Лосяш и ... Лосяш

- Пин! Пин! Брюнет слышит, как Лосяш зовет его во сне, но глаза отказываются разлепляться. Вчера он поздно лег, увлекшись работой. Наощупь добравшись до кровати, он обнял своего парня, мирно посапывающего в его футболке. Зная, как Лосяш трепетно относиться к его здоровью, Пин был уверен, что утро начнется с его хмурого, но милого личика и лекции о правильном режиме. - Стой, не буди его! Он же вчера утомился… - Ты же тоже этого хочешь! Он динамил нас целую неделю. Так что не мешай! Почему-то он слышал два голоса. Словно Лосяш разговаривал сам с собой. Вдруг он почувствовал нечто теплое и влажное… Там! От удивления он раскрыл глаза и отодвинул одеяло. - О, проснулся! - Лосяш?! Почему… Почему тебя два? Лосяш, сидящий у его ног, был одет в его белую рубашку, застегнутую наглухо. Его волосы были распущены хотя он всегда предпочитал их собирать в хвост. Невинный Лосяш краснел и старался не смотреть на ту картину что разворачивалась перед ним. Лосяш между его ног был в черной майке, которую Пин точно видел в его гардеробе. Тонкие лямки свисали с хрупких плеч шатена и почти открывали вид на розовые соски, но похоже парень никак не обращал на это внимания. Зато брюнет обратил. Не получив ответа от обоих, прокашлявшись, он было хотел задать вопрос снова, но подавился собственным стоном. Эро-Лосяш снова взял его член в рот и начал активно заглатывать. Упав на подушки, Пин стал захлебываться в стонах. Черт! Ему никогда не было так хорошо! - Эй, Овечка! – оторвавшись от чужой плоти и облизываясь позвал Эро-Лосяш невинного Лосяша. (Дальше будут сокращения – Э-Лосяш и Н-Лосяш.) – Не сиди сиднем, а помогай! – И снова занялся своим делом. Немного повозившись Н-Лосяш пододвинулся к Пину и поцеловал его. Легкий, простой поцелуй. Без языка без разомкнутых губ. Именно так целовал его Лосяш по утрам. Это было просто пыткой. Снизу было горячее удовольствие, а сверху нежное и хрупкое. Каким-то образом Н-Лосяш оказался верхом н Пине и целовал его пока тот, массировал его грудь, расстегнув рубашку. Тихие стоны, такие же как в их первую ночь, когда ученый стеснялся быть слишком громким, и громкое причмокивание снизу было сумасшедшей комбинацией. Вдруг Н-Лосяш широко распахнул глаза и протяжно застонал. Как раз в этот момент напряжение внизу стало непосильным и Пин кончил. Куда было непонятно. Тепло и влажность чужого рта уже не ощущались. Скромный парень привстал дабы открыть вид и себе, и Пину что творилось внизу. Э-Лосяш откуда-то уже достал смазку и готовил и себя и свое второе Я. С пошлой улыбкой он облизнулся, слизывая остатки спермы на своем лице. Пин вздрогнул. Он снова начал возбуждаться. - Ну? Давай устроим соревнование, пай-мальчик? Кто понравиться нашему парню больше? Скромник немного кивнул и сполз с механика. Тот попытался привстать, но его остановили. Сексуальный Лосяш смотря ему в глаза стал насаживаться на член. - Я уже заждался, когда ты обратишь внимание! Было тесно, горячо, приятно. Пай-Лосяш нежно покусывал за шею, гладил по груди, дотрагивался до его сосков своими, пока Пин не помогал ему с его возбуждением. Было одновременно так много и так мало. В какой-то момент их всех накрыло оргазмом. Брюнет лежал не в силах шевельнуть и пальцем. Как же было круто! Почувствовав чей-то взгляд, он с трудом разлепил глаза. Он был весь потный и в чужой сперме. На него испытывающе смотрели две пары любимых голубых глаз. - Ну, кто был лучше? – в унисон спросили они. Пин задумался. Скромный и невинный Лосяш каким он его знал при первой встрече был очарователен в своей неопытности. Брюнет не может вспомнить без улыбки урок, о том, как оставлять засосы. Парень сидел у него на коленях и совершенно серьёзным видом тренировался. Но и развратный Лосяш каким он его сделал за пару месяцев отношений тоже ему нравился. Особенно когда поборов стеснительность ученый сам предлагал что-то новое. Например, фартук на голое тело или принес женский купальник. Это было просто невероятно! Во всех смыслах! - Лосяш. Ты мне нравишься любым. Похоже столь жаркое утро совсем измотало его, и он снова начал проваливаться в сон. - Хм… Ты мне тоже нравишься любым. Пин резко поднялся и увидел перед собой Лосяша. Одного. В своей футболке, на которой остались нестираемые пятна от всех соусов мира. - Лосяш? Ты… один? – брюнет стал озираться по сторонам, не веря, что всё это был лишь плодом его воображения. Ученый снова фыркнул. - Конечно один. Хоть мой парень и оставил меня в одиночестве на целую неделю, любовника решил пока не заводить! – последнее он испуганно крикнул, ведь Пин прижал его к себе. Лосяш ощущал, даже под одеялом, как возбудился его парень. - Интересно… Я вот точно помню, что целую неделю мы провели вдвоём, - брюнет начал целовать уши возлюбленного переходя к шее. - Да. Ты и твой аппарат. А я был сам по себе, - было трудно продолжать дуться, особенно когда поцелуи с шеи стали переходить на плечи и лопатки. - Надо исправить! – рыкнул Пин и повалил своего любимого на кровать. Наверное, на него так повлиял сон. Хотелось взять этого милого ученого, чтобы увидеть все грани его личности.