Смена ролей

Все королевство стояло на ушах, ведь уже целую неделю ее святейшество Ваниль находилась в заложниках у Шадоу Милка. В это время вооруженная армия готовились к штурму, а главнокомандующие тщательно обговаривали план по спасению. Какого же было их удивление, когда буквально в этот же день ее высочество обнаружилось у врат в город, в сопровождении ее же похитителя. На ней не было ни единой царапинки, а на лице как и прежде сияла нежная чарующая улыбка. Прошел примерно месяц с тех пор, а эта история всё ещё будоражит недоумевающую подданных, обсуждая и перемусоливая данное событие. Официальная версия предоставленная простому люду звучала примерно так: "После длительных переговоров, было принято соглашение о заключении перемирия". Очень лаконичное, но при этом сухое оправдание, оставляющее после себя послевкусие недосказанности. Сплетни вились по всему королевству тонкой ветвящийся паутиной, начинаясь между слугами во дворце, доходя до границ королевства. Было много доводов и разговоров, что же это все таки было, и как это понимать. Некоторые предположения казалось брались просто с потолка, кто-то говорил, что ее Высочество попросту хотела устроить себе отпуск от повседневной рутины, кто-то считал, что это все бутафорское представление было слеплено с целью перевода глаз общественности от действительно важных проблем в королевстве, а кто-то считал что святую попросту околдовали и управляли, ею как марионеткой. Порой, среди кокетливых дам, опытных в делах любовных, при виде ее Высочества проскальзывала одна общая мысль, которую никто не озвучивал, но каждая понимала ее по взгляду другой. Они подмечали для себя, что от Ванили тянуло туманной соблазнительной аурой тайны и загадки. И не сказать, что последние подозрения не были беспочвенными. Вместе с возвращением Королевы Ваниль в замке, так же поселился Шадоу Милк. Его покои располагались в отдалении ото всех, в западной башне, на самой ее вершине. Помимо самой Ванили, среди слуг он подпускал только, тех, кто преподносил еду, и то, он всегда требовал оставлять сервированный столик у его дверей, не запуская никого внутрь. Горничные, так ни разу там и не убирались, после того как он там поселился, в принципе никто и не горел желанием оказаться в логове зверя. Внешне дверь ничем не отличалась от других, но именно за ней таилось нечто манящее и притягивающее к себе взгляды. Шадоу Милку очень не нравилось такое повышенное к нему внимание, точнее он безусловно любил публику, но то в каком он был сейчас положении, заставляло чувствовать себя максимально некомфортно. Он покинул свой замок, свои земли и не имел абсолютной власти над окружающими. До этого он долгое время был сторонним наблюдателем, теперь он стал прямым участником, без прежней власти. Нынешняя приторно сарахарно-ванильная обстановка с этими всеми нежными людишками, лишь синее заводила его на всякие шалости. Он так и грезил, тем как превратил бы при дворцовый сад в терновый лабиринт с живыми плющами, в замке достроил лестницы, ведущие куда-то и в никуда, а близлежащие усадьбы господ и други подобных высокопочетных людей прекрасно смотрелись бы в воздухе вверх тормашками. Была б его воля, он тут все уже давно перестроил, перекроил под свой лад, добавил бы немного лоска и приправил все это легкой хаотичностью. Никто не отбирал у него свободу и силы, но он был ограничен и скован. Словно он опять в заточении, но уже другом. Поначалу жители города встретили Шадоу Милка с враждебностью и страхом, сторонясь и презирая его.  Чтобы успокоить горожан, Ваниль взяла на себя ответственность, публично гарантируя, что Шадоу Милк отныне такой же законопослушный гражданин, и данному слову приходилось соответствовать. Он понимал, что своими шуточками доставит проблемы в первую очередь Ванили, и поэтому чтоб не поддаться соблазну закрылся ото всех. Но такое затворничество уже осточертело в край. В последнее время, если его мельком и замечали на людях, то исключительно в компании Ванили. То поздно вечером в лесистой части парка, то в библиотечном лабиринте среди множества старинных книг, то в отражении дворцовых окон можно было заметить их силуэты. Но все эти встречи были спонтанны и кратковременны. Очень тяжело было планировать "свидания", когда твой партнёр это правящий монарх, и ваши отношения являются тайной. Но это не касалось ежедневных ночных встреч. Как обычно примерно о после 11 Ваниль, изможденная будничной рутиной и хлопотами, наконец очутилась в своих покоях. Убранство комнаты было в стиле Ванили, просто но со вкусом. Стол был выполнен из несложных геометрических форм, при этом был изготовлен из очень качественной светлой древесины. Ванили не сильно нравились броские переливающиеся каме́нья и драгоценности, поэтому она старалась их избегать как в декоре, так и в своих одеяниях. Но от чего она не могла отказаться, так это от ручной вышивки. Снежно-белое постельное белье все было усыпано замысловатыми узорами в едином стиле. Плотные сиреневые шторы так же окутывали золотистые цветочные рисунки, словно вьющиеся по всей длине от пола до потолка. Благодаря этому в спальне создавалась светлая атмосфера уюта и тепла, полная противоположность рабочему настроению. Стоило ей только присесть на кровать, как тут же в ее дверь постучались. - Ваше высочество, вам подготовить ванную? - поинтересовался слуга из чуть приоткрытой двери. - Благодарю, не стоит. - Так же, как вы просили, напоминаю о письмах на которые вы планировали ответить - с этими словами дверь аккуратно закрылась и слуга удалился. "Точно.. уже несколько дней подряд не могу найти время на это" - с этими мыслями Ваниль подошла к письменному столу, на котором лежала небольшая стопка писем. Все они были от ее давних друзей, с которыми она уже довольно давно не могла увидеться. Письма не представляли из себя никакой чрезвычайной важности, поскольку их содержание несло исключительно дружескую переписку, так что с одной стороны ей безумно хотелось дать ответ, но и с другой это не являлось каким-то необходимо срочным делом. "Итак, дорогой мой друг, рада вновь слышать, скорее, читать тебя. За это время у нас произошло... Хм.." Так много событий произошло в ее жизни за короткое время, при этом как будто ничего и не изменилось. В голове всплывали слова и какие-то фразы, но в предложения этот поток информации не складывался. Голова кипела после тяжёлого дня. На своих плечах она ощутила мягкую теплоту рук. Как обычно, без стука и предупреждения, но это уже стало привычным делом. - Опять допоздна работаешь? - прямо над головой прозвучал голос Шадоу Милка. Он легко завис в воздухе. Немного склонившись с задумчивым видом он мельком прочитал записку. - Ага, значит на друзьяшек, по переписке есть время, а на своего любимого очаровательнейшего шута на свете - времени нет? С этими словами он наигранно, обидевшись, нахмурился. - Ты же знаешь, что я одна, а обязанностей в несколько раз больше. - Ваниль развернулась к нему. Мягкой но уставшей улыбкой, она хотела сказать, что у нее нет сил играть в шутливые сцены ревности. - Тц - аккуратными сжимающими движениями, он начал массажировать хрупкие плечи девушки. Все затекло, сидячий образ жизни давал о себе знать. - А знаешь, когда ты возвращаешься вся такая замученная и уставшая... Сделав небольшую паузу и наклонившись к уху Ванили он продолжил - я ловлю себя на мысли, как же чудесно было бы тебя вновь запереть в Шпиле Обмана, где тебя бы никто не смел беспокоить. - Правда? Но ты же и так уже пытался. - от этих слов пробежали по коже мурашки, а тело стало расслабляться. - Знаешь, что не выйдет. - Неет. Это было другое. Так ты была просто пленнице, а так стала бы наложницей. - Какие пошлости ты мне говоришь. - Ох, кто бы говорил. Ведь именно ты, возжелав, мое прекрасное тело, растлила меня. Ты забрала у юноши его первый поцелуй. - с яркой экспрессией и драматичностью движений, он изобразил абсолютно невинную гримасу. - И вновь желаю - с этими словами она потянулась к нему, начиная долгий но нежный поцелуй. В Шпиле Обмана такие вещи, казались Ванили совершенно естественными. Она думала, что такое непотребное поведение было вызвано неестественным для нее местом, спутанным сознанием. Но даже после возвращения в замок, у нее оставалось это грязное потаённое желание, которому она попросту не могла противостоять. Ей было стыдно не то что говорить, а даже думать об этом, но стоило появиться Шэдоу Милку, как все становилось нормальным. Ее тянуло к нему ежедневно и постоянно. Ваниль никогда прежде с подобным не сталкивалась, и даже вообразить себе не могла что нечто подобное ей будет интересно. Будучи представителем правящей власти, так ещё и символом своеобразной чистоты и порядочности, подобное попросту недопустимо для человека ее статуса. Но она не могла отказать, в первую очередь, себе в этом удовольствии. Поцелуй становился интимнее, воздуха становилось меньше. Крупные руки спустились ниже, огибая изящные ключицы. Мягкая упругая кожа словно зефир, главное не переусердствовать, чтобы не сделать слишком больно. Из сжатых губ вырвался стон. - Поставь барьер на шумоизоляцию. - тихо произнесла Ваниль. - Да брось, все уже разбрелись по своим комнатам, никто не услышит. - Ну пожалуйста - уже с лёгким раздражением в голосе, она отстаивала свою просьбу. - А ты милая, когда просишь. - Щелчок пальцев и барьер был поставлен - Готово. Он взял девушку на руки и понес на кровать. Скинув мантию и оставшись в трикотажном боди, девушка легла на живот. - Сделаешь мне массаж спины? Все так болит. - Как прикажете, Ваше высочество. - он сел сверху. Мускулистые руки стали изучающе бродить по спине. Словно румяно тесто кожа была так же эластичная. Нежные изгибы плавно перетекали от одной мышцы в другую. При желании Милк мог двумя руками обхватить талию девушки. От его касаний напряжённое тело становилось мягким и податливым. Наклонившись ближе он слышит знакомый запах ванили, в этом месте все пахло ванилью, но именно от нее этот аромат быть каким-то особенно манящим. Жадно, он оставляет россыпь свежих укусов . Под подушкой сдавленно раздаются звуки наслаждения. - О, я знаю, что точно поможет расслабиться. - с этими словами он обвязывает вокруг глаз Ванили широкую плотную атласную ленту, крепко завязав узел. - Ам, я даже не знаю... - Ты знаешь стоп-слово, если не нравится говори. Ответа не последовало. - Хах, так и знал. Давай ручки. - ещё одна лента теперь стягивала запястья за спиной девушки. Получив полный контроль над ситуацией зверь продолжил свою экзекуцию. Его руки огибающими движениями стали заходить за пределы спины, оставляя своими не длинными коготками лёгкие полосы. Сквозь ткань нащупывались две бусины. От ощущения сдавленности и полной беспомощности кружило голову. Без возможности видеть, все чувства Ванили ощутимо обострились. Каждый укус казался сводящим с ума. Напряжённое возбуждение нарастало и требовало разрядки. Ее тело само инстинктивно стало поддаваться каждому движению. В районе копчика, там где находится крестец она почувствовала твердую горячую плоть. Медленное цикличное трение создавало дополнительную стимуляцию. - Милк, перестань дразнить. - приподнявшись с подушки, уже молящим голосом, выпалила Ваниль. - Чего именно ты хочешь? - с помощью пальцев, растягивающими движениями, он стал провоцировать ее. - ммх.. -глухо прозвучало отчаянное падение на мягкую перину. - Ничего не понимаю. - он немного приподнял ее таз повыше. Жертва могла лишь послушно повиноваться, в ожидании. - ...еня - сгорая от смущения девушка, сильнее закапывалась головой в подушку. - Говори чётче, я не понимаю - он аккуратно раздвинул ее ноги, чтобы подобрать идеальный угол. - Да, войди ты уже в меня! - раздражение моментально перешло в эйфорию. Резкое быстрое проникновение во всю длину было наградой за томительно ожидание. Музыка страсти полилась, как мелодия из-под пальцев опытного пианиста. Ваниль заметила, как Шадоу Милк в последнее время стал значительно грубее, но как будто от такого ее кровь бурлила ещё сильней. Он прижал ее голову в подушку, безжалостно вымещая всю накопившуюся злобу на хрупком теле. Ему ужасно хотелось оставить на ней отметины, следы, царапины, запах, любые знаки в качестве напоминания, что он был здесь, что она принадлежит ему. Чтоб каждый взгляд, вздох и возглас, каждый сантиметр тела все всецело принадлежало ему. Чтоб любая мысль, разговор, идея были заполнены только им. Больше, сильнее, глубже, интенсивнее. - Повернись ко мне - Милк разворачинает Ваниль лицом к себе. Атласная лента держалась действительно крепко, поскольку полностью перекрывала взгляд, и даже так по выражению лица было видно, на сколько приятен был процесс. - ..можешь использовать руки.? - Ванили очень неловко было просить о подобном. Приятное чувство тяжести сжало ее горло, тонкая грань нежности и грубости затуманивала разум лучше любого спиртного. На пороге потери сознания ощущалось жгучее чувство витальности. Он отдает ей всю свою потребность в тепле и заботе, передавая этот жар. Растворяясь в безбрежном океане бытия, настала благословенная безмятежность. Только сейчас Шэдоу Милк обратил внимание на результат своих действий, картина выглядела пугающе будоражащей, кажется он перестарался. На смуглой коже чистой Ванили красовались отметины, говорящие о её не совсем целомудренной жизни. - Ты в порядке? - М? - Ваниль слышала слова, но их смысла понять не могла. Лицо расплылось в нежной улыбке наслаждения, а тело стало ватным. - Ты не перестаешь меня удивлять. - а? да что, такого я сделала..?  - одурманенная, девушка не могла понять что от нее хотели. - Все так-так. - с мягкой усмешкой, он улёгся рядом. Светло-золотистые волосы в процессе спутались и прилипли к намокшей от пота коже. Ваниль начала кастовать заклинание исцеления, но парень ее одернул. - А может оставишь парочку.. Под одеждой все равно никто не увидит. - Зачем? - Ну.. - Ты же знаешь, что если кто-угодно увидит, то.. - ее перебили на полуслове - Да-да, не начинай снова лекцию, я понял. - он демонстративно отвернулся. - Ну если так хочешь, я могу оставить один.. - Вот этот. - будто ребенку разрешили выбрать понравившуюся игрушку в магазине, он с энтузиазмом показал место на шее. Ваниль закатила глаза, но раз пообещала... Один из плюсов быть целителем, пара лёгких движений и несложных заклинаний и следов, как не бывало. - Как твой день то прошел? - подняв ушки-намокушки, поинтересовался Милк. Он относился к тем, кто любил поболтать после занятия любовью. Как иронично, что Ваниль относилась к полной противоположности. - Да, в принципе как обычно. - немного потупив, вспоминая, что именно было произошло за день, но так ничего толкового не вспомнив, она ответила. - Обыкновенная, ежедневная рутина. Бумажки, отчёты, подписи, утверждения и отказы. - Тц, да неужели вот прям совсем совсем ничего новенького? - Милк, я понимаю, что тебе одиноко, но почему бы тебе не попытаться с кем-то подружиться. - Пфф, подружиться?! На кой черт мне сдалось все это дурачье? - Не узнаешь ведь, кто в действительности дурак, пока не проверишь. Меня же тоже поначалу невзлюбил. - Ты - исключение. - А если закономерность? Я же вижу как твои дюжина глаз проскальзывают, то тут, то там среди теней. - Да, я-я предпочитаю быть на стрёме в случае опасности. За тебя беспокоюсь! - Особенно в ванной, там так много опасностей. - Закатив глаза, Ваниль дополнила - Иди тогда, я спать хочу. Завтра меня ждет новый захватывающий день с множеством событий. - Вот так, да? И ведь даже не предложишь остаться? - В прошлый раз тебя почти обнаружила прислуга, поэтому вали. И портки свои забрать не забудь. - Помотросила и бросила. - Спокойной ночи - перед тем как Шадоу Милк успел раствориться в ночи, она отправила ему воздушный поцелуй. - Ага, и тебе. - вроде их разговор был в шутливой форме, но последнее оставило неприятный осадок. Пытаясь отогнать навязчивые мысли, он ещё долго не мог уснуть. Ваниль в свою очередь уснула быстро и спала как младенец. Нет лучше снотворного, чем интенсивные физические нагрузки перед сном. Утро встретило ее нежными лучами солнца, пробивающимися сквозь шторы. За окном слышалось пение соловья. Выйдя на террасу, птица скромно села на выставленную руку. Где-то вдали внизу уже раздавались суетливые крики и возгласы горожан. В такую рань жизнь уже шла полным ходом. День начинался просто замечательно и предвещал пройти так от рассвета до заката. Гардероб Ванили состоял из однотипных и схожих в своей простоте одеяний. Ее положение не позволяло ей одеваться, во что попало, но и вычурная одежда не были в ее вкусе. Платье, которое на первый взгляд, выглядело очень просто, на самом деле изготавливалось по индивидуальным меркам и подчеркивало ее фигуру. Незамысловатый плащ легко струящийся за спиной, состоял из очень качественной ткани. Ваниль и так выделялась среди толпы, благодаря молвы о ее якобы божественном происхождении, лишнего внимания ей не хотелось. Пускай был пройден уже не первый десяток правления государством, но как и прежде она находилась в поиске того каким правителем ей стоит быть, кем ее видят подданные и как в первую очередь не ухудшить, а уже затем уже и улучшить благосостояние своей страны. Поэтому ей и хотелось не то чтобы быть, а хотя бы ощущать свою связь с окружающими. Благодаря эмпатичному и спокойному характеру она смогла завести знакомых, друзей, подруг, но никого из них она не могла назвать по настоящему близким. Когда-то был один человек, но к сожалению их пути уже давным-давно разошлись. Даже приветливо улыбаясь, при встречи и прощании с  каждым встреченным человека по пути, не используя замысловатых оборотов в речи и не кичась своим положением, ощущалась эта четкая грань, разграничивающая ее с остальными. Иронично, но о Ванили было принято говорить, как о покойнике, либо хорошо, либо никак. Жители чуть ли не боготворили ее. Порой в разговоре с прислугой, Ваниль могла пошутить, но из-за того что ее слова воспринимали как чистую праву, это вызывало недопонимание. Никто даже вообразить не мог, что ее Сиятельство могла побалагурить, иронизировать уж тем более врать или ошибаться. Люди видели в ней все то хорошее, что хотели бы видеть в себе. Она стала идолом, к которому можно было лишь стремиться , но достичь такого уровня простому смертному было бы невозможно. Такой образ сложился непроизвольно, но отныне его приходилось ежедневно поддерживать абсолютно всегда, любом месте и со всеми. "...кроме него..." - девушка задумчиво рассматривала багрово-синее пятно на шее. - "В любом случае за высоким воротом никто не увидит." На сегодняшний день было запланировано несколько мероприятий, которые ей необходимо было посетить. В их список входили: торжественное открытие нового парка, заседание в верховном совете и прием у посла с Бист-иста по предложению налаживанию торговых отношений.