Осколки, ставшие мозаикой

Олегсей проспал. Не конец света, конечно, но неприятно. Будильник звонил трижды, и трижды был отложен с надеждой «ещё пять минуток». Когда он наконец посмотрел на часы, сердце подпрыгнуло: проспал - пятнадцать минут. Не критично, но уже напряжённо. Быстро одевшись, он умылся, почистил зубы и выбежал из общежития. Да, хотелось бы выпить чая или возможно даже кофе, но времени не было. Подходя к университету, он поднял взгляд и снова вчитался в вывеску. Привыкал. Впереди четыре года, которые, скорее всего, будут похожи на второй дом. Не тот дом, в который всегда хочется возвращаться, но дом. Олегсей усмехнулся себе под нос, подходя к дверям учебного корпуса. Университет, как и вся его жизнь здесь, только начинался. В аудитории было неожиданно просторно. Видимо, не он один с трудом вынырнул из после уикендовой комы. В дальнем углу группа парней в спортивках громко обсуждала что-то, перебивая друг друга и фоном включив трек с тяжёлым басом. Чуть сбоку - компания девушек, пытавшихся подпевать Charlie Puth. Не то чтобы получалось, но зато с энтузиазмом. Олегсей только успел подойти к первому ряду, как кто-то коснулся его плеча. Он обернулся и перед ним стояла Виктория. Такая же, как всегда. Светлая. Улыбка - будто солнце выглянуло из-за облаков. - Привет, ты как? - спросила она, и голос у неё был лёгкий, как весенний ветер. - Доброе утро. Да все хорошо, - он чуть пожал плечами - Ты как сама? - Отлично! Мы с Темой на выходных гуляли по Москве. Такая красота… Ну, в общем, всё супер, - она села рядом, как будто по умолчанию - легко, привычно. - Хорошо, что ты выспалась, - пробормотал он, с улыбкой вспоминая своё бегство из комнаты. - Ну, такое. Я тоже еле поднялась, - Виктория закатила глаза, чуть смешно растянув слова. - А тут ещё эта лекция… «Экономические рынки и финансы» - звучит, как приговор. Он усмехнулся. Но тут она вдруг оживилась: - Кстати! - Она порылась в сумке. - Я же хотела тебе передать. Держи! Она достала небольшую упаковку трубочек со сгущёнкой и протянула одну ему, с каким-то детским восторгом. - Мамка с дедом передали через тётку. Бабушка испекла. Виктория, передавая трубочку, взглянула на Олегсея с лёгким вызовом. - Олеж, попробуй, это не то, что магазинные. Юноша почувствовал смущение. Но в её глазах была такая искренность, что отказать было невозможно. Он взял трубочку, осторожно откусил кусочек и почти сразу же понял: домашние, вкус, как у дедушки. Вкус детства. Тот самый, когда сидишь в летний день с открытым окном, а в доме пахнет пирогами, и слышишь, как деда в деревне расставляет тарелки на столе. - Это правда вкусно! - сказал он с удивлением в голосе. - Спасибо большое. Вика хлопнула в ладоши, радостно улыбаясь: - Вот видишь, а ты отказывался! В этот момент в аудиторию зашла преподаватель - крепкая женщина, лет пятидесяти с плотной кожаной сумкой и усталым, но уверенным взглядом. Все тут же притихли. Олегсей быстро дожевал оставшуюся трубочку. Он подтянулся на стуле и попытался включить мозг. Началась лекция...

***

Прошло всего половина пары, а в голове у Олегсея уже копилась куча новых терминов, уравнений, формул и каких-то странных обозначений. Он делал заметки, старался не упускать мысль, но чувствовал, как начинает плавать в потоке информации. Всё смешивалось: основы функционирования, структуру и инструменты финансовых рынков… К концу второй пары он ощутил лёгкое давление в висках. Когда наконец прозвенел звонок, в аудитории почти сразу возник лёгкий гул. Кто-то встал моментально, кто-то сдвинул стул с таким скрежетом, что аж зубы свело. Одни устремились к выходу дабы вдохнуть очередную дозу никотина, другие зависли у окон, кто-то тут же достал телефон и стал листать или делать новый пост в соцсети. Несколько человек направились в сторону столовой. Олегсей остался на месте ещё на минуту, вчитываясь в свои записи. Лицо было слегка напряжённое - он чувствовал, что половину лекции провёл на автопилоте. - Что думаешь, Олеж? - вдруг спросила Виктория, и Олегсей, погружённый в мысли, лишь поднял взгляд, не сразу осознавая, что она обращается к нему. - Что? Куда? Ой, Артем тоже тут, привет… - недоумённо произнёс он, пытаясь вернуться в реальность. - Здорово. Да мы просто на улицу хотим выйти, пока перерыв большой - сказал Артём, слегка пожав плечами. - Осень нормальная пока, погода супер. Проветримся хоть немного. - Ага, - добавила Виктория. - Ты как? Олегсей немного подумал, решив, что на свежем воздухе будет легче разобраться в том, что ему предстоит учить. - Я к вам присоединюсь. Только сначала загляну в библиотеку, читательский открою, и одну книжку хочу взять. Где вас потом искать? - На какой-нибудь лавочке, - сказала Вика, - но смотри, не засидись ты там, книгофил. - Да, да, обещаю, - усмехнувшись, ответил Олегсей. Они вместе вышли из аудитории и спустились по лестнице. Вика и Артем направились к выходу, а Олегсей, повернул в сторону библиотеки. Как только он вошел, сразу почувствовал себя на своём месте. Библиотека оказалась гораздо просторнее, чем он ожидал. Светлые стены, высокие окна, полки, уходящие вдаль - ощущение почти как в музее. Всё вокруг словно замерло в тихом ожидании. Кто-то сидел у окна с распечатками, кто-то рылся в каталогах. Он подошёл к стойке регистрации. За ней сидел мужчина с густыми бровями и серьёзным выражением лица. - Добрый день. Я бы хотел оформить читательский билет, я первокурсник, - вежливо сказал Олегсей. - Специальность? - хмуро спросил мужчина, даже не посмотрев. - Финансы в цифровой экономике - ответил Олегсей. Мужчина кивнул, машинально взял карточку и начал печатать. Несколько кликов, щёлкнул принтер. Через минуту читательский был у него в руках. - Спасибо, - сказал Олегсей. Полки с книгами казались почти живыми - каждая секция хранила в себе чей-то ум, чей-то труд. Он нашёл нужный раздел, прошёл взглядом по корешкам. Его внимание привлекла книга Л. С. Тарасевич, В. М. Гальперин, С. М. Игнатьев. «50 лекций по микроэкономике». Обложка потрёпанная, но внутри всё аккуратно. Пойдёт, - подумал он, и направился обратно к стойке. Оформление заняло пару минут. Мужчина поставил штамп, и на этом разговор был окончен. Выйдя из библиотеки, он сделал для себя небольшую пометку: нужно приходить сюда чаще. Олегсей уже почти дошёл до выхода из университета, когда сзади послышался голос, ровный и узнаваемый. - Доброе утро. Он обернулся. Антон стоял в паре метров от него, держа в руках два бумажных стаканчика. Выглядел он так же безупречно, как и на вечеринке, но теперь - при дневном свете - его уверенность казалась не показной, а естественной. Этот парень видел его уязвимым, смущённым, и встречаться с ним теперь было немного неловко. - Доброе утро, - ответил Олегсей, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально. - Рад, что вы не растворились в пространстве после субботы. Успели сориентироваться? - спросил Антон, делая шаг ближе. Его взгляд был внимательным, но без насмешки. - Пока выживаю. Библиотека хорошая, - пробормотал Олегсей, машинально поднимая книгу, как щит. - Это уже прогресс. Большинство первокурсников первую неделю только столовую находят. Вы куда? - К друзьям. На улицу, на перерыве. - Здравая мысль. Свежий воздух проясняет ум лучше кофе, - Антон слегка поднял стаканчик в руке. В этот момент из-за его спины, словно из ниоткуда, материализовался незнакомый Олегесею человек. Он тут же перехватил инициативу, легко выдернув один стакан из руки Антона. - А кофе, между прочим, тоже не помешает. Спасибо, Тося, - Павел отхлебнул, бросив на Олежу быстрый, оценивающий взгляд. В его улыбке была привычная игривая дерзость. - А это кто у нас? Новый друг? Не представишь? Антон едва заметно вздохнул, но его лицо осталось невозмутимым. - Олегсей, первокурсник. Олегсей, это Павел. Извините за него, у него сегодня… солнечное затмение вместо адекватности. - Ой, да ладно тебе, - Павел махнул рукой, отмахиваясь от слов, как от назойливой мухи. Его внимание полностью переключилось на Олежу. - Олегсей? Серьёзно? Может лучше рiccolo? А то Олегсей, как-то слишком официально для такого милого лица. Олежа смутился от такой прямолинейности и бесцеремонного перехода на «ты». Он почувствовал, как по спине пробежали мурашки. - Я… пожалуй, лучше Олежа, - выдавил он, чувствуя себя немного глупо. - Отлично! Олежа. А ты куда собрался, Олежа? - Павел сделал шаг вперёд, слегка наклонив голову, будто изучая интересный экспонат. - Я… к друзьям. Они ждут. - С друзьями? Ещё лучше! - Павел щёлкнул пальцами. - Тось, мы идём знакомиться с друзьями Олежи. Не возражаешь? Антон бросил на Павла взгляд, в котором читались усталость и предчувствие головной боли. - Паш, человек шёл по своим делам. Не нужно никого… - Да брось ты! Мы же все тут свои, одна семья, - Павел перебил его, уже положив свою руку на плечо Олегсея с такой естественностью, будто они были приятелями лет десять. - Веди, Олежа. А то твои друзья заскучают. Олежа, оглушённый этим вихрем энергии, не успел найти слов для отказа. Он лишь беспомощно кивнул и позволил Павлу направить себя к выходу, краем глаза заметив, как Антон, покачав головой, нехотя следует за ними. На улице Виктория сразу заметила их. Её широкая улыбка при виде Олегсея сменилась лёгким, едва уловимым удивлением, когда она разглядела его спутников. Она ловко перехватила Олегсея, когда они подошли, и потянула его на лавочку рядом с Артёмом, который сразу же выпрямился, его спокойный взгляд стал внимательным и настороженным. - Ну, вот и наш книгочей! Мы уж думали, ты в библиотеке поселился, - сказала Виктория, но её глаза вопросительно скользнули по Антону и Павлу. - Извините, что задержался, - пробормотал Олегсей, чувствуя себя виноватым без причины. - Это… Антон и Павел. - Очень приятно, - сказала Виктория, её природное дружелюбие взяло верх. - Я Вика, это Артём. Павел тут же расцвёл, его улыбка стала ещё ослепительнее. - Рiacere, красавица, - он сделал лёгкий, театральный кивок. - А вы, я смотрю, тоже из счастливого племени первокурсников? Чувствуется по сияющим глазкам. Артём молчал. Он откинулся на спинку лавочки, скрестив руки на груди, и его взгляд, холодный и оценивающий, застрял на Павле. Виктория, почувствовав напряжение, слегка толкнула его коленом под столом. - Да, мы с Олежей на экономике, - ответила она, стараясь поддерживать лёгкий тон. - Артём у нас программист. - О! - Павел повернулся к Артёму, и его лицо озарилось искренним, на этот раз, интересом. - Коллега! Добро пожаловать в клуб по технокодам. Если что - обращайся. Старший товарищ, так сказать. - Он подмигнул, и это подмигивание, такое фамильярное, заставило Артёма едва заметно напрячь скулы. Весь этот разговор Антон наблюдал молча. Он держал свой стаканчик, изредка отпивая маленькими глотками. Казалось, он был здесь просто фоном. Когда пауза затянулась, он мягко вступил: - Как впечатления от факультета? - Его вопрос был обращён ко всем троим, но взгляд остановился на Олегсее, будто он ожидал от него наиболее честного ответа. - Пока всё больше организационное, - ответил за всех он, с благодарностью ухватившись за нейтральную тему. - Но лекции уже начались. - У Близгальцева были? - уточнил Антон, и в уголке его глаза мелькнула искорка понимания. - Да. - Держитесь. У него свой, особый подход к пробуждению студенческого сознания. - Голос Антона был ровным, но в нём явственно звучала ирония. Они поговорили ещё несколько минут о расписании, корпусах, общих знакомых преподавателях. Павел периодически вставлял колкие, но забавные комментарии, которые заставляли Викторию хихикать, а Артёма - хмуриться ещё сильнее. Антон же был краток, точен и всегда как будто слегка отстранён. - Ну что ж, не будем отнимать у вас ведь перерыв, - наконец сказал Антон, точно уловив момент, когда разговор начал буксовать. - Ещё увидимся. - Спасибо, - звонко ответила Виктория. - Было приятно, новые лица всегда радуют! - пафосно провозгласил Павел, вставая. - Особенно такие симпатичные. Артём, держи ухо востро на парах у Старцева, он любит сюрпризы. Он махнул рукой и, насвистывая, пошёл прочь, а Антон, ещё раз кивнув, неспешно последовал за ним. На лавочке воцарилось короткое молчание. - Ну и типаж, - наконец произнёс Артём, и в его голосе впервые за весь разговор прозвучало яркое, не скрываемое раздражение. - А по-моему, забавный, - сказала Виктория, но в её тоне была неуверенность. Она посмотрела на Олегсея. - А тот, Антон… серьёзный очень. Вы где познакомились? - На той вечеринке. Он… подошёл, когда я сок пролил, - честно признался Олежа, Они все втроем неспешно двинулись к корпусу. - Сколько у тебя пар осталось? - спросила Виктория, приобнимая Артёма. - Две. Пока не особо напрягают - пожал он плечами. - А у вас? - Тоже две. Скоро встретимся - сказала девушка. Попрощавшись, они пошли в сторону аудиторий. Олегсей и Виктория зашли в 310-ю и заняли привычный первый ряд. Он достал тетрадь, положил на стол телефон. - Если честно, - вдруг сказала девушка, глядя на него, - я думала, они будут другими. - Кто? - переспросил он, но догадался. - Антон и Павел. Ну, не знаю… они какие-то не такие. Не похожи на обычных студентов. Как будто из какой-то другой жизни. Богатой что ли. Особенно Павел. Олегсей кивнул, не сразу отвечая. - Он… забавный. - Вот! - улыбнулась Виктория, - Я тоже сначала напряглась, а потом подумала - а что, пусть будут. Интересно же. Олегсей снова слегка улыбнулся. Он понимал, что для него - людей вообще немного. И если даже такие, как Павел и Антон, могут стать частью его круга, пусть даже на время - почему нет? - Что будешь делать после пар? - спросила она, положив голову на руки. - Учиться - ответил он просто. - А ты? - Тоже зубрёжка - вздохнула Вика. - Хотя… может, с Тёмой посмотрим что-нибудь. Он вечно находит какие-то старые фантастические фильмы с глубоким смыслом. Я засыпаю на пятой минуте, а он потом полчаса объясняет, в чём там была гениальная метафора. Олежа задумался. Иногда к нему приходила мысль, как бы выглядел его вечер, если бы у него была девушка. Не абстрактная, а конкретная. Кому бы он мог позвонить, чтобы просто спросить «Как день?». С кем бы мог молча проводить дни, не чувствуя необходимости заполнять тишину. Но мысли об отношениях всегда казались ему запутанным клубком - в нём было много страха оказаться недостаточно интересным, навязчивым или просто не тем. Да и, признаваясь самому себе, он не очень понимал, с чего вообще это начинается. - Ладно, - сказал он, смотря на Викторию, - пусть философия начнётся.

***

- Мне кажется, еще бы немного и у меня началась бы дымиться голова - простонала Виктория, вываливаясь из аудитории. Олегсей не спорил. Он едва держался от переизбытка терминов и попыток понять, что имел в виду Карл Маркс. Основы экономики и матанализ, особенно в один день, - это как два удара под дых для мозга, который просто хотел выжить. - Даже не спорю, - выдохнул он. - Мне кажется, я запомнил только инструменты финансовых рынков. И то не всех. Они медленно начали спускаться по лестнице, каждый шаг отдавался в голове пульсирующим гудением. На первом этаже встретили Артёма. Тот ждал у выхода, держа в руке телефон и лениво что-то просматривал. Виктория тут же подскочила к нему и с шумным вздохом обняла, уткнувшись в плечо, как будто пыталась зарядиться от него энергией. - Спасай, Тёма, у меня мозг больше не принимает информацию, - пробормотала она. - Это называется учебный шок, - хмыкнул Артём, обнимая её в ответ. Все трое, не сговариваясь, направились к выходу. Выйдя из университета, они пошли медленным шагом по улицам - без спешки, будто просто наслаждаясь тем, что пары наконец закончились. Воздух был свежий, с лёгким запахом увядающей листвы. В общежития ребята попрощались. Виктория махнула рукой, Артём поднял подбородок в молчаливом «держись», и каждый разошёлся по своим делам. Поднявшись в свою комнату, Олегсей тут же сбросил с себя одежду, в которой провёл целый день, и натянул домашние спортивные штаны и свободную футболку. Всё тело выдохнуло, будто наконец получило право расслабиться. Он поставил чайник, кинул взгляд в сторону холодильника и задумался, чего бы съесть. Решив не усложнять, достал творог и сметану. Размешал всё в глубокой миске и на автомате потянулся за джемом, который купил недавно в магазине. Домашние варенья пока не трогал - оставлял на особый случай… Заглянув в хлебницу, достал пару ломтей и нарезал куриный рулет, добавив сверху тонкие кружочки огурца. Всё выглядело просто, но по-своему уютно. На столе, который служил ему и рабочим, и обеденным пространством, выстроился импровизированный обед. Когда чайник щёлкнул, Олегсей допил вчерашний чай, разбавив его кипятком. Легко горчащий, но терпкий вкус почти успокаивал. Он устроился за ноутбуком, открыл фильм «Пассажиры», с того самого момента, на котором вырубился накануне. Сцена, где герои начинают выяснять отношения. Ел медленно, вдумчиво, не отрывая взгляда от экрана. Где-то вдалеке шумел коридор, кто-то смеялся - кто-то ругался на соседа. Олегсей отложил ложку и вздохнул. Творог с джемом оказался вкусным, но сил доедать не было - желудок сказал «стоп». Он уже тянулся к ноутбуку, когда телефон подал голос - характерный сигнал видеозвонка. На экране высветилось знакомое имя: Оля. Он без раздумий провёл пальцем по экрану, принимая вызов. - Привет студент, чем занят? - звонко раздалось в динамике. На экране появилась сестра: лохматая, в толстовке с надписью "Я, конечно, не совершенство, но шедевр еще тот", с чашкой какао в руках и, судя по всему, с видом на питерский вид за окном. - Привет. Только поел. А у тебя как день? Как мама? - спросил он, устраиваясь поудобнее. - Та ничё. Учителя сегодня всю перемену терли про то, что это "ваш последний год перед взрослой жизнью", типа - отдыхайте, дальше пахать будете, как ломовые. Одноклассники уже тетрадки в клетку делят и обсуждают, кто где выпускной справлять будет. Короче, как обычно: все бегут, а я стою и смотрю. Мы тут все ущербные, ага, как всегда, - пробормотала она, закатывая глаза и делая глоток. - Тебе лучше бы уже к ЕГЭ готовиться, чтобы потом не было "ой-ой-ой", - мягко заметил Олегсей. - Олеееж, только началась осень, дай мне дожить до октября, пожалуйста - взвизгнула она, изображая страдание. - Я даже ещё не выбрала, куда поступать! Пока что мой максимум - сдать русский без истерики. - Главное - не запускай. А если что, я помогу, с чем смогу. - Он слегка улыбнулся. - Ты лучше покажи мне свою комнату! Ну давай, не жмись! Мне интересно, как там живут настоящие студенты! - в голосе Ольги звенело любопытство, а в глазах - огонь. Олегсей вздохнул, но сдался. Переключив камеру, он медленно провёл ею по комнате. - Вот, смотри. Две кровати. Вот моя. Уголок книг, тетрадей и прочей писанины. Полка, тумбочка. У соседа - почти такой же угол. - он повернул камеру - Шкаф у стены. Стол - рабочий и кухонный одновременно. Тут раковина, мини кухня, мини-духовка, холодильник. Чайник... и вот моя гордость - коврик возле кровати, - добавил он с долей иронии. -Погодь. А второй кровати что, никто не будет? Или ещё не заехал? - нахмурилась Ольга, вглядываясь в экран. - Не будет. - Он сказал это спокойно. - Отец платит за всё место. За двоих. Чтобы ко мне никого не подселили. На той стороне наступило короткое молчание. Ольга отхлебнула из чашки. - Ну, что сказать… удобно. - наконец проговорила она, глядя немного в сторону. - Хоть и… по-отцовски. Но тебе, наверно, так и лучше. - Лучше. Мне так спокойней. Никто не ест мои запасы и не включает сериалы в два ночи. - Он усмехнулся, пытаясь перевести в шутку. - Ага… не сказать, что лакшери, конечно, - усмехнулась его сестра. - ну и ладно. Главное - ты один. Не представляю тебя с каким-нибудь перцем, который всю ночь залипает в "доту". - Да, тишина - это редкая роскошь. - Ты что ел-то вообще? - поинтересовалась Оля - Да так… творог со сметаной, джем открыл, рулет с огурцами на хлеб. Чай вчерашний с кипятком разбавил. - Он пожал плечами. - Слушай, ты прям по-студенчески! А джем дядь Миши? - ехидно уточнила она. - Нет, магазинный. Варенье пока берегу, как реликвию. - Эх, сентиментальный ты, Олеж. Ну береги. Только не протяни варенье до защиты диплома, ладно? - Попробую, но не обещаю, - рассмеялся он. Поговорили ещё минут десять: о школе, о маме, о каких-то слухах в классе, об осенних петербургских ветрах. - Ладно, брат, у меня сейчас домашка по химии. Пойду узнавать, как делать бомбы. - Только не применяй знания на практике. Особенно в школе. - Постараюсь. Береги себя! - Передавай маме привет. Олегсей, завершив звонок, опустил телефон на кровать. Тишина снова заполнила комнату. Он быстро помыл за собой посуду, убрал остатки еды в холодильник и, не теряя ритма, сел за стол. Раскрыл тетрадь и начал переписывать конспекты, пытаясь разобраться в том, что казалось почти иностранным языком.

***

Часы показывали почти десять вечера, когда в дверь постучали. Олегсей, уже собираясь лечь, нехотя встал со стула и открыл. В проёме стояли его знакомые. - Снова привет, - сказала Виктория, улыбаясь. - Мы не сильно отвлекаем? - Да нет, я тут уже закруглялся, думал спать лечь… - он провёл рукой по волосам, чувствуя, как в комнате сохранился запах шампуня после душа. - А что случилось? - На шестом этаже тусовка. Ну, типа вписки, - сказал Артём спокойным голосом Олегсей нахмурился: - Думаю, я там буду лишним. - Ну ты чего, - Виктория шутливо хлопнула его по локтю. - Мы там сами никого толком не знаем. А втроём как-то веселее. Она посмотрела ему прямо в глаза, будто умела давить этим взглядом. Олегсей вздохнул. - Ладно, пошли. В комнате, на шестом этаже стояла особая атмосфера. Изнутри доносился гул голосов, смех, гитарные переборы. Запах дешёвого пива, перегретого воздуха и сигаретного дыма ударил сразу. Внутри сидело человек пятнадцать: кто-то на стульях, кто-то прямо на полу. В центре шумная компания вертела бутылку. - О, молодняк подтянулся! Айда к нам, - радостно сказал русоволосый парень и потянул Олесея за рукав. - Садись, сыграем. Виктория с Артёмом, переглянувшись, отказались и сразу пошли к холодильнику, где стояло несколько бутылок пива. Олегсей неловко присел на ковёр. Его плечо тут же обнял тот самый парень, явно уже навеселе. На полу валялись пустые банки, обёртки от чипсов и две пустые бутылки из-под водки. Кто-то пел песню, кто-то уже клевал носом. Олегсей пытался держать лёгкую улыбку, но чувствовал себя чужим - как будто оказался на сцене, где все давно знают роли, а он один не репетировал. - Опа! - послышался чей-то крик. - На кого там бутылочка встала? Все головы повернулись к нему. - На этого новенького! Давай, брат, теперь твоя очередь! Олегсей растерянно пожал плечами: - Ну… получается, я кручу? - Подожди, - ухмыльнулся тот же парень. - Сначала целуй, правила такие. Голоса подхватили: «Давай, давай!», «Не ломайся!» Олегсей опустил глаза. Девушка, на которую указывала бутылка, сидела напротив. Её глаза были мутные, губы тряслись. Явно уже слишком выпившая. Внутри у него всё сжалось. Первый поцелуй он представлял иначе: пусть неловко, пусть случайно, но искренне. А тут… алкоголь, давка, чужие крики. - Я… пожалуй, пойду, - он попытался встать. Но парень рядом резко положил ему руку на плечо и прижал к полу. - Не ломайся, душнила. Тут правила общие. Слово больно резануло слух. Он сжал кулаки, не глядя в глаза. Кто-то выкрикнул: - Да пускай валит, не мешайте! - Да нахер, пусть сделает, а то задушнил. Толпа начала скандировать: - Горько! Горько! Горько! Олегсей чувствуя, что сопротивляться бессмысленно, наклонился к девушке. Между ними оставалось всего несколько сантиметров, когда она внезапно закрыла рот рукой и согнулась. Следующий миг и весь ковер перед ней оказался в рвотных пятнах. Комната взорвалась: кто-то громко смеялся, кто-то с криком отодвигался от пятна, кто-то ругался. - Юлька, блин, ковер загубила! - орал тот же парень. Олегсей мгновенно потянулся к девушке: - Эй, всё нормально? Тебе помощь нужна? Она отмахнулась, пытаясь отдышаться. И тут раздался мерзкий смешок с задних рядов: - Чё, Юлька, настолько херово с этим пацаном целоваться? Смех поддержали ещё несколько голосов. Олегсей застыл, будто ударили в лицо. Сердце сжалось, пальцы похолодели. Он хотел что-то ответить, но слова застряли. Артём резко развернулся в сторону смеявшихся и спокойно, но жёстко сказал: - Заткнитесь. Виктория нахмурилась и поставила бутылку с пивом на стол так, что оно расплескалось. Олегсей ещё раз спросил девушку, нужна ли помощь. Услышав невнятное «отъебись», он поднялся. Толпа уже снова захохотала, обсуждая ковёр и «кривые поцелуи». Никто толком не обратил внимания, как они втроём вышли в коридор. На лестнице повисла тишина. Виктория сжала руки в кулаки. - Прости нас, - тихо сказала она. - Мы не думали, что всё так обернётся. - Надо было тебя послушать, - добавил Артём. Олегсей попытался улыбнуться. Улыбка вышла натянутой, но искренней: - Вы не виноваты. Всё нормально. Они попрощались у его двери. Войдя в комнату, он сразу упал на кровать. Потолок казался слишком белым, слишком пустым. В груди горела тяжесть. Слово «Душнила» снова зазвенело в ушах, будто кто-то нашёптывал его специально, чтобы больнее. Он вспомнил школу, как за ним тянулось это прозвище. Думал, что здесь начнётся новая жизнь, а оказалось - всё то же самое. Олегсей закрыл глаза. Было обидно, больно, горько. Но внутри он упрямо сказал себе: «Ничего. Я выдержу. Я уже привык.»