Блокнот для мыслей

      Изуку уже почти привычно открыл глаза, глядя на темный деревянный потолок. На этот раз он смог попасть сюда даже при том, что блокнот остался лежать на столе после того, как он написал о том, что уже почти десять вечера. В последние дни в его теле не утихала неровная теплая пульсация, но, к счастью, это уже перестало причинять ему боль, сжигая изнутри.       - Как ты, малыш? – рядом с ним присел Йоичи-сан, глядя на него светящимися глазами – Что изменилось после процедуры?       - Словно еще одно сердце, – описал Изуку свои ассоциации. – Оно качает тепло внутри.       Мужчина улыбнулся и отстранился, позволяя ему сесть. Подобная пауза не удивила Изуку. Эн-сан некогда объяснял ему, что вскакивать сразу после завершения перемещения – не лучшая идея. Это не навредит, но дискомфорта не избежать.       В гостиной никого не было, кроме Йоичи-сана, но на столике были приготовлены закуски и прочие вещи, необходимые для чаепития. Да и сама комната… Она выглядела… другой. Нет, в ней все так же был стол, кресла, стулья, диван, на котором сейчас сидел Изуку. На стене все еще были полки с книгами, вот только… Их теперь было три. В остальном создавалось впечатление большего простора, хотя мальчик и не понимал, за счет чего был достигнут этот эффект.       - Здесь словно стало больше места, – озвучил он свои наблюдения.       - Так и есть, – улыбнулся Йоичи-сан. – Наше общежитие немного перестроилось. Такое бывает, хоть и нечасто. Почти ничего не изменилось, просто стало просторнее и подсоединилась еще одна зона, которая впоследствии оформится в жилую комнату. Когда я только обживался здесь, оно было намного меньше, чем сейчас.       Изуку неуверенно кивнул. Это была интересная особенность местного пространства, но сейчас у него не было времени вдаваться в подробности.       - А где Эн-сан? – спросил он вместо этого – И остальные ваши товарищи? Я думал, что здесь будут все.       Йоичи-сан улыбнулся, ненавязчиво увлекая Изуку с дивана и усаживая в одно из кресел, которое было меньше остальных, словно было создано для него.       - Все здесь. Просто мы решили рассказать тебе немного больше о себе, чем раньше. Это может быть немного сложно для понимания, но, учитывая то, как повернулись обстоятельства, о которых мы тоже поговорим, тебе стоит это знать. В связи с этим многие из нас приняли решение сегодня предстать в немного другом образе, чем обычно. Ты поймешь, что я имею в виду, когда их увидишь. Но пока давай дождемся Восьмого.       Изуку кивнул и Йоичи-сан отошел к столу, что-то делая со стоящим там шарообразным светильником, который испускал теплый золотистый ореол. Через пару минут на диване, который он покинул ранее, возникло небольшое искажение, напоминающее мираж.       - На полный цикл перемещения уходит несколько минут, – объяснил мужчина, прихватив пару чашек и небольшую тарелку с закусками. – Так что Восьмой совсем скоро будет здесь.       Водрузив все на небольшой столик между ними, Йоичи-сан сел в кресло рядом. Изуку осторожно взял чашку с чаем и небольшой кусок хлеба, покрытый маслом. Он уже немного привык к частично приглушенному вкусу местной пищи. В прошлый раз Эн-сан угостил его печеньем, пока он пытался уложить у себя в голове интервью Всемогущего и понять, что ему делать дальше. Было вкусно, хоть и отчасти странно.       Изуку наблюдал за тем, как мираж постепенно превратился в мерцающий призрак Всемогущего, который лежал на диванчике. Он все еще не мог привыкнуть к этому, хотя видел героя таким уже второй раз. По комнате разлилось мягкое свечение и тело мужчины обрело материальность, стало слышно его мерное дыхание спящего человека. Как и в прошлый раз, он был одет в футболку и потертые штаны.       - Вот и все, – улыбнулся смотрящий на него Йоичи-сан. – Теперь осталось только дождаться пробуждения. В теории можно его разбудить, но мы не настолько спешим, чтобы обеспечивать ему головную боль.       Изуку кивнул, неуверенно отпивая еще один глоток чая. Его все же тревожило, что рядом с ним был только Йоичи-сан, хотя он и не возражал против компании этого мужчины. У него была теплая и уютная аура с оттенком ненавязчивого покровительства.       Наконец Всемогущий вдохнул глубже и слегка пошевелился, его глаза приоткрылись. Он улыбнулся, но ничего не сказал. Йоичи-сан подошел к нему поближе и провел пальцами по его растрепанным волосам.       - С возвращением, Восьмой. Надеюсь, в твоей жизни все в порядке и мы не оторвали тебя от чего-то важного, – произнес он.       - Ничего такого, что я не мог бы отложить, – ответил Всемогущий. – Изуку уже здесь?       - Я тут, – тихо откликнулся мальчик.       - Мы решили представиться ему еще раз, а потому мы ждали тебя, чтобы начать, – объяснил Йоичи-сан.       Всемогущий кивнул и медленно приподнялся в сидячее положение, откидывая соскользнувшую на лицо прядь волос. Он улыбнулся Изуку. Эта улыбка, более мягкая и естественная, была ему уже знакома. Йоичи-сан вернулся в свое кресло рядом с Изуку и посмотрел на него.       - Прежде чем я позову остальных, я хочу, чтобы ты понял для себя несколько вещей, малыш. Я уверен, так или иначе они ранее уже всплывали в наших разговорах, но я хочу заострить на них твое внимание, – произнес мужчина. – Все мы живем в этом месте уже давно и, когда я говорю «давно», я имею в виду именно это. Мы соседи уже не год и не два, и даже не десять. Кроме того, никто из нас сейчас не может покинуть это место, кроме Восьмого, поэтому мы не знаем, что происходит за этими стенами. Только то, что нам рассказываешь ты и Восьмой. Пожалуйста, держи это в голове, ладно? Так тебе будет проще понять некоторые вещи.       Изуку кивнул и Йоичи-сан кликнул остальных откуда-то из глубины дома. Около минуты никто не приходил, но затем на пороге кухни появились двое мужчин. В них Изуку с некоторой долей труда узнал Кудо-сана и Брюса-сана. Они оба были одеты одинаково и отличались только находящимся при них оружием. Взгляд рыжеволосого остановился на его лице.       - Мы солдаты. Я – Второй, Брюс – Третий, – коротко произнес он и они сели на дальние стулья.       Следующим в комнату вошел Хикаге-сан. На этот раз его одежда выглядела сильно поношенной и поврежденной. На ней были пятна, словно оставленные травой. Ноги, частично закрытые короткими штанами, были босыми, но это как раз было привычно. Он отвел в сторону прядь волос и поднял взгляд, пожимая плечами.       - Я отшельник. Четвертый, – сообщил он о себе, прежде чем сесть в одно из кресел.       Изуку озадаченно нахмурил брови. Ему было интересно, правда, но он не понимал, какие выводы он должен был сделать, исходя из слов Йоичи-сана и повторного представления его товарищей, кроме того, что они заходили в гостиную в заранее оговоренном порядке, совпадающим с тем, как они селились здесь.       Мысли вылетели из его головы, когда на пороге между кухней и гостиной появились три оставшихся жильца этого дома. Их внешний вид отличался от привычного Изуку ничуть не меньше, чем у солдат, которых он почти и не видел с момента взаимного знакомства.       - Профессиональный герой Лариат, – чуть склонил голову Дайгоро-сан, сверкнув очками в свете лампы. – Пятый.       - Профессиональная героиня Левит, – назвалась Нана-сан и добавила: – Седьмая.       Глаза Эн-сана встретились с широко открытыми глазами Изуку, когда он поднял руку в знак приветствия.       - Шестой. Профессиональный герой Гаэн.       - А все вместе мы бывшие обладатели причуды, которая называется «Один за всех» и которая зародилась во мне, Первом, около полутора веков назад, – тихо закончил представление своих товарищей Йоичи-сан и указал на Всемогущего. – Восьмой – до недавнего времени и отчасти сейчас ее действующий носитель.       Почти на две минуты в комнате повисла тишина, пока трое последних жильцов заняли свои места, а сам Изуку пытался осознать то, что он только что услышал. Право, он не представлял, за что ухватиться первым.       В смысле, герои? Он несколько месяцев переписывался с героем и не понял этого? А еще фанат называется… Причуда, которую можно передать? Он правильно понял? Такое вообще возможно? И сколько? Полтора века назад?       - Пацан, я, конечно, все понимаю. Ты в шоке и тому подобное, но лучше не забывай о том, что тебе все еще нужно дышать, – голос Дайгоро-сана пробился к нему через пелену вопросов.       Изуку сделал судорожный вдох, только сейчас осознав, что от удивления практически перестал дышать. Такой резкий переход вызвал у него приступ кашля и сидящий рядом с ним Йоичи-сан протянул ему чашку с остатками чая, параллельно коснувшись ладонью его спины, поглаживая и помогая преодолеть кризис.       - Все хорошо, малыш, – успокоил его блондин. – Пока просто дыши. Я знаю, что мы вывалили на тебя много шокирующей информации, но у тебя есть время, чтобы ее обдумать. Мы не будем тебя торопить.       Изуку кивнул, медленно восстанавливая дыхание, и смущенно посмотрел на Эн-сана. Молодой брюнет сидел рядом со Всемогущим и чуть наклонился вперед, глядя на него в ответ своими темными глазами. Полностью рассмотреть выражение его лица было невозможно из-за слишком высокого воротника его пальто.       - Вы… Вы правда герой? – тихо спросил Изуку, отчаянно краснея.       Эн-сан немного расстегнул свой воротник, чтобы открыть легкую улыбку. Должно быть, он понял, что скрытность только скорее оттолкнет Изуку, заставляя нервничать сильнее.       - Да, малыш, это так, – кивнул мужчина, сохраняя зрительный контакт. – По крайней мере так было когда-то.       - Но я… Я не слышал о вас, – Изуку озадаченно нахмурил брови. – Я знаю многих героев и не только японских, но я никогда не слышал о вас или о Левит. О Лариате… - он неуверенно посмотрел на Дайгоро-сана. – Я читал об этом герое, но он был известен слишком давно. Это не можете быть вы. Возможно, вам это имя перешло по наследству, такое иногда бывает… Но я все равно ни разу не слышал о таком герое сейчас.       - Поверь, пацан, это мое имя и всегда им было, – ответил Дайгоро-сан. – Я выбрал и придумал его сам, а не в подражание кому-то другому. И мои родители были абсолютно гражданскими лицами, не имеющими отношения даже к армии или полиции. Я понимаю, в чем для тебя возникает противоречие, но поверь, то, что ты читал, с наибольшей долей вероятности было именно обо мне.       Изуку нахмурился, не будучи убежденным словами мужчины. Тот все еще был слишком молод, чтобы действительно быть тем самым Лариатом.       - Что касается меня, то я не удивлен, Изуку, что ты не слышал обо мне, – негромко заметил Эн-сан. – Я никогда не был из числа тех, о ком сообщают в открытых источниках. Поэтому, даже зная мое геройское имя, тебе вряд ли удастся найти много информации обо мне. Но дело будет не только в этом.       - На самом деле то, что ты не узнал нас даже, когда мы представились тебе своими геройскими именами, имеет под собой еще одну причину, которая может многое объяснить и запутать одновременно, – заговорила Нана-сан, сжимая в руках перчатки, которые чуть ранее сняла. – Я ведь не ошибусь, если предположу, что ты не веришь Дайгоро из-за его возраста?       Изуку кивнул и сжал чашку в своих руках.       - Просто… Тому Лариату, о котором я читал, сейчас должно быть за восемьдесят, если он еще жив. И я не верю, что Дайгоро-сану может быть столько лет, – пробормотал он.       - Ну, вот, ты и сам назвал верную причину расхождения, – заметил Кудо-сан и пояснил, видя недоумение Изуку: – Ты сам сказал: «Если он жив».       Изуку нахмурился и покачал головой.       - Но Дайгоро-сан сейчас здесь. Он не может быть… Он жив.       - Парень, подумай сам, – посмотрел на него Брюс-сан. – Мы находимся в месте, из которого можешь уйти только ты и Восьмой. При этом каждый из вас двоих при перемещении проходит через стадию «призрака». Здесь нет дверей или окон и неизвестно, есть ли вообще хоть какая-то вариация понятия «снаружи». Это место меняется само так, как нам может быть нужно. Но никто из нас не знает, как на самом деле сейчас выглядит внешний мир, и все, что у нас есть, чтобы попытаться узнать это – это пара блокнотов. У нас нет телефонов, Интернета, радио, телевизора, и любых других средств связи. Мы сами пишем книги, вместо того, чтобы просто купить новые.       - Кроме того, причуда Йоичи зародилась полтора века назад, но никто из нас не старик, включая его самого, – добавил Хикаге-сан.       Изуку растеряно слушал мужчин. То, о чем они говорили, не имело смысла, но в то же время… Это был далеко не полный перечень разного рода странностей и противоречий, связанных как с ними, так и с этим местом.