Кровные узники

Мрачный лес раскинулся под бледным сиянием луны, чьи холодные лучи пробивались сквозь плотный купол ветвей. Деревья стояли молчаливыми стражами, чёрные, искажённые, будто ожившие в призрачной тьме. Где-то вдалеке ухнула сова, и её голос эхом разлетелся между деревьями, но Эдриан не обратил на это внимания. Он привык к ночи, к её звукам, запахам, к её коварству. Привык быть в темноте — и быть частью её. Он ступал осторожно, не издавая ни звука, словно сам был тенью. В руках он сжимал арбалет с серебряным болтом, отточенным и смертоносным. На поясе покачивался кинжал — оружие последнего шанса. Его глаза, тёмные и сосредоточенные, обшаривали пространство впереди с холодным расчётом. Он знал, кого ищет. И знал, что даже малейшая ошибка может стать последней. Сегодняшняя цель была не просто очередным ночным порождением. Его звали Рафаэль, но в охотничьих кругах его знали под другим именем — Тень. Вампир-легенда, имя которого шептали у костров с оттенком страха и уважения. Он появлялся внезапно и исчезал бесследно, оставляя после себя только пустые тела и ужас в глазах выживших. Его описания были туманны: говорили о глазах, сверкавших в темноте, о движениях, быстрых, как молния, и о голосе, холодном, как сама смерть. Но Эдриан не верил в сказки. Он верил в оружие, в расчёт и в подготовку. И он был готов. Охотник замер. Сквозь шорох ветра он уловил другой звук — мягкий, почти неуловимый. Но его инстинкты, натренированные годами охоты, не подвели. В ту же секунду он вскинул арбалет, но было уже поздно. Резкое движение — и чья-то сильная рука перехватила его запястье, вывернув арбалет в сторону. Второй рукой Эдриан выхватил кинжал, но противник с поразительной лёгкостью поймал и эту руку. Их взгляды встретились. Перед ним стоял тот, кого он искал. Высокий, в тёмном плаще, с лицом, скрытым наполовину тенью. Его кожа была бледна, почти болезненно светла, а глаза... глаза действительно светились. Неестественным, алым светом, от которого кровь стыла в жилах. Но Эдриан не отступил. — Ты охотник, — проговорил вампир. Его голос был низким, глубоким, с насмешкой, скользящей в каждом слове. — А ты вампир, — стиснув зубы, ответил Эдриан. — Умный мальчик, — на губах незнакомца появилась ухмылка. — Но ты выбрал не ту ночь для охоты. — Посмотрим, — прошипел охотник и рывком высвободил одну руку. Плащ Рафаэля взметнулся, как крыло, и в следующее мгновение он исчез, сливаясь с ночной тенью. Эдриан резко развернулся, ловя каждый шорох, каждое движение воздуха. Сердце стучало в груди — быстро, но не от страха. Это было возбуждение. Адреналин. Он знал: их встреча — это только начало. Первая схватка в долгой охоте, в которой никто не собирался быть жертвой. Ни он, ни существо, скрывающееся в темноте. В этом лесу началась их игра. И Эдриан не собирался проигрывать