детективы и отпуск

      Самое долгожданное слово в конце любого рабочего года — это, несомненно, отпуск. Как же приятно осознавать, что наконец-то круглые сутки работы окупаются, и впереди ждут пару наиприятнейших недель где-то очень далеко от офиса, без всяких подозрительных и не очень дел, без кипы бумаг или планшетов (да чтоб Шрауд подавился своей техникой — как же порой хочется прокричать это во весь голос на собраниях). Благодать.       Жизнь складывается прекрасно. Если, конечно, не считать необходимости приехать к родству, где племянник станет докучать расспросами про все сотни дел, что им удалось раскрыть за год.       У Кингсколара настроение на удивление на высоте. Утром на него с подозрением покосился их извечный мастер по работе с прессой (а с его извечно радостным настроем это вообще не вяжется), а уже в офисе, непосредственно со своего места что-то проворчал дотошный младший товарищ, наводящий на столе идеальный порядок. Но Леоне, признаться, абсолютно плевать. Даже профиль поглядывающего со стороны начальства — Дракония изредка смотрел в окно, изучая команду, и снова отвлекался на телефонный разговор — не портило общего настроя на отличные и очень долгие выходные.       — Выглядите очень счастливым, Кингсколар-семпай, — долгий и тягучий голос Азула картины не красил, слишком уж много в нем было скрытого намека. — Не думал, что вы будете так счастливы отсюда уехать.       — И вправду, — наконец ворчание превращается во вполне себе узнаваемый голос Риддла. Тот поставил последнюю чашку на полочку, убрал ручки в стол, и поднял голову. — Для человека, что закрыл меньше всего заданий за год, вы слишком довольны собой.       — Сколько бы я их не закрыл, отпуск мне это не отменяет, — он рукой отмахивается от горе-товарищей, на компьютере открывая все вкладки с билетами и бронированиями. Ничего страшного, что придется два дня ночевать у брата, главное, что потом его ожидает шикарный отпуск в отеле S класса.       — Господа, — ах да, загробный голос Маллеуса. Он забыл про то, что начальник умеет не портить настроение только сидя в своем кабинете и копаясь в своих журналах с готическими церквями. — Перед тем, как отправиться в отпуск, не забудьте сдать все отчеты и связаться со всеми клиентами.       Леона уже упоминал место, где он работает? Какое, в кавычках, гордое название — детективное агентство «Ворон». И почему у людей такой отвратительный вкус на имена? Работа весьма пыльная, к тому же, но пыли стало меньше лишь благодаря невесть откуда взявшемуся техническому аналитику Шрауду, сменившему бумажные каталоги на электронные. Казалось, прекрасно, но младшие в лицах раздражающих Ашенгротто и Роузхартса так не любят технику, что тратят бумагу на каждое новое дело, придумывая и себе, и остальным новую работу. Дракония, кстати, тоже технику не любит.       — Эй, Маллеус, а где ты будешь проводить отпуск? Только не говори, что в этой дыре, — Леона откидывается на стуле, заводя руки за голову. Маллеус останавливается возле двери в свой кабинет, смотрит на него полминуты, уходит и возвращается с чашкой кофе. Мысленно Кингсколар и его, и его кофе проклял.       — Как и ты, Кингсколар, я поеду к семье, — он оценивающим взглядом пробегается по беспорядку на столе подопечного. — На твоем месте я бы прибрался тут, чтобы не завелись тараканы, пауки, клещи или кто там обычно у немытых котов заводится. Тебе не потребуются дедуктивные способности, чтобы узнать ответ.       Леона хмурится и скалится — именно за такое, кстати говоря, его и прозвали «котом» в офисе. Инициатором был Калим, который с шумом в этот момент врывается в офис. Счастливый, закутанный в шарф, с огромной коробкой в руках:       — Смотрите, что я нашел!       — Что это? — Леоне это не нравится, очень не нравится. С таким же лицом Чека всегда выдает наиболее идиотские идеи, от которых хочется вешаться.       — Украшения, конечно! И что, что нас в офисе не будет, не повод его не украсить!       Занавески, словно в подтверждение слов юноши, зашуршали, а там же начали шушукаться и Риддл с Азулом, вызывая раздражение. Маллеус кивнул с одобрением, пройдя вперед и поставив чашку с кофе на его — по мнению начальства, между прочим — неубранный стол. Возмутительная наглость.       Вешать гирлянду на их старый кондиционер и снежинки на занавески стало занятием энергозатратным. Леона не любит такие занятия — куда надо вкладываться. Еще и Маллеус, словно мстя за те расследования, которые тот не закрыл, с особым ехидным удовольствием передавал ему каждую игрушку, что требовалось поставить то на шкаф, то на комод, то на рабочий стол; вишенкой на этом некрасивом торте стала елка, притащить в офис которую Маллеус тоже заставил Леону. Кошмар.       «Ну ничего, ничего», — ему только и осталось, что себя успокаивать. Сегодня закончится, и он сядет в самолет…       — Я не хочу портить праздник… — точно загробный голос донесся откуда-то со стороны.       — Так. И. Не. Порть.       — Тут дело пришло, срочное очень, — Идия высовывает голову, помахав планшетом. — И-извините…       — Видимо, Кингсколар, отпуск придется ненадолго отложить, — Маллеус совсем не ободряюще похлопал того по плечу: скорее издевательски, псевдо сочувственно. Как хорошо, что елка уже стоит в углу и ее ни в кого нельзя бросить. Маллеус медленно проходит дальше и одобрительно улыбается Калиму: — Зато украшали не зря.       Сбоку засмеялся Азул:       — Я выиграл спор, — и протянул руку Риддлу, требуя свои деньги. — Я же говорил, что его богатый отдых сорвется.