Блокнот для мыслей

      Тошинори приоткрыл глаза и несколько минут просто смотрел на светлый потолок, размышляя о событиях последних нескольких часов. Это было также необходимо, чтобы его разум, так сказать, встал на место. Все же перемещение из реального мира в пространство предшественников и обратно происходит не моментально.       Нет, если бы он просто сразу вскочил, ничего плохого бы не случилось, но некоторая степень тумана в голове в ближайшие пару часов была бы ему обеспечена. А зачем иметь проблемы, если их можно легко избежать, просто полежав немного в кровати?       От размышлений Тошинори отвлек странный звонок, его громким голосом возвестивший о том, что утро – это время для подвигов. В недоумении он повернул голову набок, чтобы посмотреть на источник звука, и его глаза распахнулись шире.       Возле кровати находилась тумбочка, на которой стоял будильник в виде его собственного героя, при этом часы располагались на его широкой груди. И именно этот предмет, которого у него никогда не было, возвещал о пробуждении и издавал сигнал в виде его громкого смеха. А позади его на дальней стене виднелись какие-то плакаты.       Тошинори рефлекторно попытался выбраться из-под одеяла, чтобы выключить будильник. Это оказалось не так просто по ряду причин. Во-первых, его руки были замотаны во что-то еще помимо собственно одеяла, а во-вторых, он почти сразу завалился набок, поскольку тело оказалось слишком маленьким и центр тяжести сильно сместился.       Наконец после нескольких минут, часть из которых он потратил на то, чтобы найти нужную кнопку, ему удалось отключить надоедливый будильник. Поставив тот обратно на тумбочку, Тошинори обвел взглядом комнату. Та была ему совсем не знакома и ее вид заставил его покраснеть.       Отовсюду на него смотрело его собственное изображение. На стенах висели плакаты и даже просто распечатки из газет, на полках выстроились в ряд фигурки. Даже ковер и одеяло были частью его многочисленного мерча. Хотя в то же время в общем потоке мелькали атрибуты и других героев.       Так на углу стола пристроился радиоприемник Сущего Мика, а сидящий на полке игрушечный кот с самодельным оружием захвата на шее был слишком прозрачным намеком на малоизвестного подпольного героя Сотриголову. Были и другие вещи, посвященные различным более или менее известным героям.       Брови Тошинори хмурились, пока он рассматривал все это разнообразие. Нет, первый культурный шок от обилия собственного мерча на квадратный метр помещения уже прошел, теперь его мозг работал достаточно ясно, чтобы делать выводы. И эти выводы были по меньшей мере тревожными.       Дело в том, что это была, очевидно, детская комната. Кроме того, возле стола на полу был брошен знакомый желтый рюкзачок, который он вчера видел у Изуку. Ну, и самое главное – на нем был его собственный плащ, в котором, как он знал, лег спать мальчик.       Это было очевидно, поскольку именно в него Изуку был завернут, когда появился в пространстве предшественников. По этой же причине сам Тошинори уже много лет ложится спать в том, в чем не стыдно будет предстать перед другими людьми, перед семьей. На основании всего этого выводы напрашивались не самые приятные.       Тошинори вздохнул и сунул руку под подушку. По признанию самого мальчика, тот накануне засунул туда блокнот связи. А сейчас ему было очень нужно поговорить с предшественниками.       Блокнот нашелся в указанном месте и Тошинори открыл его на последней странице (и правда, немного теплый). Взять ручку оказалось отдельной проблемой, поскольку любая мелкая моторика для него теперь была действительно мелкой, учитывая разницу в габаритах между ним – накаченным взрослым мужчиной и шестилетним мальчиком. Все же ментально он все еще воспринимал себя именно таким, чему физическое тело категорически противоречило.       Наконец по прошествии пары минут Тошинори удалось приноровиться и он глубоко вздохнул, начиная писать записку для предшественников.       «23 декабря 2ХХ6 года       У нас проблема. Я, Тошинори Яги, Восьмой сегодня проснулся в другом месте и теле. По всем признакам в теле Изуку, хотя я еще не смотрел на себя в зеркало, чтобы убедиться в этом окончательно. Но ошибка практически исключена. В связи с этим, я логически допускаю, что мальчик проснулся в моем теле.       Если эта информация подтвердится, прошу, не дайте ему удариться в панику. Объективно, это не поможет. Вместе с тем, я не думаю, что стоит прямо сейчас ставить эксперименты и пытаться поменять нас обратно, так как это займет время, а я все же хотел бы лично побывать в его школе по, так сказать, горячим следам. К тому же это шанс узнать полную картину его обычного дня без утаек и приукрашиваний.       По этой причине я бы хотел оставить все как есть по крайней мере сегодня. Заодно это даст нам возможность обдумать план действий. Однако, если Хикаге-сан объективно против и предчувствует угрозу, это другой разговор. В конце концов, я тоже не хочу навредить мальчику.       Что касается расследования, то, к счастью, у Тсукаучи есть часть блокнота и он имеет с нами связь. Все же мой телефон со всеми контактами не при мне, а телефон мальчика был украден. Поэтому, пожалуйста, сообщите ему о происшествии. Пусть он заберет меня из дома Изуку под любым предлогом, я подыграю, чтобы его мать нас отпустила.       По поводу самого Изуку. Пожалуйста, передайте ему, чтобы он взял мой телефон (он на тумбочке у кровати, пароль 01102ХХ3) и нашел в записной книжке контакт с именем Сэм Отис Смит. На этот номер пусть отправит сообщение с сегодняшней и завтрашней датой. Без подписей или чего-то еще, просто даты.       Мои сотрудники знают этот протокол, у них не будет вопросов. Они разберутся со всеми поступающими запросами и делами, а его, то есть меня, никто не побеспокоит. Так будет лучше, чем если Изуку придется заменить меня перед публикой. Все же на это надо немало опыта, которого у него нет.       8»       Тошинори опустил блокнот и потер непривычные к письму чужой рукой пальцы. Он не мог ничего гарантировать, но надеялся, что Изуку сможет найти его блокнот и увидит сообщение. Но в любом случае, он позвонит ему сам, когда приедет Тсукаучи. Все же его друг точно держит его подарок при себе и знает, как с ним обращаться.       Закончив с неотложными делами, Тошинори все же решил попробовать выбраться из кровати и привести себя в порядок. Ему нужно быть готовым, когда приедет Тсукаучи.       Двигаться было крайне непривычно, как и видеть мир с высоты, на несколько десятков сантиметров отличающейся от его обычного роста. Все же шестилетний Изуку едва доставал своей макушкой ему до пояса. Тошинори не представлял, каково будет самому мальчику в его габаритах. Все-таки он-то когда-то тоже был маленьким и в каком-то смысле помнит это, но Мидория не может опереться на собственный опыт в этом вопросе.       На то, чтобы выбраться из комнаты и найти ванную, потребовалось около пяти минут. Тошинори отчасти благодарил свою удачу, что мать мальчика еще не встала и не видела, как он ищет что-то в собственном доме. Все же, обдумав ситуацию, он решил попытаться скрыть случившееся от женщины. Хотя вариант списать все на шальное попадание под причуду всегда рабочий.       Наконец Тошинори нашел ванную и столкнулся лицом к лицу с собственным отражением. Это обстоятельство вызвало у него на подсознании сильнейший диссонанс. Нет, разумом он понимал, что увидит в зеркале не себя, а Изуку, но столкнуться с этим в реальности все же было шокирующе. На преодоление ступора потребовалось секунд тридцать, не меньше.       Отдельным ощущением было смущение и даже некоторый стыд, когда Тошинори, вернувшись в комнату, принял неизбежное решение переодеться. Все же было бы подозрительно, если бы Изуку ходил весь день в том, в чем спал. И тем более вышел бы в этом на улицу и в школу.       Вместе с тем видеть чужое обнаженное тело без согласия хозяина и без угрозы для жизни последнего было неправильно в его глазах. Немного успокаивала только мысль о том, что в этом отношении они с мальчиком точно квиты. Ведь его собственное тело также было в данный момент доступно для любого изучения.       Ухватившись за эту мысль, как за спасательный круг, Тошинори все же стянул с себя футболку, предварительно найдя в шкафу подходящую с его точки зрения замену. Плащ еще раньше был скинут на край кровати.       Однако, вопреки собственному стыду, он не спешил снова скрыть тело мальчика под одеждой. Тошинори задумчиво прослеживал пальцами ссадины и даже синяки на коже ребенка. Слишком много их было даже для шестилетки. А на груди и вовсе был слабый ожог странной формы. Словно кто-то с огненной причудой оттолкнул мальчика, одновременно опалив того. Это было… тревожно.       Вынырнув из собственных мыслей, Тошинори поспешил натянуть футболку. Школьная форма мальчика висела тут же на стуле, но он не стал пока ее надевать. В конце концов, у Изуку не было причин ожидать, что сегодня он пойдет в школу, все же Тсукаучи ясно выразился вчера. Да и его мать явно прислушалась к словам детектива.       Кстати о ней. В коридоре послышались шаги и в приоткрытую дверь комнаты заглянула миссис Мидория. На ее лице отразилось удивление и Тошинори внутренне напрягся, ожидая, когда та заговорит первой.       - Ты не спишь, Изуку? – спросила женщина – Мы же обсуждали вчера, что тебе не нужно сегодня идти в школу. Ты мог поспать подольше. Тем более, что вчера ты сильно замерз, – она подошла ближе и коснулась его лба ладонью. – Как ты себя чувствуешь? Не заболел?       - Нет, я… - Тошинори и сам прислушался к физическим ощущениям, параллельно пытаясь не выдать себя. – Наверное, я в порядке, не волнуйся. А встал… Я просто забыл выключить свой будильник. Он разбудил меня и я не стал пытаться снова заснуть.       Женщина понимающе кивнула и грустно улыбнулась.       - Хорошо, Изуку. Я приготовлю завтрак. Ты будешь омлет или хочешь чего-то другого?       Тошинори покачал головой. Его лично омлет вполне устраивал. И он мог лишь только надеяться, что и мальчик тоже не был бы против такого начала дня. К счастью, этого вроде бы было достаточно и миссис Мидория вышла из комнаты. Тошинори перевел дыхание. Это будет трудный день…

***

      В эту ночь в их общежитии не спал никто. Эн и Нана сидели вместе на диване в гостиной, сжимая в руках каждый свой блокнот, а остальные расположились кто где в той же комнате. Они ждали новостей в полной тишине, поскольку даже у болтливого и неунывающего Дайгоро разговор не клеился.       Причина была проста – они слишком нервничали. Все же то, что случилось этой ночью, ранее не имело прецедентов и потому никто из них не мог сказать, чем это обернется. Шутка ли? У них в гостях одновременно было два человека, при том, что один из них даже не носитель.       Они боялись. Боялись, что в самый ответственный момент произошла осечка и кто-то из них, Восьмой или мальчик, не проснется по результатам этой ночи. У них не было гарантий, что оба канала связи одинаково надежны или что ребенок, не будучи держателем «Одного за всех», переживет такой глубокий резонанс с этим местом. У них вообще никогда не было каких-либо гарантий, кроме нескольких десятилетий экспериментов.       - Боже, это ожидание меня убивает, – проворчал Дайгоро в очередной попытке разрядить гнетущую тишину. – Это реально самое мучительное, что я пережил за все свое существование. И это считая мой бой против того ублюдка и то, что он со мной сделал.       - Мы должны набраться терпения, – произнес Кудо. – Мы не знаем в точности, сколько времени прошло в реальном мире.       - Да и они сами не дураки. Понимают, что мы волнуемся за исход операции, – добавил Брюс, соглашаясь.       - И все же я боюсь и переживаю за их здоровье и безопасность, – прошептала Нана, прижимая блокнот к груди отчаянным жестом.       - Думаю, я бы почувствовал, если бы возникла угроза, – негромко произнес Хикаге, положив руку на плечо женщины в жесте поддержки. – Но мое предчувствие молчит.       - Объективно, я думаю, что ты мог бы почувствовать только Восьмого, так как он действующий, Хикаге, – тихо заметил Эн. – На мальчика мы завязаны не так сильно. У него нет привязки к «Одному за всех». По крайней мере физической.       - Не уверен, – задумчиво произнес Йоичи, свернувшийся калачиком в кресле и ни на кого не смотрящий. – Сегодня я не видел в нем больших отличий от Восьмого. Возможно, мы имеем дело с чем-то иным, но «Один за всех» встраивается в него. На каком-то уровне.       - То есть этот мальчишка может стать Девятым даже если Восьмой не выберет его и не передаст ДНК? – Кудо посмотрел на него.       Йоичи только пожал плечами, но теоретизировать дальше им была не судьба – засветился блокнот в руках Эна, сигнализируя о том, что мальчик проснулся и написал им. Не теряя ни секунды, Шестой нашел запись и его надежды на благополучный исход без происшествий разбились в дребезги с таким звоном, что казалось странным, что никто этого не услышал.       - Ну, что там пацан пишет? – Дайгоро наклонился ближе, на его губах вновь заплясала усмешка – Делится массой впечатлений?       - Эн? Ты в порядке? – должно быть Брюс заметил его пустой взгляд, когда он поднял голову – Что-то не так?       Эн приоткрыл рот, но не смог выдавить из себя ни звука. Блокнот выскользнул из его вмиг ослабевших пальцев и упал на пол. Шок, паника и ступор грозили полностью захлестнуть его разум и даже подпольная выучка его не спасала.       Кудо, должно быть как самый хладнокровный, подошел ближе и поднял блокнот, также читая сообщение. Его рыжие брови сошлись на переносице. Он повернулся к Нане.       - Возникла проблема. Дай мне блокнот Восьмого и помоги привести Эна в чувство. Я пока буду решать ситуацию. Все же тут нужна холодная голова, чтобы скоординировать всех причастных и не допустить эксцессов.       Нана отдала блокнот, но в ее глазах пуще прежнего плескалась тревога.       - Что случилось? – спросила она.       - Похоже, что Восьмой и мальчишка проснулись в телах друг друга. Их каналы связи запутались. Поэтому вы пока думайте, что с этим можно сделать, а я буду держать ситуацию там под всем возможным контролем.       С этими словами Кудо вышел из комнаты и направился к себе. Остальные проводили его взглядами, все еще пытаясь уложить в голове смысл его сообщения.       - Какого *** он сейчас сказал? – шокированный вопрос Дайгоро прозвучал в полной тишине.