Букет незабудок

Пока Селести мирно отдыхала в своём крошечном домике, Лололошка усердно трудился на грядках в лучах малинового заката. Весь измазанный в грязи, изнеможенный и выжатый как лимон после насыщенного дня с поручениями Ордена, но дело своё он по настоящему любил, по тому даже в таком плачевном состоянии без задней мысли хватал мотыгу и батрачил на огороде. В ногах мешался прожорливый енот, который хватался своими цепкими коготками за штатину и раздерал ткань, пытаясь привлечь внимание непутёвого человека к своей персоне. Клетчатый, как самый настоящий ответственный, заботливый и любящий хозяин, не стал игнорировать отчаянные попытки питомца выпросить вкусность, и тут же среагировал, дав любимцу свежую морковь. Пушистик польщенно захватил свой обед в пасть и шмыгнул в деревянную избу, что бы никто не отнял его законную еду. Лололошка даже погладить его не успел, как этот прожора скрылся за стенами дома. Но клетчатый не расстроился (потому что он никогда этого не делает): протёр со лба лёгкий пот и с улыбкой на лице умилялся своему любезному сердцу другу меньшему. За спиной неожиданно раздался странный, но при этом знакомый звук и шорох, словно мироходцу уже приходилось сталкиваться с ним, и не один раз. Обернувшись, парень лицезрел густую чёрную дымку, что тягуче медленно смешивалась с воздухом и испарялась. В её оковах виднелся Люциус. Шатена насторожило его неестественное спокойствие и флегматичность, ведь Лололошка привык к заводному, энергичному, настойчивому полубогу. А тут вдруг раз, и вот те на—стоит такой поникший, задумчивый, сам на себя не похож. Междумирец бросил инструмент, так же как и работу с грядками, и быстрым шагом попятил к только что прибывшему Люциусу. Он заметил, что былой наместник Ада тщательно скрывает что-то за своей тяжкой мантией, нервно сжимая чудной предмет в своей левой руке. Но прежде чем вырывать правду из его уст по поводу неизвестного "экспоната", необходимо поинтересоваться состоянием полубога. Всё же, за время знакомства с Лололошкой и нахождении в кругу смертных, парень стал медленно но уверенно меняться в лучшую сторону, расти как личность, и ему обязательно нужно подсобить в этом деле, будучи опорой с наводящими вопросами, что помогут бедняге встать на путь истинный. Да и сам мироходец, не будем держать этот факт в тени , давно считает Люциуса за друга, чувствует к нему тягу и симпатию. Хочет помогать ему не потому что сам беловласый так велел, не потому что у него выбора нет, не потому что на него давят, а потому что сам того жаждет. Но не успел шатен даже челюстей разомкнуть, как Люциус решительно протянул ему букет небесного цвета незабудок. От них шла сладостная отдушина, что щекотала ноздри, доходила до каждой альвеолы. Полубог нахмурил брови и настойчиво вручил парню цветы, устав ожидать хоть каких-то действий со стороны Лололошки, после сложил руки в своей любимой позе— на груди. Он явно волновался. Его выдавало предательски неровное дыхание сбитое в хлам, пёстрый красный румянец, и бегающий нервный взгляд, который метался во все стороны, смотрел везде и всюду, но только не на человека напротив. — Что это?— будучи в ступоре сделал первый шаг Ло. — Цветы. — Я то вижу, но не понимаю с какой целью ты отдал их мне. Кто-то попросил передать? — Да что б я, великий Люциус,— он как и всегда горделивым голосом выделил своё имя, характерно задрав голову вверх, да так что белокурая шевелюра упала прямиком на его очи, затмив зрение— подчинялся кому-то?! Ни за что! Эти жалкие цветочки я вручаю тебе по своей инициативе. Шатен взглянул на цветы, потом на Люциуса, следом вновь на голубенькие лепестки.. В голове закрадывалась мысль о том что над ним шутят, что это неудачный розыгрыш и Люциус просто неумело познаёт людской юмор. Бесспорно, полубог изменился, но не настолько же сильно, что бы по собственному желанию и воле одаривать Лололошку столь приятным душе и сердцу жестом в виде букета. Цветения неописуемо прекрасны, ароматны, и вот так совпадение, очень подходят междумирцу по цветовой гамме: цвета светлого неба без единой тучки, равносильны его очкам на переносице, шарфу, и другим аксессуарам. — Я благодарен, это очень..мило. Только зачем? — Это не твоего ума дела, смертный! Просто прими их и всё. Иначе испепелю прямо на этом месте, что б от тебя ничего кроме сажи не осталось вовсе. Лололошке хотелось подобрать ещё пару слов, продолжить диалог и не мучать их смутной, глухой тишиной, но от парнишки и след простыл, остались лишь подаренные ним незабудки. Мироходец, по скольку кроме него и шума тёмного лесного бора свидетелей на пару с лишними глазами не осталось, стал в открытую любоваться полученным букетом. Даже и не обратил внимание на что губы расплылись в непроизвольной улыбке, а в животе лестно трепетали бабочки. Кто бы мог подумать, что такая мелочь как цветы способна привнести в жизнь столько приятных эмоций, ярких красок, незабываемых впечатлений. Но мысль, что незабудки шатену подарил Люциус, по прежнему приобретала странный смысл, и всё никак не отпускала. А учитывая то что на языке цветов, о котором мироходцу любезно поведала фамильяр (кому как не Селести знать про это чудо природы, оно ведь фея), данные растения обозначают, в первую очередь, верную любовь, возникало всё больше и больше вопросов к действию Люциуса. Что, или даже кто, сподвигло его к жесту сия рода? То что выбор полубога пал именно на эти цветы, что именно их он посчитал подходящими, это случайное стечение обстоятельств, или же намеренно подобранные растения? Увы, клетчатому не суждено узнать правды, ведь он больше чем на все сто процентов уверен — за попытку поинтересоваться подобным его без капельки сожаления превратят в горстку пепла.