Игры с феанорингами

Дни в чертогах проходили до невозможности скучно и однообразно. Феанор пытался ругаться с Намо и в начале это хоть как-то прибавляло красок пребыванию там, но это было так не долго. Совсем скоро даже эти неудавшиеся скандалы стали чем-то обыденным, да настолько, что кто-то умудрялся сверять по Феанору часы. Но феаноринги были бы не феанорингами, если бы не смогли найти какой-то путь решения проблемы со своей скукой. И спасение от повторной смерти после смерти, причем от таких, казалось бы, невозможных обстоятельств, эльфы нашли в игре. Эта игра была популярна среди людей и называлась "Бункер". Каким образом им удалось уговорить Намо и протащить эту стопку карт? Одним им известно. Но сама суть оставалась сутью. А на роль ведущего посадили Фингона, который просто зачастую проходил мимо и попадал под руку этим неугомонным созданиям, жаждущим хоть как-то скрасить свои скучные деньки. Первым делом, конечно же, каждому из семерых были предоставлены карты с характеристиками, из которых они выбрали по одной для себя, ещё даже не подозревая, что именно таится по ту сторону от перевернутой бумажки. При изучении, у Карантира взлетела вверх бровь. Остальные переглянулись и молча предположили, кто вылетит из этого места самый первый. — Катастрофа : Смертельный вирус, — начал зачитывать Фингон. Грустный голос эльфа создавал атмосферу реальной катастрофы и неминуемой гибели. Благо, уже мертвых эльфов это мало пугало, а зевать в процессе просвещения в дело не давали достаточно занимательные характеристики. — Смертельный вирус, созданный как биологическое оружие, вышел из под контроля и спровоцировал глобальную эпидемию. После выхода из бункера практически все виды растений и животных будут мутированы, вода останется не тронутой. Остаток выжившего населения : 1%. Время пребывания в бункере : 4 года. — Круто, круто, давайте уже играть, — фыркнул Куруфин, недовольно откинувшись на спинку стула. Фингон хмыкнул, пожав плечами. Ещё на середине его рассказа про катастрофу стало понятно, что, во-первых, все уже испытали весь спектр эмоций от своих характеристик и, во-вторых, большинство услышали только "смертельный вирус" и "четыре года". — Первым кругом открываем карту профессии. Начнем по старшинству, — ведущий, который, к слову, такую должность себе не выбирал, сложил руки на стол и лег головой на них. Маэдрос, слегка помедлив, положил на стол свою карточку. — Я вирусолог со стажем работы девять лет. Думаю, мне даже говорит ничего не нужно, чтобы вы поняли. Это нужная профессия, учитывая, что на поверхности какая-то пандемия, — кратко высказался рыжий, скрестив руки на груди и оглядев всех. Братья переглянулись и дружно кивнули. Следующий на очереди был Маглор. — Я... Лингвист. Стаж работы семь лет. Я... — менестрель завис, не особо даже представляя, на кой черт в бункере может понадобиться лингвист. — Вы... Не забудете языки? — Очень важно, конечно, — хихикнул Келегорм, закинув ногу на ногу. — Коммуникаций в будущем никто не отменял, — Маглор закатил глаза, делая вид, что его вообще здесь нет и он не при делах, тем временем, как на стол полетела следующая карта от Келегорма. — Моя профессия - хирург, — гордо произнес Келегорм, не иначе отучился в действительности на эту профессию. — А стажа, я так понимаю, у вас нет, товарищ хирург? — предположил Карантир, разглядывая свою характеристику. — Это дело наживное. Главное, чтобы были знания, которые могут спасти ваши жизни, — светловолосый самоуверенно глянул на всех. — Да ты инфузория тапочек, я к тебе на операцию ни при каких обстоятельствах не пойду. Тут ещё хороший вопрос , вирус это или чья-то неудачная практика, — продолжил Карантир свое негодование. Келегорм недовольно поджал губы и выгнул бровь. — Мне теперь интересно, что там у тебя? Проститутка, небось? — после этого комментария охотника послышался тихий смешок Куруфина, который тут же отмахнулся, шепнув "извините". Бедняга держался, чтобы не захохотать в голосину ещё со слов "я лингвист". — Я летчик. Без стажа, — проговорил Карантир, предвкушая возмущения Келегорма. Тот посмеялся, но промолчал, так как четвертый сын Феанора, кажется, сам пересказал себе весь возможный между ними диалог. — По идее, я знаю какую-то механику и мои навыки пригодятся в будущем. — Я художник, — прокашлявшись продолжил Куруфин. — Я смогу изобразить всю историю, чтобы ни одно деяние не было забыто в будущем, — стоит отдать должное, эльф старательно держал вид серьезный и упорядоченный. — Я модель со стажем восемь лет. Я вам нужен, чтобы... У вас были красивые дети, в модели уродцев не берут, — пожал плечами Амрод. Это был самый хороший вариант из всех, что он смог придумать за это время. — Философ, стаж работы больше десяти лет, — подхватил Амрас. — Я помогу вам воссоздать науку и религию, возможно. В зависимости от философии, которой я придерживаюсь... — Нет, ты уточняй. Я, например, отказываюсь, чтобы ты создавал философию, в которой все должны создавать блага для тебя, — Карантир подозрительно глядел на брата. Лицо того в момент изобразило активную мозговую деятельность. — Карантир, мне интересно, что у тебя там за характеристики, раз ты цепляешься ко всем подряд, — отозвался Келегорм, с интересом потупив взгляд на брата. — Узнаешь когда-нибудь, — хмыкнул Карантир, зарывшись в свои карты. Пришло осознание того, что вот вот подойдёт его очередь выкладывать следующую характеристику, а он ещё даже не думал, что именно ему открыть. Повисла тишина. Все дружно, впервые за все время, что идёт игра, глянули на Фингона. Черноволосый мирно спал и в гробу видал, судя по всему, их игры. Но ему пришлось продолжить их игру, когда Куруфин ткнул его пальцем промеж ребер. Вероятно, что он хотел их "пересчитать", но не успел, так как горе ведущий и так чуть не упал со стула, подпрыгнув от неожиданности. Келегорм постучал по столу с ехидной лыбой, напоминая сонному, что происходит и тот в мгновение опомнился. — Сейчас, когда каждый из вас сказал свою профессию, вы должны провести голосование и решить, кто первый покинет бункер, — сказал Фингон, глядя на выложенные в ряд карты. — Вы можете теперь все обсудить это. — Погодь, а до этого мы не могли комментировать объяснения друг друга? — вспорхнул со стула Келегорм, в глазах которого уже бежала строка громких субтитров. — Ну... А разве есть какая-то разница? — раскрыл руки Фингон. — Вы в любом случае будете это делать. Даже если я начну снимать баллы, которых, к слову, нет. А что? Испугались? — Замечу, что пугало ты некудышное, — хмыкнул Карантир, окинув взглядом всех и решая, кого обрекать на гибель. Фингон улыбнулся. — Сочту это за комплимент. — Я считаю, что нам стоит выгнать модель, — проговорил Маэдрос, напоминая о том, что они вообще-то играют, а не устраивают снова семейные разборки. — Да. Не факт, что он от природы такой. А то оставим ради детей, а он окажется на самом деле гоблинов в эльфийской шкуре, — закивал Куруфин, который поддержать был готов любой вариант, за исключением себя, конечно же. — Я согласен, модель, — кивнул Карантир, а за ним и Келегорм, который мысленно взвешивал все за и против, стал одобрительно махать головой. — А мне кажется, что нам не нужен лингвист, — хмыкнул Амрод. Эльф не сильно хотел покидать игру после первого же круга. Амрас положил руку ему на плечо и вздохнул. — Прости, но модель... Действительно такая себе профессия. Поэтому я тоже голосую за тебя, — с этими словами он улыбнулся, наблюдая сложно объяснимое выражение лица своего близнеца. — Чтож... Если никто больше ничего не хочет сказать... — начал было Фингон, но его перебил Келегорм. — Ты забыл спросить Маглора. Не то, чтобы его мнение что-то изменило, но он есть. Спрятался там и надеется, что мы про него забыли. Так и пробираются зайцами в бункера, — рассмеялся светловолосый. Менестрель пожал плечами и покачал головой. — Сам же говоришь, что мое мнение особо ни на что не повлияет. К тому же, я полностью согласен с вашим, — оправдался он, но подозрения о его коварных замыслах никуда не улетучились. — Раз вы все сказали свое мнение, по результатам этого голосования... выбывает Амрод. Он лишается права голоса, а мы продолжаем, — проговорил Фингон, радостный, что хотя бы один игрок уже выбыл. — Теперь вы должны поочередно открыть две любые карточки. — Лишается права голоса. Звучит так, будто мы в зале суда, — пошутил Куруфин, параллельно раздумывая над тем, чем же покорить сердца остальных, учитывая скудный выбор характеристик. — Я открою хобби. Иностранные языки, стаж шесть лет, — Маэдрос положил карту на стол. — Все сдохнут, ты с кем болтать собираешься? — Карантир свёл брови, стараясь понять, почему старший взял именно эту карту. Варианта было два: это единственный нормальный вариант и он просто готовит самое лучшее на потом. — Я смогу прочесть и понять исследования из других стран, касательно чего-то. Найти у них нужную информацию, — обосновал Маэдрос. — Это уже как будто бы весомый аргумент, — закивал Келегорм. — Кстати, нам тогда лингвист не сдался. У нас есть ходячий словарь в лице вирусолога. — Я открою... Состояние здоровья. Полностью здоров, — менестрель выложил свою карту, поправляя другие, чтобы лежали ровнее. — Ладно, у тебя есть какие-то плюхи, — согласился охотник, выкладывая и свою карту. — Я мужчина двадцати девяти лет. Я лучший вариант для того, чтобы делать детей. — Принимается, — Карантир вздохнул и на столе оказалась и его характеристика. — Тоже здоровье, тоже полностью здоров. — Неужели, мы играем без ссор? — ехидно подметил Куруфин, размещая характеристику дополнительной информации. — Проходил курсы массажа. Чтобы у вас там нигде ничего не болело. Тоже важно. Кто, если не я, вам позвонок вставит? — Куда? Просто слова про вставленный позвонок звучат так, будто вставил ты его в вазочку. Букетиком, — хмыкнул Карантир и тут же получил ответку, причем не только из тяжёлого эльфийского взгляда состоящую. — Ты параноик, балрог тебя подери, — воскликнул Куруфин, стукнув рукой по столу. — "Выкидывать из бункера" - это если что образное выражение. Проигравшие могу продолжать наблюдать за игрой, — спохватился Фингон. Братья на мгновение замолчали и переглянулись, но вскоре до каждого дошло, что имел ввиду эльф. Не обязательно пытаться выкинуть соперника из-за стола. Это понял и Куруфин, поэтому отпустил воротник брата. — Я открываю хобби. Люблю собирать грибы. Стаж меньше года. У нас будет в будущем еда. Неизвестно, что будет с животными, но грибы у нас точно будут, — наконец начал Амрас, вспомнив, что даже с учётом того, что его близнец вылетел, продолжение игры никто не отменял. — Растения тоже мутируют, — качает головой Куруфин, задумавшись. — А грибы это растения или животные?... — неожиданно для всех задумался Келегорм. — Ты двинулся? Какие грибы это животные? Если у тебя характеристика - шизофрения или что-то вроде этого, это не значит, что ты должен это демонстрировать, чтобы мы без карточки догадались, — улыбнулся Куруфин, наклонившись и слегка толкнув брата. — Ну смотри... Грибы как животные используют в пищу готовые вещества, они имеют хитин, а эта шняга присуща паукам и прочей живности, но при этом как растения неподвижны, растут верхушкой и... — содержательную речь перебила рука Карантира, закрывая ему рот. — Наш ведущий сейчас опять уснет, — Куруфин кинул взгляд на Фингона, который тут же понял его намек и поднял голову со стола. — Мы играем, а не проводим лекцию. И так ясно, кто эту эпидемию организовал. Ставлю на то, что это ты создал этих мутантов, сшивая их в грибами, чтобы доказать, что эти хитиновые недорастения - животные, — снова напомнил о своих подозрениях Карантир. — Да, давайте продолжим. Маэдрос, твоя очередь, — Маглор глянул на старшего, а после на карты в своих руках, ведь как не крути, а следующий ход - его. — Пускай... Дополнительная информация. Я могу оказать первую помощь. Это очень важное знание, учитывая, что что угодно может пойти не так, — Маэдрос положил эту карточку на стол и снова сложил руки на коленях. — Так, стоп. То есть без это дополнительной информации ты, как вирусолог, то есть врач, не мог нам оказывать первую помощь? — Келегорм с непониманием уставился на рыжего. — Что? У тебя артериальное кровотечение? Хм... Это не похоже на вирус. Не переживай, ты не болен, — продемонстрировал якобы возможную ситуацию Куруфин и теперь их рассуждения перехватил на себя Карантир. — Мне кажется, что даже какая-то медсестра должна знать, как накладывать жгуты, давящие повязки и иметь какие-нибудь знания про тампонаду... А про сердечно-легочную я вообще молчу... — Молчи, Морьо. А то он тебе жгут на шею наложит, во все три оборота, а потом в узел завяжет. И последнее, к слову, не про жгут, — усмехнулся Куруфин. — К тому же... Может быть он выпускался из учреждения, которое готовило специалистов узкого кругозора. — Можно знать, а можно уметь. Я умею мастерски оказывать первую помощь. Ещё вопросы? — закатил глаза старший. Ишь, какие умные повырастали. — Ладно, ты оправдан.  — М... Я открываю багаж. У меня есть кот, — Маглор нерешительно кладет карту к другим. — Он будет ловить мышей, чтобы они не ели наши запасы. Будет выгоднее подкармливать одного кота, чем полчища крыс и мышей. — Я считаю, что его можно оставить в бункере ради кота, — высказался Келегорм, подняв руку. — А у меня дополнительная информация. Я мастер спорта по боксу. Помогу спастись от мутировавших существ. — Я открываю дополнительную информацию. Я выиграл в лотерею состояние, — подхватил очередь Карантир. — Ты сам буквально только что сказал, что все сдохнут. То есть говорить с трупами нельзя, а вот расплачиваться они вполне себе способны? — расхохотался Келегорм и его мысль тут же подхватили остальные. — Я просто хочу дать вам шанс на победу, — махнул рукой четвертый сын Феанора, отвернувшись. Судя по всему, действительно годные карты у него закончились примерно... До начала игры. — Чтож. Тогда я открываю здоровье. Я полностью здоров, — сказал Куруфин, шлепнув на стол блестящую бумажку. — Не думаю, что это нужно комментировать. — Какой-то скучный расклад. А где какое-нибудь "болен раком, умрет через три дня"? — возмутился Келегорм, подперев голову рукой. — Видать, не судьба, — пожал плечами пятый феаноринг. — Я открываю данные. Я женщина и мне двадцать лет, — Амрас уложил карточку на стол. Куруфин прикрыл рот рукой, беззвучно смеясь. Но держался он не долго. — Неожиданное признание. Чтож, мы принимаем твой выбор, — именно эти слова Маэдроса, который попытался пошутить и сделал это более чем удачно, вызвало у кузнеца волну громкого смеха. Этот хохот заставил Фингона вздрогнуть и подняться. — Если вы готовы, то мы можем провести голосование, — получив одобрение и дождавшись, пока Куруфин перестанет хохотать, он продолжил. — Сейчас вы выберете, кто следующий покинет бункер. И начал вещать Куруфин: — Ну смотрите... Маэдрос - вирусолог, умеет, обратите внимание, умеет оказывать первую помощь, он знает иностранные языки. Маглор - лингвист, но у него есть кот и он идеально здоров. Келегорм, лапушка моя, буду буллить тебя, даже если вылечу сейчас из игры - хирург, он молодой и прекрасный вариант для воссоздания цивилизации. Карантир - летчик, который, правда, все это видел на картинках, собственно, как и Келегорм, судя по всему операции, имеет состояние, которое нам ни к селу, ни к городу... И здоров. Но мы не знаем, может быть это здоровая бабка. Хотя... Бабуля летчик это, конечно, жёстко. У нас есть я. Я здоровый художник, который умеет делать массаж. И Амрас. Двадцатилетняя девушка философ с прекрасным здоровьем. Карантир... Ну ты на вылет. — Знаешь, Курво, а я с тобой согласен, — Келегорм кивнул, глянув на всех. Остальные так же поддержали его мысль. — Ладно, допустим, — Карантир прикрыл лицо рукой и положил карты надписями вниз. — Чтож, тогда мы идём дальше, — выдохнул Фингон. — Вы должны снова открыть две карты. — Две карты... Я открываю багаж, — пожал плечами первенец Феанора и выложил карту на стол. — У меня есть собака, она будет потом ловить нам еду и охранять нас от непрошеных существ. — Собака! Он остаётся! — завопил Келегорм, после чего расхохотался. — У меня... Телосложение. Ожирение первой степени, — Маглор положил бумажку на стол и сложил руки, предполагая, кто вылетит следующий. — Хорошо. В случае чего, мы тебя съедим, — улыбнулся Келегорм, чтобы подбодрить брата, но вышло у него это так себе. — У меня пускай будет багаж и... Это коробка спичек. Очень хорошая вещь, я вам скажу. — Бесспорно, — кивнул Куруфин, потянувшись за своей картой. — Телосложение норма. Видите, я шикарный вариант. — Эпф... Тоже телосложение, тоже норма, — рыжик неуверенно кинул свою карточку. — Вы прикалываетесь? За весь круг открыли или багаж, или телосложение... Что у вас с фантазией? — фыркнул Келегорм, недовольно поморщив нос. — Или с картами. Такая... Прекрасная характеристика. Ты умрёшь, когда мою просмотришь, — фыркнул Карантир, кивнув взгляд на свои оставшиеся описания. Третий феаноринг пожал плечами. — Теперь снова я... И я беру... Фобию, — продолжил второй круг Маэдрос. — У меня никрофобия. Боязнь темноты. Ничего страшного в этом не вижу и проблем не сделается. — Дополнительная информация - поставил рекорд по поеданию бургеров... — сказал Маглор и открыл карточку под хохот братьев. — Подождите, я сейчас умру ещё раз, — Келегорм хлопал по столу, хохоча на всю залу. Но, слегка успокоившись, продолжил. — У меня хобби - йога, стаж девять лет. Это хорошо влияет на здоровье. Я крепкий. — Хорошо. Допустим и пока пропустим. У меня комиксы в багаже. Пожалуйста, без комментариев. Вам будет, чем заняться, — Куруфин выложил карту и сложил лапки на столе перед собой. — У меня есть противогаз, — Амрас с надеждой взглянул на карточку и положил ее к другим. — Чтож... У нас есть крутой вирусолог с собакой, логопед с котом... — начал рассуждать Келегорм, но его перебили. — Лингвист, Турко. Логопед - другое, — Маэдрос усмехнулся, а светловолосый лишь махнул рукой. — Хрен редьки не слаще. Так вот, лингвист с ожирением и явным пристрастием к еде. Великолепный и идеальный я... — Головка от гвоздя. Сейчас по черепушке получишь, — пробурчал Куруфин, закатив глаза. — Да, есть ты, у которого тоже характеристики не очень... И Амрас. Ну с ним все ясно. Его мы уже обсуждали. Он без вопросов вообще, мне кажется. Как и я, — закончил мысль третий сын Феанора. — Ты так активно нарываешься на рифму... — хмыкнул Курво, скрестив руки на груди. — Я голосую за лингвиста. — А я за художника. У лингвиста хотя бы кот, — пожал плечами Келегорм. — Предатель белобрысый, — пшикнул кузнец, демонстративно отворачиваясь от брата. — Кто за лингвиста? — решил взять инициативу на себя Келегорм. Руки подняли Амрас, Куруфин и Маэдрос. — Неизвестно, будет ли тот же кот ловить мышей. Может они вместе будут просто тырить хавчик, — оправдал свой выбор Куруфин. — Аргумент. Фингон, мы выгоняем Кано, — озвучил единогласный вердикт Келегорм. Маглор молча согласился, не желая спорить. Карточки у него были действительно не лучшие... — И у нас предпоследний круг. Остался Маэдрос, Келегорм, Куруфин и Амрас, — заговорил Фингон, радуясь, что уже совсем скоро будет виден свет в конце тоннеля. — Знаете, чтобы было интереснее, мы сейчас откроем по две карточке. А потом и самую последнюю. Для интриги. — Чудесная идея, Фингон! — одобрил его решение Келегорм и уселся поудобнее. — Предлагаю ещё интереснее. Открыть по одной и оставить две. Идея была так же одобрена. Ну, а кто им что скажет в Мандосе о правилах? Главное, чтобы чертоги не разнесли. — Моя карта - телосложение. Избыточный вес, — Маэдрос выложил карту. Повисла тишина и небольшое напряжение. — Ну... Пускай будет тоже телосложение. Избыточный вес, — пожал плечами Турко, выкладывая карту. — Так... Фобия это боязнь клоунов... — Куруфин некоторое время думал и решил взять именно эту карту. — Ну, тут сразу табу, ты с нами не выживешь, — покачал головой Келегорм. Это вызвало достаточно бурную реакцию у большинства. Но подошёл черед последнего рыжика и он положил карту на стол. — Я люблю мягкие игрушки, — озвучил он. — Это дополнительная информация. — Так, хорошо, — Маэдрос в этот раз взял речь на себя. — У нас есть молодой хирург, молодая девушка, художник, который читал про массаж и вирусолог. Думаю, что тут очевидно, — развел руками Маэдрос, с улыбкой наблюдая за недовольным лицом Курво. Амрас кивнул. — Единогласно! — стукнув по столу, выкрикнул Келегорм. — Ну? Что? Мои оставшиеся карты это состояние здоровья - вши и фобия - боязнь приведений. — Остеохондроз и боязнь переходить через улицу, — выложил карты Амрас. Вот тут то залился смехом Маэдрос. Вот только остальные не поняли, почему. — Я бабка шестидесяти шести лет с туберкулёзом, — объяснил рыжий и все мгновенно подхватили его смех. — А теперь представьте, что я чувствовал, когда Я бабка семидесяти лет, летчик, балрога в печень, — прыснул от смеха Карантир. — Маэдрос, ты прям... Шикарная бабуля. Всех уделал, — Куруфин похлопал брата по плечу. Вот, что значит правильный подбор карт. Пока они смеялись и обсуждали, кому какие карты выпали, Фингон осторожно сбежал, оставив за собой хорошее настроение и целую нервную систему других обитателей хотя бы на время этой игры.