетело с барной стойки. — Курогири тебя перенесет туда. Ты захватишь ее в шарик и вернешься сюда. — А остальные тебе зачем? Мог бы лично попросить. — Я хочу, чтобы ей было по-настоящему страшно. - Тойа открыл заранее сохраненную страницу в интернете и повернул телефон экраном к остальным. — Начальница Ястреба? - Тога захлопала ресницами, а затем скривилась. - Фу, ты прав, ее кровь я пить не хочу.

***

Кейго выдал парню дубликат ключей, чтобы он больше не лазил через окно. Подъезд выглядел менее безопасно, но птица сердечно просила не привлекать лишнего внимания. Тойа не мог найти себе места. Желание показать «госпоже президент» фотографии всех ее учеников и наблюдать, на каких фотографиях ее лицо изменится. Нужно больше информации. Он хотел ее растоптать, уничтожить и унизить, не только за то, как она общалась с детьми, но и как она общалась с конкретным ребенком. Всю информацию мог знать или добыть только Таками. Не хотелось дергать парня, ковырять старую рану, на нее нужно пластырь клеить, а не насыпать соли и царапать кожу скобами. Но желание вершить дурацкое правосудие, пропитанное чистым эгоизмом, полностью вытесняло все человечное, что осталось среди 70% проженного тела. За пару часов все косточки успели прохрустеть на 360, все заусенцы вырваны под мясо. Дневное дежурство героя должно было закончиться час назад, долететь до дома ему минут 5, только если что-то случилось. Звук поворота ключа в двери. Тодороки готов был взорваться от переизбытка эмоций. От сумасшедшей ярости, до дикого волнения за любимого человека, еще пару минут наедине с собой и он бы расплакался от безысходности. Самое отвратительное, что он раньше часто выдавал. — Почему ты блять так долго? - Пирокинетик резко встал и начал активно жестикулировать. Абсолютно пустые и разбитые золотые глаза смотрели сквозь него. — Извини, задержался. В офис вызвали. - Перья полетели к холодильнику. Легко открыв дверцу, красные помощники исчезли и быстро вернулись с двумя банками пива. Герой открыл одну, а вторую протянул злодею. Он бессильно рухнул на диван и уставился в потолок. В полной тишине было отчетливо слышно, как газы из банки понемногу выветривались. Тойа присел рядом. Любые желания, кроме как отвлечь парня и заглушить его боль исчезли. «В офис» Дерьмище. Эти прекрасные глаза, янтарь на солнце, сейчас был в абсолютной тени. Губы, что не закрывались, сейчас были сжаты. — Птичка, - злодей нежно накрыл ладонь героя своей. Таками вздрогнул, банка дернулась, капли пива пролились на ковер. Тойа забыл как дышать, пазл складывался сам, хоть он и старался выбросить от себя детали как можно дальше. Светлая бровь поднялась. — Она меня сегодня не трогала, выдохни, на тебе лица нет. — Это на мне то лица нет? Что произошло? Ястреб вздохнул и наконец-то сделал глоток. — Кейго. - Тойа встретил его взгляд и сжал руку. - Я знаю, что я не мастер поддержки, но от твоего лица обычно глаз не оторвать, а сейчас смотреть больно, если она тебя не трогала, то что произошло? — Помнишь, я тебе рассказывал про женщину с молоком и печеньками? — Так. - Пирокинетик кивнул. — Когда она в последний раз должна была ко мне зайти, я нарисовал рисунок. На утро его не было. Я надеялся, что она зашла, когда я спал и забрала его. — Но? — Сегодня у Сармон был день ностальгии. Сначала она вызвала обсудить мой тусклый отчет по лиге, а потом достала коробку с моими детскими вещами, то что я бросил перед переездом. Ну как вещами. Две фотографии, игрушка со старателем и рисунок.Я много поделок делал, но сохранить она решила только одну. — Черт. — Мг. — Не хочешь найти ее? - Тойа нежно поглаживал большим пальцем тыльную сторону ладони парня. — Кого? Туго соображаю. - Кейго потер глаза. — Ну женщину с печеньем. Имя, где она сейчас. — Без шансов. Архив только на ноуте Сармон, а она его где попало не оставляет. — Если ты дашь мне ее расписание, то я заберу ее на пару часов. — И? Запрешь в комнате, погладишь по голове пару минут и отпустишь? Даби. - Герой запнулся. - Тойа, я... — Называй как тебе удобнее. - Перебил злодей. — Тойа, я не дурак. Я догадываюсь зачем она тебе. Ты выгрузишь все в интернет, а потом убьешь ее. Я не буду брать этот груз себе на душу. — Конечно, я бы сделал это и без твоего одобрения, но мне бы не хотелось, чтобы ты ненавидел меня по этого. А по поводу интернета. Одно слово и твое имя не будет нигде мелькать.

***

— Вы уволили ту женщину только за нарушение моего плана питания? - Смотреть на детский рисунок, в который вложено столько надежды было невыносимо. — Она отвлекала тебя, это было слишком заметно. - Женщина самодовольно улыбалась. — Мне было шесть. Я физически не мог думать только тренировках. Начальница любовалась рисунком. — Мама и Я. - Она рассмеялась. Руки сжались в кулаки. - Какая прелесть. Что будет, если прямо сейчас перерезать ей горло? Нужно всего лишь достать перо. Один взмах, и этого мерзкого, ехидного оскала больше не будет. Как и всего, ради чего он ебашил столько лет. — Да, тебе было шесть, но в будущем это могло помешать твоему обучению. — Ладно, могу ли я узнать ее имя, имена других детей из моего корпуса? — Интересно кто где сейчас? - Начальница скинула рисунок в общую коробку. - Времени много свободного появилось? На твоей последний отчет без слез не взглянешь. Уже полгода там тусуешься и ничего. — Мне все еще не доверяют, за несостоявшегося революционера тем более не считают. - Спокойным и размеренным тоном проговорил парень. - Лига злодеев целыми днями спит и ест за счет агентства. Я бы понял ваше негодование, если бы они каждый день устраивали разбои, а я молчал. — Надеюсь это и есть причина таких сухих отчетов. - Две пары холодных глаз уперлись друг в друга. — Понимаю на что вы намекаете, но я не собираюсь терять все, ради чего пахал с 5 лет. — Хорошо, если больше новостей нет, то можешь быть свободен. Герой поклонился и вышел.

***

Ястреб зарылся руками в волосы. Слишком тяжело. Хочется больше не видеть ее, не пересекаться, не слышать этот голос. Голубые глаза напротив прожигали насквозь. — А про грех на душу. Разве ты по ее приказу не убил бы любого из нас, упади возможность? Кейго задумался. Да, он бы сделал это. И сделал бы максимально подло, утром улыбается и шутит шутки, а вечером воткнет перо в спину. — Мне нужна только дата, когда она будет в кабинете, и я избавлю тебя от всего этого дерьма. Хруст пальцев. Две пары глаз светились, взгляды встретились. — Завтра в 15.30 у нее совещание, продлится не более часа. Ее кабинет на 10 этаже, в правом углу над столом висит камера, слепая зона под ней. - Герой шумно выдохнул. Скобы натянулись, наглый и предвкушающий оскал.

***

Курогири и Компресс стояли в углу под камерой. Заклеить или разбить камеру в первую секунду было подозрительно и привлекло бы внимание. Один решал судоку на телефоне, второй наблюдал за стрелкой часов. Вся лига изголодалась по жестокости. Идея Даби никого не оставила равнодушным. Реальную причину такого резкого желания причинить боль конкретному человеку никто не требовал. Дверь открылась, стук каблуков, женщина смотрела в пол. Кинув папку с документами на стол, подняла взгляд. — Не узнаешь? - Компресс улыбался. — Что? - Сармон подняла взгляд. Глаза полные ужаса. Конечно она узнала. Так много проведенных часов над делом каждого из этих семи злодеев. Разбуди посреди ночи, она не проснувшись расскажет всю известную биографию каждого из них. Губы разомкнулись для крика. Щелчок пальцами и бирюзовый шарик был в ладони. — Уходим? - Курогири поправил воротник рубашки. — Да, делать тут больше нечего.

***

Ястреб постучался в дверь кабинета через 15 минут. Он догадывался, что будет пусто, но осторожность перед камерами не помешает. — Госпожа президент? - Герой открыл дверь и оглянулся. На столе соблазнительно стоял разблокированный ноутбук. О нахождении парня в кабинете узнают, но что странного в интересе к своему прошлому? В облаке все было потрясающе рассортировано. Списки учеников и работников за каждые 5 лет. Имя, Фамилия, дата рождения, дата приема на работу/обучение, дата увольнения/конца обучения, фотографии в анфас каждого. Нужно только сделать пару снимков нужных людей на телефон, а потом в общей геройской базе поискать статусы и город проживания. Глаза горели, информация, которую скрывали так много лет в руках.

***

— А ее есть смысл связывать? - Тога разглядывала шарик. — Только если для большего устрашения. - Шигараки усмехнулся. — Отпускай. - Даби посмотрел на Компресса. В просторном подвале в самом центре висела одинокая лампочка на голом проводе, под ней хлипкий деревянный стул. Снова щелчок, мужчина в маске опустил бессознательную женщину на стул. — Я свяжу! - Девушка в припрыжку подбежала с веревками к Сармон. Дама постепенно приходила в сознание. После рук и ног с кривыми узлами девушка повязала атласную черную ленту на глаза. — А что она сделала? - Томура скрестил руки на груди и облокотился на стену. — Детей насиловала. - Даби продолжал прожигать взглядом чат с Ястребом. — Блять ты гонишь. Серьезно? - Светловолосый вытаращил глаза. Пирокинетик кивнул. - Ты откуда знаешь? — Кто снимать хочет? - Брюнет прикурил сигарету пальцем и глубоко затянулся. - Мне кажется такое должно увидеть больше людей. Компресс одолжишь камеру? — О я я! - Твайс выхватил телефон из рук масочника, отошел в угол и включил видео. - А нужно чтобы вас всех было видно? - Компресс встал за Джином и покрутил головой. «Без меня» — Что происходит? Где я? - Женщина попыталась дернуть рукой — Шигараки не снимай, он у нас не фотогеничный. - Даби улыбался. — Из нас двоих не у меня сожжено больше половины лица. — Зато я здоровые участки кожи не расчесываю в мясо. - телефон завибрировал. - Есть! «Вложение: 10 изображений» — Да вы хоть знаете кто я? Развяжите меня! Вы вообще кто такие? - Женщина сорвалась на крик. Тога подошла и спустила повязку с ее глаз. Сармон замолчала. — Как ты думаешь, почему ты здесь? - Пирокинетик подошел и сел на корточки напротив. - Госпожа Президент. - Протянул парень, как бы пробуя слова на вкус, и скривился. Женщина сглотнула. — Охочусь за вами? — И ты единственная такая, чтоб мы тебя к себе тащили? - Джин перевел камеру на лидера. Шигараки улыбнулся уголком губ. — Смотри. - Даби переключил внимание на себя. - Я тебе показываю фотографии разных детей, а ты говоришь есть ли у тебя с ними особенные воспоминания. - Парень выдохнул облако дыма ей в лицо. - Все они проходили у тебя обучение, просто кто-то выпустился в герои, а кто-то нет. Я знаю, что двоих детей из них ты точно насиловала, а вот в остальных сомневаюсь. — Что за бред? Думаешь, я тебе что-то скажу? - Испуганное выражение лица сменилось наигранным чувством превосходства. Пирокинетик сделал последнюю тягу и потушил сигарету ей об лоб. — Ай! Как ты смеешь, урод? Ты хоть знаешь что тебе будет? - Дама громко воскликнула. — У меня две полные пачки и бесконечный поток огня из рук. Я никуда не тороплюсь, хоть неделю тут с тобой просидим, пока от болевого шока не откинешься. Давай, первая фотка. - Брюнет поднес экран разбитого телефона к ее лицу. Нужно было начинать с козырей, там где Даби был уверен, что она будет врать. На фотографии был Кейго в возрасте 10-11 лет. Светлый, жизнерадостный взгляд. Смотреть больно, зная, что этот ребенок тогда об отдыхе и своих желаниях даже думать не успевал. - Он учился под твоим руководством? - Шигараки боковым зрением заметил красные крылья в телефоне, но промолчал. — Учился. — Спала с ним? - Под глазами вспыхнуло пламя. — Нет.

Удар.

— Спрашиваю еще раз. Спала с ним? - Кулак неприятно заныл. Из носа стремительно начали капать красные капли. — Нет.

Удар.

Кровь стекала по подбородку. Костяшки покраснели. Плевок. В тишине слышно, как по полу покатился зуб. — Да. — Сколько ему было лет? — 16. - Сармон посмотрела в камеру. Пирокинетик покачал головой. — Тога. — Ау. - Девушка сидела в позе лотоса. — Тащи сюда свой нож. — Не надо! - Слеза смешалась с потом и скатилась по щеке. — Ну нихуя себе. - Даби развел руки. - А эти мальчики разве не рыдали? Не просили остановиться? — Мне жаль. — О, тебе не жаль. Ты все эти годы ходишь и напоминаешь ему об этом. — Он рассказал… - Женщина усмехнулась и отвела взгляд. — Думала, молчать всю жизнь будет? Если заявит публично, то потребуешь доказательства и рассмеешься в лицо? Знаешь, что эти дети, даже если и объединятся, то ничего, кроме слов, не смогут предъявить. Может быть. - Злодей встал сбоку от стула и схватил ее за волосы. — По мне и так, и так электрический стул плачет. Твоей кровью я руки не испачкаю, а умою. Смотри, чем честнее и быстрее ты отвечаешь, тем меньше пытать буду. — А камера? — Твое имя должно быть стерто со всех дипломов и медалей. Тебя не должны ставить в пример. Твою фамилию должно быть стыдно произносить. Последний раз вежливо спрашиваю. Сколько ему было лет? — 13. — Что ты ему дала, из-за чего он был наполовину в отключке? - Тонкие пальцы сжали горло. — Лидокаин и виагру. — Ебучий пиздец. Как он жив остался вообще? - Компресс сжал глаза. Джин быстро переводил камеру на каждого из лиги. - Он же выжил? - Томура уставился в пол и медленно кивнул. — А что это? - Тога растерянно смотрела на мужчин. — Лидокоин - для анестезии, а виагра - для стояка. Это простыми словами. - Шигараки сдавил пальцами переносицу. Хватка на шее ослабла. — Это значит дозировка на вес рассчитывалась? Не самостоятельно явно. Это же делал врач. - Ацухиро смотрел в стену. Ответа не последовало. — Почему ни у кого не появилось вопросов? - Джин опустил телефон, Химико подняла его руку, чтобы кадр был на Сармон. — Деньгами рот заткнули. - Даби опустил ладонь на лицо женщины. Большой и указательный палец сместились на ее глаза. Вспыхнуло синее пламя. Взгляд рассеялся, глаза смотрели в никуда. Резкий вопль, продолжающийся несколько секунд, нервные окончания быстро разрушились. Веки полностью сгорели, глазные яблоки лопнули. Черные впадины, пустые орбиты, кожа вокруг сморщилась, огонь начал переходить на волосы. Пирокинетик облил женщину из ведра, заранее подготовленного в углу комнаты. Полная тишина. — Тога, набери еще воды. - Девушка молчала. - Пожалуйста? — Хорошо. - Шепотом ответила школьница и вышла за дверь, не закрывая за собой. — Мне кажется, теперь у нее травма. - Лидер группы зачесал пальцами челку назад. — Она до этого дерьма успела насмотреться. А можно мне еще стакан воды? - Крикнул парень в коридор. - Может ты тоже хочешь пить, чтоб говорить легче было? - Даби погладил жертву по голове. — Не нужно, спасибо. Девочка вернулась с ведром воды и стаканом, маленькая ручка протянула его парню. — Ты не обязана на это смотреть. - Злодей сделал глоток. — Я хочу. — Как знаешь. - Он отложил стакан на пол. - Ладно, едем дальше. - Пирокинетик вытянул телефон с фоткой другого ребенка. На фотографии был мальчик лет пятнадцати, про него тогда и говорил Ястреб. Светлые волосы, красная радужка, сильные синяки под глазами, уставший взгляд, пластырь на брови. — Честно, «первый раз я его изнасиловала, когда ему было…» — 14. - Даби хмыкнул. - Убьешь меня потом? — А че, в живых оставить стоит? Чтоб ходила жалость к себе вызывала, бедная и несчастная? - Парень показал следующую фотографию. — Его не трогала, он меньше 6 месяцев у меня учился, не выдержал. — Везунчик. - Шигараки встал с корточек и снял перчатку.

***

Бумажный стаканчик горячего кофе. Маленький обеденный перерыв. Ястреб стоял на оживленной улице рядом с фургончиком-кофейней. Переодически подмигивая пищащим сбоку школьницам, номер два выжидающе смотрел в телефон. Три дня ни одного звонка или сообщения от Тойи. Да, он иногда пропадал с радаров, но это было до их признания в любви. Тодороки всегда отвечал на сообщения почти сразу. Внезапно с грохотом сваливался из окна на кафель в ванной. Некого было обнимать с утра, никто не готовил завтраки, никто не ворчал на сладкое кофе рядом. Всего три дня, но длятся они целую вечность. «Может поймали и пока не сказали СМИ?» Слабые вспышки камер, не редкость. Отвесив пару голивудских улыбок, парень продолжал смотреть в телефон. Даби не ответит, но надежда умирает последней. — Ястреб! Герой поднял голову. Перед ним стояли журналисты с микрофонами. Профессиональные телевизионные камеры. — Вы знали? С Вами тоже такое произошло? - Люди столпились вокруг парня. — Что? - Таками несколько раз моргнул. — Лига злодеев похитила Госпожу Президент. Вы знали? Видео гуляет по всем телеграм каналам. — Не понимаю. — Она призналась, что насиловала своих учеников, с Вами тоже это произошло? - Второй журналист почти засунул герою микрофон в рот. Сдерживать маты было все сложнее, особенно, когда не понимаешь о чем речь. — Лига злодеев пытала вашу наставницу на камеру, что вы можете об этом сказать? — Какое видео? — Это вы рассказали злодею Даби о насилии над детьми? Дайте комментарий. — Почему я? Журналисты перебивали друг друга. Голова начинала болеть от гула. — Разошлись! - Старатель грубо толкнул желтую прессу. — Он даже не в курсе, какие комментарии? - Мируко взяла парня под руку, выводя друга из кольца знакомых, раздражающих лиц, начала шептать. - Ты не видел? — Руми, что происходит? Я не понимаю. Какое видео? — Дерьмо. - Старатель буркнул рядом. - Я сказал, пошли вон! - Пихнув последнего прилипалу, герои скрылись в переулке. — Спасибо. - Номер два растерянно смотрел на коллег. — У меня патруль. Мируко, расскажи ему. - Девушка кивнула, мужчина завернул за угол. — Давай отойдем. - Крольчиха мягко подтолкнула парня вперед.

***

— Скажи, что это монтаж. - Глаза были «на лбу». Кейго уставился на подругу. Видео в закрытых чатах, где мучали его насильницу слишком завирусилось. Лигу злодеев активно восхваляли в комментариях. — Нет, она пропала. Как Даби узнал? Свою историю герой рассказал только Руми и Тойе. Девушка активно его поддерживала все годы дружбы, но помочь в другом ничем не могла. Из-за этого она чувствовала себя ужасно, видеть как друг страдает и ничего, а кроме объятий помочь было нечем. — Если он не заявится вечером ко мне домой, то обсудим это у меня. — Блять, Кейго. Как? - Девушка выключила телефон. — Я… - Ястреб закрыл лицо руками. - Я не знаю, но… Полнейший ступор. Стыд. Страх. Вина. Вина перед Тойей. Из-за своей грязи он втянул Тодороки в это. Страх перед осуждением. Стыд за свои чувства к злодею. Но с ним так хорошо. Кейго чувствует любовь, заботу. Чувствует себя нужным. Но никто не поймет этого, никто не порадуется за него. Запретная любовь, даже звучит смешно. Подруга резко обняла парня. — Вы вместе, да? - Шепот в висок, но не осуждающий. — Да. - Глаза намокли. Не из-за смерти наставницы, вряд-ли она жива. Он был уверен, что Руми никогда не поймет его, не поддержит, но она продолжала прижимать к себе друга. — Мне почти срать, ясно? Почти, потому что я пока в ступоре. Он не обижает тебя? Я ему руки вырву. — Нет. - Парень усмехнулся сквозь слезы. - Он заботится обо мне, защищает, я чувствую себя любимым и нужным. Я люблю его, понимаешь? — Я тебя не осуждаю. - Усагияма гладила Таками по волосам. - Сердцу не прикажешь, тем более, вы два взрослых, осознанных человека. Вы отвечаете и понимаете свои действия. Я только не понимаю, как так вообще получилось? — Не на улице.

***

Друзья сидели на диване в домашней одежде. Держа в руках горячий какао, Ястреб рассказал все. О задании, как они с Даби познакомились, как первый раз поцеловались, как лига на него реагировала, как не выдала ни одной тайны, так что не считая пирокинетика, задание ничего не дало. О истории «Тойи» Таками промолчал, все таки это не его секрет. Руми держала героя за руку и иногда смеялась с историй с Твайсом. В дверь постучали. — Дай угадаю, Даби? - Усагияма закатила глаза. — Не ругайтесь только. Мне это важно. - Кейго подошел к двери и посмотрел в глазок. Увидев Даби он резко открыл дверь и кинулся в объятия, заранее затянув его в квартиру. — Привет, Птичка. - Тойа нежно взяв парня за подборок и поцеловал. — Даже не порезал меня перьями с порога? Как любезно. - Злодей рассмеялся герою в губы. — Я волновался, почему ты не отвечал? Нет, я знаю почему ты не отвечал. Но знаешь, удостоить меня сообщением, что ты жив стоило. - Блондин уткнулся носом в грудь Даби. — Мой косяк, но надо было кое с чем разобраться. Ты в курсе? - Тодороки нежно гладил Таками по спине. — Мг. - Пернатый кивнул. - А про порезать. Пока не изменишь мне, не буду. — С кем? - Тодороки рассмеялся. - С Шигараки? Он на постеры с Мируко лысого гоняет, а не на меня. — Что!? - Крольчиха резко встала с дивана. — Засаду мне устроил? - Пирокинетик нахмурился. — Нет, нет! Она знает, что мы вместе. - Кейго замахал руками. — На кого он лысого гоняет? - Уши встали, руки уперлись в бока. Злодей, чувствуя себя как дома кинул плащ на стул и пошел к холодильнику. — Томура Шигараки хочет поставить раком геройское общество, но чтоб перед этим ты его. - Кинул парень сквозь смех через спину. - Ради бога, не рассказывайте, что я проболтался. - Даби взял хлеб и колбасу, тонко нарезав вторую взял бутерброд в рот и плюхнулся на диван. Ястреб тихонько сел сбоку, положил голову Даби на плечо и виновата посмотрел на подругу. — Ему нравится Руми? - Щенячие, янтарные глаза смотрели в душу. — Под дулом пистолета не признается, но это очевидно. Новости ненавидит, но на тебя, - Злодей показал пальцем на крольчиху, - смотрит и слюни пускает. Девушка несколько раз моргнула. — Абсурд. Тебе бы стоило забить меня ногами до смерти, а ты стоишь в ступоре. - Тойа погладил золотистую макушку. — Я бы и сама череп Сармон раскромсала, да не могу. Ты своего рода герой теперь, вон фанатов сколько. — Сплюнь, какой из меня герой. - Даби рассмеялся. — Мы на нейтральной территории. На людях защищать и пожимать тебе руку не буду. — Понятное дело. Только не убивай, пожалуйста, Таками расстроится. - Злодей довольно улыбался. Номер два обнял парня крыльями и зарылся носом в шею. Злодей устал, тянуть мешок с не до конца сгоревшим телом было тяжеловато. Даби бросил его у входа в комиссию. Замять такое дело они не смогут. Скорее всего тело найдут гражданские, новости будут звучать ото всюду.