Впервые доверился, но...

Феликс долго искал тишину. После того, как прошлые отношения оставили на его теле и душе следы, которые не смыть ни слезами, ни временем, он сбежал. Без багажа, без прощаний — только с тенью страха за спиной. Он поклялся больше не доверять. Никому. Именно поэтому появление Хёнджина в его жизни было как удар по тем самым трещинам, которые он так тщательно скрывал. Тот оказался совсем не похожим на других: терпеливый, искренний, почти невыносимо добрый. Он не требовал. Он ждал. Шли месяцы, и холодный лёд в груди Феликса начал таять. Он впервые за долгое время позволил себе улыбаться искренне, смеяться громко, обнимать крепко. Он доверился. И думал — может, впервые — что заслуживает счастья. А потом наступил тот вечер. Корпоратив прошёл шумно, с музыкой, смехом и вином. Хёнджин — тот, кого он считал своим якорем — напился. Ли боялся пьяных людей, но ведь Хенджин не такой?  Хван пришел, шатаясь и бубня себе что-то под нос, длинные волосы падали на лицо, скрывая пьяный румянец на щеках.  - Ликси, - весело пролепетал он, - ждал меня?  - ждал... - тихо сказал Феликс стоя в дверном проеме и глядя на пьяного парня, - Хен, ты же знаешь, что я не люблю пьяных людей... - все также шептал Ли. - да ну, Феликс, иди сюда лучше, - наконец Хван разулся, вытягивая руки для объятий. Младший неуверенно подошел, тут же его обхватили руки. Такие родные, но сейчас и чужие одновременно.  Они стояли так, Ли ощущал терпкий запах алкоголя от парня и немного морщился, ощущая как сердце колотится быстрее от внутреннего страха.  - "Бежать, бежать, бежать!" - твердило его сознание, но Феликс отгонял такие мысли. Хенджин его любил, он не поступит так же подло.  Большие ладони Хвана гладили тонкие бока младшего, прижимая к себе ближе обычного, теплое, нет, горячее дыхание опаляло шею.  Первый поцелуй в шею, второй... Хен начал оставлять засосы. Тогда Феликс начал уже пугаться, пытаясь отстранится.  - Джинни... - тихо, в панике шептал Феликс, все усерднее пытаясь вырваться их крепкой хватки.  Руки Хенджина схватили чужие, больно прижимая их к стене над головой. У Феликса начинали появляться слезы на глазах.  - "Не хочу, не хочу..." - красным огнем повторялось в сознании Ликса. Поцелуи спускались ниже, к ключицам. Хенджин хотел снять мешающую, такую раздражающую сейчас кофту, но Феликс вырвался, убегая в ближайшую комнату. До хоть какого то спасения осталось лишь закрыть дверь, но трясущиеся руки подвели его. Не успел.  Чужая ладонь успела захватить дверь, прежде, чем она закроется.  - Куда ты, Ликси? - пьяно смеялся старший, загоняя Ли в ловушку.  Тяжелая ладонь легла на край его кофты, грубо снимая. Феликс плакал, паника подкатывала к горлу тошнотворным комом, сердце билось так, будто еще немного и остановится вовсе.  - Тише, зайка. Ты же сам ждал этого. Бояться — это даже мило. Я ведь буду нежным... Наверное... - Хван усмехнулся, заламывая маленькие ручки. Теперь Феликс и вправду ощущал себя снова маленьким, когда отец напивался в щи и приставал к маленькому мальчику... Снова, снова повторяется... Хенджин оставлял болящие засосы по всему телу, с каждым становилось все хуже. Это был не тот Хван, которого он полюбил, это был какой-то монстр, которого Феликс боялся.  Руки сжали чужие ягодицы до боли, отчего Феликс тихо прошипел. Хван резко схватил за руку Феликса, ведя того до кровати и насильно усаживая на колени перед собой. Хенджин смотрел свысока на плачущее лицо Феликса, чуть ли не физически ощущая как тот ломается изнутри. Это доставляло какое-то садистское удовольствие. И Хван явно не намерен это прекращать.  Большой палец прошелся по пухлым, истерзанным губам Феликса.  - Ты бы знал, как я пытался сдерживаться, чтобы не трахнуть твой милый ротик ночью, но сейчас, я сдерживаться не буду, - твердо, уверенно сказал Хенджин, обнажая свою истинную натуру.  Феликсу стало вправду страшно. Он сглотнул, последняя попытка сбежать.  Резко, он подрывается с пола, убегая прочь к выходу из квартиры, сзади тяжелые шаги. Заперто. На ключ. Сука. - Ну что ты, Ликси... Я ведь хотел быть нежным. Ты сам убедил меня сделать иначе.  Не сильный замах и Ли прилетает звонкая пощечина, отчего он валится на пол, скатываясь по стене и давясь слезами. Он прижал к себе колени. Страшно... Его хватают за копну светлых волос и волочат по полу, выдирая несколько клоков.  Буквально прошлой ночью ладонь любимого гладила по этим волосам приговаривая, какой он хороший, теперь это совершенно другой человек.  Словно шавку Феликса кинули на пол, хватаясь за его щеки, Хенджин заглянул в чужие, напуганные глаза.  - Ну что, сучка, поиграем по взрослому? - хищная ухмылка тронула его пухлые губы. Хван резко начал снимать с себя штаны, приспуская их и оголяя крупный, вставший член, проводя им по губкам Феликса, что пытался вырваться.  - Хенджин, пожалуйста... - плакал Феликс, пытаясь вырваться из грубой хватки. Старшего это наоборот, забавляло. Жалостливые мольбы любимого заставляли член дернуться, оставляя на лице Феликса тонкие полосы предэякулята.  - Открой ротик, милый... - шептал Хван, надавливая на чужие щеки и заставляя все же открыть рот, - и только попробуй задеть зубами, сучка, трахну так, что потом стоять не сможешь.  Член ворвался в чужой, теплый рот, начиная сразу быстро двигаться. насаживая Ли на всю длину. Тот давился, плакал, задыхался, но единственное, что он мог сделать, лишь пытаться выровнять дыхание, чтобы получить хоть каплю кислорода.  Горло болело, жгло, а Хенджин все дальше вбивался в узкое горло громко мыча и постанывая.  Старший остановился, чувствуя, как начинает кончать. Нос младшего упирался в гладкий лобок, чувствуя, как от недостатка кислорода, начинает кружиться голова, он пытался прокашляться, но не выходило. Горло начало заполнять что-то теплое, противно склизкое. Сперма.  Хенджин кончал в горло Феликса наконец, выходя из его рта.  - Хороший мальчик, - с издевкой сказал Хван размазывая остатки спермы по пухлым губам, - глотай, сука.  Выбора не оставалось, Феликс проглотил и заразился в приступе кашля. Он рыдал, чувствуя как его растоптали. Как растоптали его сердце, что только вновь поверило в любовь... Все закончилось, но чувство, что вновь он не проснется.  - Ложись на живот. - Феликс поднял испуганный взгляд на Хенджина. Это не все?! - не смотри на меня так. Не думай что на одном разе все закончится.  Феликс встал на дрожащих ногах, чувствуя как кружиться голова. Сил не было, да и смелости лечь тоже.  - "Бежать, бежать, бежать!" - вновь крутилось в голове Ликса, но ноги приросли к полу.  - Че стоишь, тварь, - Хенджин сам толкнул Ликса на постель, тут же садясь на его бедра. Хотелось запечатлеть этот момент в голове. Дрожащий, растоптанный и униженный Феликс под ним. Но не время.  Хенджин лег на младшего. Его грудь упиралась в чужую спину, ощущая всхлипы. Он поднял за волосы светлую голову. - Тебе ведь нравится... - шептал Хван, рамазывая чужие слезы. Не сильная пощечина и он двинул бедрами в чужие ягодицы сквозь одежду, - а представь, когда на нас не будет одежды, мой член войдет в твою девственную дырку, выбивая в тебе всю дурь, - длинные пальцы оглаживали сжимающийся сфинктер, желая все сильнее избавится от ненужной ткани. Страшно. Феликсу страшно.  - "не хочу..." - наивно, словно ребенок, думал он, но было поздно.  Старший стянул с обоих штаны, оставляя голыми. Феликс дрожал, тихо рыдая в подушку, тело парализовало от страха. Черт.  На скоро плюнув в руку и проведя по члену Хен приставил головку ко входу Ликса. - Н-нет, стой, стой, пожалуйста! - зарыдал Феликс, пытаясь отодвинуться.  - Лежи, сучка. Если бы ты не пытался сбежать, может быть, я бы растянул тебя.  Крупная головка вошла в зад Феликса, разрывая того и изнутри, и снаружи.  Двигалось тяжело, узко, сухо, но Хенджин будто больше кайфовал от этого, а вот Феликс...  Внутри все горело, анус разрывался, он пытался вырваться, но руки были заломаны старшим и он не мог ничего делать, кроме того как плакать под ним и извиваться от боли. Хенджин срывался на быстрый темп, садистски ухмыляясь.  Пару минут он вбивался в чужое, узкое нутро, ощущая как разрывает его. Кровь потекла с ануса, смешиваясь со спермой. Сделав еще пару толчков, Хван вышел из растянутого входа. Он ушел, оставляя Феликса одного.