Власть, мастерство и мудрость

      Примерно три с половиной века назад это было, в Седельской Аравии. Захотелось, значит, одному тамошнему шейху новую корону на свою голову, да не абы какую, а платиновую.       Придворные, конечно, удивились. Мол, как же так, ваше величество, короны правителей всегда и везде из золота делались, а платина — это же нарушение традиций! Шейх смеётся: мол, всё когда-нибудь в первый раз случается! Дескать, платиновая корона с моей мастью на мне лучше смотреться будет, а так-то платина ничем не хуже — тоже ведь благороднейший металл, и по цене даже повыше золота будет.       Ну и ладно, дело не шибко принципиальное. Выбрали мастера-ювелира, утвердили эскиз изделия, выдали ему из казны платину в потребном количестве. В оговорённый срок сделал он по эскизу корону, за каковую работу с ним согласно договору и расплатились. Всё как полагается.       Всё, да не всё. Спустя небольшое время взяли шейха сомнения: а честно ли ювелир отработал? Не присвоил ли часть материала? Иными словами — а из чистой ли платины та корона сделана?       Обратился к своему придворному мудрецу, у них эта должность так и называется. Вроде нашего советника. Тот попросил день на раздумья, а потом докладывает. Так и так, есть способ на твой, государь, вопрос ответить. Нужен для этого, во-первых, слиток чистой платины, про который уж точно сомнений нет, что она чистая. Чтобы был он равной массы с короной, и это только на время, для измерений — слиток тот в казну потом быстро вернётся целёхоньким.       Ну, этот вопрос вообще не вопрос. Шейх на казначея только глянул, тот и кивает: не извольте беспокоиться, к следующему утру всё будет. А что во-вторых?       А во-вторых, продолжает мудрец, нужны для такой экспертизы наилучшие измерительные инструменты. Циркули там, линейки размеченные, кронциркули, штангенциркули…       Ну, логично, и тоже не вопрос. Послали к известному столичному механику. Тот как услышал, так снял с полки уже готовый набор своей работы, и даже денег за него не взял. Дескать, возьмите и пользуйтесь на здоровье, а для меня уже и то почётно, что по такому делу именно ко мне обратились.       Вот принесли мудрецу корону, принесли слиток и инструменты, уговорились о цене. Шейх и спрашивает: а как же это ты чистоту металла определять собрался, не ломая корону? Интересно ведь. Он и сам-то хорошо образован был, в физике с математикой неплохо соображал, уж всяко сильно выше тогдашнего среднего уровня.       Мудрец объясняет. Вот это, значит слиток чистого металла, по массе равный с массой короны. Надо сравнить их объёмы — объём слитка против объёма короны. Если они тоже совпадут, то корона из такого же металла и сделана. А если нет… ну, понятно. Объём слитка-то посчитать нетрудно, это же просто прямоугольный брусочек, но вот с объёмом короны повозиться придётся, на то инструменты измерительные и нужны.       Ну, что тут скажешь — всё просто, логично и понятно. Нечего возразить. Взялся мудрец за дело. Слиток обмерил, размеры записал и вернул сию ценность в казну, а потом принялся корону мерить. Работа мелкая, кропотливая: все детальки вы́мерять, на каждую объём посчитать, потом кучу полученных цифр сложить…       Прошло несколько дней, приходит мудрец к шейху. Так, дескать, и так, работа окончена, извольте получить результаты, — и свиток протягивает. Взял его шейх, стал смотреть.       А в свитке сначала длинное славословие в его адрес: великий владыка, милостивый покровитель наук, сам научными методами активно интересующийся, интереснейшую задачу поставить соизволил… Ну, всё как по тем временам положено было. Потом идёт чертёж короны и куча таблиц с промерами. Потом длинные выкладки с расчётами. И заключение в конце: найденный объём короны заметно, хоть и не сказать что прямо очень значительно, объём представленного слитка чистой платины превосходит. Посему на вопрос о чистоте металла, из коего корона изготовлена, ответить следует отрицательно. Из чего-то более лёгкого её сработали!       Отрицательно, так отрицательно. Дальше дело известное: деньги за работу у ювелира отобрали и на плаху его, хоть он и орал, что всё честно сделал. Но вопли ремесленника против сло́ва известного мудреца… в общем, понятно. С мудрецом шейх честно рассчитался, и даже корону ту фальшивую ему сверх платы подарил. Очень уж ему славословие в свой адрес понравилось — а корона, она хоть и фальшивая, но всё же вещь довольно ценная и красивая. Другому ювелиру заказал новую корону, и на сей раз все меры предосторожности заранее принял. Работать мастеру велели во дворце под присмотром трёх соглядатаев, в том числе придворного фокусника и ещё одного ювелира, а вход-выход из мастерской только утром и вечером, и всякий раз не иначе, как после тщательнейшего обыска. Тот мастер с полным пониманием отнёсся: лучше уж сейчас так, чем потом на плаху.       И вот сделал он другую корону, соглядатаи подтвердили, что всё честно сработано было, на том история вроде как и затихла. Но, как потом оказалось, до конца сей истории было ещё далеко, ой далеко!       Прошло, значит, с тех пор чуть больше сотни лет, уже и все участники её от старости умерли. Вместо шейха на троне внук его сидит, а при дворе у него внук того мудреца служит — тоже, стало быть, мудрецом вырос.       В один не шибко прекрасный день прибегает мудрец-внук к внуку-шейху. Прибегает, а сам бледный как смерть и глаза вытаращены: великий государь, случилось страшное!!! Шейх, конечно, предложил ему присесть, отдышаться, успокоиться, выпить чего-нибудь прохладительного и потом уже по порядку излагать.       Мудрец всё это выполнил, и излагает. Давеча, значит, пришла ему в голову идея, как ту дедовскую задачу о чистоте металла другим способом решить, много проще и изящнее. Нет, общая идея сравнить объёмы короны и слитка та же самая, но про объём короны он вот чего придумал. Вместо того, чтобы мерить и вычислять, надо просто полностью погрузить её в воду. Уровень воды от этого поднимется, и по этому поднятию объём совсем легко определить. Взял он подходящую мерную банку, налил в неё воды, сунул корону, определил объём. А потом обратился к дедову трактату и обомлел: объём-то по его водяному методу получился в точности тем самым, какой у эталонного слитка был! Стало быть, металл в короне чистый, и ювелира того ни за что казнили!!!       Рассказал всё это, а потом выложил ту корону из сумки на стол: забери её, государь, я её у себя хранить никакого морального права не имею, на ней невинная кровь, и виноват в том мой дед!       Шейх зубами скрипнул: нехорошая, однако, история! Вот так, ни за что ни про что казнили честного ценного специалиста — да ведь если про то узнают, другие мастера теперь триста раз подумают, прежде чем у потомка этакого самодура заказы брать, и то ещё не факт, что возьмут. А и возьмут, так цену запросят выше облаков, никакой казны не хватит. Но делать, конечно, что-то нужно.       А что тут сделаешь? Ну, корону пока определили в сокровищницу — ежели она и впрямь ценнее, чем считалось, то там ей самое место. А мудрецу-внуку шейх так сказал: иди, ищи ошибку у своего деда! Оно и для тебя теперь дело чести, и впредь такие ошибки повторяться не должны, ибо воистину! Найдёшь, доложишь.       Мудрец поклонился и пошёл ошибку искать. Через несколько дней докладывает: всё проверил и перепроверил, нету в дедовских расчётах ошибок!       У шейха глаза на лоб. А ну, это как же такое выходит-то, что по двум правильным методам, один другого лучше, два разных результата получаются, и из них один ошибочный?!       Мудрец копытами разводит: очевидно же, государь! Если расчёты правильные, а результат ошибочный — значит, ошибка в исходных данных. Дозволь, владыка, ту корону лично перемерить?       Владыка, конечно, дозволил. Обмерил её мудрец, да с нуля, в дедовские таблицы не заглядывая — дабы прошлыми замерами нечаянно как-нибудь не обмануться. Всё записал и пошёл с трактатом сверяться.       Послезавтра приходит: так и есть, в трактате часть замеров с ошибками! А если дедовским методом по нынешним цифрам посчитать, то объём совпадает с тем, что по водяному способу определён! Настоящая это корона, и металл в ней чистый!       Шейх дослушал и аж на пол плюнул. Говорит мудрецу: знаешь, вот такую подляну я от твоего деда не ожидал! Нет, ну это же надо — метод правильный придумал, и сложнейший расчёт без ошибок проделал, а на простейших измерениях облажался! Да такие промеры обычному ученику слесаря поручить можно, да даже я сам измерительным инструментом пользоваться вполне умею!       А мудрец головой мотает: не-е-ет, государь, тут всё не так очевидно! Если бы это просто мой дед облажался, то ошибки были бы в разных местах разные, где в лес, где по дрова. А то ведь только в части замеров, причём везде в бо́льшую сторону, причём примерно на одну и ту же величину! Через это у деда и получился больший объём — понимаешь, владыка, что это значит?!       Владыка не дурак, понял без подсказки. А ну-ка, где там у нас те инструменты, которыми корону во время о́но измеряли? Позовите дворцового библиотекаря!       Пришёл библиотекарь, он же и хранитель дворцового музея. Выслушал вопрос, кивает: точно так, инструменты с тех пор бережно хранятся в шкафу таком-то, могу через десять минут принести. И принёс. Мудрец на них коршуном набросился, ухватил и потащил к себе.       Трёх часов не прошло, как опять прибегает. Эврика, кричит, нашёл!!! И железку какую-то шейху под нос тычет. Изволь видеть, государь, вот на этом кронциркуле шкала нанесена со сдвигом, так на величину того сдвига часть замеров и оказалось увеличена. Теперь всё ясно!       Ну… с технической стороны как бы да, всё ясно. А с практической? Стали шейх и мудрец совет держать, как им в этой ситуации поступить, чтобы честь предков не замарать — и свою собственную, конечно, тоже.       С одной стороны, мудрец-дед ни в чём не виноват. Он свою экспертизу честно провёл, в методе и расчётах нигде не ошибся — а что ему кривой инструмент подвернулся, так этого он знать не мог. Просто неоткуда ему было.       С другой стороны, шейха-деда тоже упрекнуть нельзя. Он же свой приговор не с потолка вынес, а исходя из заключения, которому не доверять никаких причин не имел. И по тогдашним законам, действительно, за такие дела смертная казнь полагалась.       С третьей стороны, а ювелира-то, как ни крути, казнили без вины — и надо это так народу объяснить, чтобы народ неправильных выводов не сделал. А то ведь, чего доброго, поймут так, что мудрец из-за какой-то своей ошибки честного мастера облыжно обвинил, а шейх, не разбираясь толком, по-быстрому на плаху его отправил. А такое пятно на репутацию — оно внукам того мудреца и шейха надо?!       Посовещались они, значит, и принял шейх такое решение.       Корону, которая якобы фальшивой была, он забрал в казну, благо и сам мудрец от неё отказался. А мудрецу за это расследование постановил выплатить такие же деньги, как его деду за ту экспертизу выплатили, только втрое больше, и в нынешних деньгах. Это же внук фактически три раза дедову работу выполнил: один раз своим водяным способом, один раз при проверке выкладок, и ещё один раз по собственным измерениям.       Насчёт казнённого ювелира он решил издать указ — дескать, полностью оправдать ввиду отсутствия состава преступления, всё такое. С наследниками ювелира лично поговорить, извиниться перед ними и плату за ту давнюю работу выдать — тоже в нынешних деньгах, конечно. Ну, и там дальше по ситуации в наследниках участие проявить: может, протекцию какую оказать, может, помочь какой-то вопрос решить на самом высоком уровне… в общем, после разговора видно будет.       Вот с наследниками халтурщика-механика, конечно, сложнее всего получалось. Отвечать за ту давнюю его халтуру они же не могут, и тут даже за некачественный инструмент не взыщешь — механик же его просто так отдал. Что тут сделаешь? Ну, поговорить с ними можно, высказать им порицание. Намекнуть чисто конкретно, что неплохо бы им самим с наследниками ювелира объясниться и к какому-никакому консенсусу прийти. Всё, наверное.       Решивши так, раздал шейх соответствующие распоряжения. Секретарю своему — подготовить указ и на подпись ему подать. Казначею — посчитать курс прежних денег к нынешним и все указанные выплаты обеспечить. Мудрецу — подготовить объяснение и описание ситуации в простых и понятных словах, дабы народу вместе с указом объявить и всевозможные слухи пресечь. Ну и начальнику стражи — он в Седельской Аравии называется «гулям-визирь» — отыскать названных наследников и доставить их во дворец для беседы. («Вежливо доставить, а то я ж твоих мордоворотов знаю!»)       Последнее распоряжение, конечно, посложнее прочих было. Однако через неделю на ежеутреннем докладе рапортует начальник стражи: так и так, государь, задание твоё выполнено, наследники найдены и ожидают во дворце, за мудрецом уже послано…       Пока он прочие свои успехи рапортовал, тут как раз мудрец и явился. Вот и отлично, можно к беседе приступать. Давайте сюда наследников!       Высунулся гулям-визирь за дверь, позвал. Входит на его зов парнишка лет пятнадцати. Один. И дверь за собой закрывает. Шейх с мудрецом посмотрели на того парнишку. Посмотрели друг на друга. Посмотрели на начальника стражи.       И шейх интересуется этак ласково: а что ж это ты нам про него во множественном числе толковал? Или ты, визирь, прошедшей ночью так отдохнул, что в глазах до сих пор двоится?       Визирь ухмыляется: никак нет, государь, всё правильно! Просто парнишка этот хоть и один, а сразу по двум линиям здесь присутствует. По материнской он правнук ювелира, а по отцовской ему механик троюродным дедом приходится, и других наследников, извините, нету. Вы, значит, теперь тут дальше сами разбирайтесь, а у меня ещё другие дела есть… И ушёл.       Шейх с мудрецом в очередной раз обалдели. То есть, это даже и не понятно, с какой стороны им на такого наследничка смотреть — то ли с виновной, а то ли с потерпевшей?! Интересуются у него: парень, ты хоть понимаешь, зачем ты здесь?!       Тот кивает: понимаю, указ с объяснением слышал. Чего в этой связи́ сказать — не знаю, а сам я за собой никакой вины не ведаю. Вы начальство, вам и виднее.       Собрался шейх с мыслями. Сунул парню копию указа, сказал, что деньги за работу прадеда он при выходе из дворца получит. А потом целую речь задвинул.       Дескать, если одного твоего предка несправедливо казнили из-за того, что другой твой предок схалтурил, то это твоё внутреннее дело, вот сам с собой про вину своих предков и разбирайся! Что если хочется, то можешь за тот несправедливый приговор сам себе из левого кармана в правый компенсацию выплатить, а он, шейх, как сам же наследничек и выразился, за собой никакой вины на этот счёт не ведает! Равно как и за своим дедом, и за дедом мудреца тоже ничего такого не видит! И что это его заднее слово, заднее не бывает, и все эти перипетии у него уже вот где, и уведите это чудо с глаз его долой, только плату выдать не забудьте, и пусть оно дальше живёт со своей памятью таких предков, как само знает!       Так всё и было исполнено. А шейх откуда-то вытащил ещё одну бумагу и сунул её на этот раз мудрецу. Тот глядит — а это указ о создании государственной пробирной службы, и он, мудрец, по сему указу её главой назначается. Ибо зарекомендовал себя, и всё такое. Чего тоже было исполнено.       Вот с тех пор драгоценные металлы из Седельской Аравии и считаются самыми чистыми, и доверие к ним самое большое. Но вот какой ценой это доверие завоёвано было — того забывать не следует!