Календарь

      Сон долго не шел к Кристине, заставляя ворочаться на мягких простынях. Ее бросало то в жар, то в холод, заставляя дрожать, кутаясь в одеяло, а потом раскрываться, обливаясь потом. Она никак не могла удобно устроиться на кровати.       Когда Кристина наконец уснула, то спала беспокойно, поскольку снилась ей сплошная нелепица. Сначала она исполняла бесконечную арию на немецком, хотя музыка уже смолкла, то искала корзину на ферме, потом ее преследовала тень, похожая на жуткого волка, заставляя не разбирая дороги бежать по темным пустым переулкам.       Тяжело дыша, Кристина проснулась. Какое-то время она лежала на кровати, приходя в себя, но осознав, что заснуть больше не удастся, встала, натянула плотный домашний халат поверх ночной рубашки. На часах было полпятого утра. Слишком рано, чтобы вставать, слишком поздно, чтобы ложиться снова. Освежив лицо, она решила сходить на кухню и сделать себе мятного чая.       Выскользнув в коридор, Кристина увидела полоску света, пробивающуюся под дверью, ведущую в спальню мужа. Подойдя вплотную к двери и прислушавшись, она разобрала как Эрик говорит на незнакомом ей языке, словно жалуется кому-то. Кристина замерла. Через мгновенье послышались сдавленные рыдания, вызвав у нее грустный вздох.       Вчера ее муж был в хорошем настроении, что опять изменилось? Она в нерешительности переминалась с ноги на ногу, не желая вторгаться, но оставлять его страдать в одиночестве было плохим выбором.       - Эрик! – Кристина негромко, но уверенно постучала. – Впусти меня, пожалуйста. Эрик! Спустя несколько минут дверь немного отворилась.       - Что тебе нужно? – сиплым шепотом спросил муж, смотря на нее через щель не толще большого пальца.       - Я услышала, что ты не спишь. Что-то случилось?       - Эрик извиняется, что побеспокоил тебя… моя дорогая. – Его речь звучала немного странно, словно он с усилием выговаривал слова. - Иди спать.       - Почему ты плакал? – она приблизилась к двери.       - Сущий пустяк, - он открыл дверь чуть шире, качая головой. – Не о чем беспокоиться.       - И все-таки?       - Женщины - надоедливые создания! – он раздраженно нахмурился. - Хочешь зайти? В мою спальню? Ах, невинное дитя… - его покачнуло, но он удержался, вовремя схватившись за дверь.       Кристина догадалась, что с ним. В это трудно было поверить, но Эрик был пьян, при чем настолько, что едва стоял на ногах. Это обеспокоило ее больше, чем его слезы. С последним она сталкивалась время от времени и знала, чего ждать, а вот пьяным мужа не видела никогда. Кто знает, на что способен Призрак Оперы в таком состоянии?       Кристина видела, как мужчины, перебравшие со спиртным, становились мягкими и словоохотливыми (таким был ее отец), или жестокими, склонными к насилию. Что ее ждет? Она пытливо вгляделась в грустное мокрое от слез лицо мужа и решила, что вспышки гнева можно не опасаться.       - Дорогой, - нежно обратилась она, толкая дверь, заставляя шире распахнуть ее. – Вчера был долгий день, ты должно быть устал.       - Ты в логове чудовища! – он отступил, нелепо взмахнув рукой. – Не боишься зайти сюда одна? Без рыцаря?       Эрик неловко попытался запахнуть домашний халат, наброшенный поверх рубашки и брюк, но так и не нашарив пояс, оставил попытку соблюсти приличие. Сделав несколько неуверенных шагов, он рухнул в кресло у бюро. Кристина быстро осмотрелась: все было целым и как будто на своих местах, включая нелепый гроб, который ее эксцентричный муж использовал вместо кровати. Однако судя по аккуратно сложенным одеялам, он еще не ложился.       На бюро лежали запечатанные подарочные конверты, стоял бокал и открытая бутылка кальвадоса. Темно-коричневой жидкости оставалось не больше трети.       - Хочешь? - Эрик проследил ее взгляд. – Крепкое, но для моей дорогой жены ничего не жалко… - он внезапно икнул, - у меня есть целый ящик. Не помню откуда. Я не любитель бренди, но… С учетом трагических обстоятельств, - он что-то пробормотал бессвязно и всхлипнул, вытирая слезы рукой.       - Уже поздно. Тебе нужно лечь в постель, - Кристина решила, что любые разговоры учитывая его состояние могут подождать до утра.       - Как можно спать, когда их осталось так мало… Смотри! – он ткнул в конверты. - Видишь? - он скривился, снова пересчитав их. – Все скоро закончится…       - Ничего не закончится, Эрик, обещаю. Позволь помочь тебе, - он протянула руки, чтобы вытащить его из кресла, но он не обратил на нее внимания.       - Всего пять подарков, - прошептал он, поглаживая конверты. – И Эрик останется один в темноте. В аду.       - Дорогой…       - Ты хочешь избавиться от Эрика, да? – он нервно рассмеялся и пренебрежительно смахнул бокал на пол, отчего тот со стуком покатился по ковру, заставив ее вздрогнуть.  – Он спит там! – муж обвиняющее ткнул в сторону черного ящика.       - Тебе не обязательно сегодня спать в нем. Можешь спать в моей комнате.       - Дорогая жена, ты в своем уме? – он угрюмо посмотрела на нее исподлобья. – Приглашая к себе чудовище, ты рискуешь столкнуться с последствиями. Рыцарь не придет, чтобы спасти… – Он горько рассмеялся, закрыв лицо руками и тут же умолк, взглянув на нее осоловевшим взглядом сквозь растопыренные пальцы. – А может это и есть твоя цель? Может, моя жена сошла с ума? Не вынесла прикосновения чудовища и вот…       - Я в своем уме, - терпеливо сказала Кристина, думая, как выманить его из кресла.       - Когда ты целовала Эрика, ты представляла, что это не он, а мальчишка? – он не смотрел на нее, изучая содержимое бутылки.       Будь он трезв, его слова обидели бы ее, но это был всего лишь один из его страхов, вырвавшийся наружу.       - Нет, ничего подобного я не представляла.       - А почему же ты не умерла? От ужаса. Будь я тобой, - прошептал он доверительно, - я бы обязательно умер.       Кристина лишь тяжело вздохнула, призывая себя не раздражаться. Она никогда не имела особого терпения с пьяными людьми.       - Сегодня уже сегодня или еще вчера? - задумчиво спросил муж, облизывая сухие губы и пытаясь рассмотреть время на часах. – Неважно… Я хочу получить подарок. – Он вскрыл ближайший конверт и теперь силился прочитать записку, но текст расплывался у него перед глазами.       Кристине не нравилось, к чему все шло. Она была уверена, что муж не причинит ей вред, но ее уверенность была основана на общении с трезвым Эриком. В каком бы он ни был сейчас состоянии, он по-прежнему намного сильнее ее. А что если он пожелает сделать с ней что-то, к чему она сейчас была не готова?       - Объятие, - наконец разобрал он и не скрывая неудовольствия скомкал записку. – Чепуха! Мне всегда не везло… К черту правила! Я открою их все!       - Это очень хороший подарок! – Кристина немедленно взяла его за обе руки, мешая открыть конверты. – Пойдем, я покажу тебе. – Она заставила мужа встать и мягко толкнула в направлении двери.       - Куда ты меня тянешь? – он снова икнул. – Маленькая искусительница… Эрик не может ни в чем тебе отказать.       О том, чтобы устроить мужа в его собственном мрачном месте для отдыха не могло быть и речи. Поддерживая шатающегося из стороны в сторону мужчину, Кристина провела его по коридору и завела в свою спальню. Увидев кровать, Эрик заупрямился.       - Комната Кристины неприкосновенна.       - Я разрешаю.       - Нет, - он замотал головой, пытаясь повернуться и уйти, - Эрик не станет вести себя неподобающе…       - Тебе причитается подарок. Помнишь? Объятие. А где лучше всего получить объятие, как не в мягкой постели? – она погладила мужа по спине, тем временем снимая с него халат. – Ложись.       Алкоголь сделал его вялым, он уступил ее усилиям. Как только Эрик опустился на кровать, то вскоре уснул, лежа на животе и раскинув руки. Кристина сняла с него домашние туфли и подвинула в центр кровати, освобождая место для себя. Это было непросто, несмотря на худобу ее муж был довольно тяжел. Приглушив свет, она легла рядом, обняв его, прислушиваясь к дыханию, насыщенному парами бренди.