Осколки, ставшие мозаикой

На дворе стоял сентябрь. Было тепло, даже немного душно, словно лето отказывалось уходить, цепляясь последними лучами за облезлые панельки, остановки с покосившимися урнами и подъезды, обклеенные объявлениями о дешёвом ремонте. Всё напоминало то странное затишье, которое бывает только в начале осени. Когда вроде уже всё закончилось, но как будто ничего ещё не началось. Олегсей стоял у входа в здание Московского государственного финансово-юридического университета им. А.С. Соотвецкого, ощущая себя как минимум на два размера меньше. Здание было... странным. Советский модерн смешанный со современными элементами, стеклоблоки, над входом - барельеф профессора Соотвецкого, какого-то загадочного то ли юриста, то ли логиста, в очках и с пальцем, направленным в небо. Под барельефом лозунг: "С разумом - к земле, с душой - к народу!" - Ну конечно, - пробормотал Олегсей, опуская взгляд. Он не хотел здесь учиться. Не хотел заполнять заявление на специальность финансы цифровой экономики. Он хотел... ну, хоть чего-то своего. Играть в театре. Снимать что-то. Учить астрофизику. Сидеть с телескопом на крыше и пить молочный улун из термоса, а не разбираться в « Диагностика риска банкротства предприятия». Но отец сказал, что это «серьёзное дело». Отец говорил редко, но если уж говорил, то без вариантов. На стене при входе - табличка с расписанием, отпечатанная на потемневшем ксероксе: Ауд. 218 - Вводная лекция. Первокурсники на специальность финансы цифровой экономики. Преп. Г.Р. Близгальцев. Поднимаясь по лестнице, Олегсей слышал, как на каждом этаже дышит новая вентиляция. Всё здесь было немного замотано временем и словно в некоторых ее частях пытались скрыть: линолеум чуть вспученный и местами керамическая плитка, стены с потёртыми уголками, аромат столовской картошки, застрявший в воздухе с утра. Аудитория 218 встретила его гулом голосов, шумом высыпающихся чипсов и мелкими хлопками газировки. Он вошёл, стараясь не привлекать внимания, и сразу понял: тут было всё, чего он боялся. Слева, на задних партах - группа парней, судя по всему, из одной подмосковной деревни. Один из них уже скинул куртку и сидел в майке Adidas, жуя сникерс и делая селфи с подписью «Новая жизнь начинается #универ #жесть». Спереди - девчонки, больше похожие на блогерш из «Instagram», одна из которых красила губы прямо в отражении планшета. На их столе стояла полупустая бутылка "Fanta Shokata" и коробка со сладостями из Fix Price. Кто-то слушал Feduk & Элджей - Розовое вино без наушников. Кто-то уже обсуждал, как «на первом курсе можно не париться, а вот на втором начнётся ад». Олегсей сел у окна. Ему понравился этот угол: можно смотреть на улицу и не встречаться глазами с одногруппниками. Он достал тетрадь с обычной темно-зеленой обложкой и подписал первое слово на титульной странице: "Основы экономики: Вводная лекция" Почерк дрогнул на слове "экономика". Рядом с ним села девушка с рюкзаком, на котором красовался значок "BTS" и надпись "Not Today". Она положил на парту телефон, открыла ВКонтакте и начала листать мемы, хихикая. В аудитории стало тише, когда дверь открылась, и вошёл преподаватель. Мужчина лет пятидесяти, в твидовом пиджаке, с галстуком в тон рубашке. Он подошёл к столу и поставил на неё толстую папку. - Добрый день, коллеги, - начал он с особым нажимом. - Я - Близгальцев Геннадий Романович. Преподаю у вас мировую экономику и международные экономические отношения. Он оглядел аудиторию с той самой академической строгостью, которую никто всерьёз не воспринимает. - Сегодня у нас вводная. Поговорим о структуре курса, возможностях вашего факультета и о том, как не вылететь после первой сессии. Да-да, не удивляйтесь, это не шутка. Он говорил долго, обстоятельно, с отступлениями про «Вы будущие, высококвалифицированных специалистов, способных решать глобальные задачи и ориентироваться в процессах цифровизации компаний, корпораций, экономики регионов и Российской Федерации в целом» и «Каковы ваши основные задачи на каждом этапе?». Кто-то записывал, кто-то залипал в телефоне, кто-то спал с открытыми глазами. Олегсей честно делал пометки, но мысли то и дело уносились прочь - в детство, к тетрадкам с комиксами, к детским кружкам и домашним ночам под кинотрилогию «Властелин колец». Он украдкой нарисовал на полях гитару и мордочку котят. Это было что-то с роду привычки, особенно когда хотелось убежать. Его гитара была с ним с восьмого класса, с тех пор как он впервые сыграл «Wish You Were Here» для своей сестры. Он перевёл взгляд на окно. На улице бегали два голубя, один преследовал другого по асфальту. Дворник, устало отмахиваясь от пыли, подметал листву. Воздух был прозрачным, с оттенком затухающего лета. И всё это казалось дико... нереальным. Как будто не университет. Не начало взрослой жизни. А какой-то странный сон, из которого он ещё не проснулся. И он подумал: А может, мне всё-таки удастся найти здесь что-то своё?

***

Первый день в университете, как водится, прошёл на автопилоте. Пары шли одна за другой, и, хотя большинство из них были больше похожи на знакомство с преподавателями и расплывчатые разговоры о «будущем насыщенном учебном процессе», Олегсей всё равно ощущал усталость. Слишком много лиц, слишком много новой информации, слишком мало воздуха. К полдню им объявили: - Сегодня пары сокращённые, для адаптации. Наслаждайтесь, потом будете вспоминать это как медовый месяц, - сказал куратор с натянутой улыбкой и скомкал свой список посещаемости. Весь корпус мгновенно зашумел. Кто-то вскочил с места, кто-то достал смартфон и начал строчить сторис с подписью типа: "Первый день и уже отпуск 🥂". Кто-то нёсся по коридору, распевая припев «Районы-кварталы» рок-группы «Звери» - "Я ухожу, ухожу красиво" Олегсей же шёл по коридору с максимально нейтральным выражением лица. Он уже выстроил у себя в голове идеальный маршрут: дойти до общежития, заварить себе улун прочитать основу экономики и добить тот документ, который обещал помочь составить одному знакомому. А позже, можно и кино глянуть. Он уже сохранил себе на ноутбук «Прочь» и «Пассажиры» - выбор был между паранойей и космосом. - Спокойный вечер, ровная атмосфера, тишина. Идеально, - думал он. На выходе из корпуса, в тёплом золотистом свете сентябрьского солнца, он уже потянулся за наушниками, когда вдруг за спиной раздался звонкий голос: - Эй! Стой-стой! Ты! Да, ты в клетчатой рубашке! Олегсей обернулся. На него шла девушка с огненно-рыжими волосами, в лимонно-жёлтой куртке и с рюкзаком, увешанным значками. В рюкзаке, среди прочего, красовался пин с надписью “My brain is buffering”. Рядом с ней плёлся парень - выше ростом, с ленивым взглядом и наушниками, один из которых болтался мимо уха. - Ты же с нашей группы, да? Душнов? - спросила девушка, запыхавшись, но улыбаясь. - Ну… да. Олегсей, - он машинально поправил. Ему не нравилась его фамилия: слишком легко превращалась в повод для дурацкой клички. - Олегсей? - переспросила она и тут же усмехнулась. - Звучит серьёзно. Можно Лёша? - Лучше Олежа, - пожал он плечами, внутренне облегчённо вздохнув. - Я Виктория, можно просто Вика, - представилась она. - Это Артём. Я, точнее мы тут подумали... А чего бы тебе не пойти с нами на движ? - На… какой движ? - он нахмурился. - Посвящение! - Вика вскинула руки так, будто объявляла о фейерверке. - Сегодня, прямо за универом. Старшие делают вечеринку для первочков, то бишь для нас. Музыка, еда, конкурсы, вся эта классика. - Эм… я не знаю. У меня планы, - осторожно сказал он. - Какие? - тут же спросила Вика, щурясь, как будто собиралась раскусить его ложь. - Ну… чай, потом лекции… фильм хотел посмотреть, - честно признался он. - Господи, только не это! - закатила глаза Вика. - Первый день в универе. Ты что, хочешь завтра сказать, что познакомился только с чайником? Артём наконец заговорил, не убирая рук из карманов: - Если ты не пойдёшь, потом будешь всю жизнь рассказывать, что «в первый день я даже на посвящение не пошёл». Это как если на Новый год лечь спать в десять. - Я… - начал Олегсей, но замолчал. - Там не то чтобы «алкопробежка», если ты об этом думаешь, все таки за универам - спокойно добавила Вика. - Просто возможность посмотреть, кто нормальный, а кто уже на первом курсе готов за стипендию головой об стену биться. Надо видеть людей в их естественной среде. А не за партой. Олегсей стоял на перепутье. Он чувствовал, как привычное желание «уйти по плану» сражается с каким-то странным, новым импульсом. Всё внутри будто шептало: ну разок, ну попробуй, что с тобой станет? - Ладно, - сдался он. - Ага-ага, - улыбнулась Вика. И вот они уже шли втроём, сворачивая за угол университета, где тускло мигали гирлянды, натянутые от дерева к дереву, играло что-то электронное из колонки, и слышались первые возгласы: - Эй, первачки, налетай на колу! Ребят, принесите еще... Олегсей чувствовал, как с каждым шагом вечер становится другим. Он ещё не знал, во что ввязывается. Но впервые, за долгое время ему было не скучно.

***

Гирлянды под ветром мигали вяло - словно сами устали от музыки и голосов. Вечеринка на заднем дворе универа доживала последние минуты. Из колонки, стоящей на перевёрнутом ящике, доносился медляк: кто-то качался в такт, кто-то обнимал одногруппницу, делая вид, что это «по фану», а кто-то сидел прямо на бордюре, уткнувшись в бутылку колы, будто она могла ответить на все вопросы. Запах пиццы из коробок смешивался с ароматом сладкой газировки и дешёвых чипсов. Несколько ребят пытались одновременно распутать гирлянду, которая зацепилась за ветку дерева, и ругались шёпотом. Атмосфера становилась сонной, словно вся толпа синхронно зевала, только по-разному. Олегсей держался чуть в стороне. Он не избегал людей намеренно, просто не было сил на бесконечное «улыбайся, знакомься, расскажи, кто ты». Вика с Артёмом давно растворились в толпе - танцевали, смеялись, выглядели так, словно вечеринка была придумана именно для них. А он стоял с пустым стаканом, наблюдая, как гирлянды отражаются в пластике, превращая дешёвый стакан в стеклянный фонарь. Олегсей потянулся к бутылке с яблочным соком, но та, скользкая от конденсата, вывернулась из пальцев и грохнулась на асфальт, безнадёжно облив его кроссовки. Он аж подпрыгнул от неожиданности и тихо выругался себе под нос, глядя на липкую лужу. - Эх, меткий вы наш, - раздался рядом спокойный голос, низкий, с лёгкой хрипотцой, в которой слышалось скорее усталое развлечение, чем насмешка. Олегсей резко выпрямился. Рядом стоял парень, явно старше. Не просто старшекурсник - взрослее. В тёмной, дорогого кроя пиджака, с идеально лежащими волосами, руки в карманах. Он смотрел на лужу, потом на кроссовки Олегсея, потом медленно перевёл взгляд на него самого. Взгляд был оценивающий, но беззлобный. - Первый день? - спросил незнакомец. Вопрос прозвучал как констатация факта. - По мне так сильно заметно? - буркнул Олегсей, стараясь вытереть кроссовок о сухой участок асфальта. Раздражение от собственной неуклюжести слилось с общей усталостью и вылилось в эту колкость. Парень в ответ только усмехнулся. Непродолжительно, одним уголком губ. Будто услышал именно ту реакцию, которую ожидал. - Заметно. По глазам. У всех первокурсников в этот день один и тот же взгляд - как у кроликов, которых выгрузили в новом лесу. Кто-то от страха, кто-то от восторга. У тебя, - он сделал небольшую паузу, - скорее первое. Олегсей нахмурился. Его прочитали как открытую книгу, и это было неприятно. Унизительно даже. - Спасибо за диагноз, доктор, - процедил он, отводя взгляд к гирляндам. - Можно уже идти? - Не торопись. Ты же ещё и без напитка остался, - парень легко наклонился, подобрал пустую бутылку и отнес её к ближайшему пакету с мусором. Потом он подошёл к импровизированному столику из досок, налил из другой бутылки в два пластиковых стакана чего-то прозрачного с газом и вернулся, протягивая один Олегсею. - Держи. Вода с газом. Не отравишься. Олегсей нерешительно взял стакан. Было неудобно отказаться. - Я Антон, - представился парень, отхлебнув из своего. - Третий курс, юрфак. - Олежа… Олегсей, - поправился он. - Первый, бизнес. - Знакомо, - кивнул Антон. Его взгляд скользнул по окружающим. - Ну что, Олегсей? Как тебе наше гостеприимство? Вечеринка удалась? - Шумно, - уклонился от прямого ответа Олсегсей. - Это да. Каждый год одно и то же. Гирлянды те же, музыка та же, даже чипсы, кажется, те же самые, - Антон говорил спокойно, наблюдая за толпой. - А люди новые. Вот в чём интерес. Смотри: вон те, - он едва заметно кивнул в сторону пары, которая громко спорила о чём-то, - уже выясняют, кто из них больше «в теме». А те две девушки фотографируют бедную пиццу с водой для инстаграма уже двадцатый раз. Классика. А ты чего тут один прибился? Друзей не нашел или не искал? Вопрос был задан так просто и прямо, что Олегсей на секунду растерялся. - Я… с двумя ребятами пришёл. Викой и Артёмом. Они там, - он махнул рукой в сторону танцующих. - А ты - здесь. Потому что скучно? Или потому что не твоё? - Не знаю, - честно признался. - Просто… не моё, наверное. Всё это. - Понимаю, - Антон сделал ещё глоток. И почему-то Олегсей поверил, что он и вправду понимает. - Первый курс - это как будто тебя надели на обруч и раскрутили. Кто-то кричит от восторга, кого-то тошнит. Ты, я смотрю, из тех, кого тошнит. Но держишься. - Стараюсь, - с сарказмом бросил Олегсей. Антон снова усмехнулся. На этот раз чуть шире. - Это хорошо. Умение держать лицо - полезный навык. Особенно если тебе, как я погляжу, тут и делать-то не очень хочется. Олегсей резко посмотрел на него. Откуда он всё это знает? - Не надо так удивляться, - как будто прочитав мысли, сказал Антон. - Я три года тут учусь. На первом курсе таких, как ты, через одного вижу. Приходят не по своей воле. Папа сказал, мама велела, престижно, перспективно. Глаза горят от внутренней истерики. Ты ещё неплохо маскируешься. Многие сразу в депрессию впадают. Парень молчал. Ему нечего было сказать. Это было слишком точное попадание. - Ладно, не пугайся, - Антон закончил воду и смял стакан в ладони. - Я не психолог и не собираюсь тебя спасать. Просто констатирую. Если решишь, что хочешь не просто держаться, а ещё и как-то выжимать из этой ситуации что-то для себя - обращайся. Житейская мудрость старшего товарища, так сказать. Он произнёс это с лёгкой, почти незаметной иронией к самому себе. - Непременно, - пробормотал Олегсей, усмехнувшись в свой стакан. Музыка в колонке сменилась на финальный трек. Голос ведущего прокричал: - Последний танец! Через пять минут сворачиваемся, охрана уже дышит нам в затылок. Спасибо, первокурсники, вы были огонь! - Антон! - донеслось издалека. - Дуй сюда, помощь нужна! Антон обернулся, махнул рукой. Потом снова посмотрел на Олегсея: - Рад был познакомиться. Думаю, мы ещё увидимся. Олегсей остался стоять с пластиковым стаканом, в котором отражались последние огоньки гирлянды. Музыка уже почти стихла, колонка хрипела на последних аккордах, а вокруг становилось тихо. В стакане плескались остатки жидкости, тёплого и почти безвкусного. Первый день оказался неожиданно живым и так же неожиданно за спиной раздался шёпот: - Бу! Олегсей вздрогнул, что едва не расплескал остатки воду. От неожиданности он даже отпрыгнул назад. Перед ним стояла Виктория, сияющая от собственной шутки. Рядом Артём. Спокойный, как всегда, с лёгкой улыбкой, будто заранее знал, чем всё закончится. - Вы чего, ребята… - пробормотал Олегсей, стараясь скрыть смущение. - Вечер нормальный, - удовлетворённо сказала Вика, - но если бы кто-то догадался притащить хотя бы бутылку вина, было бы веселее. Она обвела взглядом небо, которое начало окрашиваться в цвет уходящего солнце и потянула Артёма за руку: - Пойдём, замёрзла уже. Ты как, Олеж? - спросил Артем. Олегсей замялся на секунду, но потом кивнул: - Я с вами. Они пошли втроём. Улица перед университетом была почти пустой: редкие прохожие, тёплый воздух, пахнущий асфальтом и вечерней пылью. - В какой комнате живёшь? - спросила Викатория, хитро скосив глаза. - Двести тринадцатая, - ответил он, не задумываясь. - О! Рядышком! - оживилась она. - Тёма, слышал? Совсем близко. Она болтала без остановки - рассказывала, как боялась провалить экзамены, как переезжала в Москву из села, как тётя встретила её на вокзале с большим пакетом пирожков. В её голосе было столько энергии, что казалось - можно греться вместо батареи. Артём был её полной противоположностью: молчал, слушал, иногда вставлял короткие реплики. Но его спокойствие не было равнодушием, скорее тихой уверенностью. Олегсей шёл рядом и вдруг понял: ему действительно хорошо. Никакой вымученной светскости, никаких «обязательных знакомств» - просто люди, с которыми тепло, будто ты давно их знаешь. Это ощущение было похоже на старую комнату в родном доме: немного тесную, немного потертую, но родную и безопасную. У входа в общежитие их встретила Марина Степановна. Она сидела за стойкой с журналом, строгая, но глаза у неё были добрые, внимательные. - Добрый вечер, ребята. Поздно не шумите, - сказала она своим постоянным тоном, и все трое почти синхронно кивнули. На лестнице они попрощались. Вика махнула рукой: - Спокойной ночи, Олеж. Завтра увидимся! Артём лишь кивнул и улыбнулся краешком губ. В своей комнате Олегсей остановился посередине и на минуту замер. Комната встречала пустотой: кровать, стол, шкаф, умывальник. Он поставил сумку, огляделся и почувствовал лёгкую усталость, ту самую приятную, когда день был насыщенным и живым. Собрав вещи для душа, он пошёл в общую ванную комнату. Теплая вода смывала запах еды, пыли и усталости. Вернувшись в комнату, он включил настольную лампу, достал ноутбук. На экране уже ждали лекции и открытые вкладки с материалами. Завтра обещало быть серьёзным, насыщенным днём.